Адмирал нахимов: что он делал для русских матросов

5 июля 1802 года в селе Городок Смоленской губернии родился Павел Степанович Нахимов. Он никогда не был женат, не писал мемуаров и не посещал светские мероприятия. У Нахимова была одна страсть — военно-морской флот, которому он посвятил всю свою жизнь. Жизненный путь знаменитого адмирала — в материале RT.

Павел Нахимов не оставил ни дневников, ни мемуаров — только рапорты, бортовые журналы, редкие письма. Живой образ легендарного адмирала сохранился для потомков в воспоминаниях современников. По ним можно судить, каким был этот невысокий голубоглазый человек, навсегда вписавший своё имя в историю русского флота.

Война и море

Степан Михайлович Нахимов — отец будущего прославленного флотоводца — отдал всех своих пятерых сыновей на военно-морскую службу. Годы учёбы в Морском шляхетском корпусе вряд ли можно назвать безоблачными.

Автор знаменитого толкового словаря Владимир Иванович Даль, учившийся вместе с Нахимовым, вспоминал жизнь в кадетском корпусе как длинную череду наказаний розгами. Будущих моряков заранее готовили к суровой военной жизни: кормили скудно и однообразно, одевали в лёгкую форму.

В учёбе тоже спуску не давали: занятия шли с 08:00 до 23:00 с двумя большими перерывами.

В море Нахимов впервые вышел летом 1817 года. На фрегате «Феникс» десять лучших гардемаринов корпуса отправились в Швецию.

Там будущий адмирал побывал на роскошном приёме у королевы, после которого до самой смерти избегал светских мероприятий. Жизнь для него ограничилась портами и палубами. Без особой необходимости Нахимов старался флот не покидать.

Отец матросам

В 1818 году Нахимов попадает под командование Михаила Петровича Лазарева. У первооткрывателя Антарктиды была особая школа подготовки кадров, ориентированная на реальную службу, а не на показательные выступления перед начальством.

Лазарев старался воспитать своих офицеров высоконравственными людьми, которые уважительно относятся к матросам и сами заслуживают уважения подчинённых. В случае с Нахимовым Лазарев определённо добился желаемого результата: вряд ли на всём Черноморском флоте нашёлся бы человек, который не уважал бы будущего героя Крымской войны.

К молодому офицеру прислушивались умудрённые опытом адмиралы, а матросы считали его благодетелем.

Биографы Нахимова рассказывают, что почти все свои деньги он раздавал семьям матросов, а себе оставлял только на квартиру и стол. Чтобы помочь нуждающимся, он иногда даже занимал у других офицеров.

Матросов Нахимов считал главными людьми на военном корабле, поскольку именно они управляют судном и идут в атаку. Лучшими флотоводцами, по его мнению, были те, кто заботился о своих подчинённых.

Неутомимый труженик

Впервые проявить себя в бою Нахимов смог в 25 лет. В 1827 году в Наваринском сражении российская эскадра при поддержке союзников разбила турецкий флот. В том бою Нахимов командовал корабельной батареей.

Адмирал Нахимов: что он делал для русских матросов

  • Наваринское сражение. Художник Луи Гарнерей

«В Наваринском сражении он получил за храбрость Георгиевский крест и чин капитан-лейтенанта. Во время сражения мы все любовались «Азовом» и его отчётливыми маневрами, когда он подходил к неприятелю на пистолетный выстрел», — такие воспоминания очевидца приводит в своей биографии Нахимова историк Е.В. Тарле.

Современники отмечали не только храбрость и полководческий талант Нахимова, но и его беззаветную преданность флоту.

«В глазах наших он был труженик неутомимый. Я твёрдо помню общий тогда голос, что Павел Степанович служит 24 часа в сутки. Никогда товарищи не упрекали его в желании выслужиться, а веровали в его призвание и преданность самому делу.

Подчинённые его всегда видели, что он работает больше их, а потому исполняли тяжёлую работу без ропота и с уверенностью, что следует им, или в чём можно сделать облегчение, командиром не будет забыто», — говорили об адмирале современники.

В жизни Нахимова был только флот, а в жизни флота, по его мнению, могла быть только война. Поэтому Нахимов либо воевал, либо готовился к битве. Он рисковал жизнью по поводу и без повода: спасал тонущих моряков, кидался в самую гущу сражений. 

На вопрос: «Почему?» — он отвечал: «В мирное время такие случаи редки, и командир должен ими воспользоваться. Команда должна видеть присутствие духа в своём командире: ведь, может быть, мне придётся идти с ней в бой».

Суворов русского флота

В начале Крымской войны одна из ключевых ролей в российской армии принадлежала Нахимову, ставшему в 1852 году вице-адмиралом. В сентябре 1853 года Нахимов совершил подвиг, равный переходу Суворова через Альпы.

Для защиты Кавказа от нападения турок русский флотоводец перевёз из Севастополя в Анакрию более 16 тыс. человек и 600 лошадей. На это ему понадобились всего неделя и чуть более 30 кораблей. Во время экстренной переброски Нахимов не потерял ни одного человека.

Историки отмечают, что Великобритания для транспортировки приблизительно такого же количества войск использовала почти 200 кораблей и гораздо больше времени.

После переброски войск на Кавказ Нахимов отправился блокировать турок с моря. Базой турецкого флота считался Синоп — именно туда и повёл свою эскадру вице-адмирал.

Не числом, а уменьем

Синопское сражение — самое известное в военной биографии Нахимова. Турецкий флот превосходил русскую эскадру числом и качеством кораблей: у турок было два паровых судна, а русский флот того времени был исключительно парусным. Единственное, чего не хватало противнику, — способных адмиралов, пользовавшихся любовью и уважением матросов.

Адмирал Нахимов: что он делал для русских матросов

  • Синопский бой. Художник Иван Айвазовский
  • © Иван Айвазовский. Синопский бой

30 ноября 1853 года за несколько часов турецкий флот был наголову разбит русской эскадрой. Это было последнее крупное сражение парусных флотов.

Современники так вспоминали эту победу Нахимова: «Синоп, поразивший Европу совершенством нашего флота, оправдал многолетний образовательный труд адмирала М.П. Лазарева и выставил блестящие военные дарования адмирала П.С. Нахимова, который, понимая черноморцев и силу своих кораблей, умел управлять ими. Нахимов был типом моряка-воина, личность вполне идеальная…»

Западные страны поспешно объявили разгром турецкого флота «синопской резнёй» и выступили против России в войне.

Смерть героя

Погиб Павел Степанович, как и подобает воину, посвятившему всю жизнь служению Родине, на поле брани. Летом 1854 года вражеский флот запер российские корабли в бухте Севастополя. Превосходство противника было подавляющим. Русское командование решило бой не давать, а затопить корабли в Севастопольской бухте, чтобы отрезать неприятелю путь с моря.

Тем временем к городу продвигалась сухопутные части врага. Севастополь планировалось взять за неделю, однако западные стратеги ошиблись на десять месяцев. Экипажи затопленных кораблей сошли на берег для обороны Севастополя.

Герой Синопа всю жизнь провёл на море, поэтому на суше чувствовал себя неуютно: на лошади сидел неловко, выглядел мирно, говорил тихо и спокойно. Но плохо служить Нахимов не умел. Даже в таких сложных для себя условиях он был самым ярким примером для защитников города. Нахимов целые дни без устали проводил на укреплениях.

Его присутствие и руководство, как вспоминают современники, чрезвычайно вдохновляли защитников Севастополя.

Адмирал Нахимов: что он делал для русских матросов

  • Адмирал Нахимов на севастопольском бастионе. Художник Илларион Прянишников

«Он умел говорить с матросом по душе, называя каждого из них при объяснении другом, и был действительно для них другом. Преданность и любовь к нему матросов не знали границ.

Всякий, кто был на севастопольских бастионах, помнит необыкновенный энтузиазм людей при ежедневных появлениях адмирала на батареях. Истомлённые донельзя, матросы, а с ними и солдаты воскресали при виде своего любимца и с новой силой готовы были творить и творили чудеса.

Это секрет, которым владели немногие, только избранники, и который составляет душу войны…» — писали современники.

Адмирал Нахимов: что он делал для русских матросов

  • globallookpress.com
  • © Server Amzayev/Russian Look

В марте командование произвело Нахимова в адмиралы. В этом звании он вошёл в историю русского флота, однако в чине адмирала ему довелось прослужить меньше полугода. 10 июля 1855 года Нахимов был смертельно ранен выстрелом в голову на Малаховом кургане.

Источник: https://russian.rt.com/science/article/406055-215-let-den-rozhdeniya-admiral-nahimov

Адмирал Нахимов. Жизнь за Отечество

23 июня исполняется 211 лет со дня рождения адмирала Павла Степановича Нахимова, героя России. Не по званию, по сути. Несомненно, он был героем православной империи, воспитанным в старорусском духе. Вспомним о нём!

Адмирал Нахимов: что он делал для русских матросовВ истории русского флота, пожалуй, найдутся флотоводцы с более блистательным и внушительным перечнем побед. Но вот уже полтора века Россия со слезами на глазах почитает Павла Степановича Нахимова — без преувеличений, неустрашимого героя, грудью защитившего Отечество. Вот кто отдал жизнь за други своя… Герой скромный и неустрашимый.

Великий флотоводец, как это часто бывало в России, родился вдали от морей и океанов, в Смоленской губернии, в семье небогатого честного дворянина. Степан Нахимов был офицером, дослужился до чина секунд-майора. Сына он не без треволнений зачислил в Морской кадетский корпус.

В этом славном учебном заведении Нахимов (далеко не самый родовитый и состоятельный гардемарин) ярко проявил себя в первые же месяцы учёбы.

Старательный, терпеливый, не по годам смышлёный, он быстро получил чин мичмана и назначение на бриг «Феникс», отправлявшийся в плавание по Балтийскому морю — кстати, рядом с Нахимовым тогда постигал азы морской науки и другой воспитанник Корпуса — Владимир Даль. Таков был первый поход пятнадцатилетнего гардемарина — увлекательный, полный трудностей.

Рвение мичмана было заметно каждому. К концу плавания Павел Нахимов окреп, возмужал.

Академик Тарле так сформулировал главную черту нахимовского характера: «Морская служба была для Нахимова не важнейшим делом жизни, каким она была, например, для его учителя Лазарева или для его товарищей Корнилова и Истомина, а единственным делом, иначе говоря: никакой жизни, помимо морской службы, он не знал и знать не хотел и просто отказывался признавать для себя возможность существования не на военном корабле или не в военном порту. За недосугом и за слишком большой поглощенностью морскими интересами он забыл влюбиться, забыл жениться. Он был фанатиком морского дела, по единодушным отзывам очевидцев и наблюдателей». Яркая и точная характеристика! Это был воин, целиком посвятивший себя ратному служению, отдавший военному флоту все силы, без остатка. Увы, фортуна нечасто улыбалась ему: подобно Суворову, Нахимов надолго задержится в нижних чинах. Виной тому, конечно, не только стечение обстоятельств, но и бедность, отсутствие влиятельных знакомых. Только в годы больших войн можно быстро выдвинуться без протекций… Зато русского матроса Нахимов изучил как никто.

Молодой морской офицер с восторгом изучал биографии великих воинов России, славных предшественников. Прислушивался к легендам о них, пересказанных старыми солдатами.

Суворов, Кутузов, Ушаков… Адмирал Ушаков — непобедимый русский моряк, чудо-богатырь Чёрного моря. Увы, в годы учёбы Нахимова посмертная слава лучшего русского адмирала несколько померкла.

Но моряки помнили флотоводца, не знавшего поражений.

Такого прилежного мичмана флот не видывал — Нахимов всюду стремился быть первым. И вскоре он стал любимцем талантливого флотоводца, будущего адмирала, а в те годы — капитана первого ранга Михаила Петровича Лазарева.

Лучшего командира и пожелать нельзя. Университетом Нахимова стало трёхлетнее путешествие на фрегате «Крейсер» под командованием Лазарева.

В 1826-м году Лазарев переводит Нахимова на корабль «Азов» — и началось для будущего адмирала испытание огнём и водой…

На «Азове» Нахимов сражался в Наваринском бою 1827-го (не станем путать это сражение с Наваринским боем 1770-го, в котором отличился адмирал Спиридов). Это морское сражение многим знакомо по картине Айвазовского — художник, разумеется, изобразил там и 74-пушечный «Азов», которым командовал Лазарев.

Лазаревский корабль сыграл в том сражении решающую роль, а Нахимов показал удивительную для молодого офицера выдержку. Он командовал батареей, вёл огонь прицельно, экономно. За просто так георгиевскими крестами не награждали, особенно на флоте.

Читайте также:  Что хорошего мазепа сделал для россии

А Нахимов после того сражения получил Георгия Четвёртого класса.

Адмирал Нахимов: что он делал для русских матросов

О событиях того дня писал полковник Е.В. Богданович, всю жизнь собиравший свидетельства о Наваринском сражении: «Азов» находился в сие время между батареями Наваринской крепости и батареями острова Сфактерия, с которых тотчас направлен был перекрестный огонь против адмиральского корабля и, мало-помалу, против прочих кораблей, по мере приближения их ко входу.

Невзирая на сей сильный огонь и на огонь с тройной линии судов, составлявших правый фланг турецкого флота, «Азов» продолжал свой путь, не сделав ни одного пушечного выстрела, и стал на якорь на месте, для него назначенном; «Гангут», «Иезекииль», «Александр Невский» и четыре шедшие за ними фрегата совершили таковое же движение и, осыпаемые ядрами, стали в предписываемую им позицию.

Обыкновенный подвиг в духе русского флота тех лет: такие, как Нахимов, и помыслить не могли о поражении, об отступлении, тем более — о капитуляции.

К тому времени уже вполне сложился служебный стиль Нахимова, основанный на трудолюбии и умении управлять матросами, которые смотрели на командира с искренним уважением. Русский матрос если уж кого полюбит — то навсегда.

Нахимов ненавидел галломанию, как и всяческое преклонение перед Западом и презрение к русскому простонародью. Как патриот, он был убеждён в том, что XIX век должен принадлежать Российской империи — нужно только служить, не щадя живота своего.

Сослуживец будущего адмирала вспоминал: «В Наваринском сражении он получил за храбрость георгиевский крест и чин капитан-лейтенанта. Во время сражения мы все любовались „Азовом“ и его отчетливыми маневрами, когда он подходил к неприятелю на пистолетный выстрел.

Вскоре после сражения я видел Нахимова командиром призового корвета „Наварин“, вооруженного им в Мальте со всевозможной морской роскошью и щегольством, на удивление англичан, знатоков морского дела. В глазах наших… он был труженик неутомимый.

Я твердо помню общий тогда голос, что Павел Степанович служит 24 часа в сутки. Никогда товарищи не упрекали его в желании выслужиться, а веровали в его призвание и преданность самому делу.

Подчиненные его всегда видели, что он работает больше их, а потому исполняли тяжелую работу без ропота и с уверенностью, что следует им или в чем можно сделать облегчение, командиром не будет забыто».

Нахимов участвовал и в русско-турецкой войне 1828 — 29-го, служил безупречно, поражений не знал. А в 1845-м (в не столь уж молодом возрасте) стал контр-адмиралом. Высокий вице-адмиральский чин Нахимов получил пятидесятилетним — только теперь он мог испытать себя в роли командующего в больших морских сражениях.

Но главное испытание ожидало флотоводца на суше. Эпическое сражение за Севастополь показало самоотверженное бесстрашие русской армии, обречённой на поражение. Виноваты в этом недальновидные политики, потерявшие союзников… Впрочем, трагическая для России Крымская война 1853 — 56 началась для Нахимова с блистательной морской победы.

Синоп! Нахимов командовал эскадрой. Ему удалось запереть турецкий флот в Синопе, а потом, в бою, истребить вражескую эскадру. Вице-адмирал Осман-паша угодил в плен к Нахимову. Прав был император Николай I, назвавший Синопское сражение «украшением летописи Русского флота».

Минуя третью степень, Нахимов получил за эту победу Георгия второй степени.

Император, как и многие в России, мечтал об освобождении православных народов от османского владычества. Мечтал и о контроле над Босфором и Дарданеллами. После Синопа казалось, что цель близка.

Но очень скоро пришлось, сдерживая слёзы, топить свой собственный флот, чтобы преградить врагу путь на Севастопольский рейд.

Северная бухта так и осталась неприступной, но армия не сумела помешать вражескому десанту занять позиции для атаки Севастополя с суши.

Эта эпопея воспринималась патриотами империи как непоправимая катастрофа. И впрямь: многолетнее служение Священному Союзу оказалось напрасным. Император, по-рыцарски относившийся к союзникам, превратился в изгоя международной политики.

В чём причина? Противостояние Запада и России, долгое время проходившее подспудно, проявило себя наяву. Британская империя все силы бросила на ослабление российской экспансии.

Европа не могла «прижать» Россию на польском перекрёстке, хотя подавление тамошних восстаний давало более ясный повод к активным действиям, чем борьба России с Османской империей.

Дело в том, что свободолюбивые помыслы поляков не поддерживали немцы и австрийцы, а те же англичане и французы не могли перебросить туда армию. А на Чёрном море, как оказалось, враг мог воспользоваться слабыми сторонами Российской империи.

Россия боролась за освобождение православных народов от турецкого ига. Мечтала увидеть Константинополь православной столицей. Перспектива возникновения мощной православной империи (или — блока дружественных монархий), которая нависла бы над Европой, пугало Британию чрезвычайно.

О причинах трагедии можно рассуждать бесконечно. Сказалось техническое отставание России: наши управленцы проспали промышленную революцию. Русские превосходили в военной выучке и англичан, и французов, но нарезное оружие оказалось грозной силой — как и паровые корабли.

Рухнули идеи Священного союза, казалось бы, подкреплённые недавними действиями русских в помощь австрийской короне. Английские интересы совпали с османскими, добавим сюда реваншистский дух Наполеона Третьего, который питал к русскому императору ещё и личную ненависть.

Но этого мало! Пруссия и Австрия не только не поддержали Россию, но и готовились к расправе над традиционным союзником… Ф.И.Тютчев тогда обращался к Отечеству:
О, в этом испытанье строгом,

  • В последней, в роковой борьбе,
    Не измени же ты себе
  • И оправдайся перед Богом…

В сентября 1854-го началась высадка многочисленного (более 60 тысяч) английского- франко-турецкого десанта в Евпатории. Вскоре началась бомбардировка Севастополя.

Гибнет адмирал Корнилов… К лету 1855-го противник вплотную подошёл к Малахову кургану — казалось, вот-вот они овладеют Севастополем, а то и «загонят московитов вглубь лесов». Но Нахимов твёрдой рукой девять месяцев командовал обороной, в том числе более месяца — в самых отчаянных условиях. И это была не пассивная оборона.

Постоянные вылазки наносили значительный урон врагу. Союзники стянули в Крым 175-тысячную армию. Более семидесяти тысяч погибли под Севастополем. Потери русских превысили сто тысяч…

Когда французам удалось закрепиться на восточном склоне Малахова кургана — только решительность Нахимова и мужество солдат и матросов спасло положение.

«В штыки!» — скомандовал адмирал, и горстка чудо-богатырей по-суворовски отразили наступление на Малахов курган. Этот кровавый бой произошёл 18 июня 1855 года.

За новый подвиг Нахимова — человека небогатого — наградили «арендой», то есть — значительной прибавкой к жалованью.

Планы эвакуации из Севастополя Нахимов резко отрицал. Он поклялся сражаться в Севастополе до последней капли крови — вместе с преданными офицерами и матросами.
Во всех горячих севастопольских делах Нахимов мог опереться на крепкое плечо князя Васильчикова. И князь дал героическому поведению адмирала такую вот оценку:

«Не подлежит сомнению, что Павел Степанович пережить падения Севастополя не желал. Оставшись один из числа сподвижников прежних доблестей флота, он искал смерти и в последнее время стал более, чем когда-либо, выставлять себя на банкетах, на вышках бастионов, привлекая внимание французских и английских стрелков многочисленной своей свитой и блеском эполет…»

К смерти он относился насмешливо, не позволял себе малейшего проявления трусости. И, конечно, демонстрировал это перед воинством. Тут очевиден педагогический расчёт — как и у Суворова.

«С предводителем таким воевать везде хотим!», — так говорили и о Суворове, и о Нахимове. Он бросал матросов на огонь, на штыки — а они называли его «отцом-благодетелем».

Видели, что и сам адмирал не щадил «живота своего», не берёгся.

«Если кто-либо из моряков, утомленный тревожной жизнью на бастионах, заболев и выбившись из сил, просился хоть на время на отдых, Нахимов осыпал его упреками: ,,Как-с! Вы хотите-с уйти с вашего поста? Вы должны умирать здесь, вы часовой-с, вам смены нет-с и не будет! Мы все здесь умрем; помните, что вы черноморский моряк-с и что вы защищаете родной ваш город! Мы неприятелю отдадим одни наши трупы и развалины, нам отсюда уходить нельзя-с! Я уже выбрал себе могилу, моя могила уже готова-с! Я лягу подле моего начальника Михаила Петровича Лазарева, а Корнилов и Истомин уже там лежат: они свой долг исполнили, надо и нам его исполнить!» Когда начальник одного из бастионов при посещении его части адмиралом доложил ему, что англичане заложили батарею, которая будет поражать бастион в тыл, Нахимов отвечал: «Ну, что ж такое! Не беспокойтесь, мы все здесь останемся!» — вот такие воспоминания об адмирале.

Нет, не ищите здесь суицидальных настроений. Это в традициях русского православного воинства: вставать на путь врага и спокойно, с молитвой и с презрением к трусости встречать смерть.

Помните знаменитую воинскую песню: «Марш вперед, труба зовет Черные гусары! Марш вперед, смерть нас ждет, Наливайте чары!»? Здесь — готовность исполнить долг даже в отчаянных условиях.

Будем различать самоубийство и подвиг.

«Так нужно, друг мой, ведь на все воля Бога! Что бы мы тут ни делали, за что бы ни прятались, чем бы ни укрывались-мы этим показали бы только слабость характера. Чистый душой и благородный человек будет всегда ожидать смерти спокойно и весело, а трус боится смерти, как трус», — говорил Нахимов своему адъютанту в тот летний день.

Он побывал на Малаховом кургане, осматривал батареи. А потом, не кланяясь пулям, принялся в подзорную трубу осматривать французские укрепления. Первая пуля пролетела возле локтя. «Они сегодня довольно метко стреляют», — усмехнулся адмирал. Это были его последние слова. Вторая пуля пробила голову, вышла у затылка.

Утром 30 июня 1855 года герой Севастополя скончался.

Похороны Нахимова стали настоящей рыцарской тризной. Русские шли за гробом, не боясь обстрелов. Но французская английская картечь умолкла! Даже на вражеских кораблях приспустили флаги.

И многие английские морские офицеры в честь героя, поразившего их эпическим бесстрашием, обнажили головы. Конечно, не все незваные гости Крыма вели себя столь благородно.

Заняв Севастополь, англичане и французы осквернили себя мародёрством — в том числе и на могиле Нахимова.

Адмирал Нахимов: что он делал для русских матросов

Похороны П.С. Нахимова. Литография с рисунка Н. Берга.

Гибель адмирала поразила Россию. Он стал символом несгибаемого патриотизма в годы великих разочарований: ведь Крымская война стала для русского самосознания болезненной травмой.

Со времён Петра Великого империя не знала крупных поражений, громила всех подряд и расширяла границы. Даже в схватке с Бонапартом русские добились победы.

И вдруг — после героической, беспримерной обороны пришлось отдать Севастополь… Нахимов, как известно, этого позора не увидел. А тысячи людей в России после его гибели поняли: Севастополю конец.

Память о Нахимове для русского человека священна, а для моряка — в особенности. Помнит адмирала Севастополь и Петербург, а кадетов — будущих моряков со времён Великой Отечественной мы называем нахимовцами.

Режиссёр Всеволод Пудовкин (между прочим, автор фильмов «Суворов» и «Минин и Пожарский») сразу после войны снял фильм «Адмирал Нахимов», которому рукоплескали на Венецианском фестивале. В роли адмирала снялся Алексей Дикий — признанный специалист по «отцам-командирам».

Его интонации остаются в памяти, вслушиваться в них — наслаждение, мало с чем сравнимое. Фильм снова всколыхнул народную память о герое…

Пока Россия помнит Нахимова, пока произносят его имя с почтением — не переведутся герои на нашей земле. Очень важно не утерять, не утратить извечную связь с героями прошлого. Сильная сторона нашей культуры в том, что Россия до сих пор, по большому счёту, не променяла истинных героев на героев массовой культуры.

Источник: https://www.pravmir.ru/admiral-naximov-zhiznza-otechestvo/

12 июля 1855 года Севастополь потерял «душу обороны». Погиб великий адмирал Павел Степанович Нахимов

Адмирал Нахимов: что он делал для русских матросов160 лет назад, 12 июля 1855 года, погиб адмирал Павел Степанович Нахимов. Великий русский человек пал героически защищая Севастополь. Адмирал Павел Степанович Нахимов занимает одно из самых почетных мест в ряду национальных героев русского народа. Он вошел в историю России как выдающийся флотоводец, достойный преемник русской славных традиций Ф.Ф. Ушакова, Д.Н. Сенявина и М.П. Лазарева и герой обороны Севастополя во время Восточной (Крымской) войны. Тогда против России снова выступили объединенные силы западной цивилизации, но всех их захватнические и хищнические замыслы были сорваны героической обороной Севастополя.

Из биографии

Павел Степанович родился 23 июня (5 июля) 1802 г. в селении Городок Вяземского уезда Смоленской губернии. Его отцом был небогатый дворянин секунд-майор Степан Михайлович Нахимов. Мать – Феодосия Ивановна (в девичестве Козловская). В 1818 году успешно закончил Морской кадетский корпус и был зачислен в мичманы во 2-й флотский экипаж. Уже во время учёбы, как верно отметил знаменитый русский историк Е. В. Тарле, обнаружилась любопытная черта характера Нахимова, которую сразу заметили товарищи, а затем сослуживцы и подчиненные: «Никакой жизни, помимо морской службы, он не знал и знать не хотел и просто отказывался признавать для себя возможность существования не на военном корабле или не в военном порту. За недосугом и за слишком большой поглощенностью морскими интересами он забыл влюбиться, забыл жениться. Он был фанатиком морского дела, по единодушным отзывам очевидцев и наблюдателей». В этом Нахимов походил на своего славного предшественника Ф. Ф. Ушакова. Служил на Балтийском флоте. В его аттестации было отмечено: «к службе усерден и знающ; поведения благородного, в должности усерден»; «должность исполняет с усердием и расторопностью». Совершил трехлетнее кругосветное плавание (1822-1825 гг.) вахтенным офицером на фрегате «Крейсер» под командованием М.П. Лазарева. Лазарев быстро оценил способности молодого и толкового офицера и привязался к нему так, что с этого времени они практически не расставались по службе. Во время плавания Павел был произведён в лейтенанты и получил свой первый орден Святого Владимира 4-й степени. После возвращения из плавания Павел стал командиром батареи на линейном корабле «Азов», которым командовал Лазарев. На этом корабле летом 1827 г. он участвовал в переходе из Балтийского моря в Средиземное, где участвовал в боевых действиях против османов. Отличился в Наваринском сражении, где объединенный флот России, Франции и Англии разгромил турецко-египетский флот. Флагманский корабль «Азов» под командованием Лазарева сражался лучше всех, уничтожив 5 турецких кораблей, в том числе фрегат командующего турецким флотом. Павел был награждён орденом св. Георгия IV класса и произведён в капитан-лейтенанты. Интересен тот факт, что в этом бою на «Азове» отличились все будущие герои обороны Севастополя – П. С. Нахимов, В. А. Корнилов и В. И. Истомин. В 1828 г. 24-летний Нахимов – командир 16-пушечного корвета «Наварин» (турецкий «приз»). Нахимов сделал корвет образцовым кораблем эскадры. Корвет принимал участие в блокаде Дарданелл. Адмирал Лазарев отмечал молодого командира и, аттестуя его, отметил, что он «отличный и совершенно знающий свое дело морской капитан». С 1830 года, вернувшись на Балтику, командовал «Наварином», а с 1831 г. – 52-пушечным фрегатом «Паллада». В 1834 г. по просьбе Лазарева, бывшего в то время командующим Черноморским флотом, Нахимова перевели с Балтики на Черное море. В 1836 году Нахимов получил под своё начало 84-пушечный линейный корабль «Силистрия», который был построен под его надзором. Нахимов командовал этим кораблем 11 лет, сделав «Силистрию» образцовым кораблем. Его имя стало популярным на Черноморском флоте. Сослуживцы уважали его как блестящего моряка, а матросы назвали «отцом». В 1837 г. он был произведен в капитаны первого ранга. На «Силистрии» капитан 1-го ранга Нахимов совершал крейсерские плавания по Черному морю, участвовал в перевозке сухопутных войск к черноморским берегам Кавказа. Корабль участвовал в 1840 г. в десантных операциях на кавказском побережье. В 1845 году Нахимов произведён в контр-адмиралы и назначен командиром бригады кораблей. Павел Степанович стал одним из ближайших помощников адмирала Лазарева в деле укрепления Черноморского флота и повышения его боеспособности. Нахимов продолжал и развивал традиции Ушакова, Сенявина и Лазарева. Люди отмечали, что он «служит 24 часа в сутки». Многое требуя от других, Павел Степанович совершенно не щадил себя, проявляя высшую ответственность. Требовательность к подчиненным сочеталась с заботой о матросах. Он входил в мельчайшие подробности их жизни, помогал словом и делом, видел в простых матросах людей, а не крепостных крестьян. Павел Степанович был человеком с большой буквы, готовым отдать последнюю копейку нуждающемуся человеку, помочь старику, женщине или ребенку. Он не имел и лишнего рубля, все до последнего отдавая матросам и их семьям.Нахимов требовал от офицеров человеческого отношения к матросам. Он неоднократно повторял, что решающая роль в бою принадлежит матросу. «Пора нам перестать считать себя помещиками, — говорил русский адмирал, – а матросов крепостными людьми. Матрос есть главный двигатель на военном корабле, а мы только пружины, которые на него действуют. Матрос управляет парусами, он же наводит орудия на неприятеля; матрос бросится на абордаж, ежели не будет смотреть на службу, как на средство для удовлетворения своего честолюбия, а на подчиненных, как на ступени для собственного возвышения. Вот кого нам нужно возвышать, учить, возбуждать в них смелость, геройство, ежели мы не себялюбцы, а действительно слуги Отечества…».Лазарев и Нахимов, как и Корнилов, Истомин, были представителями школы, которая требовала от офицера духовной высоты. Они были противниками лени, пьянства, азартных игр и всякого сибаритства среди командного состава. Всячески боролись с «флотскими помещиками», которые старались и на морской службе не особо утруждать себя делами. При этом Нахимов весьма прозорливо отметил черту значительной части русского высшего класса: «Удивляют меня многие молодые офицеры: от русских отстали, к французам не пристали, на англичан также не похожи; своим пренебрегают, чужому завидуют, своих выгод совершенно не понимают. Это никуда не годится!»В результате Нахимов оказал огромное влияние на развитие Черноморского флота. Его ум и требовательность подтягивали командный состав. Матросы его любили, с ними он говорил на их языке. Преданность и любовь к нему матросов достигала невиданных высот, что прекрасно проявилось во время героической обороны Севастополя. Так ежедневное появление Нахимова на бастионах Севастополя вызывало у защитников невероятный энтузиазм. Уставшие, измученные матросы и солдаты, буквально воскресали и были готовы вторить чудеса. Не зря сам адмирал говорил, что с нашим лихим народом, проявив внимание и любовь, можно такие дела делать, что просто чудо.В деле развития морской тактики Нахимов был убежденным сторонником решительных, атакующих действий. В 1852 г. Нахимов был произведен в вице-адмиралы и назначен начальником 5-й флотской дивизии. Накануне войны с Турцией эскадра Нахимова в конце сентября — начале октября 1853 г. в течение недели осуществила переброску из Севастополя в Анакрию 13-й пехотной дивизии. Этим была укреплена оборона Кавказа. Чтобы воспрепятствовать высадке вражеского десанта Нахимов организовал крейсерство от Босфора до Батуми. Крейсерство велось вдоль Анатолийского побережья Османской империи. 4 (16) октября 1853 г. Порта объявила войну России и начала боевые действия. Началась очередная русско-турецкая война, которая вскоре переросла в войну России против коалиции сильнейших европейских держав. В этой войне во всей полноте проявились флотоводческое искусство и русский дух Нахимова.Получив известие о начале военный действий, Нахимов тотчас же объявил об этом эскадре и отдал приказ, заканчивавшийся словами: «Уведомляю командиров, что, в случае встречи с неприятелем, превосходящим нас в силах, я атакую его, будучи совершенно уверен, что каждый из нас сделает свое дело». В другом приказе Нахимов отмечал: «С уверенностью в своих командирах и офицерах и командах, я надеюсь с честью принять сражение… Не распространяясь в наставлениях, я выскажу свою мысль, что, по мнению моему, в морском деле близкое расстояние от неприятеля и взаимная помощь друг другу есть лучшая тактика».

Читайте также:  Блатная феня: от какого языка пошел современный уголовный жаргон

18 (30) ноября 1853 г. эскадра Нахимова уничтожила турецкий флот в Синопском сражении (Синопское сражение 18 (30) ноября 1853 г.). Современники высоко оценили подвиг русских моряков и их предводителя. Русский император высоко оценил победу Нахимова.

Адмиралу Нахимову был пожалован высочайший рескрипт от Николая I, в котором говорилось: «Истреблением турецкой эскадры при Синопе вы украсили летопись русского флота новой победой, которая навсегда останется памятной в морской истории.

Исполняя с истинною радостью постановление статута, жалуем Вас кавалером Св. Георгия II степени большого креста».

Военно-морская мощь Турции была подорвана. Нахимов был доволен военными результатами сражения. Черноморский флот блестяще решил свою главную задачу: ликвидировал возможность турецкого десанта на побережье русского Кавказа и уничтожил османскую эскадру, завоевав полное господство в Черном море. Огромный успех был достигнут малой кровью и материальными потерями.

После тяжелого поиска, боя и перехода через море все русские корабли успешно вернулись в Севастополь. Нахимов был доволен матросами и командирами, они держались в яростном бою великолепно.Однако Нахимов был озабочен политическим эффектом операции.

Он опасался, что Синопская победа вызовет появление на Черном море англо-французских сил, которые употребят все силы для уничтожения боеспособного Черноморского флота. Он предчувствовал, что настоящая война только начиналась. На Западе стали бояться, что Россия реализует план Екатерины Великой по захвату проливов и Константинополя.

Победа России над Турцией открывала заманчивые геополитические перспективы на Балканах, Средиземноморье и Ближнем Востоке. Россия становилась сверхдержавой. Чтобы не допустить полного разгрома Турции, в марте 1854 г. Англия и Франция объявили войну России и выступили на стороне Османской империи. В Западной Европе поднимают волну русофобии. Русские победы вызывали страх и ненависть.

Россию показывали огромным гигантом, который хочет раздавить «несчастную» Турцию. Мол, «цивилизованная Европа» должна противостоять «русской агрессии».

Героическая оборона Севастополя

В 1854 г. основные усилия англо-французского командования были сосредоточены в районе Черного моря. Западные державы хотели лишить Россию её завоеваний в Причерноморье и Прибалтике. Главный удар нанесли в Крыму. Внимание союзников приковала главная база Черноморского флота – Севастополь. В сентябре 1854 г.

огромный англо-франко-турецкий флот высадил экспедиционную армию в районе Евпатории. Уступающая противнику в числе русская армия под началом князя А.С. Меншикова в сентябре потерпела поражение у р. Альма, после отошла сначала к Севастополю.

Но затем, опасаясь, что противник блокирует и уничтожит его армию, что приведёт к падению Крыма, а также в целях сохранения возможности маневра, Меншиков оставил Севастополь.В этот критический момент оборону города возглавили Корнилов и Нахимов. Два адмирала стали душой обороны города.

Павел Степанович был своего рода «адмиралом-героем», больше блистательным флотоводцем, чем хозяйственником, а Корнилов проявил больше административных способностей для организации хозяйства. Поэтому Нахимов, хоть и имел старшинство по службе, без малейших колебаний в эти грозные дни передал вопросы организации обороны Корнилову, всячески ему помогая.

Севастополь имел корабли и береговые батареи для обороны с моря, но с суши город был защищен крайне слабо. В предвоенное время город не укрепили. Поэтому матросам и солдатам под началом Корнилова, Нахимова и Тотлебена пришлось проделать титаническую работу по созданию крепкой обороны Севастополя. Они сделали всё возможное и невозможное, чтобы подготовить город к тяжёлой борьбе.

Работали день и ночь.В результате, когда союзники подступились к Севастополю, там, где до этого были лишь отдельные укрепления, не связанные друг с другом и имеющие большие почти не защищённые бреши, была оборудована сплошная оборонительная линия. Были возведены новые артиллерийские позиции, блиндажи, укрытия и линии связи.

Получилось так, что англо-французское командование упустило момент для открытого штурма Севастополя, и было вынуждено приступить к осадным работам. Вместо быстрой победы союзники были вынуждены тратить время и все силы для борьбы с гарнизоном Севастополя. 349-дневная Севастопольская оборона сковала всё внимание и силы союзников, что позволило России выйти из войны без особых потерь.

После того как Корнилов погиб — во время первой бомбардировки города 5 (17) октября 1854 г., его миссию на себя почти полностью взял на себя Павел Степанович Нахимов. Формально командовал обороной города начальник Севастопольского гарнизона генерал Остен-Сакен, но фактически руководил обороной Севастополя Нахимов. В феврале 1855 г.

Читайте также:  Каким народам пришлось тяжелее всего при монголо-татарском иге

Нахимов был официально назначен командиром Севастопольского порта и военным губернатором города. 27 марта (8 апреля) он был произведен в адмиралы.Павел Нахимов правильно оценивал стратегическое значение обороны Севастопольской крепости как главной базы Черноморского флота.

«Имея Севастополь, – писал адмирал, – мы будем иметь флот…, а без Севастополя нельзя иметь флота на Черном море: аксиома эта ясно доказывает необходимость решиться на всякие меры, чтобы заградить вход неприятельским судам на рейд и тем спасти Севастополь».6 (18) июня 1855 г. началась очередная атака. Самые ожесточенные бои шли на Малаховом кургане.

Русские войска отразили штурм Севастополя. Радость охватила город и всю Россию, противники были сильно удручены. Однако июнь 1855 г. принес защитникам Севастополя не только радость победы, но и два несчастья. Тяжело был ранен Тотлебен и его увезли из Севастополя. Все боялись, что блестящий военный инженер умрет, но судьба его сохранила.

Защитников же крепости ждал ещё более сокрушительный удар. Нахимов чудом уцелел во время штурма 6 (18) июня. Во время боя он находился в самом опасном месте — на Малаховом кургане. Когда французы снова прорвались на позиции, многие командиры пали солдаты сбились в кучу, Нахимов и два его адъютанта скомандовали: «В штыки!» и русские воины взбодрились и выбили противника.

В результате Нахимов в этот день завершил дело спасения Малахова кургана, начатое Хрулёвым.Надо отметить, что, видимо, Нахимов понимал обреченность Севастополя. Он постоянно рисковал. Один из храбрейших сподвижников Нахимова по защите Севастополя, князь В. И.

Васильчиков (сам Нахимов говорил: «Берегите Тотлебена, его заменить некем, а я — что-с!» «Не беда, как вас или меня убьют, а вот жаль будет, если случится что с Тотлебеном или Васильчиковым!»), давно наблюдавший за адмиралом, отмечал: «Не подлежит сомнению, что Павел Степанович пережить падения Севастополя не желал.

Оставшись один из числа сподвижников прежних доблестей флота, он искал смерти и в последнее время стал более, чем когда-либо, выставлять себя на банкетах, на вышках бастионов, привлекая внимание французских и английских стрелков многочисленной своей свитой и блеском эполет…»Не раз Нахимова буквально силой уводили с передовой.

Так, на Камчатском люнете перед его падением, в конце концов, матросы, не спрашивая, схватили Нахимова и вынесли на руках, потому что он медлил и ещё через несколько секунд его убили или бы пленили. Свиту адмирал обыкновенно оставлял за бруствером, а сам выходил на видное место и долго там стоял, глядя на вражеские батареи, «ожидая свинца», как выразился тот же Васильчиков.

Когда кто-то из матросов, утомившись и выбившись из сил, просился на отдых, Нахимов поднимал его боевой дух такими словами: «Как-с! Вы хотите-с уйти с вашего поста? Вы должны умирать здесь, вы часовой-с, вам смены нет-с и не будет! Мы все здесь умрем; помните, что вы черноморский моряк-с и что вы защищаете родной ваш город! Мы неприятелю отдадим одни наши трупы и развалины, нам отсюда уходить нельзя-с! Я уже выбрал себе могилу, моя могила уже готова-с! Я лягу подле моего начальника Михаила Петровича Лазарева, а Корнилов и Истомин уже там лежат: они свой долг исполнили, надо и нам его исполнить!»28 июня (10 июля) с 4 часов утра противник начал ожесточённый обстрел 3-го бастиона. Нахимов верхом поехал с двумя адъютантами осмотреть 3-й и 4-й бастионы, чтобы поддержать их защитников. Прибыв на Малахов курган, он наблюдал за ходом боя в подзорную трубу, подбадривал солдат и командиров. Как обычно, Нахимов не внял ни одному предостережению. И на этот раз всё закончилось плохо.

Несколько пуль прошли рядом с адмиралом. «Они сегодня довольно метко стреляют», — сказал Нахимов, и в этот момент грянул новый выстрел. Нахимов без единого стона упал на землю, как подкошенный. Пуля ударила в лицо, пробила череп и вышла у затылка. Не приходя в сознание, Нахимов скончался через два дня. Севастополь потерял «душу обороны», а русский народ — одного из своих самых славных сынов.

Самсонов Александр

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Источник: https://topwar.ru/78691-12-iyulya-1865-goda-sevastopol-poteryal-dushu-oborony-pogib-velikiy-admiral-pavel-stepanovich-nahimov.html

Главной страстью адмирала Нахимова был Черноморский флот

Историк Тарле писал, что «за слишком большой поглощенностью морскими интересами он забыл влюбиться, забыл жениться». Это лишь одна из сторон жизни адмирала.

Отважный герой

В жизни Нахимова будет немало побед.

Он отличится в Наваринском сражении 1827 года, блокирует Дарданеллы в ходе русско-турецкой войны 1828-1829 годов, одержит блестящую победу в Синопском сражении 1853 года во время Крымской войны, будет до последнего вздоха защищать Севастополь.

В 1818 году один из лучших выпускников Московского кадетского корпуса в Санкт-Петербурге, Павел Нахимов был зачислен в Петербургский морской экипаж, а затем – на фрегат «Крейсер», которым руководил легендарный Михаил Лазарев.

Строгость и требовательность командира заставляли роптать многих, но только не мичмана Нахимова. Со свойственным ему упорством постигал он морскую науку настолько прилежно, что к нему за советом стали обращаться даже опытные моряки.

Авторитет Нахимова возрос после спасения моряка, которого во время шторма порывом ветра выбросило с палубы «Крейсера» за борт. Нахимов первым вызвался спасать «человека за бортом». Команда матросов во главе с молодым мичманом погрузилась на катер и бросилась навстречу стихии. Через секунды на корабле потеряли катер из виду.

Их будут искать на протяжении нескольких часов. Решат, что команда погибла. Однако Нахимов сумеет победить стихию и вернет всех моряков на борт.

Отец-благодетель

Впоследствии за отеческую заботу о подчиненных Нахимова прозовут «отцом-благодетелем». Матросы любили своего командира за простоту и справедливость, за искреннюю привязанность, за подлинное желание разделить вместе с ними все тяготы и лишения.

Он знал имя каждого своего матроса, никогда не чурался беседы. Ради доброго слова «Пал Степаныча» матросы были готовы идти в огонь и воду. Среди современников Нахимова бытовал такой анекдот.

На присланную в адрес адмирала хвалебную оду, тот с раздражением заметил, что автор доставил бы ему настоящее удовольствие, доставив несколько сот ведер капусты для матросов. Его забота о подчиненных проявлялась, казалось, в мелочах.

Например, во время обороны Севастополя он лично проверял пищу солдат. Был даже выпущен приказ, по которому запрещалось с кусков мяса срезать сало для смазки колес, а варить «непременно в полном количестве».

Патриот и демократ

Нахимов, будучи превосходным командиром, отлично понимал, что истинная сила не в количестве кораблей и их вооружении, а в простых матросах, прекрасную и могучую русскую натуру которых адмирал высоко ценил.

Он умел учитывать выдающиеся особенности русских людей – ясность ума, стойкость характера и безграничное терпение, которые чаще всего становятся решающими факторами в сражении. Он говорил, что пора уже офицерам перестать считать себя помещиками, а матросов – крепостными.

Показательным становится тот факт, что, будучи командиром линейного корабля «Силистрия», Нахимов запретил применение телесных наказаний.

От офицеров он также требовал моральной дисциплины и настоятельно советовал изучать особенности своей страны, «не подражать слепо иностранным порядкам» и не пренебрегать своими, чтобы тем самым быть ближе к простым людям. Он никогда ничего не делал для того, чтобы понравиться начальству, считая, что служит не высоким чинам в Петербурге, а России.

Милосердный христианин

Внешняя бесстрастность и некая сухость в отношениях с большинством окружающих дополнялась в характере Нахимова такими душевными качествами как сострадание, готовность прийти на помощь ближнему, умение сопереживать чужому горю.

И будучи лейтенантом, и уже став адмиралом, он помогал морякам-инвалидам, осиротевшим семьям моряков, их вдовам, а, порой, и случайным людям, которые разжалобили его рассказом о своей тяжелой судьбе. Сердце подсказывало ему, что иначе поступать он не может.

Нахимов, к слову, был набожным человеком: исповедовался, причащался, постился, совершал ежедневную молитву.

Истинный друг

Дружбу со студенческой скамьи с Михаилом Рейнеке, будущим гидрографом, Павел Степанович пронесет через всю жизнь. В письмах к другу он будет делиться переживаниями, ощущениями от прожитых дней, рассказывать об удачах и досадовать на поражения.

В редкие часы общения с семьей и друзьями Павел Степанович обнаруживал такие черты своего характера как простота, обходительность, желание и умение делиться душевной теплотой. Он проявлял чрезвычайную привязанность к детям.

В доказательство достаточно вспомнить его письмо брату Сергею и его супруге Александре, в котором он расспрашивает о своей племяннице: «Здорова ли, весела ли моя несравненная Сашурка? Теперь без меня ни трогать, ни дразнить ее некому…» Далее следует целый ряд не праздных вопросов: начала ли ходить? Говорит ли? Привита ли ей оспа? Проколоты ли уши для сережек? Часто ли ее выпускают гулять? «Знаете ли, — пишет Нахимов, — она более всего занимала меня в моем горестном и болезненном одиночестве. Она создала для меня новый вид наслаждения, с которым я так я давно раззнакомился, — мечтать…».

Убежденный холостяк

Нахимову не раз задавали вопрос, почему тот не женится. Он неизменно отшучивался, что все время проводит на корабле, а туда, как известно, женскому полу вход воспрещен. Впрочем, большинство исследователей сходятся на мнении, что была в жизни некая «нигде не высказанная драма», которая оставила Нахимова холостяком до гробовой доски.

Возможно, речь идет о его неудачном сватовстве к дочери командующего Архангельского порта – небогатому и незнатному офицеру отказали. Думается, что позже желающих стать адмиральшей было уже предостаточно, однако «потенциальный жених» имел на этот счет, как говорили, «твердо-каменные позиции», замечая, что женатый офицер — не служака.

Впрочем, об одном браке Нахимова известно точно – он был «женат» на Черноморском флоте.

Фаталист

Став душой севастопольской обороны, Нахимов был уверен, что именно здесь он закончит свой жизненный путь. Он решительно заявлял, что будет оборонять город вместе со своими матросами до конца. Он был уверен – прятаться от пуль, бояться смерти могут трусы, а «чистый душой и благородный человек будет ожидать смерти спокойно и весело».

Нахимов обходил укрепления, не прикрывая легендарные золотые эполеты серой солдатской шинелью, находил время для общения с солдатами, вникал в каждую мелочь, отдавал приказы, требуя вместо поклонов, поцелуев и чинов, которыми жаловал его император, бомб и провизии. Он предчувствовал поражение, но не желал с ним мириться.

В последний день жизни Нахимов, кажется, начнет испытывать судьбу, осматривая батареи и укрепления «под самым страшным огнем». Последний взор на противника он бросит в подзорную трубу с насыпи Малахового кургана – пуля ударит в лицо, пробьет череп и выйдет через затылок.

Не приходя в сознание, легендарный адмирал скончается в 11 часов 7 минут 12 июля 1855 года.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/russian7/glavnoi-strastiu-admirala-nahimova-byl-chernomorskii-flot-5b2788a4b46e2500a8ba184d

Ссылка на основную публикацию