Как полководец суворов обращался со своими крепостными

Дорога из Москвы во Владимир время от времени вырывалась из плена лесов, и тогда вдруг совсем рядом являлась то деревушка, то речка с былинным названием, то картофельное поле. Сто сорок назад этой же дорогой ехал в свое село Ундол (ныне город Лакинск) Александр Васильевич Суворов.

Ехал, впервые за долгие годы получив продолжительный отпуск и в твердом намерении отдохнуть от ратной службы в своих владимирских имениях. Ехал как простой крепостной помещик из небогатого дворянского рода, отставив в дальний угол все свои честно заслуженные звания, титулы и должности.

Как полководец Суворов обращался со своими крепостными

Или в то время еще не заслуженные? Скорее всего, именно так. Генерал-поручик — вот его воинское звание после первой турецкой войны.

Это уже много позже, ближе к семидесяти годам, его будут именовать князем, графом, принцем, грандом, генералиссимусом российских морских и сухопутных войск. Назовут полководцем, который не проиграл ни одного сражения, даже с превосходящими силами противника.

Спорить станут, как правильно титуловать — ваша светлость или ваше сиятельство. А пока скромно и без затей — ваше высокопревосходительство Александр Васильевич Суворов.

Как полководец Суворов обращался со своими крепостными

Рассказ экскурсовода об этом удивительном человеке показался мне настолько неожиданным и ярким, что я набрался смелости пересказать его, уточнив детали и дополнив некоторые факты любопытными подробностями. Пытался заодно представить себе, как это все было в те далекие времена.

Дорога, понятно, не нынешний асфальт, ямы да колдобины, которые неспешно покоряла присланная из имения пролетка. Весной было дело, уже пели птицы в лесах, из болотцев тянуло сыростью, ритмично постукивали копыта лошадей. Птичий посвист, наверное, отзывался в душе прирожденного вояки трелями полковых флейт, что звали солдат в атаку. А копыта словно барабаны отбивали маршевый ритм.

Тогда еще воевали так: строем, с барабанщиками и флейтистами, выдвинув вперед знаменосцев. Честно воевали.

Как полководец Суворов обращался со своими крепостными

Суворов не случайно решил обосноваться именно в Ундоле (а были и другие поместья), на полдороге между Москвой и Владимиром. Чуял, что не усидеть ему в четырех стенах, и придется не раз наезжать в губернский город, и совсем не по приватным делам. Так оно, в принципе, и вышло.

Заскучал Александр Васильевич на покое, поехал в Санкт-Петербург просить назначения. И получил, что просил — командование шестой Владимирской дивизией. Как говорится, тут тебе и поместье, и тут же тебе служба государева.

Старайся, генерал-поручик, во славу отечества, добывай квартиры солдатам, овес лошадям и прочая, прочая, прочая. Не заскучаешь.

Александр Васильевич сделался постоянным посетителем, просителем и приятелем Владимирского наместника, князя Ивана Петровича Салтыкова, на которого были возложены обязанности по хозяйственному обеспечению дивизии.

Как полководец Суворов обращался со своими крепостными

Дружеские отношения, однако, не всегда продвигали снабженческие дела: ну, нет у князя ни скатерти-самобранки, ни рога изобилия, что тут поделаешь? Суворову же хотелось собрать образцовую дивизию, которая на смотрах и парадах бы гремела, и в боях потом не посрамила чести.

Приходилось включать отнюдь не дворянскую смекалку, чтобы решить столетней давности проблемы.

Ну почему солдатушки должны расселяться по крестьянским избам, стесняя хозяев и подвергая армейскую дисциплину серьезным испытаниям? Александр Васильевич приказал и лично следил за тем, как строили казармы и как расселялась в них дивизия.

Как полководец Суворов обращался со своими крепостными

Погрязши в этих хозяйственных делах, попутно проникся будущий генералиссимус крестьянскими заботами.

И вот что любопытно, не раз читал я, как именовали его гением воинских наук, постоянно и в самых неожиданных местах всем нам попадаются фразы из его нестареющей книги «Наука побеждать».

Ну, все же помнят, только не скажут, откуда они — «Сам погибай, а товарища выручай», «Русские прусских всегда бивали».

А встретился и такой вот прогноз, ей Богу, не вчера написанный: «Тщетно двинется на Россию вся Европа: она найдет там Фермопилы, Леонида и свой гроб ». Фермопилы, подсказал интернет, это горный проход, где в античные времена проходила единственная дорога в среднюю Грецию, а Леонид — это спартанский царь, который с небольшим отрядом его охранял. В общем, строго по сюжету фильма «300 спартанцев».

Как полководец Суворов обращался со своими крепостными

О женщинах почти ничего в этой книге нет, видно, что был он не великим ходоком по этой дорожке. Но мы уже подходим к женской теме, а она для Александра Васильевича особенно щепетильна и разговора вскользь не приемлет. Дойдет и до нее черед, но чуть погодя. Вернемся к хозяйственной теме, уже обозначенной легким пунктиром.

Как полководец Суворов обращался со своими крепостными

Едва приехав в Ундол, затеял Суворов стройку особняка в поместье. Ну, особняк — это очень громко сказано для двухэтажного строения размерами 8 на 8 метров. По моему разумению, это не очень большой дачный домик, видели мы и покруче. Правда, чтобы было где обретаться слугам да ночевать гостям, пристроили к этому «дворцу» два деревянных крыла.

Жил генерал не по-генеральски, без особого шика. Поместье обставил так, что гости иной раз диву давались: рядом с золоченой софой выстраивались простые некрашеные стулья работы местного умельца. А чего деньги зря тратить, велика ли разница, на чем сидеть? В храм ходил не только молиться, но и пел в церковном хоре, причем пел с удовольствием.

Любил спать на охапке сена, укрывшись шинелью, приводя этой привычкой в ступор очевидцев.

Как полководец Суворов обращался со своими крепостными

Можно еще много рассказывать о скромных запросах Александра Васильевича, о его чудачествах, которые он вытворял, невзирая на мнение окружающих. Но не буду особо распыляться, скажу вкратце, потому как мне сейчас этот сухонький великан интересен как хозяин.

Он и взаправду был хозяином, стараясь влезать во все тонкости. Людей слушал, но выводы делал сам. Как-то собрался в Ундоле народ на сход, примерно как у нас сейчас, чтобы обсудить свои насущные дела.

И как же такое событие да без Александра Васильевича? Но тут как на грех разлилась речушка Ундолька, а мостика нет, да и лодки тоже.

Суворов недолго думал, сколотил из подручных материалов какой получился плот, лопату в руки вместо весла и успел таки на сход, послушал, что народ говорит. Выступил ли сам, про то история умалчивает, вполне возможно, что просто послушал.

Как полководец Суворов обращался со своими крепостными

За обедом мог рюмку тминной водки употребить, но не более того, не увлекался. Тех же, кто начав, не мог остановиться, приказывал обливать водой из колодца, невзирая на время года и на погоду. Для деревенских ребятишек не жалел ничего, всегда для них приберегал что-нибудь вкусненькое.

Они это знали и всегда с удовольствием шли к своему «батюшке-барину», кто с лукошком грибов, кто с туеском ягод. Рады были угостить хозяина. Его управляющий как-то решил тоже выслужиться перед барином, из казенных денег за десять рублей купил лодку. Вдруг опять понадобится.

Суворов отругал его, велел вернуть лодку хозяину, а сам пообещал переправляться через речку в подходящем по размеру жбане. Из тех, в которых тесто заводят. Сам-то ладно, что с чудака взять. Но он ведь и гостей через реку таким же макаром переправлял.

Те, кто видел, рассказывали, что зрелище было незабываемое.

Как полководец Суворов обращался со своими крепостными

Над ним смеялись, а он тоже… посмеивался, но упорно гнул свою линию. Нечего, мол, деньгами швыряться, можно им найти иное применение. Он и находил — своим же крепостным давал взаймы, прекрасно зная, что те нипочем не вернут. Ну так что ж, на все воля божья, считал Суворов. Лишь однажды, уже будучи и графом, и князем, и генералиссимусом, прикинул свои доходы и расходы, и вымолвил горько:

— Всю жизнь прожил, а даже драной козы не нажил.

Но это, конечно, он сгоряча сказал, потому что не ради богатства жил и отчизне служил, а чтобы множилось и крепло государство и не бедствовал народ.

Занявшись вплотную агрономией, заметил он, что год от году падает на полях урожайность. Из генерала, конечно, тот еще аграрий, но выводы он сделал верные. Крестьяне взяли за обычай пахать поля, не удобряя, навоз не вывозили под посевы, отсюда и скудость земли. Начал разбираться дальше, и обнаружил, что кто-то от лености так работает, а кто-то от бедности.

«У крестьянина Михаила Иванова, — писал Суворов, — одна корова! Следовало бы старосту и весь мир оштрафовать за то, что допустили они Михаилу Иванову дожить до одной коровы. Купить Иванову другую корову из оброчных моих денег. Богатых крестьян и крестьян скудных различать и первым пособлять в податях и работах беднякам. Особливо почитать таких неимущих, у кого много малолетних детей».

Леса берег, в которых так любил гулять. Когда приходил крестьянин с просьбой вырубить сотни полторы деревьев на строительство, отсылал его к соседям. Денег, мол, дам, иди купи на стороне, а наш лес не трогай. То же и с пополнением армии. В те времена служили долго, можно сказать, всю жизнь, и если забривали кого в рекруты, семья оставалась без кормильца.

Жди, вернется мужик через два десятка лет, а он и не мужик уже вовсе, а дед, ему не в поле за сохой шагать, а на завалинке сидеть. Но были и тут варианты. Можно было сдать в казарму одинокого мужика, который не столько работал, сколько гулял и под венец не спешил. А можно было в соседнем селе купить такого же обалдуя, да и отбояриться им от армии.

Крепостное же право!

Что Александр Васильевич и наловчился проделывать, без убытка хозяйству и соблюдая все законы.

Женщины и дети — о них особый разговор. Жена Суворова Варвара Ивановна, да не просто Варвара, а княжна из рода Прозоровских, одарила его дочкой Натальей, которую он ласково звал Суворочкой, а потом и сыном Аркадием. Но не сложилось, измены бывали и тогда, а вот с разводом для тех, кто венчался в храме, было сложно.

Суворов дошел почти что до императорского двора, чтобы законно расстаться со своей нареченной, хотя и со второй попытки. И это было не проще его же перехода через Альпы. Кстати, в том и другом случае результат не назовешь победным, и там, и там сплошь измена и предательство.

Но не буду углубляться, иначе опус мой окажется бесконечным.

Может быть, имея в виду свои неудачи на амурном фронте, Суворов столь стремительно и безоговорочно решал судьбы своих молодых крепостных. Браки поощрял и всячески им содействовал. «Крестьянин богатеет не деньгами, а детьми; от детей ему и деньги», — считал Александр Васильевич.

Было дело, в его деревне под Кобрином подросло много холостых парней, а невест было маловато. Суворов подсчитал, сколько не хватает женщин, купил нужное количество крепостных крестьянок у соседей-помещиков.

Ну и чисто по-армейски построил парней и девушек в шеренги по росту, друг против друга, и вот так, парами, отправил в церковь венчаться. Около ста новых семей, по свидетельствам современников, жили дружно, как будто чувствуя ответственность перед таким сватом.

В другой раз пришлось везти невест издалека, и Суворов снова вмешался в процесс. Где-то в архивах сохранилось его письмо на эту животрепещущую тему. Для ундольских парней Суворов приказывает купить четырех девиц в новгородских деревнях и уточняет: «Лица не разбирать, лишь бы здоровы были.

Девиц отправлять в Ундол на крестьянских подводах, без нарядов, одних за другими, как возят кур, но очень сохранно».

Почем были девицы? И этот факт сохранила история. Один из его адъютантов, посланный с ответственной миссией в Москву, сообщал, что девиц, которые бы умели «шить порядочно, мыть белье и трухмалить (видимо, крахмалить, — прим. авт.), меньше как за 80 рублей приобрести нельзя, а 50 рублей стоит ничего не знающая».

Но это, как говорится, просто любопытный факт, для общего развития и, может быть, для зарождения интереса к истории. Зачем оно нужно и какой смысл в этих знаниях, разве нельзя прожить без них? По-моему, никак нельзя, имея в виду армию любителей переписать историю в угоду сиюминутной выгоде.

Читайте также:  10 киллеров, которые изменили русскую историю

В итоге негодяи вдруг оказываются героями, а ничтожества взлетают до небес, сами себя уверив в своем величии. Ну и так далее, со всеми вытекающими последствиями.

…Признаюсь, никак не ожидал я, что рассказ экскурсовода по дороге из Москвы во Владимир настолько увлечет меня, что уже дома я с интересом погрузился в интернет, добывая все новые и новые факты из яркой и долгой жизни этого человека.

Но ведь интересно же, и ни в каком учебнике не встретишь ничего подобного. Тем более, что фоном для рассказа были леса и поля, где все это и проистекало. Вот речушка, в которой, возможно, мальчишки ловили пескарей для барина. Вот поселение со странным именем — Брыкины горы.

И правда, пригорок, две — три избушки вразброс. Что за люди здесь живут, чем заняты? Кто такой Брыкин был?

Села проезжали, опять же разные. Одни будто со времен Суворова стоят и уже на ладан дышат. Крыши провалились, попадаются обгоревшие срубы. Местами, с запущенных полей, подступает борщевик, страшно ядовитая гадость, опасная для любого живого существа.

Стоят, как в фильме «День триффидов», поджидая очередную жертву. И порубить некому эту дрянь, пуста деревня. А в соседней деревушке видишь такую же хату, но рядом, вплотную, строится добротный дом. И неважно, для каких целей, может, как дача.

Главное, оживает селение.

В самом Владимире, как в продолжение брачной темы, попали на свадебный день. У бывшей водонапорной башни, ставшей нынче музеем, очередной свадебный поезд готовился, по-моему, к решительному броску к Золотым воротам.

Гремела дурная музыка из машины, дружки и подружки слонялись вокруг с бокалами шампанского, жених собирался с силами, чтобы пронести невесту через упомянутые ворота. Кто-то из подружек догадался выключить бешеный ор из магнитолы, и стало гораздо лучше вокруг. Я подумал, а как бы на эту картину среагировал Александр Васильевич? На этот шум, суету, браваду молодых.

Приказал бы высечь розгами на конюшне? Или одарил бы по своему обычаю молодых шапкой и шалью? Шапкой — если сына родят, шалью — за дочь. Авансом.

  • Мне кажется, одарил бы, ведь и сам он был человеком веселым и всяких чудачеств не чурался.
  • Лица России
  • А это лицо России, причем явно кавказской национальности, встретилось мне на рынке в подмосковном городе Протвино неподалеку от Серпухова.

— Покупай арбуз, настоящий, астраханский. А дыня — слаще меда!

Я согласился на покупку в обмен на разрешение сфотографировать его за работой. Он не отказал, но уточнил:

— Публиковать будешь?

— Буду, — говорю, но не здесь, а в Казахстане. — Объяснил парню, где можно будет увидеть, дал ему адрес нашего сайта в интернете.

— Хорошо, — говорит, — снимай, но запиши. Так и напиши: это Раим Гусейнов, достойный человек и честный продавец. Коренной россиянин. Не сомневайся, россиянин. Я родился в деревне Горбунки Ломоносовского района Ленинградской области. Тридцать лет живу в городе Протвино.

И впрямь, достойный человек, занятый нужным делом. Чем не дело торговля, если заниматься им по-настоящему? Раим выбрал нам арбуз и дыню и не поленился донести до машины.

— Будете у нас в Протвино, заходите на рынок.

— Зайдем, как не зайти!

А снимки, понятное дело, без сюжетов из жизни Александра Васильевича, где же их взять без машины времени? Снимки сделаны в музее «Старый Владимир» и, может быть, дополнят мой рассказ про чудаковатого генерал-поручика. Немного не то время, но все же.

И еще серия снимков, но уже из Суздаля. Как своеобразный мостик к следующему очерку из этого сказочного города. На этих фото сотни поделок из лавки-музея лоскутного творчества города Суздаля. Красиво, ярко, самобытно, но не всем по карману. Ручная работа, очень дорого. Но посмотреть и попытаться скопировать можно.

    Источник: https://kstnews.kz/projects/kak_eto_bylo/item-18327

    Суворовское управление

    Александр, сын Василия Суворова, родился в Москве 30 ноября (12 декабря) 1730 года. Отца в ту пору отчислили из гвардии, сделав прокурором в полевых войсках, а там и вовсе перевели в штатские – коллежским советником.

    Мальчик не подавал никаких надежд на сколько-нибудь успешную военную карьеру: оставался меньше и слабей своих сверстников. У него рано появились два героя, которым хотелось подражать: Александр Македонский и Александр Невский. О них рассказывала ему мать.

    Как полководец Суворов обращался со своими крепостнымиЧтобы подготовиться к военным баталиям, научился скакать на лошади, преодолевая препятствия, плавать; спал даже зимой при открытом окне, по утрам обливался холодной водой, не носил теплого белья. Летом в деревне организовал потешные бои со сверстниками. Зная, что не одолеет противников силой, прибегал к внезапной атаке, проявлял ловкость, напор, упорство.

    Первый документ, подписанный Александром Суворовым, адресован «Всепресветлейшей Державнейшей Великой Государыне Императрице Елисавете Самодержице Всероссийской Государыне Всемилостивейшей»: «Бьет челом недоросль Александр Васильев сын Суворов, а о чем тому следуют пункты: 1. Понеже я в службу Вашему Императорскому Величеству еще нигде не определен. 2. Имею желание служить… в лейб-гвардии Семеновском полку… солдатом… Октября 1742 году». Просьба его была удовлетворена. С этого момента официально началась его служба, фактически проходившая в домашней обстановке. Отец помог осваивать основы фортификации. По-прежнему любимым чтением Александра оставались книги, посвященные деяниям полководцев и военной истории. Кроме того, с помощью учителей он изучал геометрию и тригонометрию, географию, философию; совершенствовался в знании иностранных языков. В декабре 1747 года он отправился в Петербург с двумя крепостными для прохождения действительной военной службы. Удостоился зеленого солдатского мундира с капральской нашивкой. Помимо обязательной муштры, парадов и учений, им приходилось выполнять различные работы и нести караульную службу.

    Вне службы он продолжал заниматься самообразованием. Его справедливо величают «солдатом-полководцем». Единственным из всех величайших полководцев мира, он прошел путь от солдата до генералиссимуса. Как писал историк М.Л.

    Песковский, «продолжительное пребывание Суворова солдатом было делом его личного желания, вполне отвечало его намерениям детальнейшим образом изведать личным своим опытом все то, что приходится делать солдату помимо прямых его обязанностей.

    Понятно, что никакие учебные заведения, никакие книги не могли заменить ему в этом отношении личного опыта… Суворов открыв в русских солдатах драгоценнейшие качества души…

    Вот почему Суворов-капрал и Суворов-непобедимый генералиссимус все-таки оставался одним и тем же солдатом, так как ему всегда одинаково были близки и дороги солдатские интересы, тяготы, скорби и нужды».

    А вот справедливое дополнение другого историка А. Петрушевского: «В русской солдатской среде много привлекательного. Здравый смысл в связи с безобидным юмором; мужество и храбрость спокойные, естественные, без поз и театральных эффектов, но с подбоем искреннего добродушия; умение безропотно довольствоваться малым, выносить невзгоды и беды так же просто, как обыденные мелочные неудобства. Суворов был русский человек вполне…».

    Добавим: солдаты для Суворова никогда не были только средством для достижения той или иной цели. Он берег своих подчиненных, заботился о них так же, как о себе («Возлюби ближнего своего…»).

    Был поистине отцом родным для солдат. И поэтому потери его войск были минимальными, а то и просто ничтожными в сравнении с потерями противника.

    «Воевать не числом, а умением» – его девиз и руководство к действию.

    В младшие офицеры был произведен в 1754 году. Сначала служил в пехотном полку, потом был назначен оберпровиантмейстером. Выполнял интендантские работы, писал ежемесячные отчеты о наличии, приходе и расходе провианта, фуража и денежной казны. Пребывание на нестроевых должностях позволило на практике освоить непростое умение обеспечивать войска всем необходимым, организовывать тылы. Он как бы со стороны мог подмечать недостатки в подготовке солдат и офицеров, устаревшие приемы ведения боевых действий.

    Боевое крещение получил он в Семилетней войне, добившись назначения в действующую армию. Чины свои стремился заслужить, а не выслужить.

    Уже в первых стычках с пруссаками Суворов проявил незаурядное хладнокровие, сметку, решительность и храбрость. На него обратил внимание генерал Берг, пожелавший назначить его командиром легкого кавалерийского полка. Последовала череда подвигов и побед Суворова – все более и более значительных. Подобного послужного списка нет ни у одного полководца в мире. Среди его записей есть такая, на французском языке: «Если я был бы Юлий Цезарь, то назывался бы первым полководцем мира» (вполне справедливо отмечено; ведь многих завораживают высокие звания, а не деяния; императору прославиться легче, чем боевому командиру). А далее следует приписка по-русски: «Настоять на этом было бы подобно тому московскому архимандриту, что себя пожаловал в первосвященники».

    Иногда можно услышать, будто Суворов был кровавым карателем, подавившим польское восстание. Ничего подобного в действительности не было.

    Да, он громил польских конфедератов, но почти всегда имел меньшее количество русских воинов, пленных приказывал щадить, а мирное население не обижать.

    Не случайно варшавяне вручили ему золотую табакерку с лаврами из бриллиантов и надписью: «Варшава своему избавителю».

    Необыкновенная личность Суворова определенно проявилась в стиле. Он так излагал три воинских искусства. «Первое – глазомер: как в лагере стоять, как идти, где атаковать, гнать и бить. Второе – быстрота (Ура чудеса творят, братцы!). Третье – натиск… Субординация – послушание, экзерциция – обучение. Дисциплина, ордер воинский – порядок воинский, чистота, здоровье, опрятность, бодрость, смелость, храбрость, победа. Слава, слава, слава!». Его чеканные фразы, острые мысли, верные суждения совершенно уникальны; это некое странное сочетание латинских афоризмов и русских народных пословиц: «Стреляй редко, да метко. Штыком коли крепко… Пуля дура, штык молодец… Береги пулю в дуле». «Тяжело в ученьи, легко в походе». «Неприятель сдался? – Пощади!».

    Его здравый ум проявлялся и в умении вести сельское хозяйство. Он наставлял своих крепостных: «Лень рождается от изобилия… В привычку вошло пахать иные земли без навоза, от чего земля вырождается». Беспокоят его не только «производственные показатели».

    Он пишет управляющему: «У крестьянина Михайлы Иванова одна корова! Следовало бы старосту и весь мир оштрафовать… Купить Иванову другую корову из оброчных моих денег… Особенно почитать таких неимущих, у кого много малолетних детей.

    Того ради Михайле Иванову сверх коровы купить еще из моих денег шапку в рубль».

    Между прочим, имея крепостной театр, он и тут не остается равнодушным: «Васька комиком хорош. Но трагиком будет лучше Никитка… Держаться надобно каданса в стихах, подобно инструментальному такту, – без чего ясности и сладости в речи не будет, ни восхищения… Сверх того французской грамматике заставь учиться исподволь Алексашку, парикмахера». И с непреклонным упорством шел по намеченному в детстве пути. Как полководец Суворов обращался со своими крепостными Как полководец Суворов не имеет себе равных в истории человечества, не проиграв не только ни одной крупной военной кампании, но даже ни одного сражения (а их у него было множество!). Повторим, что почти всегда он имел в своем распоряжении меньше войск, чем противник. Порой на одного русского приходилось по пять-шесть турок. И дело тут не только в боевой подготовке его солдат, но прежде всего в «искусстве побеждать», которым Суворов владел в совершенстве, обладая огромными знаниями во всех отраслях военного дела.

    При Туртукае, имея 500 человек, он разгромил 4-тысячный турецкий корпус. Потери русских – 200 убитых и раненых, турок – 1500. Совершенно необыкновенным было сражение за Измаил.

    Крепость считалась неприступной, защищала ее отличная, хорошо вооруженная армия.

    Суворов решился на штурм, имея меньше солдат, чем обороняющиеся! Он взял крепость, потеряв 4 тысячи убитыми и 9 тысяч ранеными, тогда как у турок было убито 26 тысяч, а 9 тысяч сдались.

    – Чем я могу наградить вас, князь? – спросил его после этой победы главнокомандующий князь Г.А. Потемкин. – Ничем, князь, – был ответ. – Я не купец, не торговать приехал. Кроме Бога и Государыни, никто меня наградить не может.

    Читайте также:  Какие у кореи существуют претензии к территориям россии

    Суворов был поистине творцом своей судьбы. От заурядного дворянина он только благодаря своим победам был возвышен до князя, которому положены «царские почести».

    От солдата он поднялся до фельдмаршала и генералиссимуса.

    И все это было добыто на полях сражений, ценой невероятного напряжения физических и умственных сил, с постоянным риском для жизни, да еще вопреки недоброжелателям и завистникам. Во многом благодаря его подвиг.

    Из книги Петра Усова

    «История Суворова», СПб, 1900

    Источник: http://mir-omsk.ru/about/suvorov-management/suvorov-soldat-polkovodec.html

    Почему солдаты любили Александра Васильевича Суворова и готовы были пойти за ним «в огонь и воду»? Ответ подтвердите примерами

    Солдаты были преданы своему вождю – Суворову из-за целого ряда причин.

    Александр Васильевич всегда уделял особое внимание солдатам: следил за тем, что бы для бойцов было вдоволь провианта, что бы солдаты были хорошо одеты и обуты. Суворов мог разделять трапезу вместе с подчиненными: он никогда не чурался общения с простым военнослужащими.

    Александр Суворов был личность харизматичной, т.е привлекательной. В нем сочетались такие качества как храбрость, честность и простота в общении, которой не хватало солдатом во время службы. Простота обращения Суворова, как с солдатами, так и с офицерами, просто удивительна.

    К князю Багратиону он обращался «Петра», или «князь Петра», к старому ветерану — «Платоныч». Почти всех своих ветеранов он знал по имени и всегда использовал любую возможность для того, чтобы лично к ним обратиться и подбодрить, вспоминая их заслуги во время прошлых военных компаний.

    Эта простота снимала дистанцию между ним и людьми, тем самым, открывая пути к безграничному влиянию, которое он на них оказывал.

    Однако эта простота ни в коем случае не означала фамильярности, Суворов всегда чувствовал тонкую грань между простотой и фамильярностью, и никогда ее не переходил.

    Примеров проявления солдатской любви к своему полководцев очень много. Вот некоторые из них: солдаты называли Суворова «отец родной», во время походов, особенно это проявилось среди альпийских снегов, проявляли о нем заботу: запрещали идти пешком. Когда Александр Васильевич покидал армия, для того что бы отбыть в ссылку, солдаты в строю не могли сдержать слез.

    Как Суворов воспитывал своих крепостных крестьян? В чем проявлялась его забота о крестьянах?

    Благодаря всестороннему уму и практичности Суворов был и хорошим хозяйственником. В поместьях его заботы были об умножении скота, об очистке покосов от кустарников о поднятии людей, задавленных бедностью, о выборе дельных старост.

     «Особенностью помещика А.В. Суворова являлось то, что его имениям со всей уставной строгостью военного человека управляли не гражданские люди, а прапорщики действительной службы или отставные, младшие и даже старшие адъютанты».

    Для своих управляющих Александр Васильевич составил записку для ведения хозяйства: «Причины упадка крестьянского хозяйства».

    У всех крестьян в имениях Суворова было по несколько коров, всегда в изобилии был хлеб. Александр Васильевич строго следил за достатком своих крепостных.

    Вот один из примеров, взятый из записки Суворова управляющим «Причины упадка крестьянского хозяйства», «У крестьянина Михаила Иванова одна корова! Следовало бы старосту и весь мир оштрафовать за то, что допустили они Михаила Иванова дожить до одной коровы! Купить Иванову другую корову из оброчных моих денег. Сие делаю не в потворство и объявляю, чтоб впредь на то ещё никому не надеяться».

    Александр Васильевич также следил за тем, чтобы в деревнях всегда были малые дети. За рождение ребёнка Александр Васильевич давал рубль семье. В суворовских имениях многодетным семьям выдавались небольшие награды.

    В своих приказах Суворов всегда указывал о заботе за детьми. Как-то он написал: «Крестьянин богат не деньгами, а детьми, от детей ему и деньги».

    В имении поддерживался образцовый порядок во всем.

    Александр Васильевич любил угощать всех вином, но сам пьяных терпеть не мог и даже зимой приказывал поливать водой у колодца таких крестьян, которые шибко пьянствовали.

    В чем заключается причина побед Александра Васильевича Суворова? Какие факторы влияли на его победы?

    Причина постоянных побед Александра Васильевича кроется в целом ряде факторов:

    1.

    Применение не стандартных приемов боя (Суворов любил нападать там, где противник этого ожидал меньше всего: в сражении на реке Адде Александр Васильевич приказал наступать на самом опасном участке фронта, во время Альпийского похода, суворовские чудо-богатыри обошли французов по непроходимым горным вершинам). Александр Васильевич был гением воинского искусства и видел слабые стороны врага и трезво оценивал свои силы.

    2. Образцовая подготовка солдат: после прохождения суворовской школы бойцы не боялись атаковать врага, громить его в штыковой атаке. Русский солдат был храбр и вынослив.

    3. Вера солдат в своего полководца. Бойцы были готовы идти за своим начальником в любое пекло, так как всецело доверяли ему.

    4. Самый главный фактор: русские солдаты были православными воинами, перед боем всегда совершалась молитва. Русские воины знали, что сражаются за Отечество и Веру Православную. 

    Войны, которые вела Россия в XVIII веке, были воинами за правое дело и поэтому, русское православное воинство одерживало верх над любым врагом: «Не в силе Бог, но в правде». Суворов был прав и поэтому побеждал. 

    Источник: https://studopedia.net/1_37943_pochemu-soldati-lyubili-aleksandra-vasilevicha-suvorova-i-gotovi-bili-poyti-za-nim-v-ogon-i-vodu-otvet-podtverdite-primerami.html

    Александр Суворов — полководец, опередивший век

    Первоначально отец намеревался направить Александра по гражданской стезе ввиду хилого сложения и слабого здоровья, которое не позволяло надеяться на успешную военную карьеру.

    Однако увлечение мальчика военным делом и историей оказалось сильнее, а физические упражнения помогли улучшить состояние здоровья.

    Окончательную точку в выборе судьбы будущего генералиссимуса поставил друг его отца, знаменитый «арап Петра Великого» — Абрам Ганнибал, который, заметив серьезное увлечение Александра военным делом и военной историей, убедил Василия Ивановича выбрать для сына военную карьеру.

    В 1748 году Суворов начал действительную службу в звании капрала.

    В прошедшие шесть лет он продолжал военное образование, как домашнее, так и в сухопутном шляхетском корпусе, где изучал военное дело и иностранные языки (интерес к языкам передался Суворову по наследству, и помимо многих европейских — французского, немецкого, итальянского, польского, молдаванского — он впоследствии освоил и турецкий язык).

    Бить, а не считать

    Первой его войной стала Семилетняя война 1756-1763 годов, где, по его словам, он «впервые познакомился со смертью» в генеральном сражении под Кунерсдорфом, завершившемся разгромом пруссаков. Вскоре он отличился и в самостоятельном деле — с сотней казаков взяв укрепленный город Ландсберг, оборонявшийся крупным отрядом прусских гусар.

    Под этим городом родилась первая из дошедших до нас «крылатых фраз» Суворова — когда в ответ на слова одного из офицеров «подождите, давайте хотя бы узнаем сколько их?», он ответил: «мы пришли бить, а не считать!», и не медля ни минуты послал казаков в атаку, которая завершилась полным успехом благодаря внезапности, ошеломившей противника.

    В этой фразе и этой манере боя отлита вся будущая карьера Суворова — мастера стремительного, неожиданного «дальнобойного» маневра и внезапной нокаутирующей атаки, «как гром с ясного неба».

    При этом Суворов не был безрассудным: отдавая приказы, он исходил из глубокого понимания обстановки как на поле боя, так и на ТВД в целом, которое приносило ему успех даже в тех случаях, когда со стороны его решение казалось крайне опрометчивым.

    В 1765 году Суворов составляет «Полковое учреждение» — инструкцию, содержавшую основные положения и правила по воспитанию солдат, внутренней службе и боевой подготовке войск. На учениях столичного гарнизона 1765 года суворовская инструкция доказала свою эффективность и была введена во всей армии.

    «Не надлежит мыслить, что слепая храбрость дает над неприятелем победу, но единственно смешанное с оною военное искусство…

    Единожды в нем полученное знание не токмо содержать в незабвенной памяти, но к тому ежедневными опытами нечто присовокуплять» — эта цитата из инструкции лучше всего характеризует Суворова как полководца.

    Блицкриг

    Самые громкие свои победы, принесшие ему уже мировую славу, Суворов одержал в русско-турецкой войне 1787-1792 годов. Среди них особо выделяется битва при Рымнике 22 сентября 1789 года, где командуя 25-тысячным русско-австрийским корпусом, Суворов громит, уничтожает и рассеивает стотысячную армию турок.

    В этом сражении, которое практически все состоит из стремительных маневров и коротких внезапных атак, проявился талант Суворова, опередивший свое время века на полтора.

    Залогом победы вновь стал внезапный для врага маневр, искусная тактическая разведка, нестандартные и неожиданные передвижения войск по полю боя, подчиненные общему плану — разгрома противника по частям, пока он не успел понять масштаб угрозы, объединить силы и отразить удар.

    Стремительностью действий Суворов лишал противника и возможности, и воли к сопротивлению, вгоняя его в панику и обращая в бегство. Фактически, его манера ведения боя была предтечей того, что в двадцатом веке назовут «блицкригом».

    В начале 1795 года Суворов был назначен командующим всеми русскими войсками в Польше, затем главнокомандующим 80-тысячной армией, расположенной в Брацлавской, Вознесенской, Харьковской и Екатеринославской губерниях со штаб-квартирой в Тульчине. В этот период он написал «Науку побеждать».

    Произведение вместило в концентрированном виде методы самого Суворова, принесшие ему славу непобедимого полководца.

    Работа состоит из двух частей — первая часть «Вахт-парад» или «учение разводное» говорит о подготовке солдат, вторая — «Словесное поучение солдатам», излагает на простом и доступном вчерашнему крестьянину языке принципы полководческого искусства Суворова: «Неприятель нас не чает, считает нас за сто верст, а коли издалека, то в двух-трех стах и больше. Вдруг мы на него, как снег на голову. Закружится у него голова! Атакуй с чем пришел, с чем Бог послал! Конница, начинай! руби, коли, гони, отрезывай, не упускай!».

    Наука отступать

    После смерти Екатерины II Суворов угодил в опалу по причине расхождений с новым императором Павлом I во взглядах на строительство армии. Прервали опалу события в Италии и Австрии, где Россия начала боевые действия против Франции в составе второй антифранцузской коалиции. Суворов был назначен командующим объединенной армией по настоянию английского и австрийского дворов.

    Полководец, которому исполнилось уже 70 лет, вновь подтвердил свою репутацию.

    Войска Суворова берут Брешию, громят армию генерала Моро, одного из лучших французских республиканских полководцев, при Адде, занимают Милан, разбивают армию Макдональда при Треббии, а затем армию Жубера при Нови, фактически очищая северную Италию от французов. Сражение при Нови стало последним крупным сражением в ходе Итальянского похода.

    После этого Суворов планировал направить свои войска во Францию, однако союзники настояли на выводе российских войск из северной Италии в Австрию, опасаясь чрезвычайного усиления России в регионе.

    Маршрут в Австрию пролегал через горные тропы Швейцарии, где действовали французские войска.

    При этом австрийцы дали своим русским союзникам заведомо ложные сведения о противнике и не выполнили обещания о поставке мулов для перевозки обоза и артиллерии.

    В итоге русская армия совершила тяжелейший переход в окружении противника, с боями, практически без обоза и тяжелого вооружения — переход, который, однако, увенчался успехом.

    За две недели русская армия преодолела тяжелейший путь через заснеженные перевалы и узкие тропы, выиграв попутно все бои по дороге.

    Потери русской армии, вышедшей из окружения без продовольствия и боеприпасов и разбивших все войска на своем пути, составили около 5 тыс. человек (до 1/4 армии), многие из которых разбились при переходах.

    Однако потери французских войск, обладавших подавляющим превосходством в численности, превосходили потери русских войск в 3-4 раза. Было захвачено в плен 2778 французских солдат и офицеров, половину которых Суворов сумел прокормить и вывести из Альп как свидетелей беспримерного подвига.

    Читайте также:  «гороухща»: что означало первое записанное русское слово

    За этот немыслимый до того поход Суворов был удостоен высшего звания генералиссимуса.

    Тяжелый поход подкосил силы полководца, 18 мая 1800 года Александр Васильевич Суворов скончался. Он похоронен в Александро-Невской лавре Санкт-Петербурга, под камнем с простой надписью: «Здесь лежит Суворов».

    Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

    Источник: https://ria.ru/20091124/195290453.html

    Александр Суворов

    Едва ли не каждая победа, одержанная выдающимся полководцем Александром Васильевичем Суворовым, сама по себе является одним из известнейших событий в российской истории. За что бы ни брался этот талантливый и удачливый военачальник, все он исполнял с блеском.

    Он добивался успеха благодаря поразительной энергии, гибкости мышления, выучке солдат, с которыми Суворов поддерживал тесный контакт, за что пользовался у них уважением и любовью. Он придерживался наступательной стратегии, поражал противника внезапностью и дерзостью маневров, скоростью переходов.

    Российская армия и технически, и организационно была подготовлена к решению сложнейших задач благодаря усилиям современников Суворова — Потемкина, Румянцева, самой Екатерины II. Ее военные противники (в частности Турция) отставали от нее в военном отношении. Русские солдаты были выносливы и отважны.

    Однако это не умаляет заслуг славнейшего из «Екатерининских орлов».

    Первой военной кампанией, в которой принимал участие Суворов, была Семилетняя война. Затем было подавление восстания в Польше, в русско-турецкой войне 1768–1774 гг. Суворов уже зарекомендовал себя как один из наиболее способных генералов.

    Не желая примириться с результатами этой войны, Турция 12 августа 1787 г. объявила России войну. 1 октября турки высадили десант на Кинбурнской косе. Здесь их встретил генерал-аншеф Суворов, уже знакомый туркам Топал-паша (хромой паша). Русские под его руководством отразили атаку.

    Зимой было образовано две армии: Екатеринославскую Потемкина, в чьем подчинении был и Суворов, и Украинскую Румянцева. Потемкину надлежало наступать от Днепра к Дунаю и овладеть сильными крепостями — Очаковом и Вендорами. Румянцев в Подолии должен был выйти на среднее течение Днестра, поддерживая связь с союзниками-австрийцами.

    6 декабря Очаков был взят штурмом. Румянцев занял Северную Молдавию. Австрийцы же были разбиты турками в Западной Валахии. Суворов летом 1789 г. был переведен в армию Румянцева.

    Этим же летом основные события происходили в Молдавии. Союзник России, австрийский полководец принц Кобургский, встревоженный сосредоточением турецкой армии Осман-паши в Фокшанах, запросил у русских немедленной помощи.

    Александр Суворов в это время командовал в Бырладе дивизией. Он выступил к принцу быстрым маршем. Хитрым маневром, основанным на изучении местного ландшафта, Суворов обманул противника, не ожидавшего флангового удара по Фокшанскому лагерю.

    В результате сражения, произошедшего 21 июля 1789 г., 50-тысячная турецкая армия была рассеяна.

    Через некоторое время случилась великая рымникская битва, для которой фокшанская стала своего рода репетицией. Турки начали наступление из Браилова, рассчитывая на битву именно с австрийцами. Для того чтобы отвлечь русские войска, часть турок направилась к Измаилу.

    Принц Кобургский вновь обратился к генерал-аншефу, который со своими силами находился южнее Бырлада. Александр Васильевич ответил депешей из одного слова: «Иду!». 7 сентября 70 тысяч русских солдат выступили по направлению к австрийскому лагерю, и 10-го числа соединились с союзниками. Турки имели значительное численное превосходство.

    В их армии под командованием Юсуф-паши было около 90–100 тысяч человек. К тому же они занимали хорошо укрепленные позиции. Русско-австрийская же армия насчитывала лишь около 25 тысяч. Поэтому принц предложил вести оборонительные бои. Но Суворов настоял на немедленном наступлении на противника.

    На сомнения принца по поводу численного превосходства противника Суворов ответил: «Тем лучше, что их больше — тем большая у них будет суматоха».

    Русский полководец лично переправился через Рымну и, забравшись на высокое дерево, осмотрел место предстоящей битвы. Позиции неприятеля прикрывали река, леса и овраги, но те же препятствия мешали перебрасывать войска из одного турецкого лагеря в другой.

    Турецкие войска располагались между реками Рымна и Рымник в укрепленных лагерях с интервалами 6–7 км. Лагерь Тыргу-Кукули примыкал к Рымне, здесь было 12 тысяч турок. Второй лагерь (40 тысяч человек) располагался возле леса Крынгу-Мейлор. На юго-западе находилась укрепленная деревня Бокзы.

    В третьем лагере у Мартинешти на Рымнике были главные турецкие силы. Резервные силы расположились в лагере за рекой Рымник у села Одая.

    Поздно вечером армия Суворова и Кобурга переправилась вброд через реку Рымну. Шли без шума и огней. 11 сентября до рассвета корпуса построились для боя.

    Когда поднялось солнце, Суворов приказал двигаться вперед. Он хотел разбить каждый лагерь в отдельности. Берегом Рымны войска двинулись на Тыргу-Кукули.

    Армия шла уступами — русские, позади венгры, еще дальше австрийцы. Последние направлялись к Крынгу-Мейлор.

    Турки открыли по русским огонь из орудий. Беглым шагом суворовские батальоны кинулись в атаку и также открыли артиллерийский огонь.

    В это время с левого фланга, из леса Каята, на суворовское каре обрушилась турецкая конница.

    Боясь охвата фланга, одна часть корпуса повернулась фронтом налево, другая — продолжила идти на Тыргу-Кукули, выбила оттуда турок и вернулась к лесу Каята, который через некоторое время был занят.

    Юсуф-паша бросил еще более мощный отряд конницы, чтобы нарушить боевой порядок союзников. Австрийское каре выдержало атаку. Турецкие конники отошли к Крынгу-Мейлор. Было 12 часов дня.

    Затем русский полководец повел армию на Бокзы. Здесь находилась турецкая артиллерия. Покончив с батареей, русские поспешили на помощь Кобургу и венграм. Удар во фланг ошеломил противника, вынужденного опять укрыться в лагере.

    Обычно укрепления, подобные тем, что имел лагерь у Крынгу-Мейлор, атаковала пехота. Но, заметив, что лагерь имеет неглубокие рвы и невысокие насыпи, Суворов решил применить кавалерию. Она быстро преодолела пространство, простреливавшееся ружьями и пушками, и завязала бой.

    Пока турки пытались отразить этот натиск, подбежали суворовские «чудо-богатыри». Укрепленная позиция была прорвана конницей и штыковой атакой. Началось преследование бегущего неприятеля. Верховный визирь пытался остановить бегущие войска, но ничто не помогало — турки в панике пытались переправляться вплавь.

    В ходе погони русские с ходу взяли и лагерь у Мартинешти. На следующий день был взят лагерь у Одая.

    Турки потеряли 10 тысяч человек убитыми и утонувшими. Русские и австрийцы — около тысячи человек. За победу при Рымнике Суворов получил титул графа Рымникского и орден Св.

    Георгия 1-й степени, который не снимал практически никогда. Австрийцы дали ему титул графа Священной Римской империи. Впереди было еще несколько блистательных операций.

    Последней точкой, которую поставил Суворов в русско-турецкой кампании, было взятие неприступного Измаила в 1790 г.

    Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

    Источник: https://studopedia.ru/11_140184_aleksandr-suvorov.html

    Про "полководца" Суворова

    Ну, надо же! На Париж собирался, дурачок. Буанапартия бить, «унимать мальчика».Ах, как жаль, что развернули старичка! А то, было бы нам всем о чем пожужжать.

    Несколько дополнил свой материал «Почему венгры так лютовали в «Великую Отечественную». Про «великого полководца».

    Пора бы людям, да и упоротым патриотам — «великороссам» тоже, им тоже полезно, побольше узнать о «нашей» «гордости и славе».Козел был, конечно, редкостный. Палач был. Каратель был. Мучитель был. А полководцем не был.  Ни разу. Совсем.

    Российская армия под командованием природного палача Паскевича привычно зверствовала в Венгрии, как пол-века назад отрывалась в Польше. Нет, не фашисты — россияне. «Are you gangsters?» — «No we are russians».

    Это ли не предмет для законной гордости и восхищения собой? Вся страна в восторге — какие мы все-таки, ух!

    В Польше российские солдаты поднимали на штыки маленьких детишек, вплоть до грудных младенцев, и радостно предъявляли их, маленьких католиков,

    «бусурманских отродий — нехристей» своему любимому командиру. А урод Суворов — законченный урод! — благосклонно принимал этот их энтузиазм, нелюдь  Он и со своими-то крестьянами обращался вполне в духе Салтычихи..Причем, твердо знал, что горькая судьбина его коллеги и единомышленницы по крепостному цеху ему не грозит никоим образом, может безнаказанно творить, что угодно, с него, подонка, не взыщется.

    И его знаменитые «господа кавалеры», которых он, действительно, держал при себе в своем имении, и с которыми якобы он советовался — демократичный, демократичный он наш! -были отнюдь не теми мудрыми стариками-ветеранами, которых нам показывало сталинское кино.

    То были дюжие молодцы-отморозки, 30-35 лет, более всех отличившиеся в тех штыковых атаках на польских детей. Это была его личная гвардия, оберегавшая этого нелюдя от собственных крестьян.

    Ведь, в отличие от салтычихиных жертв, им было жаловаться некуда — у «великого» Суворова была могущественная покровительница. Угу, тоже «Великая».

    И «великим полководцем» этот упырь тоже был только тогда, когда имел дело с заведомо слабым противником. Свои «великие победы» он одержал лишь над бездумно и  безнадежно застрявшими в Средневековье турками, мирным населением Польши, непонятными войсками Емельяна Пугачева.

    , разрозненными и потрепанными «армиями» маленьких итальянских княжеств. Суворов был не воином, а карателем. Что и было внятно доказано при первой же его встрече с серьезным противником в Альпах.

    Молодой генерал Французской республики Массена, будущий наполеоновский маршал, обошелся с этим сморчком без малейшего почтения к его дутой «громкой славе», ко всем его прежним «заслугам» и к его фельдмаршальским сединам — разбил вдрызг. Как щенка.

    Виноваты, разумеется, австрийцы, про то все знают, им в кино показывали. Они же, гады, и в Париж его не пустили. А зря!

    А откуда, спрашивается, было взяться полководческому таланту у Суворова, если аж до самого своего первого генеральского звания бригадир-интенданта он, вообще, не занимал командирских должностей? Смолоду и до самого своего бригадирства Суворов занимал исключительно тыловые, снабженческие,

    посты в армии — фуражира, квартирмейстера, интенданта (кладовщика), казначея. Вор, небось, был восхитительный! Не знаю и не утверждаю, но сильно подозреваю, других же не держали. Всю жизнь крайне не ладил со своей женой. Говорить об этом не любят, и в причины никогда не вдаются. Но, надо полагать, причины были. Даже в почти постоянной разлуке не могли ужиться. Она его терпеть не могла!

    И постоянная конфронтация

    «великого полководца» с благородным императором Павлом тоже, полагаю, объясняется, не «самодурством» того, очень, надо признать, приличного, императора. Большая редкость для России! Лишь о троих ее императорах можно сказать хоть что-то хорошее — Петр Федорович, отец Павла, сам Павел да Александр III. Все. А как времена «Матушки», заступницы и покровительницы, вдохновительницы и покрывательницы, кончились, так и отморозку при приличном государе сразу жить стало тяжело.

    • «Жил-был во Франции король Луй. Хорошо жил. Но французские товарищи посоветовались, и решили отрезать Лую… — девушки аж шеи вытянули-……
    • Бисмилляху-р-рахмани-р-рахим. Во имя Аллаха, Милостивого и Милосердного. Нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммед — пророк Его. . Но пророк, обращаю…
    • «Многие же первые станут последними, а последние станут первыми» От Матфея «Дошли!» Одна из самых знаменитых надписей…
    • Песня переходного периода. От состояния зверского к состоянию, пока неизвестному. По интересно поводу она исполнялась в данном случае )))) Но, вы…
    • . Однажды, злой президент США Рейган плохо пошутил над милейшими старичками-геронтократами, истинно пролетарскими неучами и вполне уже…
    • «Все, что было не со мной, помню» Роберт Рождественский . Прежде всего, хотелось бы передать жаркий фошысский привет моему, особо…
    • . «Вы — оправдание фашизма: Хотя бы в чем-то был он прав!» Угадайте, про кого это так поэт. Намекаю: он снова здесь. Сталин же…
    • «Сейчас объясню, где тут хунд де грабен, то есть, где тут собака зарыта» Савва Игнатич. Ну, чо, понеслись со штихелями. Вот, в…
    • «У капитализма есть всего лишь два средства подчинения людей — сила и обман. Почему люди соглашаются с кредитно-финансовой системой…

    Источник: https://escapistus.livejournal.com/3157837.html

    Ссылка на основную публикацию
    Adblock
    detector