Как православному исповедоваться в католическом храме

Когда речь идет об осознании своих грехов и раскаянии, второстепенным становится вопрос – в какой форме проводится исповедь. Но, оказывается, внешние атрибуты и определенная ритуальность процесса волнуют не только тех, кто впервые готовится приступить к Таинству или делает это от случая к случаю.

У многих постоянных прихожан нет-нет, да возникают сомнения: а вдруг кто-то, помимо священника, услышит слова покаяния, а надо ли становиться на колени, почему священник молчит и т.п.

О том, что и как происходит на исповеди в православных храмах – протоиерей Владимир Ровинский, настоятель храмового комплекса Почаевской иконы Божией Матери города Ковель Волынской области.

Как православному исповедоваться в католическом храме

– Откуда у православных именно такая форма принятия исповеди?

Как православному исповедоваться в католическом храме

Протоиерей Владимир Ровинский

– Внешняя форма совершения таинства исповеди складывалась на протяжении многих веков. И за тем, что сегодня привычно и обыденно для церковного человека в храме, стоят не только столетия, но и многие споры, страдания, гонения и кровь мучеников. В первые века христианства существовало несколько степеней покаяния. Исповедь в этот период носила публичный характер.

Сегодня в храме публичное покаяние можно увидеть только в случае принятия Церковью в свое лоно раскольников или сектантов. Ради этого совершается особый богослужебный Чин, который возглавляет епископ. Остальные же случаи исповедания грехов носят конфиденциальный характер.

В каждом храме отведено особое место, где верующий в присутствии священника, перед Крестом и Евангелием исповедует свои грехи Богу. Священник, после завершения исповеди, совершает над склоненной головой кающегося особую, разрешительную молитву.

В этой молитве священник просит Господа простить все прегрешения кающегося.

При этом элемент публичности остается и сегодня, ведь желая приступить к таинству исповеди, мы должны выйти из среды находящихся в храме и стать пред всеми в новом качестве – кающегося человека. Особо хочу подчеркнуть, что тайна исповеди всегда остается неприкосновенной.

Священник не имеет права, даже под принуждением, кому-либо открывать услышанное на исповеди. Не должно и кающемуся после исповеди делиться ни с кем предметом своего покаяния.

– Есть люди, которые очень переживают, что их исповедь могут услышать другие люди в храме, особенно если он небольшой, а народу много. Ведь часто человек в раскаянии хуже контролирует свои эмоции, начинает говорить громче. Почему у православных нет исповедальных кабинок?

– Это практика Римо-Католической Церкви. Степень конфиденциальности исповеди католики пытаются еще более усугубить, поэтому священники уединяются с кающимися в особые кабины – исповедальни или конфессионалы. Очевидно, эта традиция имела свои негативные стороны.

И, чтобы предотвратить злоупотребления в практике исповеди, Кодекс канонического права от 1918 года предписывает католическим священникам выслушивать исповеди женщин только в исповедальнях, снабженных решетчатыми перегородками и помещающихся в удаленной части церкви.

Как православному исповедоваться в католическом храме

Джузеппе Мольтени (1800-1867), «Исповедь», 1838

– А что делать, если случайно услышал чужие грехи?

– Чтобы этого избежать, я в своей пастырской практике настаиваю, чтобы во время совершения исповеди ожидающие своей очереди стояли на определенном расстоянии от исповедального аналоя. Если же человеку пришлось услышать чужой грех и это смутило его совесть – необходимо сказать об этом священнику на исповеди.

– Нередко бывает, когда исповедь одновременно принимают несколько священников, к одному выстраивается большая очередь, а другой может ожидать исповедующихся.

Во многом такая ситуация определяется особенностями принятия исповеди конкретным священником.

Так как же должно себя вести священнику во время этого Таинства – молчать и читать разрешительную молитву, или беседовать?

– Многие воспринимают священника в качестве этакого христианского психолога, который должен во время исповеди так провести собеседование, чтобы разрешить все внутренние конфликты кающегося. Не отрицая допустимости и такой постановки вопроса, замечу, что священник во время совершения таинства исповеди не простой собеседник, а прежде всего – свидетель таинственной беседы кающегося с Богом.

Поэтому задача кающегося во время исповеди – не забывать, Кому он приносит свое покаяние, и с Кем он, прежде всего, нуждается в общении. А задача священника – не мешать этому общению и, при необходимости, направлять его в нужное русло.

В свое время, когда я был еще студентом духовной семинарии, один опытный преподаватель-священник дал мне весьма полезный совет. Я спросил его, как на исповеди разрешить недоуменные вопросы духовного плана, если приходится исповедоваться у незнакомого священника, а мой духовник далеко.

Преподаватель ответил: «А ты отдели одно от другого. Кайся перед Богом. И пусть тебя разрешает от грехов даже незнакомый священник. А о личной жизни советуйся с духовником, который знает тебя.

И используй для этого все возможные средства: пиши письма, навещай его во время каникул, да и просто проси, чтобы Господь молитвами твоего батюшки вразумил тебя».

Как православному исповедоваться в католическом храме

– Люди очень смущаются часто – что священник молчит. Боятся, что это их такая тяжкая греховная жизнь вызывает у него отвращение. А иногда кажется, что он принимает исповедь формально. При этом понятно, что если со всеми общаться, то исповедь затянется немилосердно.

– Исповедь часто действительно затягивается из-за желания отдельных людей действовать по анекдотическому принципу: «А поговорить!?» Как-то одна прихожанка храма, в котором я служу, всерьез упрекнула меня, что я на последней исповеди долго разговаривал с такой-то, а ей совсем мало внимания уделил.

«Голубушка, – отвечаю я, – что же ты обижаешься? У других иногда такие глубокие опухоли бывают, что приходится все кишки выворачивать. А у тебя что? Прыщик выдавил и будь здорова!»

Приходилось слышать от митрополита Волоколамского Илариона, что в бытность его еще священником прихожане любили исповедоваться именно у него. Секрет был прост – батюшка не задавал лишних вопросов.

Владыка объяснял, что молитва священника во время перечисления кающимся своих согрешений делает больше, чем задушевная беседа. И не надо бояться, что названный на исповеди грех вызовет у священника отвращение к вам.

Священник всегда помнит, что адресатом нашего покаяния является один Бог.

А с другой стороны, если мы желаем, чтобы священник вознес за нас Господу молитву об исцелении от того или иного греха, то есть ли смысл отрывать его от этой молитвы?! Если же есть необходимость в индивидуальном общении со священником, то, может, не всегда именно исповедь – подходящее для этого время. Наверное, есть смысл договориться о личной беседе вне богослужения.

– Надо ли становиться во время исповеди на колени? Нередко люди, превозмогая немощи, опускаются на пол, с трудом стоят, терпя боль, а потом не могут самостоятельно подняться.

– Мне приходилось встречать такую практику в храмах и монастырях, где служат пожилые и немощные священники. Они вынуждены присесть во время выслушивания исповеди на скамеечку рядом с исповедальным аналоем. А кающиеся, для удобства, становятся на колени. Но не только эта причина родила такую традицию.

Католическая практика становиться на колени в исповедальных кабинках, где для этого есть специальная низкая скамеечка, была позаимствована православными из приграничных областей Западной Украины и Белоруссии. А оттуда разнеслась по многим православным храмам. Более традиционный для нашей Церкви способ выражения смирения и благоговения – земной поклон перед исповеданием своих грехов.

Источник

Источник: https://religiya.temaretik.com/1070957590671788358/pochemu-u-pravoslavnyh-net-ispovedalnyh-kabinok/

Может ли некатолик исповедоваться католическому священнику?

Вопрос: Может ли некатолик (протестант, православный) исповедоваться католическому священнику?

Ответ: Любой человек может исповедоваться католическому священнику, рассказать ему о своих грехах, попросить совета и духовной помощи. Но получить действительное отпущение грехов в Таинстве Покаяния может далеко не каждый.

Чтобы не быть голословными, приведем здесь некоторые положения из Пастырского руководства для католических приходов Италии в том, что касается отношения к некатоликам из восточных Церквей.

Во-первых, подчеркивается, что восточные Церкви, не находящиеся в полном общении с Католической Церковью, обладают действительными Таинствами, обеспеченными апостольской преемственностью.

Однако существует тесная связь между церковным единством и таинственным единством, поэтому в целом здесь действует правило: католические священнослужители преподают Таинства законным образом только католикам, а католики, в свою очередь, принимают Таинства законным образом только от католических священнослужителей.

Но в этом параграфе, как мы видим, речь идёт о законности, о правиле, а не о действительности самих Таинств. Католическая Церковь допускает общение в Таинствах, — особенно Евхаристии, Покаяния и Елеопомазания больных, — с другими Церквами и церковными общинами, при определенных условиях и в особых обстоятельствах.

В документе говорится, что речь идет о Таинствах, преподаваемых отдельным людям, а именно тем христианам, которые проявляют «веру, полностью соответствующую вере Католической Церкви в области того Таинства, о котором они просят, и при наличии серьезной духовной потребности в нём для вечного спасения.

Эта потребность, — читаем в тексте, — относится к более тесному единению со Христом, а значит, подразумевает более глубокую приверженность к Христовой Церкви».

В Пастырском руководстве перечисляются условия, при которых католический священнослужитель преподает Таинства православным.

В отношении исповеди такими условиями является спонтанная просьба об этом Таинстве, надлежащее расположение и серьезная духовная потребность, — о чём мы уже упоминали. Каждый священник должен сам определить, насколько тот или иной случай отвечает этим условиям.

Например, если у православного верующего нет возможности исповедоваться православному священнику, он может исповедоваться католическому священнику.

Далее в Руководстве описываются некоторые сложности, связанные с исповедью православного верующего у католического священника. Эти сложности возникают из-за различий в совершении Таинства Покаяния у православных и католиков.

Например, разведенный православный, вступивший в повторный брак, не может получить отпущения грехов у католического священника, объективно находясь в греховной ситуации.

Поэтому даже если такой верующий исповедуется в своих грехах, а католический священник, находясь в неведении по поводу его второбрачия,  даст ему отпущение грехов, такое отпущение будет объективно недействительным.

Совсем иначе обстоит дело с протестантами.

Даже если предположить, что по отношению к ним могут применяться те же правила, что перечислены выше, на самом деле наличие условий, необходимых для законной исповеди протестанта, практически невозможно.

Разумеется, он может свободно попросить о духовной беседе  с католическим священником, но исповедью это можно будет назвать только в «бытовом» значении этого слова.

Читать полностью: Русская редакция Радио Ватикана

 www.catholicsun.org

Как православному исповедоваться в католическом храме

Источник: http://xn--80aqecdrlilg.xn--p1ai/nekatolik-ispoved/

Может ли католик причащаться в православном храме и наоборот?

Как православному исповедоваться в католическом храмеМеня учили тому, что католики при отсутствии католического храма могут принимать причастие в храме православном и наоборот. Однако встретил возражение: «Разрешается только присутствие на богослужении». Какова истина?

Восточные Церкви, не находящиеся в полном общении с Католической Церковью, обладают действительными Таинствами, обеспеченными апостольской преемственностью.

Однако существует тесная связь между церковным единством и таинственным единством, поэтому в целом здесь действует правило: католические священнослужители преподают Таинства законным образом только католикам, а католики, в свою очередь, принимают Таинства законным образом только от католических священнослужителей, и наоборот.

При этом Католическая Церковь допускает общение в Таинствах, — особенно Евхаристии, Покаяния и Елеопомазания больных, — с другими Церквами и церковными общинами, при определенных условиях.

Такой подход основан на 844 каноне Кодекса канонического права, соответствующего канону 671 Кодекса канонов Восточных Католических Церквей: «Всякий раз, когда этого требует необходимость или к этому склоняет подлинная духовная польза, причём отсутствует опасность заблуждения или безразличия, тем верным Христу, которые физически или морально не могут обратиться к служителю-католику, позволяется принимать Таинства Покаяния, Евхаристии и Помазания больных от служителей-некатоликов, в Церкви которых вышеуказанные Таинства существуют действительным образом. Служители-католики правомочно преподают Таинства Покаяния, Евхаристии и Помазания больных членам Восточных Церквей, не находящимся в полном общении с Католической Церковью – если последние сами о том попросят и будут настроены подобающим образом».

Это общее правило. А епископские конференции разъясняют это правило в применении к местным условиям.

Вот, к примеру, какие нормы разработаны Итальянской епископской конференцией: Таинства могут преподаваться верующим православным, которые проявляют «веру, полностью соответствующую вере Католической Церкви в области того Таинства, о котором они просят, и при наличии серьезной духовной потребности в нём для вечного спасения. Эта потребность относится к более тесному единению со Христом, а значит, подразумевает более глубокую приверженность к Христовой Церкви». Если верующий имеет подлинную веру в данное Таинство и серьезную духовную потребность, если он имеет соответствующее намерение и должным образом подготовлен к плодотворному принятию освящающей благодати, то он может приступить к Таинству в католическом храме.

Но когда мы рассуждаем о возможности причащения в православном храме, нужно учитывать мнение православной стороны. Об этом гласит и 5 параграф вышеприведенного канона: «Епископ или конференция епископов не должны предписывать общих норм без предварительной консультации с правомочной властью (по крайней мере, местной) некатолической Церкви.

Посмотрим, например, что о такой практике говорится в документах Русской Православной Церкви.

Читайте также:  Испанцы, португальцы и баски: что их объединяет

В документе «Основные принципы отношения РПЦ к инославию» (2000 года) говорится, что «диалог с Римско-Католической Церковью строился и должен строиться в будущем с учетом того основополагающего факта, что она является Церковью, в которой сохраняется апостольское преемство рукоположений».

В то же время, в другом параграфе читаем: «Единство Церкви есть прежде всего единство и общение в Таинствах. Но подлинное общение в Таинствах не имеет ничего общего с практикой так называемого «интеркоммуниона».

Единство может осуществиться только в тождестве благодатного опыта и жизни, в вере Церкви, в полноте таинственной жизни в Духе Святом». Это положение по своей сути не противоречит подходу Католической Церкви, если под термином «интеркоммунион» подразумевать совместное совершение Таинства Евхаристии. Вот что говорит на эту тему Катехизис Католической Церкви:

«Тем более болезненно ощущаются разделения Церкви, разрывающие общее участие в Господней Трапезе, тем более настойчивыми становятся молитвы к Господу о том, чтобы вновь наступили дни полного единства всех, кто верует в Него. Восточные Церкви, которые не находятся в полном общении с Католической Церковью, совершают Евхаристию с большой любовью.

Эти Церкви, хотя и разъединенные с нами, обладают истинными Таинствами, — особенно, в силу апостольского преемства, Священством и Евхаристией, — которые тесно связывают их с нами. Некоторое общение в Таинствах (in sacris), а значит, в Евхаристии, «не только возможно, но даже рекомендуется при благоприятных обстоятельствах и с одобрения церковных властей».

(ККЦ 1398) 

Здесь уместно будет привести выдержки из публикации итальянского историка Джованни Гуайты (ныне – иеромонаха РПЦ) об отношениях между католичеством и православием, опубликованной Регенсбургским Восточным институтом.

«Поскольку Католическая Церковь имеет то же самое богословие и те же самые Таинства, что и восточные Церкви, – пишет Джованни Гуайта, — в странах, где существовали разные общины, всегда имело место определенное смешение и сакраментальное общение.

В странах, где присутствовала одна лишь Католическая или только Православная Церковь, верующие той Церкви, которой не было на данной территории (путешественники, паломники, купцы и другие) допускались к Таинствам.

В 1729 году Конгрегация «De Propaganda fide» публикует декрет, согласно которому Таинства, преподаваемые вне общения с Римским епископом, считаются недействительными, а также категорически запрещается таинственное общение между католиками и «еретиками» из любой другой Церкви».

«Реакция православных на события 1729 года была неоднозначной. Церкви византийской традиции (Вселенский Патриархат, Антиохийская, Александрийская, Иерусалимская, Греческая и другие Церкви) в 1755 году отлучили католический Запад, говоря: «Когда кто-либо из вас придет к нам, мы будем относиться к нему как к язычнику».

Однако реакция Русской Православной Церкви была иной. В 1757 году, всего два года спустя после реакции «греков», невзирая на тяжкий кризис, вызванный развитием униатских Церквей, русские заявили, что они готовы принять христиан Запада: «Кода кто-либо из вас придет к нам, мы готовы принять его после произнесения Символа веры».

С тех пор исповедание веры (то есть Кредо без «Филиокве») остается условием для католика, желающего присоединиться к православию.

Русская Церковь подтвердила эту позицию и в XIX веке (митрополит Филарет), в первой половине ХХ века (митрополит Сергий) и в том же духе восприняла приглашение Второго Ватиканского собора к возможности communicatio in sacris: определение Священного Синода от 16 декабря 1969 года гласит о допущении католиков к Таинствам».

Существует также документ 1970 года – «Разъяснение председателя Отдела внешних церковных сношений МП митрополита Никодима о невозбранном допущении к Святым Таинствам старообрядцев и католиков»: «Священный Синод, принимая это постановление, руководствовался практикой в жизни Русской Православной Церкви в СССР, когда члены Старообрядческой Церкви, имеющей трехстепенную иерархию, а также члены Римско-Католической Церкви в случае болезни или по иной причине обращаются к священнослужителям Русской Православной Церкви с просьбой о духовном утешении и за совершением Святых Таинств. (Это может быть в тех случаях, когда последователи старообрядческого и католического исповеданий не имеют возможности обратиться к священнослужителям своих Церквей.) В таких случаях духовенству Русской Православной Церкви надлежит проявлять пастырскую заботу и преподавать нуждающимся духовное утешение и Святые Таинства. При этом следует иметь в виду, что Православная и Римско-Католическая Церкви имеют одинаковое учение о Святых Таинствах и взаимно признают действенность этих Таинств, совершаемых в них».

«Вплоть до середины 80-х годов Русская Церковь регулярно оказывала евхаристическое гостеприимство католикам (местным или приезжим), поскольку на территории СССР было трудно найти католического священнослужителя.

Однако эта практика впоследствии была прекращена по настоянию Константинопольского Патриархата – «с тем, чтобы дать время принять ее другим православным».

Постановление Священного Синода от 27 июля 1986 года отменяет практику евхаристического гостеприимства католикам, однако его текст, может быть, и намеренно, остается неясным: там говорится, в частности, что «эта практика не получила развития», а это оставляет место для самых разных интерпретаций. Вероятно, именно поэтому некоторые православные священнослужители и после 1986 года продолжали преподавать Таинства католикам, обращавшимся к ним с такой просьбой», — пишет Иоанн Гуайта.

Подводя итог всему сказанному, можно сделать такие выводы: что касается православного, желающего принять Таинства в католическом храме, то католический священник, согласно каноническому праву Католической Церкви, не может отказать ему в этом, «если последний сам о том попросит и будет настроен подобающим образом» и «когда этого требует необходимость или к этому склоняет подлинная духовная польза, причём отсутствует опасность заблуждения или безразличия».

Если же, наоборот, католик желает причаститься в православном храме, то ему следует известить православного священника о своем желании принять Евхаристию.

Нельзя утверждать о существовании единой для всех православных дисциплины по этому вопросу, но практика показывает, что в большинстве случаев причащение католика в православном храме невозможно.

То есть, «католический» ответ на Ваш вопрос: да, католики могут причащаться у православных и наоборот, — но нужно выслушать и православное мнение по этому вопросу.

Радио Ватикана

 для друку

Источник: http://catholicnews.by/mozhet-li-katolik-prichashhat-sya-v-pravoslavnom-hrame-i-naoborot/

Что запрещено делать православному в католическом храме

  • Путешествуя по Европе и Латинской Америке в качестве туриста или по делам, многие наверняка задавались вопросом: возможно ли, будучи православным, посетить католический храм и как себя там вести, чтобы чего-нибудь случайно не нарушить.
  • Общие правила
  • Прежде всего, нужно иметь в виду, что католический храм — это христианский храм и, соответственно, здесь уместны те же поведенческие нормы, что и в православии: скромность в одежде, пристойное поведение.

В католической церкви нет серьёзных требований к внешнему виду прихожан: лишь мужчинам предписывается снимать головные уборы, женщины же могут быть одеты как угодно, но скромно.

В католических храмах часто проходят концерты органной музыки, которые также можно посещать всем.

При входе не принято креститься — достаточно лёгкого поклона головы, и обязательно нужно отключить звук мобильного телефона.

Если есть желание фотографировать — лучше узнать заранее, можно ли это делать и когда.

Во многих храмах также можно купить свечи. В Европе их иногда заменяют электрическими, которые включают за некоторое пожертвование.

  1. Положить крестное знамение в католическом храме можно по православному обычаю — справа налево.
  2. Если есть желание поговорить со священником, необходимо дождаться окончания богослужения, заранее узнать, как к нему следует обращаться и, если он занят разговором — подождать в стороне.
  3. Любой вопрос, касающийся храма, можно задать служителю церковной лавки или прихожанам (но важно не мешать при этом их молитве).
  4. Правила поведения на мессе
  5. Православным можно посещать католическую мессу и молиться, но нельзя приступать к Таинству Евхаристии, исповедоваться католическому священнику.

В целом, имея то же устройство, что и православный храм, католический собор несколько отличается. Например, в нём отсутствует иконостас, но есть небольшая преграда, не закрывающая от глаз прихожан «святая святых» — пресбитериум. Это подобие алтаря, где совершается богослужение и хранятся Святые Дары, перед которыми всегда горит лампада.

Независимо от вероисповедания, мирянам заходить за эту преграду категорически запрещено. Католики, проходя мимо этого места, совершают коленопреклонение или небольшой поклон (конечно, не во время богослужения). То же самое могут сделать и православные.

Если видите, что идет исповедь, нельзя подходить близко исповедальне, лучше обойти это место.

Во время мессы ходить по храму нельзя. Лучше занять одну из скамеек, предназначенных для молитв. Каждая из них имеет снизу специальные перекладины для коленопреклонений, поэтому лучше не становиться на них в обуви, а лишь коленями.

Иногда на алтарный стол выносят для поклонения Святые Дары («Адорация»). В это время тоже не стоит расхаживать по храму, так как прихожане, обычно, стоя на коленях, молятся в этот момент. Также не нужно часто креститься во время мессы — в католицизме это не принято и может отвлечь других людей от молитвы.

На богослужении, перед Евхаристией, католики, обращаясь друг к другу со словами «Мир тебе!», совершают небольшой поклон или рукопожатие. Учтите, что и к вам могут обратиться так же, и нужно будет ответить аналогично.

Если же вы попали на мессу, но не имеете намерения молиться, не стоит занимать скамью рядом с молящимся — это может помешать, так как в определённые моменты католического богослужения принято вставать или преклонять колени. Лучше остаться позади или занять одну из последних дальних скамеек, если она свободна.

При входе и выходе из храма католики подходят небольшой ёмкости со святой водой, слегка опускают в неё пальцы и совершают крестное знамение — это является неким символом принятого крещения. Поэтому не надо задерживаться на входе, чтобы не мешать этому процессу.

Источник: https://weekend.rambler.ru/read/39569698-chto-zaprescheno-delat-pravoslavnomu-v-katolicheskom-hrame/

21. Таинство Покаяния

В Крещении прощаются все грехи и получается дар сверхъестественной жизни. Это – первое обращение. На протяжении нашей жизни нужны и другие обращения, особенно тогда, когда мы удаляемся от Бога посредством греха или замечаем, что Он требует от нас больше.

Благодать покаяния ведет нас к искреннему обращению сердца, подпитывает в нас глубокое отвращение к совершенным грехам. Она укрепляет в нас желание исправиться и надежду на прощение.

Покаяние есть радикальная переориентация всей жизни, возврат, обращение к Богу всем сердцем нашим, разрыв с грехом, ненависть к злу с подлинным отвращением к дурным поступкам, которые мы совершили. В то же время в нем содержится желание и решение изменить свою жизнь с надеждой на милосердие Бога и с доверием к помощи Его благодати.

Обращение – это, прежде всего, дело благодати Божией. Бог возвращает наши сердца к Себе: Обрати нас, Господи, и обращены будем (Иер 5, 21). Бог дает нам силы начать сначала.

Открывая для себя величие любви Божией, наше сердце содрогается от ужаса и тяжести греха и начинает бояться оскорбить Бога грехом и отдалиться от Него.

Сердце человеческое обращается, взирая на Того, Кто был пронзен нашим грехом.

Грех – это, прежде всего, оскорбление Бога, разрыв общения с Ним. Он одновременно наносит ущерб и общению с Церковью. Поэтому обращение приносит и Божие прощение, и примирение с Церковью.

Таинство Покаяния – таинство, установленное Христом для прощения грехов, совершенных после Крещения, и одарения т?инственной благодатью, помогающей в будущем не оскорблять Бога и действенно бороться для достижения святости. Только Бог прощает грехи.

Когда Иисус установил это таинство, Он дал апостолам власть действовать от Его имени: Примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся (Ин 20, 22–23).

Кающийся должен проявить свое раскаяние в трех действиях: в сокрушении сердца, в исповеди, в исполнении епитимии. Эти действия необходимы для целостности таинства Покаяния.

Сокрушение сердца – это душевная боль и отвращение к совершенному греху, с решением не грешить больше в будущем.

Сокрушение, исходящее из любви к Богу, Которого мы любим превыше всего, называется «совершенным сокрушением» ( сontritio ).

Читайте также:  Главные ошибки, которые совершают русские на похоронах

Такое сокрушение смывает мелкие грехи; оно приносит также прощение смертных грехов, если сопровождается твердым решением при первой возможности прибегнуть к т?инственной исповеди.

Однако тот, кто совершил тяжкий грех, не должен причащаться, не получив прежде т?инственного отпущения грехов, даже если он думает, что сокрушение его совершенно.

Сокрушение, называемое «несовершенным» ( attritio ), рождается из сознания уродства греха или из страха перед вечным осуждением. Самим по себе несовершенным сокрушением нельзя обрести прощение тяжких грехов. Тем не менее оно располагает к тому, чтобы получить его в таинстве Покаяния.

Таинство Покаяния приносит плоды в наших душах, когда мы приступаем к нему c сокрушенным сердцем, т. е. c болью за совершенные нами грехи. Эта боль умножается, когда мы размышляем над тем, как Бог любит нас и как мы малодушно отвечаем на Его любовь.

Исповедь – это признание священнику в наших грехах. Перед исповедью нужно старательно проверять свою совесть, чтобы выявить грехи, совершенные нами с момента нашей последней добросовестной исповеди.

Кающийся должен перечислить все смертные грехи, которые он сознает за собой, даже если речь идет о тайных грехах, т. е. о нечистых помыслах и желаниях.

Исповедь должна быть полной : необходимо перечислить все смертные грехи (определить их число и вид), совершенные нами с момента последней исповеди (или же после Крещения).

Это признание наших смертных грехов необходимо для действенности таинства. Если мы забыли упомянуть смертный грех или не знали не по своей вине, что это был смертный грех, грехи наши все-таки прощаются.

Но на следующей исповеди нужно исповедоваться в смертном грехе, упомянув о его прежнем упущении.

Исповедь должна быть конкретной: недостаточно говорить, что мы согрешили, надо говорить так, чтобы священник понял, чт? мы конкретно сделали или не сделали.

Исповедь должна быть ясной , чтобы священник понял, о каких грехах идет речь. Мы должны говорить скромно, но всегда ясно.

Искренность очень важна на исповеди: если больной стесняется показать свою рану врачу, врач не сможет вылечить того, о чем не знает.

Отпущение снимает грех, но оно не исправляет беспорядка, вызванного грехом.

Восстав от греха, грешник должен сделать еще что-то, чтобы исправить свою вину: он должен соответствующим образом «принести удовлетворение», или «умилостивить», за свои грехи. Это удовлетворение или умилостивление называется епитимией. Кающийся должен принять и исполнить епитимию, налагаемую священником во время исповеди.

Епитимия должна соответствовать тяжести содеянных грехов. Епитимией может быть молитва, подаяние, дело милосердия, служение ближнему, самоограничение и т. п.

Кроме епитимии, налагаемой священником, кающийся должен совершить дела покаяния c щедростью, чтобы полностью искупить свои грехи.

Церковь предписывает пост и воздержание от мяса в определенное время и в определенные дни литургического года, чтобы все верующие вместе совершали общий обряд покаяния. Такое самоотречение очень полезно для души и не вредит здоровью.

В Католической Церкви каждая пятница и Великий Пост – дни и время покаяния. По пятницам, если они не совпадают c литургическим праздником, надо воздерживаться от употребления мяса. Пост и воздержание необходимо соблюдать в Пепельную Среду и Страстную Пятницу.

В латинском обряде пост состоит в том, чтобы полноценно принимать пищу только раз в день (хотя утром и вечером можно принимать скромную пищу). Конференция Епископов вправе предписывать более подробные правила поста и воздержания.

Она может заменять их полностью или частично другими средствами покаяния, в особенности делами милосердия и благочестия.

В латинском обряде верующие, достигшие возраста 14 лет, должны соблюдать воздержание, а все совершеннолетние (вплоть до возраста 59 лет) должны соблюдать пост.

Умерщвление плоти помогает нам искупить наши грехи и соискупить мир со Христом, по учению ап. Павла: Восполняю недостаток в плоти моей скорбей Христовых за Тело Его, которое есть Церковь (Кол 1, 24).

Индивидуальная исповедь, за которой следует отпущение грехов – это единственный обычный способ совершения таинства Покаяния.

Исповедь должна быть индивидуальной: личный грех требует личного принятия таинства, в котором он прощается.

Исповедь должна быть устной: т?инственная исповедь – это своего рода суд, в котором судья (священник) должен знать грехи кающегося, чтобы отпускать их.

Исповедь должна быть тайной: кающийся вправе обвинять себя в грехах с полной уверенностью, что никто не будет возмущаться им или клеветать на него.

Таинство Покаяния может также совершаться в рамках общинного богослужения, во время которого все участвующие вместе готовятся к исповеди и вместе благодарят Бога за прощение грехов.

Но сама исповедь и отпущение грехов совершаются лично и индивидуально.

В случаях крайней необходимости можно прибегнуть к общинному совершению таинства Примирения с общей исповедью и общим отпущением грехов. Для подлинного принятия коллективного отпущения грехов нужно, чтобы кающийся принял решение исповедоваться индивидуально как только это будет возможно.

«Крайняя необходимость» может возникнуть при непосредственной смертельной опасности, когда священник или священники не обладают достаточным временем, чтобы выслушать исповедь каждого из кающихся.

Крайняя необходимость может существовать и тогда, когда количество исповедующихся столь велико, что не хватает священников, чтобы достойно и в соответствующее время выслушать личную исповедь каждого из них, так что кающиеся, без всякой их собственной в том вины, могли бы быть в течение долгого времени лишены благодати таинства или Святого Причастия.

Кроме этих случаев крайней необходимости коллективное отпущение грехов запрещается. Церковь не раз напоминала об этом запрещении ввиду тяжелых злоупотреблений, совершавшихся во многих местах. Только местный епископ вправе судить о том, наличествуют ли условия, позволяющие общее отпущение грехов.

Скопление великого множества верующих по случаю праздника или паломничества само по себе не составляет случая “крайней необходимости”.

Поскольку Христос дал Своим апостолам власть прощать грехи, только епископы (преемники апостолов) и священники (сотрудники епископов в священническом служении) могут совершать таинство Покаяния.

Священники осуществляют власть прощать грехи только тогда, когда они получили такое задание от своего епископа или от Папы Римского. Короче говоря, таинства Священства недостаточно: нужно разрешение принимать исповеди.

Некоторые особенно тяжкие грехи караются отлучением от Церкви. Отлучение – самое суровое церковное наказание: отлученный теряет право участвовать в таинствах и совершать определенные церковные действия; к тому же, кроме случая смертельной опасности, только Папа, местный епископ или священники, ими назначенные, имеют право снимать это наказание.

Священник обязан хранить абсолютную тайну в отношении грехов, в которых признался ему кающийся. Более того, он не вправе использовать сведения о жизни кающихся, полученные им на исповеди (хотя здесь речь не идет о нарушении тайны исповеди).

Прямое нарушение тайны исповеди влечет за собой отлучение, которое может быть снято только Папой.

В Церкви латинского обряда главные слова «формулы отпущения», которые произносит священник на исповеди, таковы: «И я отпускаю тебе грехи во имя Отца и Сына и Святого Духа».

В восточной Церкви: «Бог да простит тебе грехи твои».

Храм или часовня – обычные места, в которых священник принимает исповеди. В Церкви латинского обряда необходимо, чтобы в храмах были исповедальни с решеткой между священником и кающимся, чтобы верующие могли свободно исповедоваться в них.

Главный плод таинства Покаяния – примирение с Богом. В таинстве Покаяния Бог прощает смертные и мелкие грехи.

Кто совершил смертный грех, тот в этом таинстве снова обретает состояние благодати, т. е. близость с Богом. Бог возвращает ему освящающую благодать и богословские добродетели веры, надежды и любви, которых он лишился в результате смертного греха, а также заслуги тех добрых дел, которые он сделал до того, как совершил смертный грех.

В таинстве Покаяния Бог дарует нам т?инственную благодать, которая укрепляет нас и помогает нам бороться с грехом в будущем. Вся духовная жизнь христианина укрепляется, если он часто приступает к таинству Покаяния.

Таинство Покаяния примиряет кающегося с Церковью.

Грех нарушает или разрывает братское церковное единство. Таинство Покаяния исправляет или восстанавливает его. В этом смысле оно не только лечит того, кто возвращен в общение Церкви, но также оживляет Церковь, пострадавшую от греха одного из своих членов.

Т?инственная исповедь возвращает мир душе и успокаивает совесть. Она влечет за собой духовное утешение.

Верующий, достигший сознательного возраста, должен исповедоваться в тяжких грехах по крайней мере раз в год. Годичной исповеди, разумеется, недостаточно для тех, кто хочет жить настоящей христианской жизнью. Таким людям нужна частая исповедь. Частая исповедь помогает нам воспитывать совесть, бороться с дурными наклонностями, очищаться и продвигаться вперед в духовной жизни.

Получив т?инственное отпущение, кающийся должен благодарить Бога за прощение грехов. Он должен как можно скорей исполнить епитимию, налагаемую исповедником, и стараться воплотить в жизнь советы, полученные на исповеди. Ему поможет т?инственная благодать.

Индульгенции

Индульгенция – это отпущение перед лицом Бога временной кары (кары чистилища) за грехи, прощенные на исповеди.

Отпущение получает христианин, имеющий надлежащее намерение, при определенных обстоятельствах через действие Церкви, которая как распределительница плодов искупления раздает свои духовные блага из сокровищницы заслуг Христа и святых.

Индульгенция может быть частичной или полной, в зависимости от того, освобождает ли она частично или полностью от временной кары за грехи. Индульгенции могут относиться к живым или умершим.

Чтобы получить индульгенции, надо иметь желание получить их, быть в благодатном состоянии и совершить определенное дело, предписанное Церковью. Чтобы получить полную индульгенцию, кроме исполнения предписанного дела, надо исповедоваться, причаститься, молиться в намерениях Папы Римского и не иметь сознательной привязанности к мелкому греху.

Возможность получения индульгенции для себя или для других – это следствие общения святых.

Следующая глава

Источник: https://religion.wikireading.ru/56475

Православие и Католичество сегодня. К вопросу общения в Таинствах

Православие и Католичество сегодня. К вопросу общения в Таинствах

Занемонец Александр, диакон, Богослов.ru

На сегодняшний день не существует церковного разрешения православным участвовать в таинствах инославных Церквей. В конце 1969 г., когда Синод Русской Церкви издал постановление о возможности причащения католиков и старообрядцев в Православной Церкви, это вызвало множество нареканий.

Сегодня это решение Церкви не действует, однако некоторые вопросы все же остались: как же мы можем «признавать» католические таинства, но при этом не участвовать в них? Если пастырской необходимости в совместном причащении нет, то чему служит причащение без единства? Кого представляют собой православные и католики, которые решили сами, без своих Церквей, восстановить евхаристическое общение? На эти и многие другие вопросы отвечает в своей статье диакон Александр Занемонец.

Поиск единства между разделившимися христианами — обязанность христиан и попытка исполнить заповедь Спасителя «да будут все едины». Еще в 4 в.

святитель Григорий Богослов говорил, что «мы хотим не победы над братьями, но нас терзает разлука с ними».

Таким должно быть и наше отношение к Католической Церкви, которая не состоит в общении с Православной с середины 11 в., уже почти целое тысячелетие.

Что такое «общение» между Церквами как в древности, так и сегодня? По-русски здесь нет созвучия, но на латинском и греческом языках «общение» между Церквами обозначается тем же словом, что и «причастие» — communio, koinonia.

И это неспроста, так как церковное единство проявляется не только в согласованности деятельности, административного устройства и проч., но в первую очередь — в общем причащении.

Причащаясь из одной чаши, мы становимся едины со Христом и друг с другом, признавая таким образом полное единство нашей общины и той, с которой мы вступили в общение.

Именно поэтому в древности наказанием за грех было отлучение от причастия, то есть от общения церковного. А если та или иная христианская община вводила неправильное учение, то ее также «отлучали от причастия», то есть члены Церкви — духовенство и миряне — не могли больше причащаться вместе с членами отделенной общины.

Читайте также:  «морковник»: каких мужчин так называли на руси

Возможно, что такие перерывы в общении происходили иной раз из-за церковной политики, из-за властолюбия архиереев или просто непонимания между людьми, но все же главной причиной было введение нового учения, не принятого всей полнотой Церкви.

Поэтому восстановлению церковного общения, то есть взаимного причащения, предшествовало восстановление единого церковного учения.

В 9 в., как раз во времена свв. Кирилла и Мефодия, при патриархе Фотии в Константинополе состоялся последний общий собор Западной и Восточной Церкви, который должен был разрешить накопившиеся между ними противоречия и уврачевать временные конфликты (879-880 гг.).

Восстанавливая общение, отцы собора подтвердили употребление Символа Веры без filioque, постепенно входившего в практику многих Церквей на Западе, и подтвердили неизменность всего учения неразделенной Церкви. Таким образом, этот собор, почитавшийся до разделения 11 в.

Восьмым Вселенским как на Востоке, так и на Западе, восстановил общение между Церквами на основании единого древнего учения. Как писал о. А.

Шмеман, «Византийская Церковь в спорах с Западной Церковью неизменно формулировала проблему не в понятиях присоединения к себе Западной Церкви или естественного признания Таинств или церковной организации, но исключительно в области догматической, в которой Западная Церковь «предала» истину и выпала из кафолического единства: Filioque и т.д.

И происходило так потому, что только в догматическом согласии, еще точнее — в согласии веры — Таинства другой местной Церкви могут быть признаны нами так же, как Таинства нашей Церкви; другими словами, эта Церковь может быть признана той же самой Церковью. Догматическое согласие — необходимое условие признания другой Церкви, без него внешнее единство Церкви перестает выражать ее «онтологическое» единство»

После разделения 1054 г. почти в каждом поколении, вплоть до падения Константинополя в 1453 г., предпринимались попытки восстановления единства.

Конечно, они нередко предпринимались императорской властью для своих целей, но не подтверждает ли это, что разделение было не просто политическим или культурным, но догматическим? Естественно, что всем этим попыткам воссоединения сопутствовали многочисленные контакты, встречи и собеседования. Так что православные и католики отнюдь не избегали общения друг с другом. Последней великой попыткой восстановить единство был Ферраро-Флорентийский собор 1439 г., когда обе стороны сочли возможным назвать свою встречу Вселенским собором, хотя по ходу его не было и речи о совместном служении литургии. Поскольку древнее единство учения достигнуто не было, собор не стал подлинным объединительным собором.

В наше время, в 20 столетии, контакты между Православной Церковью и Католической стали более близкими.

Это произошло как из-за эмиграции на Запад множества православных, так и из-за общей секуляризации, перед лицом которой христиане вновь начали осознавать свое единство. Пожалуй, главным стала отмена в 1965 г. анафем, наложенных в 1054 г.

друг на друга Римской Церковью и Константинопольской, частью которой в то время была и Русская Церковь. Вот основные цитаты из этого документа, называемого Tomos Agapis:

«АФИНАГОР

милостью Божией Архиепископ Константинополя — Нового Рима и Вселенский Патриарх. Во имя святой, единосущной, животворящей и нераз­дельной Троицы.

«Бог есть любовь» (I Ин 4.8), любовь же — Богом данный знак, отличающий учеников Христа, эта сила, собирающая воедино Его Церковь, это начало мира, со­гласия и порядка, как постоянное и яркое явление Святого Духа в ней (…) И если случится так, что любовь охладится и единство в Господе прервется, должно всеми силами противодей­ствовать злу и стараться его устранить.

А ведь за грехи наши (…) разразилась ужасная гроза: от­ношения между Римской и Константинопольской Церк­вами были подвергнуты испытанию, и любовь, прежде эти Церкви связывавшая, была ранена столь тяжко, что в лоне Церкви Божией прозвучала анафема: римские ле­гаты, Кардинал Гумберт и его спутники, предали анафе­ме Патриарха Михаила Кируллария и двух его помощни­ков; Патриарх же Михаил Кирулларий с возглавляемым им Синодом, в свою очередь, предал анафеме эдикт, вы­несенный посланцами Рима и тех, кто его вынес и их со­трудников. Римской и Константинопольской Церквам надлежало тогда, подражая доброте и человеколюбию Божиему, взяться за дело и восстановить мир (…).

И ныне наши Церкви сочли необхо­димым приступить к исправлению допущенных в прош­лом ошибок и устранению всего, что этому исправлению препятствует, во имя углубления, возрастания, укрепле­ния и совершенствования любви.

Вот почему (…) Мы решили пре­дать забвению и изгладить из памяти Церкви вышеупо­мянутую анафему, произнесенную Патриархом Констан­тинопольским Михаилом Керуларием и возглавляемым им Синодом.

Итак, Мы письменно заявляем, что эта анафема (…) отныне и навеки предается забве­нию и изглаживается из памяти Церкви. Да будут ходата­ями за нас перед всемилостивым Богом Пресвятая Вла­дычица наша Богородица и Приснодева Мария, святые преславные Апостолы Петр Первоверховный и Андрей Первозванный и все святые. Да пребывает Церковь в ми­ре Господнем во веки веков (…).

Год от Спасения 1965, месяц декабрь 7 число (подписи Патриарха и членов Синода)».

Аналогичный документ был оглашен в тот же день и со стороны Римской Церкви. Так что анафемы, то есть взаимные проклятия и отлучение, сняты.

Но привело ли это снятие анафем, так явно свидетельствующее о наличии доброй воли у патриарха Афинагора и у папы Павла VI, к возобновлению церковного общения, то есть совместному служению Евхаристии? Конечно же нет, поскольку единство вероучения достигнуто не было. Снятие анафем стало лишь началом пути к укреплению любви и единства.

В конце 1969 г. Синод Русской Церкви издал постановление о возможности причащения католиков и старообрядцев в Православной Церкви.

«Допущение к Святым Таинствам Православной Церкви старообрядцев и католиков. Определение Священного Синода. (16.12.1969)

  • Имели суждение о различных случаях, когда старообрядцы и католики обращаются в Православную Церковь за совершением над ними святых таинств.
  • Постановили: В порядке разъяснения уточнить, что в тех случаях, когда старообрядцы и католики обращаются в Православную Церковь за совершением над ними Святых Таинств, это не возбраняется»
  • Через три месяца после этого решения митр. Никодим Ленинградский дал свое разъяснение по поводу этого решения
  • В связи с запросами, поступающими от представителей прессы относительно решения Священного Синода Русской Православной Церкви от 16 декабря 1969 года о невозбранном допущении к Святым Таинствам старообрядцев и католиков в тех случаях, когда они обращаются с просьбой об этом к священнослужителям нашей Церкви, считаю своим долгом сделать следующее разъяснение:

Священный Синод, принимая это постановление, руководствовался практикой в жизни Русской Православной Церкви в СССР, когда члены Старообрядческой Церкви, имеющей трехстепенную иерархию, а также члены Римско-Католической Церкви в случае болезни или по иной причине обращаются к священнослужителям Русской Православной Церкви с просьбой о духовном утешении и за совершением Святых Таинств. (Это может быть в тех случаях, когда последователи старообрядческого и католического исповеданий не имеют возможности обратиться к священнослужителям своих Церквей.) В таких случаях духовенству Русской Православной Церкви надлежит проявлять пастырскую заботу и преподавать нуждающимся духовное утешение и Святые Таинства.

При этом следует иметь в виду, что Православная и Римско-Католическая Церкви имеют одинаковое учение о Святых Таинствах и взаимно признают действенность этих Таинств, совершаемых в них.

Упоминаемое решение Священного Синода, как мы надеемся, будет иметь значение и окажет доброе влияние на укрепление братских отношений Русской Православной Церкви с Церковью Римско-Католической и Старообрядчеством и таким образом облегчит следование по пути к вожделенному вероисповедному единству, заповеданному Христом Спасителем всем, кто исповедует Его всесвятое Имя.

Важно, что это постановление касалось не причащения православных у католиков, но причащения католиков или «умеренных» старообрядцев в Православной Церкви, когда рядом нет их духовенства. Это постановление, согласно разъяснению митр.

Никодима, объяснялось «практикой жизни в СССР, когда последователи старообрядческого и католического исповеданий не имеют возможности обратиться к священнослужителям своих Церквей». Возможно, во многом это было вызвано ситуацией на Западной Украине, а также разрешением Второго Ватиканского собора причащать в подобных же случаях православных.

В схожей ситуации, константинопольский синод разрешил в свое время (1878 г.) причастие в Православной Церкви армян в тех областях Малой Азии, где отсутствовало армянское духовенство.

Все это можно считать пастырским попечением о тех людях, которые не считают возможным во всей полноте присоединиться к Православной Церкви, но по независящим от них причинам не имеют возможности приступать к Таинствам в своей Церкви. Конечно же, во всех этих случаях речь шла совсем не о туризме и не о пророческом предзнаменовании будущего единства.

Интересно, что решение московского Синода 1969 г. было опротестовано Константинопольской Церковью, считавшей, при всей своей открытости к диалогу, что такое решение не может приниматься на уровне одной поместной Церкви. Ответ из Москвы был таков, что это дело пастырское, касающееся ситуации в Советском Союзе.

Через 17 лет после этого решения, в 1986 г., русский Синод приостановил его действие:

«Имели суждение о Разъяснении Священного Синода от 16 декабря 1969 года о допуске в порядке икономии к Святым Тайнам римо-католиков.

Постановили: Ввиду поступающих запросов по поводу данного Разъяснения Священный Синод сообщает, что практика эта не получила развития, и определяет отложить применение синодального Разъяснения от 16 декабря 1969 года до решения этого вопроса Православной Полнотой».

Напомню, что ни в 1969, ни в 1986 гг. не шло речи о причащении православных у католиков.

Здесь позволю себе привести отрывок из интервью митр. Кирилла, нынешнего Московского Патриарха, данного в 1991 г. Я.Кротову:

« — А евхаристическое общение с Католической Церковью?
— В 1970-х годах Синод принимает решение о допуске к причастию католиков и старообрядцев в случае крайней нужды. Почему такое решение приняли? По пастырским соображениям.

В целом ряде районов было много католиков, которые не имели своих храмов и регулярно посещали православные, принимали участие во всех службах, вели себя как «добропорядочные православные», активные члены православных приходов, и не могли причащаться. А католических церквей вообще не существовало — на многие тысячи верст вокруг.

Особенно это касалось Украины. И тогда Синод, учитывая эту ситуацию, разрешил их причащать в крайних случаях. К тому же, Второй Ватиканский Собор разрешил католикам причащаться в православных храмах. И в 1970-х годах у нас был интенсивный диалог с Католической Церковью, и в этом диалоге мы также обсуждали униатскую проблему.

Формально все говорили о том, что униатской церкви на Западной Украине не существует. Но было хорошо известно, что всегда были люди, которые разделяли убеждения греко-католиков.

И обращаясь к ним, папа Павел VI сказал, что они, оставаясь католиками, находятся под пастырским окормлением Русской Православной Церкви в связи со сложившимися историческими обстоятельствами. И вот для того, чтобы дать возможность этим людям иметь таинства, Синод принял это решение.

И мне кажется, что это был правильный путь решения униатской проблемы. В 1980-х годах отменяется решение Синода, причем речь шла только о католиках. Сыграли свою роль два фактора.

Во-первых, было довольно сильное давление на Русскую Церковь со стороны Греческой, и особенно афонских монахов, которые утверждали, что это решение Синода является неправомерным. Но, правда, к этому времени начинает меняться и ситуация внутри нашей страны. Тогда еще не было массового открытия католических храмов, но уже было какое-то предчувствие начала этого процесса. И Синод отменил это решение.
— А православные могут причащаться в католических храмах, если они находятся в эмиграции, где нет православных церквей, или в туристической поездке за границу?

— С точки зрения официальной позиции Церкви — не имеют права причащаться в католической Церкви. А что касается реальной жизни, то знаю, что бывало по-разному. Иногда в госпитале на смертном одре принимали русские люди причастие у католиков, хотя это бывало довольно редко…».

Источник: http://como.prihod.ru/interesnye-stati/pravoslavie-i-katolichestvo-segodnya-k-voprosu-obshheniya-v-tainstvax/

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector