Как турция владела частью украины

Крымский полуостров за последние 2,5 тыс. лет не раз становился ареной военных действий, в результате которых власть здесь постоянно менялась

Как Турция владела частью Украины

Оборона Севастополя 1942 год

В первой половине V века до н.э. в Таврике (так греки называли южную часть полуострова, который затем стал Таврическим, а еще позже — Крымским) возникли два самостоятельных государства.

Одно из них — республика Херсонес Таврический, в состав которого входили земли западного Крыма, другое — Боспорское государство со столицей в Пантикапее (нынешняя Керчь).

Тогда же в Крыму появились сотни греческих поселений.

Во II веке до н.э. отбить у греков удобные приморские гавани пытались скифы, но потерпели поражение. В I веке до н.э. крымские города перешли под контроль Римской империи, а затем и ее «правопреемника» — Византии. Херсонес был превращен в крепость для защиты византийских владений от кочевников-степняков.

До середины IX века вся территория Крыма за исключением Херсона входила в зону влияния Хазарского каганата. Во второй половине IX века туда проникли венгерские племена, а затем печенеги и русы (восточные славяне).

Соперничество Руси и Хазарии закончилось разгромом Хазарского каганата в 960-х годах, хазарские владения на Таманском полуострове вошли в состав Древнерусского государства.

В 988 году киевский князь Владимир занял Херсонес и принял здесь официальное крещение.

От монголов — к туркам

С 1223 года Таврический полуостров находился под властью монголов, а его административным центром являлся город Крым, позднее давший имя всему полуострову.

После распада Золотой орды в 1441 году здесь образуется Крымское ханство, которое спустя еще три десятка лет, потерпев поражение в войне с турками, становится протекторатом Османской империи.

А сами татары постепенно превращаются из кочевников в земледельцев: основным их занятием становятся садоводство, виноградарство, выращивание табака.

„  

«После Русско-турецкой войны 1768-1774 годов турки отказались от претензий на Крым, а в 1783 году полуостров был включен в состав Российской империи»

В XV веке турки строят на Перекопском перешейке, образующем единственный сухопутный переход между Крымским полуостровом и материком, крепость Ор-Капу. С конца XV века Крымское ханство совершает постоянные набеги на Украину, Русское государство и Польшу.

Конец набегам, а заодно и османскому господству положила Русско-турецкая война 1768-1774 годов: по ее итогам турки отказались от претензий на Крым, а в 1783 году полуостров был включен в состав Российской империи. Тогда же в Крыму строятся мощные города-крепости — Севастополь и Симферополь. Полуостров становится любимым местом отдыха для русских дворян.

Крымская война

В июне 1853 года Россия разрывает дипломатические отношения с Турцией и оккупирует дунайские княжества. В ответ Турция 4 октября 1853 года объявляет России войну, в которую на стороне турок вступают Англия и Франция: в декабре 1853-го английская и французская эскадры входят в Черное море.

14 сентября 1854 года начинается высадка союзных войск в Евпатории, а 17 октября они осаждают Севастополь. Осада длится 349 дней и заканчивается поражением русских.

18 марта 1856 года в Париже был подписан мирный договор, согласно которому Черное море объявлялось нейтральным, присутствие там русского флота сводилось к минимуму, крепости уничтожались. Хотя сам Крым остался российским.

То белые, то красные

После революции 1917 года власть в Крыму несколько раз менялась. В ноябре 1917-го там была провозглашена Крымская народная республика, прекратившая существование после установления советской власти в январе 1918 года.

В апреле в Крым вошли немцы, при которых с 1 мая по 15 ноября на полуострове действовало Крымское краевое правительство.

Оно провозгласило самостоятельность Крыма, восстановило частную собственность, ввело собственное гражданство, госсимволику и три государственных языка — русский, крымско-татарский и немецкий. Столицей был объявлен Симферополь.

„  

«Крымское правительство восстановило частную собственность, ввело собственное гражданство и три государственных языка — русский, крымско-татарский и немецкий»

В ноябре 1918 года к власти пришло второе Крымское краевое правительство во главе с комиссаром Временного правительства Соломоном Крымом. Но оно продержалось еще меньше, чем первое, и в апреле 1919-го Соломон Крым на корабле французской эскадры уплыл во Францию.

В апреле 1919 года на территории полуострова образовалась Крымская Советская Социалистическая Республика в составе РСФСР. Но затем власть снова сменилась: с июля 1919-го по 12 ноября 1920 года Крым перешел под власть генерала Деникина, а затем Русской армии Врангеля. После поражения Белого движения и эвакуации врангелевцев в октябре 1920-го Крым вновь включили в состав РСФСР.

От оккупации — к автономии

В ноябре 1941 года Красная армия была вынуждена оставить Крым, отступив на Таманский полуостров. Правда сам Севастополь держался в окружении 250 дней с 30 октября 1941 года по 4 июля 1942. После этого до весны 1944 года Крым был оккупирован немцами.

Вскоре после освобождения, 30 июня 1945 года, Крымская АССР была преобразована в Крымскую область в составе РСФСР.

А 19 февраля 1954 года Президиум Верховного Совета СССР, «учитывая общность экономики, территориальную близость и тесные хозяйственные и культурные связи между Крымской областью и Украинской ССР», издал указ о передаче Крыма в состав Украины.

Источник: https://newtimes.ru/articles/detail/80108/

Польша и Турция в ближайшие годы могут быть раздавлены

В пятницу один из депутатов польского Сейма заявил о необходимости получения репараций от России. Неделей ранее премьер-министр Польши Беата Шидло заявила, что поляки могут потребовать репарации и от Германии — за ущерб, нанесенный им в ходе Второй мировой войны.

Польские политики, похоже, не понимают, что путь, которым пошла Польша, не только не эффективен — эта страна может быть серьезно наказана ведущими мировыми игроками. К сожалению, польские элиты не вынесли уроков из итогов Второй мировой войны, когда лишь упорство советских людей позволило Польше сохраниться в качестве независимого государства после оккупации ее гитлеровцами. Напротив: сегодня польские элиты делают все для того, чтобы уподобиться Украине — стране, которая вот-вот будет раздавлена разгоняющимися катками нового передела мира.

Мировой политический процесс — не абстракция. Он представляет собой совокупность противостояний и конфликтов, периодически перерастающих в войны между субъектами мировой политики, которые можно подразделить на три основных типа: сверхдержавы, региональные державы и прочие государства локального значения.

До упразднения Советского Союза первые были представлены СССР и США, в 90-е годы Россия превратилась в страну трансрегионального (что-то среднее между региональной и мировой державой) уровня, а теперь к статусу сверхдержавы подтянулся Китай, обогнавший по объему ВВП Соединенные Штаты.

Барак Обама выдал желаемое за действительное, когда в отместку за воссоединение Крыма с Россией (а по планам Госдепа после захвата прозападными нацистами Киева Крым должен был достаться американским военным) обозвал РФ региональной державой.

На самом деле в 2014-2015 годах Россия вновь уверенно вошла в разряд держав мирового уровня, по крайней мере по военно-политическим параметрам.

К этому же времени мировой квазидержавой вне всякого сомнения стал и Евросоюз — Соединенные Штаты Европы. В число ведущих мировых игроков (помимо США, ЕС, России и Китая) вот-вот войдет и Индия.

Бразилия не успела войти в этот новый клуб мировых держав, так как не удержала курс на суверенитет: в мае прошлого года здесь был совершен проамериканский госпереворот, после чего в Бразилию вошли транснациональные компании, приступившие к захвату ее сырьевых ресурсов.

В схожей ситуации находится сегодня и Япония: высочайший уровень технологического развития не гарантирует участия этой страны в мировых делах — слишком высок уровень ее зависимости от США.

Впрочем, сверхдержавы и начало нового передела мира ими — предмет особого разговора. В данной статье я хочу обратить внимание на те страны регионального значения, что настойчиво стремятся попасть в разряд сверхдержав, не имея для этого надлежащих оснований.

Речь идет прежде всего о Польше и Турции — веками претендующих на статус великих держав, но неоднократно битых соседями, в первую очередь именно из-за неадекватных амбиций своих элит.

Политики этих стран не осознают, что, находясь в цивилизационном пограничье, весьма опасно идти на поводу у своих постимперских амбиций. Рано или поздно они приводят названные страны к краху.

И если амбиции турецких элит еще как-то объяснимы (бывшая Османская империя имеет великую историю, это самое мощное государство в центральной Евразии, по-прежнему контролирующее Константинополь и средиземноморские проливы), то амбиции Польши не вызывают ничего, кроме недоумения.

По Польше, как известно, проходят границы между российской и европейской цивилизациями, между православными и католиками.

Польские элиты, считая себя этакой славянской шляхтой, одновременно комплексуют по поводу того, что для западноевропейцев они люди второго сорта, а потому обречены на вечные метания между Россией и Германией.

Соответственно, лекарство от своей шизофрении поляки находят в ориентации на англосаксов: это позволяет им — исключительно в своих иллюзиях — как бы подняться и над русскими, и над немцами.

Осознание того факта, что Польша (в лице Речи Посполитой) когда-то владела частью Украины, Белоруссии и Литвы, а однажды чуть было не захватила российский престол, порождает у политиков этой страны зуд неудовлетворенного величия. Цена же этого зуда всякий раз довольно высока: Польша была не только четырежды разделена и неоднократно унижаема своими соседями — в мире нет, пожалуй, ни одного народа, который бы с уважением относился к полякам.

  • Лично у меня нет никаких сомнений в том, что Польшу ждет не великое будущее (у окраины Европы нет для этого никаких объективных оснований), но судьба прибалтийских республик или даже соседней Украины.
  • Сегодня польская экономика почти полностью захвачена германскими и американскими компаниями, но завтра — если Польша будет продолжать злить Германию и Россию — мирная деградация этой страны вполне наверняка закончится как минимум политической и экономической изоляцией со стороны соседей.
  • Иное дело Турция.

С одной стороны, эта держава, как и Польша, в течение нескольких веков вела борьбу за региональное влияние с русскими, но делала она это по собственному велению, а не по хотению Ватикана — как это было в случае с Польшей. С другой стороны — и она была неоднократно бита за свою имперскую спесь. Так, опираясь в борьбе с Российской империей на Англию и Францию, эта страна была в итоге обманута традиционными союзниками. По итогам Первой мировой войны Турция была оккупирована именно Францией и Великобританией и разделена на части, после чего и кончилась как империя.

Благодаря первому президенту Турции (избран в 1923 году) Мустафе Кемалю Ататюрку, эта страна совершила рывок в своем развитии и во время Второй мировой войны смогла отстоять свой нейтралитет.

Увы, в 1952 году американцы заставили Турцию вступить в НАТО. И сегодня это государство фактически разрывается на три части, заставляя руководство страны балансировать между США и НАТО с одной стороны, исламистскими радикалами — с другой и необходимостью выстраивания эффективных экономических и политических отношений с имманентными союзниками (Россией и Ираном) — с третьей.

Вероломство США, попытавшихся летом 2016 года руками турецких пронатовских военных осуществить в Турции прозападный госпереворот, вторичность Евросоюза и растущая опасность для турецкой государственности усиления радикального исламизма и национализма объективно подталкивают Реджепа Эрдогана к выработке нового внешнеполитического курса, опирающегося на укрепление союза с соседними государствами не западной ориентации.

Действительно, продолжать рваться в ЕС и заигрывать с НАТО — прямой путь к очередному витку разрушительных противоречий в турецком обществе, к тому, чтобы оказаться страной, в очередной раз раздавленной жерновами соседних цивилизаций.

Турецкие элиты уже осознают, что самый верный путь сегодня — это возвращение страны к собственному народу и своим внутренним проблемам. Но такой путь требует отказа от внешнеполитических амбиций.

Нужно признать, что Турция никогда не станет лидером исламского мира, ибо арабы — не турки, Мекка — не в Турции, шииты — не сунниты, и почти полмиллиарда мусульман живет в недоступных для турецкого влияния Индонезии и Пакистане. Тем более Турция не станет ровней Германии, а Вашингтон не может быть партнером Анкары по определению… А вот в ЕАЭС двери для Турции открыты.

Россия уже является одним из ведущих партнеров Турции; вместе же эти страны (вкупе со странами ЕАЭС, Ираном, Сирией, etc.) могут стать истинными хозяевами Центральной Евразии.

Аналогичным образом могут быть решены и проблемы Польши. Ее перспективы целиком и полностью зависят от укрепления добрососедства и с Россией, и с Германией.

Осознание турецкими, польскими, украинскими, грузинскими, прибалтийскими и иными элитами стран межцивилизационного пространства того факта, что сегодня начинается новый передел мира, особенно важно, уже поскольку в новом мире не будет монопольного господства США и главными средствами для выживания «пограничных» государств в этот сложный период становятся скромность, нейтралитет и разворот элит в сторону решения внутренних проблем своей страны.

Источник: https://ria.ru/20170904/1501699304.html

Крымское ханство. Территория и границы

(Продолжение, предыдущая часть здесь)

Истории Крымского ханства не повезло дважды: в Российской империи ее писали преимущественно в черных красках, а в Советском Союзе вообще попытались забыть.

Да и жители современной Украины, чего скрывать, по большей части находятся в плену российских мифов и заблуждений о крымских татарах. Чтобы хоть немного исправить ситуацию, Крым.

Читайте также:  Старобуянская республика: что стало с государством крестьян в 1905 году

Реалии подготовили цикл публикаций о прошлом Крымского ханства и его взаимоотношениях с Украиной.

Итак, на протяжении предыдущих месяцев мы с вами обсудили политическую историю Крымского ханства – от его возникновения до его падения. А теперь давайте перейдем от хроники конкретных событий к общему обзору самой страны. Например, какую территорию занимало Крымское ханство и насколько широко простирались его границы?

Границы Крымского ханства охватывали территории на Крымском полуострове и на прилегающей части материка.

Причем здесь важно уточнить, что Крымскому ханству принадлежала лишь часть полуострова – а именно, степной и предгорный регионы Крыма.

Тогда как практически вся горнолесная часть полуострова в состав Крымского ханства не входила, или, точнее сказать, входила лишь в очень краткий промежуток времени, менее девяти лет, между 1774 и 1783 годами.

Керчь никогда не находилась под ханской властью, потому что до 1475 года принадлежала Генуе, затем Турции, а в 1774 году перешла от Турции сразу к России

А до того горный и южнобережный Крым принадлежал другим государствам: до 1475 года он был территорией княжества Готия и Генуэзской республики, а после 1475 и до самого 1774 года – владением Османской империи.

А Керчь и вовсе никогда не находилась под ханской властью, потому что до 1475 года принадлежала Генуе, затем Турции, а в 1774 году перешла от Турции сразу к России. Вот такие на карте Крыма были исключения.

А что касается материка, то здесь зона крымского влияния с течением столетий хоть и меняла конфигурацию, но, в целом, всегда распространялась на территорию приморских степей – от Дуная до Кавказа.

Северная граница этих материковых владений ханства поначалу четко определена не была, потому что эти границы, так сказать, растворялись в Диком Поле – как называли тогда огромную, почти незаселенную и фактически ничейную зону, занимавшую лесостепную полосу Восточной Европы – то есть, нынешнюю Южную и Центральную Украину и юго-восток европейской части России. К югу от этой буферной полосы, ближе к морскому берегу, лежали те самые материковые владения Крыма, а к северу от нее начинались территории славянских держав – Литовской Украины и Московского царства.

То есть, получалось, что самый северный рубеж Крыма, где регулярно дежурили ханские дозорные, лежал примерно на широте реки Самары, то есть, нынешнего города Днепра. А дальше уже начиналось пресловутое Дикое Поле, и лишь далеко, в сотнях километров за ним, пролегала южная граница северных соседей Крыма.

В отличие от Крыма эти соседи проявляли интерес к освоению и заселению этих обширных и плодородных территорий и, соответственно, осваивали их, строя там города.

И потому с каждым десятилетием эта нейтральная полоса Дикого Поля все более сужалась и сокращалась, пока в XVIII веке не исчезла практически совсем, и тогда между Крымским ханством и Российской империей различными договорами были установлены конкретные границы.

На восточном направлении границы были еще менее определенными. Там зона крымского контроля доходила до Дона, огибала по периметру все Азовское море и распространялась далее на кубанские степи.

Это пространство было заселено кочевниками – такими, как Азовская Орда возле устья Дона и Малая Ногайская Орда на Кубани. Далее к югу, в предгорьях Кавказа, проживали черкесы, чьи западные племена признавали над собой власть крымского хана.

Эти черкесские территории напрямую не входили в состав Крымского ханства, но они зависели от Бахчисарая, и потому их тоже можно считать в числе ханских владений.

Ну и, наконец, запад. В ранний период истории Крымского ханства его западная граница пролегала по Днепру, а приморские степи к западу от Днепра до Днестра еще ранее того были отвоеваны у Орды великими князьями литовскими.

Однако последующие литовские правители не удержали этих территорий, и Крым постепенно освоил их, а потом передал эти земли Османской империи.

И потому в этих землях сложилась своеобразная двойная крымско-турецкая система администрации, когда все города на этом нынешнем южноукраинском побережье: Ози-Кале (Очаков), Хаджи-Бей (Одесса), Ак-Кермен (Белгород-Днестровский) – входили в османскую административную единицу, а полукочевые жители степей в этих регионах считались ханскими подданными, и для управления ими назначали специального администратора из Бахчисарая. Эти территории, населенные ханскими подданными, протянулись до самого Дуная.

Там же, на западе, были и своего рода анклавы ханских владений – как, например, несколько сел на территории современной Молдовы, переданные ханам в пользование османскими султанами.

Почти там же, в молдавском городке Каушаны, во второй половине XVIII века была даже построена ханская резиденция с дворцом, где крымские ханы проводили немало времени, когда были вынуждены на долгое время покидать Крым и помогать османам в их противостоянии на причерноморских фронтах с русскими войсками.

Кроме того, там, на далеком северо-западном пограничье, сформировалось и такое территориальное образование, как «Ханская Украина», то есть, переданная султанами под администрирование ханов самая дальняя окраина причерноморских степей, которая находилась настолько далеко на севере, что в ней проживало уже не кочевое ногайское, а оседлое украинское население.

Население этих западных причерноморских степей (как, к слову, и кубанских степей) составляли не крымские татары, а потомки ордынских кочевников, никогда не жившие в Крыму.

Часть их обитала там еще с ордынских времен, часть была переселена туда Менгли Гераем после окончательного разгрома им Орды, но большинство тамошних жителей прибыло в эти места в XVII – начале XVIII века, когда в крымские владения, спасаясь от царских притеснений, массово двинулись прикаспийские ногайцы, и крымские ханы расселяли этих беженцев в Причерноморье. Как я уже рассказывал раньше, там для них были созданы особые административные образования, ногайские орды, над каждой из которых ханы назначали своих наместников.

​Интересно, что ханство владело не всей территорией полуострова, и что он был разделен между двумя государствами: Крымским ханством и Османской империей. Насколько различалась жизнь по обе стороны этой границы, пролегавшей внутри самого Крыма?

Да, действительно, такая граница в Крыму существовала – и взялась вот откуда: когда Крымское ханство образовалось в 1441 году, на территории Крыма уже существовали два государства: это было княжество Готия в горной части полуострова и генуэзские колонии на южном и юго-восточном побережье.

Крымские ханы, хотя и имели такую возможность, не только не посягали на свободу этих своих соседей, но и на протяжении некоторого времени даже предотвращали такие посягательства со стороны турок.

Однако, в силу разных причин, однажды это не удалось, и в 1475 году османские войска захватили территории Готии и Генуи и присоединили их к своей империи. Так в Крыму и появились владения Турции.

Кто хорошо знает Крым, тот без труда представит себе, как проходила эта граница: она начиналась на западе от моря по реке Бельбек, уходила вместе с рекой глубоко в горный край, а там поворачивала на восток и шла по кромке главной гряды крымских гор до самого Кефе (ныне – Феодосия), огибая этот город и включая его в свою черту. И еще, отдельным фрагментом, на крайнем востоке полуострова, к османским владениям принадлежала Керчь. То есть, все земли к югу от Бельбека и от главной гряды были не ханскими, а османскими.

Все земли к югу от Бельбека и от главной гряды крымских гор были не ханскими, а османскими

Вся эта территория составляла так называемый Кефинский эялет (то есть провинцию) Османской империи. Административным центром эялета являлся город Кефе. Там имел свою резиденцию бейлербей, султанский наместник, а также проживали прочие османские чиновники, управлявшие провинцией: военные, таможенные чины и так далее.

Причем на раннем этапе, в конце XV – начале XVI века, на пост кефинских бейлербеев султаны назначали своих сыновей.

В этот период в городе появилась роскошная, не сохранившаяся до наших дней, мечеть Сулеймана, выстроенная, как считали, знаменитым будущим султаном Сулейманом I, который в юности, еще до восшествия на трон, действительно занимал пост кефинского наместника.

Большинство жителей Кефе составляли крымские татары, но при этом крымские ханы были в городе лишь гостями – хотя и почетными, уважаемыми гостями, для которых, когда они прибывали туда, власти города устраивали торжественные встречи, салюты и пиры.

Кефинский порт был довольно важным экономическим узлом. И хотя в османское время его обороты заметно упали по сравнению с генуэзским периодом, все равно, налоговые поступления с этого порта были все еще значительны, и часть средств, собранных таким образом, султан предоставлял в распоряжение ханской казны.

Османская провинция в Крыму была поделена на несколько округов, так называемых санджаков. Их центры располагались в городах Судак, Балаклава, Мангуп и Керчь; помимо того, в Кефинский эялет входили также и османские владения на кавказской стороне Керченского пролива: Тамань и Темрюк.

Отличалась ли жизнь в этих двух половинах Крыма – ханской и османской? Смотря где. Если брать Кефе, то отличалась, и довольно заметно.

Город Кефе по самому своему духу и ритму жизни был турецким городом, не имевшим аналога по крымскую сторону границы: большим, портовым, очень населенным, суетливым, с множеством моряков и янычар на улицах.

Там ходила османская монета, действовали османские законы и собирались османские налоги – причем все это отличалось от денег, законов, налогов на ханской стороне.

Словом, жизнь там шла по правилам, принятым в Турции, а не в Крыму.

Ярким примером могут служить факты, когда жители Кефе – как, например, местные мелкие торговцы или ремесленники-христиане, которые вдобавок к налоговым поборам подвергались от турецких властей еще и религиозной дискриминации, предпочитали переселяться из султанских владений в ханские, потому что ханская политика в отношении – как сказали бы сегодня, мелкого бизнеса и религиозных меньшинств – была гораздо более человечной и терпимой, чем султанская, о чем современники в XVII веке заявляли совершенно прямо. Султан тогда даже жаловался хану Джанибеку Гераю на такой отток населения, требуя прекратить прием таких мигрантов в Крыму – на что крымский правитель ответил, что если кефинский бейлербей будет обращаться с подданными помягче, то они и не будут разбегаться из города, ища спасения у хана.

Иною была картина в далекой глубинке османского Крыма – например, в Мангупском округе, с его глухими горными селами, рассыпанными по ущельям и долинам.

Эти территории тоже формально были не ханскими, а турецкими, однако на деле османское присутствие там было минимально, ограничиваясь лишь мизерными гарнизонами в тамошних крепостях.

Понимая, что для этих отдаленных уголков центром экономического и политического притяжения является не далекий Стамбул и даже не Кефе, а близлежащий Бахчисарай, куда жители этих деревень еженедельно ездят на рынок, султаны позволили ханам самостоятельно организовывать управление и даже отчасти оборону этих территорий. И потому административные функции, как, например, сбор налогов, там выполняли не султанские чиновники, а различные важные люди, которым такое право выдавал – разумеется, с позволения турецкого султана – крымский хан.

Когда во время российского вторжения в Крым 1770-ых годов все турецкие войска были вытеснены из Крыма, бывшие османские владения на полуострове вошли в границы Крымского ханства, и в 1774 году Турция сама официально признала утрату этих земель. Но, как известно, не прошло и девяти лет, как в 1783 году было ликвидировано и само ханство, и потому этот период, когда в границы Крымского государства входил весь полуостров целиком, продлился очень недолго.

Продолжение следует.

Источник: https://ru.krymr.com/a/29401645.html

Русский героизм. Румянцев и «турецкий вопрос» — 2

Россия не хотела войны, но на агрессивные планы Турции надо было отвечать. На Государственном совете в ноябре 1768 года Екатерина II заявила, что турецкие мыши разбудили спящего кота, и пообещала «задать такого звону, какого от нас не ожидали»

Читайте также:  Донские или запорожские казаки: кто появился раньше

Одной из причин, почему «турецкий вопрос» стоял перед Россией так долго и так остро, была двуличная политика европейских держав. Определялась эта политика двумя основаниями: страхом перед усилением России и выгодами от союза с ней.

Страх перед Россией заставлял европейцев сталкивать ее с Турцией, чтобы ослабить и ту, и другую сторону. Одновременно, страх перед Турцией заставлял их вступать с Россией в союз, ибо без русских победить турок они были не в состоянии.

Но уж если европейцы «дружили» с Россией, то максимально старались подставить под турецкие удары именно русские войска, а самим остаться в стороне.

Примеров тому множество. Еще в войне 1735–1739 годов союзница России Австрия вступила в сепаратные переговоры о мире с Турцией, которые даже немец Миних назвал «стыдными и весьма пре­досудительными».

Франция в годы Семилетней войны (1756–1763 гг.), будучи союзницей России, из-за опасений усиления России в результате войны всячески препятствовала согласованности в выработке союзных стратегических решений и их реализации.

Наконец, в ходе русско-турецкой войны 1768–1774 гг., главным героем которой являлся П. А. Румянцев, сначала Франция существенно помогла Турции с оружием, а затем Франция и Англия вместе уговаривали турецкого султана не смиряться с потерей Крыма и продолжать войну.

С подобным предательством «союзников» России приходилось сталкиваться постоянно.

Мы уже говорили, что Турция в те времена владела частью Польши. И именно «польские дела» стали поводом для начала первой «екатерининской» русско-турецкой войны.

Когда в 1760-е годы начались гонения поляков-католиков на их православных соотечественников, Россия потребовала от нового польского короля Станислава Понятовского гарантировать права единоверцев.

Король надавил на польский сейм, тот, поупрямившись, принял закон об уравнивании «диссидентов» в правах с католиками. Но польские католические магнаты, имевшие собственные армии, создали Союз конфедератов и, наплевав на решение сейма и волю короля, начали просто резать и православных священников, и мирян.

Ответом на это стало мощное восстание гайдамаков. В итоге России пришлось ввести войска для защиты православных.

Порта, давно лелеявшая захватнические планы в отношении России, решила использовать этот повод. Обвинив Россию в «злоумышлении» (то есть в инспирировании восстания), она объявила ей войну.

Турки собрали огромную армию (400 тысяч человек, включая крымчаков) и надеялись на быструю победу.

Главные турецкие силы должны были ударить на Варшаву (при поддержке конфедератов), а затем двумя клиньями двинуться на Киев и Смоленск.

Другая армия (80 тысяч турко-татар) должна были сковать русские войска, расположенные на Украине. Наконец, 50-тысячная армия собиралась двинуться через Северный Кавказ на Астрахань.

Общую поддержку должен был оказать турецкий флот, способный высадить десант в любой точке Черного и Азовского морей.

Россия не хотела войны, но на агрессивные планы Турции надо было отвечать. На Государственном совете в ноябре 1768 года Екатерина II заявила, что турецкие мыши разбудили спящего кота, и пообещала «задать такого звону, какого от нас не ожидали».

Были обозначены главные цели войны: во-первых, свобода мореплавания на Черном море и, во-вторых, учреждение таких границ между Россией и Польшей, которые «никогда не нарушали бы спокойствие».

Из второго пункта видно, что никаких территориально-захватнических планов в отношении Польши Россия не имела и жаждала только мира и покоя на западном направлении.

Русскую армию было решено разделить на две части: наступательную (под командованием князя Голицына) и оборонительную (под командованием графа Румянцева).

Военные действия начались не сразу — 1768-й и 1769 годы прошли в вялых оборонительных сражениях. Армия Голицына весь год простояла под крепостью Хотин, но штурм так и не состоялся. За нерешительность императрица сняла Голицына с командования Первой (наступательной) армией и назначила вместо него Петра Румянцева. Лишь тогда у войны появились цель и смысл.

Ранней весной 1770 года Румянцев двинул армию, в которой насчитывалось 37 тысяч человек, к реке Прут навстречу 200-тысячной турецкой армии. Поход был трудный: дороги были непроходимы из-за дождей, к тому же в Молдавии свирепствовала чума. Чтобы не допустить эпидемии, Румянцев повел армию по безлюдным местам, по левой стороне Прута — это спасало от чумы, но увеличивало трудности.

В первых числах июня русская разведка донесла о крупных силах турок — 72 тысячи человек при 44 орудиях. Несмотря на численное превосходство неприятеля, Румянцев решил атаковать.

16 июня 1770 года у местечка Рябая Могила на реке Прут состоялась первая битва.

Русские войска были разделены на три группировки, построенные в виде дивизионных каре (плотное построение прямоугольной или квадратной формы, позволяющее атаковать или обороняться от противника на любом из четырех направлений). Причем каре были не просто пехотными, а усилены артиллерией, действовавшей очень маневренно.

По плану сражения, корпус генерала Боура (около четырех тысяч человек) ударил в левый фланг турецкого войска, чтобы отвлечь его внимание, сам Румянцев сымитировал лобовую атаку в центр турецких позиций, между тем как главные силы (корпус Репнина) ударили в слабый правый фланг. Турки не выдержали атаки с трех направлений, впали в панику и бежали. Их потери были невелики (всего около 400 человек), но моральный дух был подорван.

Разбитое при Рябой Могиле турецко-татарское войско Абды-паши остановилось у притока Прута, реки Ларга. Верховный визирь дополнительно усилил его 20-тысячным отрядом.

Абды-паша очень грамотно расположил свое войско на возвышенном плато, примыкающем к слиянию трех рек: Ларги, Прута и Бабикула. Лишь на правом фланге турецкие позиции не были защищены естественными препятствиями, но там турки выстроили четыре ретраншемента (укрепления), где сосредоточилась пехота.

Румянцев решил, как и в сражении у Рябой Могилы, ударить в самое уязвимое место турецкой позиции.

Группа генерала Племянникова (6 тысяч человек, 25 орудий), отвлекая от направления главного удара, наступала на левый фланг противника, отряды Боура и Репнина (около 15 тысяч человек при 44 орудиях) должны были ударить по наиболее слабому правому флангу турок. Сам же Румянцев с главными силами (19 тысяч человек, 50 орудий) двигался вслед за группами Боура и Репнина, усиливая главный удар.

На военном совете в ночь перед сражением Румянцев произнес слова, ставшие знаменитыми: «Слава и достоинство наше не терпят, чтобы сносить присутствие неприятеля, стоящего в виду нас, не наступая на него».

За ночь саперы укрепили дороги в труднопроходимых местах и навели мосты через Ларгу. С первыми лучами солнца 7 июля 1770 года русские каре уже стояли перед неприятелем.

Турки начали интенсивный обстрел наступающих русских войск, но меткий огонь никогда не был главным достоинством османских артиллеристов. Выдвинувшаяся вперед маневренная артиллерийская батарея из 17 орудий генерала П.

Меллисино ответным точным огнем уничтожила пушки противника.

Тогда Абды-паша бросил в бой свою главную силу — кавалерию. Но Румянцев разгадал этот ход. И вновь сосредоточенный огонь русской артиллерии, картечью сметавшей турецкую конницу, решил дело.

Русские каре двинулись в атаку, и правый фланг войск противника был смят. К этому моменту и артиллерия группы Племянникова ударила по левому флангу турецких войск.

Всё завершил мощный удар русской пехоты по турецким ретраншементам.

Сопротивление было сломлено, турки бежали. В этом сражении основную роль сыграли маневрирование огнем артиллерии и, конечно, стойкость и мужество русской пехоты.

Венцом этой серии сражений стала битва при Когуле 21 июля 1770 года, в которой против русских было выставлено 150-тысячное турецкое войско под командованием Халил-бея. Румянцев, имея чуть не впятеро меньше людей, опять принял решение наступать.

В час ночи пять русских каре, между которыми двигались конница и артиллерия, устремились вперед, рассеивая турецко-татарскую конницу беглым огнем картечью. Но когда каре Племянникова вплотную приблизилось к неприятельскому лагерю, внезапно появились 10 тысяч янычар — воинов турецкой непобедимой гвардии, которые с одними только саблями врезались в русское каре.

Не выдержав удара, русские стали отступать под защиту других каре. Момент был драматический — паника могла охватить всё войско. Румянцев с криком «Стой, ребята!» сам остановил бегущих.

Янычары были отбиты картечью и больше в сражении не участвовали. А русские каре бросились в атаку на турецкие позиции. Сила удара была так велика, что турки, бросив орудия и всё имущество, бежали.

Потери турок были огромны: более 20 тысяч человек убитыми, ранеными и пленными. Русские же потеряли чуть более 900 человек.

Огромна была роль русской артиллерии в этом сражении. Пленные турки говорили: «Нет сил сбить русских, которые поражают нас огнем, как молнией».

Надо сказать, что в эти годы под командованием Румянцева служил молодой генерал Суворов, уже прославившийся несколькими яркими победами в Польше. Полководец ценил Суворова как своего лучшего ученика, опекал его и давал развернуться военному таланту, достойному самого Румянцева.

Успехи на сухопутном театре соседствовали с победами на море. 25 июня 1770 года русский флот под командованием вице-адмирала Г. А. Спиридова (при общем руководстве фаворита царицы Алексея Орлова) в морском сражении при Чесме практически полностью уничтожил турецкий флот.

Огромная армия развеялась, как туман, Турция фактически была разгромлена.

В следующие три года Румянцев, уже занявший турецкие крепости Измаил, Килию, Аккерман, Браилов, Исакчу и Бендеры, периодически переносил военные действия за Дунай.

Все сражения русские выигрывали, но турецкий султан не желал подписывать мир. Шли долгие переговоры дипломатов, а армия в мелких стычках и от тягот походной жизни таяла.

Наконец, в 1774 году, видя безрезультатность переговоров, Румянцев с основными силами (около 50 тысяч человек) форсировал Дунай и направился к крепости Шумла навстречу более чем 100-тысячной турецкой армии. В сражении принимал участие и корпус Суворова, который решительно атаковал всемеро превосходящие силы турок. Штыковой удар в сочетании с артиллерийским огнем решил дело — турки в беспорядке бежали.

Турция, истощенная войной, наконец, запросила мира. Он вошел в историю под названием Кючук-Кайнарджийского. Крым был объявлен независимым (на самом деле под протекторатом России), а стратегически важные крепости Керчь, Еникале (Евпатория), Кинбурн, Азов отошли к России.

Румянцев за победную войну получил жезл фельдмаршала, множество наград и титул Румянцева-Задунайского.

По окончании войны Румянцев вернулся к делам управления Малороссии, губернатором которой он был назначен в 1764 году. Он обобщил свой богатый опыт в «Мыслях по устройству военной части». Главным для командира Румянцев считал возможность действовать самостоятельно и инициативно, ибо «разумный предводитель сам знает предосторожности и не связывает рук».

Благодаря Румянцеву русская тактика стала активно-наступательной. Ему же принадлежит заслуга избавления от прусского формализма и дрессировки в русской армии. Румянцев первым выдвигает в основу воспитания войск нравственный момент. Наконец, именно в румянцевской школе и благодаря созданной Румянцевым обстановке мог развиться такой военный гений, как Суворов.

Уже упоминавшийся нами военный историк А. Керсновский пишет: «Никогда еще русское военное искусство не стояло так высоко, как в конце восемнадцатого века. План его величественного здания был начертан Петром, фундамент заложен Румянцевым, самое здание вознесено до небес великим Суворовым».

(Продолжение следует.)

Источник: https://rossaprimavera.ru/article/russkiy-geroizm-rumyancev-i-tureckiy-vopros-2

Турция никогда не будет такой, как прежде, — Тимур Масаутов

Десять дней минули после попытки переворота в Турции и последовавших за этим событий. Одна ночь изменила страну до неузнаваемости: режим чрезвычайного положения, массовые увольнения и задержания, приостановлено действие Европейской конвенции о правах человека.

Демократический мир бьет тревогу, в то время как Анкара рассматривает возможность возвращения смертной казни и активно восстанавливает отношения с Россией. Как неоднократно заявляло турецкое руководство, ночь с 15 на 16 июля стала Рубиконом в жизни страны, после которого Турция никогда не будет такой, как прежде.

О том, что ждет Турцию в будущем, кто стоит за переворотом, вернут ли смертную казнь, кому выгодны события в Турции и почему есть причины называть турецкий путч удавшимся, в эксклюзивном интервью Ольге Будник, журналисту Укринформа рассказал председатель международного общества Украина-Турция, тюрколог, профессор, член Национального Союза художников Украины Тимур Масаутов.

В современной истории Турции военные перевороты — не редкость. За последние 60 лет они сотрясали страну пять раз. Чем можно объяснить такую «популярность» путчизма, силового захвата власти, активных попыток военных влиять на смену руководства страны?

Читайте также:  Михаил ii романов: что стало бы с россией, если бы он в 1917 году сменил николая ii на престоле

— Говорить о событиях, тенденциях и трендах в Турции невозможно, не понимая в какой политической обстановке мы сейчас находимся. И мы, и Турция.

Вы можете быть приверженцем любой концепции: ультралибералом, неоконсерватором, комунитаристом, джихадистом, националистом, антиглобалистом или просто адекватным, думающим человеком, который способен анализировать происходящее, и вы не можете не заметить, что так называемые «мировые элиты» заигрались в игру под названием геополитика. Заигрались бездарно, приведя мир к абсолютному, тотальному, многоплановому, политическому и экономическому кризису. Политика вселенского глобализма потерпела крах, сейчас наметилась тенденция возвращения к национальным государствам. И вот на фоне этого происходят другие, не менее важные вещи, в том числе и так называемая попытка переворота, путча в Турции. Информации довольно много, теории, версии, объяснения очень рознятся.

Также следует понимать, что такое Турция? Это наследница 600-летней Империи, которая владела одной шестой частью суши, в которую стекались все сокровища мира, владевшая Восточной Европой, и частью Украины (вплоть до 18-го века), и Ближним Востоком, и Северной Африкой. Это была серьезная и мощная Османская (Оттоманская) Империя, со своей наукой, культурой, идеологией, мощнейшей армией. Поэтому у турок имперское сознание присутствует ментально.

Действительно, перевороты, путчизм — это традиция политической жизни страны. Таким образом, армия выполняет свои функции, когда зашкаливает радикализация или исламизация страны. Армия жестко направляет страну в нужное русло.

Проанализировав перевороты прошлых лет, мы увидим, что генералитет не узурпирует власть, а корректирует и передает более демократическим, даже проевропейским группам.

В результате таких переворотов происходит подъем, либерализация экономики и всех сфер жизни.

Как вы думаете, кто именно стоит за последними событиями в Турции? Вы сказали, что армия могла таким образом попытаться уберечь страну от исламизации. Означает ли это, что это не последний переворот, о чем уже даже заявил Эрдоган, сообщив о подготовке нового путча?

— Касательно нынешнего переворота или его неудавшейся попытки, существует две-три позиции. Основная, это позиция руководства Турции — о неудавшейся попытке госпереворота, которая была пресечена.

Вторая версия — это «упреждающий удар», удачная постановка, которая выявила все нелояльные к власти элементы.

Третья позиция более размытая — это некий мятеж внутри самой армии, ее незначительной части, группы офицеров (вначале говорили о 20–30 полковниках), недовольных политикой руководства и ситуацией в стране в целом.

Когда Мустафа Кемаль Ататюрк и кемалисты пришли к власти, первое, что они сделали, отделили религию от государства, упразднили систему шариатского судопроизводства, отменили полностью ношение паранджи, фесок, широкое использование исламской атрибутики.

В кратчайшие сроки, за несколько недель, была осуществлена замена арабского письма латиницей, староосманский язык, который был наполовину арабским, иранским и уже почти не тюркским, был вычищен. Ататюрк не был антиисламистом, но считал ислам тормозом в прогрессе. Государство, современное, светское, европейское ставил превыше религии.

Замену исламу нашел быстро, им стал национализм. Ататюрк сменил приоритеты. Предвидя возможные попытки возрождения халифата в будущем, он дал мощнейшие, очень серьезные полномочия армии, как противовесу власти. Чтобы армия, в случае возврата к халифату, быстро и эффективно корректировала обстановку.

Возможно даже, мы неправильно называем эти события путчем или переворотом, это своеобразная очередная корректировка (по Ататюрку).

Тем не менее, нынешний переворот стал первым в современной турецкой истории, который не увенчался успехом. В чем причина провала и был ли это провал, удалась ли «корректировка»?

— В первую очередь, давайте уточним, что из себя представляет турецкая армия. Это вторая по мощи, эффективности и боеспособности армия в НАТО после американской.

Это более 600 тысяч образованных, со знанием второго и третьего иностранного языка, офицеров и солдат, полностью обеспеченных и экипированных натовской техникой и вооружением последнего образца.

Военные всегда были элитой страны, армия пользовалась непререкаемым авторитетом, воин, офицер всегда был на высшей ступени социальной ступени.

Думаю, если такая армия планирует переворот, она его осуществляет без проблем. Мы все помним скандалы с последующим тюремным заключением генералитета в Турции.

Несмотря на это, турецкая армия всегда оставалась в состоянии высокой боевой готовности, и интеллектуальный потенциал там был и есть. И это наталкивает на некоторые раздумья. Тем более, что в некоторых деталях последнего путча нет логики.

Например, зачем было бомбить пустой парламент, расстреливать пустое здание службы безопасности, занимать дворец президента, в котором президента не было. Понимаете, в этом очень много нестыковок.

Версия о том, что организацию переворота провела небольшая группа офицеров, также вызывает сомнения, особенно смотря на количество задержанных (более 100 генералов, начальник штаба, начальник ВВС и т. д.), более 9 тысяч задержанных и это еще не предел.

Попытка переворота и его провал, в любом случае, для президента Турции и нынешнего руководства страны, сыграла даже позитивную роль. Он от этого только выиграл.

События ночи 15—16 июля продемонстрировали, что Эрдоган пользуется внушительной народной поддержкой, не зависимо от ухудшения ситуации в стране и усиления критики извне.

Фактически после призыва выйти на улицы, сторонники нынешнего президента остановили путчистов, выйдя безоружно против танков.

Чем можно объяснить такую поддержку, несмотря на то, что рейтинги популярности Эрдогана в последние годы снизились?

— Несмотря на некоторое падение рейтингов, Эрдоган пользуется огромной поддержкой народа. Турция сегодня входит в топ-15 мощнейших экономик мира. В этом заслуга, в том числе и Эрдогана.

И его сторонники, и противники признают это. Несмотря на кризис 2008 года и нынешний, Турция спокойно и уверенно развивается.

Последствия кризиса в 2008 году, Турция пережила более или менее спокойно, без серьезных последствий.

Турецкое общество делится на сторонников и противников Эрдогана приблизительно поровну. К противникам, в частности, относятся политики либерального толка, журналисты, профессура ВУЗов, интеллектуалы, люди творческих профессий, то есть интеллигенция. Они настроены продолжать политику Ататюрка.

Но следует отметить, что либеральные ценности в понятии Европы, были имплементированы в Турцию с передозом, без учета национальных и религиозных особенностей, и реакция простого народа на это неоднозначна, поэтому мы наблюдаем массовый поворот к религии, к национальным традициям, как способу самосохранения.

Как раз простой народ, многочисленные представители среднего бизнеса поддерживают Эрдогана. Они как раз за возврат к этим национальным ценностям, которые часто отожествляют с исламом.

В противовес либеральной модели, которую часто сравнивают с развратом, распущенностью и вседозволеностью, простые люди предпочли религиозные ценности, которые ассоциируются с семейными, традициями, духовностью.

И в Эрдогане, и в правящей партии турки видят некую стабильность и опору еще и в этом вопросе.

Турецкое руководство заявило о возможности возвращения практики смертной казни в стране. Идею активно поддержали турецкие пользователи в соцсетях. Насколько реально внесение изменения в конституцию страны и возращения смертной казни?

Источник: https://islam.in.ua/ru/intervyu/turciya-nikogda-ne-budet-takoy-kak-prezhde-timur-masautov

Реальная история. Чей был Крым?

Началась по повелению Сталина. До них из Крыма были выселены немцы — потом болгары, армяне, греки, персы,
итальянцы.

Гитлер думал сделать Крым курортом для настоящих арийцев, Сталин
легко сделал его курортом для настоящих славян, главным образом чекистов, в меньшей степени — для военных инвалидов. А коренные народы в теплушках для
скота поехали в Казахстан, Среднюю Азию, Алтай.

По разным подсчетам от 10 до 30
% депортированных умерли по дороге, страдая от невыносимых условий. Геноцид? Безусловно.
Страшное преступление коммунистического режима.

Порой говорят — крымские татары
сотрудничали с Гитлером. Во-первых, далеко не все и даже не большинство, а выселили всех. Во-вторых, те, кто сотрудничали, делали это не от хорошей жизни —
так допекла их коммунистическая власть, коллективизация, голодомор, террор,
религиозные преследования, что готовы были пойти на союз с врагом.

В-третьих, и около миллиона
славянских граждан СССР пошли служить к Гитлеру, но всех русских Сталин всё же переселять не стал, хотя многих и отправил на верную смерть на Колыму и Таймыр.

И, наконец, в-четвертых, татары
Крыма были потомками многих древних культурных народов. Крым был их землей.
Российская Империя захватила Ханство нарушая все международные договоры и создала для мусульман полуострова такие условия, что их численность постоянно и быстро сокращалась. Об этом та историческая справка, которой я хочу поделиться.

Из владельцев, коренные жители стали арендаторами

Крым — не наша земля. Сейчас это
часть Украины, и народу Украины, в том числе и татарам Крыма решать — как им жить дальше.

Но мои соболезнования, моя память
и моя любовь с вами — татары Крыма, со всеми депортированными народами древней
Таврии.

В древности и средневековье
Крымским полуостровом владели многие государства и на его земле сменялись
многие народы. Но России тогда еще просто не было, а русы и славяне если и появлялись в Крыму, то в очень небольших количествах.

Да, в XI веке на Тамани
(ныне Кубань) существовало Тмутараканское княжество, в котором правили
Рюриковичи. Оно владело, по всей видимости, какой-то частью восточного Крыма и находилось в вассальной зависимости от Константинополя.

Потом Крымом владела Римская
Империя (Византия), потом монголы, потом Золотая орда. Южное побережье
Константинополь передал во второй половине XIII века генуэзцам и ими был
создано Готское капитанство. Летом 1475 года Османская империя покорила Крым.

В степной части полуострова и в Приазовье османы сохранили вассальное им Крымское
ханство под властью рода Гиреев, южное побережье включили непосредственно в свои владения. Население Крыма в то время было очень пестрым, там оставалось
немало греков, итальянцев, армян, евреев, славян, половцев, потомков хазар,
готов и даже варягов.

Степное население было преимущественно монголоидным,
горное и приморское — европеоидным по расовым признакам. Языком
межнационального общения постепенно стал крымскотатарский язык — половецкий в своей основе, как полагают многие филологи, но с множеством заимствований из турецкого, греческого и итальянского.

На полуострове бок о бок жили мусульмане,
христиане различных деноминаций, иудеи. Но русским этот удивительный крымский
мир не был до апреля 1783 г.

Присоединен к Российской Империи
Крым был без соблюдения международных правовых процедур. Захват Крымского
ханства Россией был коварным и кровавым.

Коренное население Крыма, из-за
эмиграции в единоверную Турцию и из-за жестокостей новой власти, уменьшилось в пять раз в конце XVIII столетия.

Христиан Крыма князь Потемкин, так понявший
полученное Россией право на защиту единоверцев в Крыму по Кучук-Кайнарджийскому
договору с Турцией 1774 г., насильственно переселял на пустынные земли северного
Причерноморья.

Многие из них, не желали покидать родные земли и переходили в ислам, дабы избежать депортации. Еще в 1930-е годы во многих крымскотатарских
поселениях было два кладбища — действующее мусульманское и закрытое
христианское, и старики объясняли молодым, что заботиться надо об обоих, ведь и на христианском похоронены «наши предки».

Русское правление в Крыму отнюдь
не было для коренного населения благодеянием. Мусульманские джамааты (общины)
лишились собственности на воду и землю, которая перешла к русским дворянам или
государству. Из владельцев, коренные жители стали арендаторами.

Лучше всего
качество правления оценить можно по движению населения. Когда в стране жить
хорошо и привольно — иммигрируют в нее, а не бегут из неё. Из Крыма за сто лет
русской власти — от Екатерины II до Александра II включительно, выехало около
900 тысяч местных мусульман.

На место мусульман приезжали христиане Османской
империи — греки, болгары, армяне. Приезжали из России и прямо из Германии и Австрии немецкие колонисты. Украинских хлеборобов и русских мужиков переселяли
на опустевшие земли их помещики. В Крыму в 1795 г.

 татары составляли 87,6
процента населения, а в 1897 — 35,6, в 1920 — 25,0, в 1939 — 19,4 процента.

Кстати, очень похожая ситуация
была и в Абхазии, и на Кавказском побережье нынешней РФ — в XIX веке
мусульманское население, страдая от исповедного гнета и несвободы, массово
уезжало в Османскую империю и замещалось разноплеменным христианским, частично
приезжавшим из турецких Анатолии и Балкан, частично — из других провинций
Российской империи.

Что
же до формального числа лет владения, то Османская империя владела Крымом три
века, а Российская — 134 года, РСФСР же, продолжателем которой объявила себя
нынешняя РФ, владела Крымом с ноября 1920 по май 1954 года, то есть 33,5 года,
а Украинская ССР и нынешняя Украина — 60 лет (с 1954 по 2014 год). Так что из всех стран, владевших Крымом на протяжении истории, РСФСР-РФ владела им меньше
всего.

Но за время этого короткого владения власть РСФСР совершила в Крыму множество
преступлений и против коренного крымскотатарского народа, и против всех иных
народов полуострова, включая и русских. Захватив в ноябре 1920 года Крым,
большевики тут же устроили кровавую резню не ушедших с генералом Врангелем
белогвардейцев и сочувствовавших белым гражданских лиц.

Тогда погибло около 60
тысяч человек. Спровоцированный большевиками голод 1921−22 годов стоил жизни
еще около 80 тысяч человек, на этот раз в значительной части — крымских татар.
Коллективизация привела к гибели и насильственной депортации еще нескольких
десятков тысяч людей всех национальностей.

В августе 1941 года из Крыма была
насильственно выселена 61 тысяча немцев, в январе-феврале 1942 -400 итальянцев
— потомков средневековых генуэзцев. В мае-августе 1944 года из Крыма были
выселены все крымские татары (195 тысяч человек), греки (14 300), болгары (12
100), армяне (10 000), турки и персы (3 500).

Почти половина переселяемых
погибла в пути или умерла из-за невыносимых условий в местах нового заселения.
Это был настоящий геноцид, во многом похожий на османский геноцид армян в 1915
г. Ужасно — но факт. Население Крыма сократилось в три раза. В 1939 г. на
полуострове жили 1 126 тысяч человек, в сентябре 1944 г. — 379 тысяч.

И среди
оставшихся — только русские, украинцы (21%), белорусы. Крым стал снова
заселяться. И в опустевшие дома вселяли ветеранов войны, демобилизовавшихся
офицеров советской армии, НКВД, политработников.

Состав
населения Крыма драматически изменился. Все его исторические этнические группы
исчезли с полуострова. Только в 1980-е началось возвращение выживших
изгнанников, их детей и внуков. Но дома их были заселены другими людьми, земли
принадлежали иным владельцам.

Как и повсюду, между заселенцами и возвращенцами
возникли жестокие конфликты.

Можно только удивляться, что в этих
обстоятельствах почти половина крымских татар и некоторое число изгнанников из иных народов нашло в себе силы вернуться на родную, ставшую столь горькой,
землю.

  • Текст
    опубликован с разрешения автора
  • Оригинал
  • Присоединяйтесь
    к нашему телеграм-каналу
    Мнения
    Нового Времени

Источник: https://nv.ua/opinion/realnaya-istoriya-chey-byl-krym-50022542.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector