Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русских

В переводе с китайского «хунхуз» означает «красная борода». Считается, что так называл себя один из криминальных кланов Китая, члены которого для ограбления переодевались в иностранцев и использовали накладные бороды.

Группировка стала влиятельной, а ее название стало нарицательным и обозначало любого разбойника с Северо-Востока Поднебесной. К началу ХХ века хунхузы действовали не только в Китае, но и на Дальнем Востоке Российской империи.

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русских

Братья по разбою

Хунхузы не подчинялись единому центру, а делились на кланово-мафиозные группировки. Наиболее известными и влиятельными бандами считались: «Волки», «Рассерженные псы» и «Змеиная голова».

Мелкие группировки в поисках наживы бродили по пограничным территориям, а многочисленные отряды старались взять под контроль кусок территорию и собирать дань с местных крестьян.

Одна из банд создала на китайско-корейской границе собственное государственное объединение – «хунхузскую республику Цзяпигоу».

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русских

Отряды бандитов доходили до 500 бойцов, но есть сведенья и о более крупных группировках, которых вооружали японцы. Все хунхузы называли друг друга братьями, однако подчинялись жесткой иерархии. Действиями банды руководил вожак, власть которого была абсолютной, и для проведения крупных налетов группировки могли объединяться.

Хунхузы уделяли особое внимание своему вооружению, и часть награбленных денег использовали для покупки новых винтовок, револьверов, патронов, взрывчатки.

В 1880 году большую партию ружей им поставил живший во Владивостоке немецкий купец по фамилии Кайзер. Особенно опасны разбойники стали после Русско-японской войны.

Дальний Восток оказался наводнен оружием, большая часть которого осела у хунхузов.

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русскихХунхузы, приговоренные к смертной казни

Зарабатывали бандиты угоном скота, ограблениями, разбоем, контрабандой, нелегальной добычей золота, похищениями и рэкетом. Жертвами хунхузов на российской территории становились как китайские мигранты, так и русские предприниматели.

Русский погром

Еще с середины ХIХ века хунхузские группировки начали постепенный захват Уссурийского края России. При этом они получали поддержку от маньчжурской династии Цин, которая боялась усиления российского влияния в регионе. Поддержали разбойников и местные китайские крестьяне, постоянно конфликтовавшие с русскими переселенцами и администрацией.

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русских

В конце декабря 1867 года хунхузы перешли в наступление. Русские поселения и казацкие станицы в долине реки Сучан подверглись нападению.

В акции участвовало несколько криминальных группировок, численность которых возросла за счет бедных китайских крестьян, желавших поживиться за счет богатых северян.

Хунхузы действовали по заранее подготовленному плану и продвигались вдоль реки Монгуй, где убивали русских и корейских переселенцев.

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русских

Побоище продолжалось четыре месяца, и остановил избиение беззащитных людей подполковник Яков Дьяченко. Его Уссурийский батальон Амурского казачьего войска смог перехватить инициативу и рассеял многочисленные отряды хунхузов.

Известным примером действия хунхузов на российской территории стало их нападение в 1889 году на ферму поданного империи немецкого переселенца Фридольфа Гека. Дом фермера находился на противоположном от Владивостока берегу Амурского залива. Китайские разбойники пришли ночью, убили всех работников и семилетнего сына Фридольфа, а потом изнасиловали и повесили его русскую жену.

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русскихКазнь хунхузов

Весной 1882 года хунхузы сожгли в заливе Пластун ферму немецкого колониста Купера. Они убили двоих сыновей фермера, перебили всех работников и украли имущества на 23 тысячи рублей.

Остановить нашествие китайских бандитов удалось только после наплыва в регион казачьего населения.

С 1863 году в крае было построено 29 станиц, которые населяли донские, волжские и кубанские казаки, объединенные в новое Уссурийское войско.

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русских

Дальневосточные казаки

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русскихУссурийские казаки после охоты

Но грабить таких соседей было себе дороже: станичники сами перешли в наступление и стали громить китайских разбойников. Так сотня казаков Матвея Ножина, преследуя отряд хунхузов, перешел русскую границу и по ошибке разбила отряд китайской пограничной стражи. Хотя императорская администрация и не поощряла действия казаков, те собственными силами навели в крае относительный порядок.

Русские и кавказские хунзуны

В начале ХХ века китайские разбойники снова появились на Дальнем Востоке Российской империи. Вызвано это было Русско-японской войной, во время которой хунхузы поддерживали Токио и устраивали диверсии в русском тылу.

Первое крупное столкновение произошло в городе Бодунэ, на который налетел отряд из 200 вооруженных бандитов.

Когда налетчики увлеклись грабежом домов, к городу прибыла сотня казаков и солдат из состава стражи Китайско-восточной железной дороги.

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русскихКитайские разбойники, взятые в плен стражей Китайско-восточной железной дороги

В ходе боя половину хунхузов перестреляли, а два десятка арестовали. Оказалось, что среди пленных было 7 кавказцев и несколько русских. Это были дезертиры и бывшие каторжники, после побега присоединившиеся к местным бандитам. В мае 1906 года банда из 50 хунхузов и 20 черкесов атаковала железнодорожную станцию Пограничную.

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русских

Русские войска в Китае

Летом того же года крупная китайско-кавказская банда похитила в городе Харбин китайского купца. Осенью 1906 года русские и местные разбойники ограбили китайский банковский дом. Во время Первой мировой войны хунхузов активно вооружала Германия, но с началом в России революции они ушли в Восточные провинции Китая.

Смотрите также — Трагическая история благородного бандита Джулиано Сальваторе

Источник: https://BigPicture.ru/?p=1182173

Хунхузы — история и фото банд кочевников с Дальнего Востока и Китая

Наши бескрайние просторы изобилуют разными историями, и не все они отлично ложатся на ровный слог героической прозы. Часто бывает, что интересные истории, связанные с нашей страной, могут отличаться оттенком отрицательного характера, а иногда и вовсе криминальным сюжетом.

Для современной России памятны события 90-х годов, когда путем силы и людского террора вершился передел многих сфер влияния в обществе. Этим занимались так называемые «братки» — русская мафия. А XIX и XX вв. на территории Дальнего Востока на слуху были не только знаменитые японские триады.

Люди шарахались от делишек, вершимых руками банды хунхузов, шерстивших на территории северного Китая, Монголии и России.

Содержание

Происхождение азиатской шайки

За непривычным нашему слуху словом «хунхузы» пряталось обыкновенное словосочетание на китайском языке, означавшее «краснобородые». Это была отличительная черта преступников, принадлежащих именно этому клану разбойников.

Легенда гласит, что это название пошло из-за постоянного использования «отцами-основателями» хунхузов накладных театральных бород красного цвета.

Каждый из нас прекрасно знает, что представители китайской национальности вряд ли могли иметь бороду такого цвета, поэтому, маскируясь под представителей других этносов, они вершили преступления.

В состав банды в самом начале входили сплошь китайцы, и первое упоминание о хунхузах сопровождается описанием грабежей малочисленной группировки преступников. Со временем этот клан разросся, превратившись в один из самых влиятельных кланов своего региона. Тогда уже в их ряды стали вступать представители других национальностей, в том числе и русские.

Хунзухы на Дальнем Востоке

Северо-восточный Китай представлен провинцией Маньчжурия, которая всегда противопоставляла себя основному Китаю. В XIX веке переселение китайцев в эти земле «приветствовались» с мало скрываемым раздражением. Но население юга и востока росло столь быстро, что лавина перенаселенности китайского побережья начала накатывать и на эти края.

Сюда ехали в поисках красивой жизни, а на деле не встречали поддержки государства, оказывались на грани выживания и, естественно, искали разные способы пропитания, в том числе и грабеж местного населения. Следующим ключевым моментом стала волна другого характера, волна каторжников, направлявшихся в регион для отбывания наказания.

Получилось, что северо-восточный Китай стал некоей копией австралийский каторжных поселений, где местная власть боялась идти в открытый конфликт со своими новыми подчиненными. Поэтому у людей понаглей оказались развязаны руки, и они вершили свой собственный суд на теми, кто им был неугоден.

Именно в середине XIX и зародился клан хунхузов, успевших за 100 лет своего существования наделать много шума.

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русских

Чем занимались

Характерной чертой разветвленной и на первый взгляд малоорганизованной банды хунхузов считалась именно ее строгое следование общепринятой структуре. В этом бандитском образовании прослеживалась четкая организация и иерархия.

Все вопросы, начиная от прокормки и заканчивая сбытом награбленного, были распределены по обязанностям каждого члена банды. И все члены придерживались оформленного в письменном виде свода правил. Дикари, преступники и уркаганы имели собственные устои и манеры приличия, неследование которым могло стоит члену банды жизнь.

У хунхузов не было одного вождя на все банды, но были вожди на несколько шаек, а шайки эти насчитывали несколько сотен, а то и тысяч представительств.

Одни состояли из 3-5 человек, которые в скором времени оказывались в руках стражей порядка (ввиду слабой самозащищенности), а другие насчитывали по несколько сотен представителей, которые не знали, как им себя прокормить. Так что оптимальным числом членов банды считалось около полусотни бандитов.

Весьма любопытной особенностью хунхузов считался собственный язык, который был образован из нескольких наречий китайских народностей, а также дополнен языками соседних государств и народов. Уникальный язык являлся способом конспирации, дабы никто не мог вклиниться в ход дел этого высокоорганизованного общества.

Оседлые хунхузы весьма отличались от бродячих, приобщаясь неким образом к мирной жизни и собирая обозы в дорогу лишь в случаях крайней необходимости или для похода за крупной наживы. Они даже налаживали приятные взаимоотношения с местными поселениями, не забывая брать с них при этом дань.

Бродячие же отличались ненасытностью и после очередного ограбления или разбоя уже раздумывали, какое бы новое дельце им провернуть. Такие устои привлекали много не самых приятных персонажей со всей близлежащей азиатской части континента.

В сводках армейских чиновников китайско-восточной железной дороги приводятся примеры обезвреживания банд хунхузов, в рядах которых было очень много кавказцев, а также беглых русских арестантов.

Хунхузы — необъявленная война

Не стоит думать, что банды проводили свои нападения с палками в руках. Вопросом обеспечения оружием они занимались с изрядной долей рвения. С еще большим рвением они занимались тренировкой новобранцев и оттачиванием собственного мастерства.

Европейские револьверы, русские трехлинейки и прочие виды оружия были обыденным делом, учитывая события русско-японской войны и европейскую экспансию в Китай, когда в руки хунхузов совершенно бесплатно попадали сотни винтовок, брошенных на полях сражения, а европейцы со спокойной совестью привозили тонны оружия, сбывая их преступникам.

Хунхузы же, заботясь об оружии, не забывали и про тактическое самообразование, удивляя регулярные войска разных государств, с которым встречались на поле боя.

Помимо грабежей хунхузы занимались, естественным образом, и перепродажей награбленного. Некоторые этнические банды поддерживались их собственными правительствами. Так было, к примеру, с японскими хунхузами.

Но перемены и переделы географических карт несли большие потрясения бандам хунхузов. Сначала Япония обосновалась в регионе Маньчжурия, зачистив в качестве устрашения многие поселения преступников.

А затем и вовсе в Китае и в России воцарился коммунизм, который ничего кроме расстрелов не мог предложить сухопутным «джентльменам удачи» азиатского происхождения.

Читайте также:  «жлоб»: кого так называли русские

Краснобородые хунхузы: почему они грабили только русских

Источник: https://StoneForest.ru/event/history/xunxuzy-aziatskie-mafiozi-dalnego-vostoka/

Банда «Хунхузов». Как китайская мафия подмяла по себя Дальний Восток Российской Империи — Политика в Рашке

Бандитские группировки существовали всегда и везде, практически в каждой части мира. Своей деятельностью они преследовали разные цели. Одной из самых мощных и жестоких группировок была «Хунхузы».

Описание банды и деятельность

Преступная группировка «Хунхузы», в переводе с китайского «рыжебородые» или «краснобородые», появилась в 1850 годах в Китае в период острого социально-экономического кризиса.

Изначально они обосновались на северо-востоке страны, затем, постепенно распространились по Кореи, Приамурью, Поволжью и Дальнему востоку. Основной их деятельностью были ограбления.

Бандиты внедрялись на чужие территории, вставали на китайско-восточную железную дорогу, грабили поезда и нападали на посты охраны для того, чтобы отнять у них оружие. Позже от «Хунхузов» начали защищаться – выпускали специальные бронированные машины.

Структура

Банда представляла собой отдельное государство, состоящее из нескольких групп, численностью по 30-50 человек. У них была своя власть, собственный язык и иносказания, и даже свое производство примитивного оружия, которым они пользовались до того, как совершали нападения на охранников. При отправлении на серьезное «дело», группы объединялись между собой.

После окончания Русско-Японской войны бандиты заметно расширили свою оружейную базу, это позволило им сделать свою деятельность более масштабной, они начали нелегально добывать и продавать золото, обеспечивать защиту фирмам по перевозу, совершать разбои и заниматься вымогательством. Из всех отдельных групп «Хунхузов» самых мощных можно было выделить всего 3. Ими оказались «Волки», «Рассерженная собака» и «Голова змеи».

Масштабные нападения

Основной пик деятельности пришелся на 1920 года. В этот период группировка совершила нападение на Благословенный в Амурской области, где сожгла около 23 домов, в результате нападения погибло 5 человек, украдено 217 лошадей, много личных вещей и предметов. Атаки на это место продолжалось еще несколько раз до тех пор, пока местные жители не защитили село колючей проволокой.

В 1925 году «Хунхузами» было совершено нападение на приближенный к Благословенному объект – село Доброе. Здесь преступники убивали людей, насиловали женщин, совершали ограбление изб и кражу скота.

Ликвидация

Долгое время не могла справиться со столь масштабным бандитским движением, но постепенно удавалось «отлавливать» одного бандита за другим, выходя на след всего сообщества. Полностью «Хунхузы» были подавлены лишь в начале 1930-х годов, но существует версия, что после ликвидации основной части сообщества, некоторые группировки еще продолжали свое существование вплоть до 1940 года.

Источник: http://politika-v-rashke.ru/banda-hunhuzov-kak-kitayskaya-mafiya-podmyala-po-sebya-dalniy-vostok-rossiyskoy-imperii/

Читать

Дмитрий Викторович Ершов

Хунхузы. Необъявленная война. Этнический бандитизм на Дальнем Востоке

ОТ АВТОРА

Не так давно в центре Москвы поставили памятник Александру II. Когда-то в столице уже был памятник этому императору, но большевикам он не понравился, а теперь его место уже занято. Новый монумент пришлось установить по соседству с храмом Христа Спасителя.

Бронзовый император смотрит на храм, туристическая толпа смотрит на императора и читает надпись на постаменте: «Отменил крепостное право… провел реформы… ввел местное самоуправление… завершил Кавказскую войну… освободил славянские народы от османского ига».

Знакомый перечень славных свершений великого царствования, но чего-то здесь не хватает.

Да, в самом деле, а как же Дальний Восток? Невельской и Муравьев, походы русских корветов и первое путешествие Пржевальского? Как же порт Владивосток, который мы громко называем «воротами России на Тихом океане»? Как же новые уссурийские владения Александра II, ставшие естественными пределами роста нашей державы на востоке? Авторы московского памятника Освободителю, по-видимому, сочли эти территории бесполезными, а историю их обретения – недостойной памяти потомков. А ведь были и здесь яркие страницы, примеры самоотверженного труда и ратной доблести предков. О чем-то слышали все, о чем-то знают многие, а о чем-то могут вспомнить только самые фанатичные поклонники Клио – музы истории…

Многие из нас знают об истории освоения Дальнего Востока по книгам Владимира Арсеньева. В свое время автору этих строк бросилось в глаза такое утверждение знаменитого путешественника: «В тайге Уссурийского края надо всегда рассчитывать на возможность встречи с дикими зверями. Но самое неприятное – это встреча с человеком».

В числе возможных «двуногих опасностей», подстерегавших путника на лесных тропинках Приморья, Арсеньев постоянно упоминает хунхузов – китайских разбойников.

Возникает справедливый вопрос: если маршруты экспедиций Владимира Клавдиевича пролегали исключительно по российской территории, от откуда там взялись китайские лиходеи? И что они собой представляли?

Не будет преувеличением утверждать, что включением в состав российских владений Приамурья и Приморья империя обязана трем своим гражданам, чьи помощники были столь же малочисленны, сколь влиятельны были их противники. На первое место в этой тройке, безусловно, следует поставить Г.И. Невельского, в 1849 г.

по собственной инициативе разрешившего вопрос о судоходности Амурского лимана и устранившего камень преткновения, о который разбивались все рассуждения о выгодах приобретения этой реки для России. Вопреки опасениям Петербурга, никаких китайцев на этой «китайской территории» не оказалось.

Еще одним открытием Невельского были первые точные сведения о богатом Уссурийском крае, лежащем к югу от Амура. Неутомимым защитником капитана в высших сферах был генерал-губернатор Восточной Сибири Н.Н. Муравьев.

Ему удалось отстоять перед государем Николаем Павловичем новые территориальные приобретения и извлечь из них первую пользу.

Получив право на переговоры с властями Цинской империи, Муравьев сумел заключить с соседями трехстатейный Айгунский договор, закрепивший за Россией левый берег Амура от слияния Шилки и Аргуни до морского устья. Правый берег великой реки признавался китайским до устья реки Уссури.

Вопрос об Уссурийском крае китайский переговорщик И Шань вообще отказался обсуждать, объясняя это тем, что данная территория находится в ведении губернатора другой провинции. Спустя две недели после завершения переговоров в Айгуне адмирал Е.В. Путятин заключил с цинскими представителями 12-статейный договор об условиях политических взаимоотношений двух империй – Тяньцзиньский трактат.

В специальной литературе, посвященной вопросам русско-китайского разграничения на Дальнем Востоке в XIX столетии, для характеристики правового статуса Уссурийского края после заключения Айгунского договора используется термин «кондоминиум».

Несмотря на заявление об общем «владении», ни Китай, ни Россия не осуществляли на территории края сколько-нибудь эффективного контроля.

Чрезвычайно малочисленное туземное население нынешнего Приморья находилось в косвенной зависимости от цинских властей, выражавшейся в приношении дани пушниной. Помимо аборигенов в Уссурийском крае проживало некоторое количество китайцев.

Время их появления здесь до сих пор не удалось достоверно установить. В большинстве своем китайцы Уссурийского края представляли собой бессемейный преступный элемент, спасавшийся от преследования цинских властей и юрисдикции последних не признававший.

В июне 1859 г. в столицу Китая прибыл третий главный «виновник» обретения Россией ее дальневосточных владений – генерал-майор Н.П. Игнатьев, уже успевший отличиться на дипломатическом поприще в Средней Азии.

Хотя ни Айгунский, ни Тяньцзиньский договоры не поставили точку в разграничении империй на Амуре и Уссури, на территории нынешнего Приморья уже существовали русские поселения в заливах Посьет, Петра Великого, Святой Ольги и Святого Владимира. В верхнем течении Уссури в 1858 г. возникли первые казачьи станицы. В начале переговоров Н.П.

Игнатьеву пришлось столкнуться с крайне высокомерным отношением цинских сановников. Энергия, ум и незаурядные дипломатические способности позволили русскому посланнику быстро разобраться в обстановке и добиться успеха. Хотя без споров и взаимных возражений не обошлось, переговоры продолжались всего две недели и завершились 2 ноября 1860 г.

подписанием 15-статейного Пекинского договора. К документу была приложена карта линии границы, составленная военным топографом К.Ф. Будогоским и переданная Игнатьеву еще в июле 1859 г.

С подписанием договора российско-китайская граница была установлена от слияния рек Шилки и Аргунь до устья реки Уссури и далее по рекам Уссури и Сунгача через озеро Ханка к реке Тур (Беленхэ), от ее устья по горному хребту к устью реки Хубиту (Хубту) по горам до реки Туманган (Тумэньцзян). Линия границы выходила на берег Тумангана на расстоянии 20 китайских ли (около 12 километров) от ее устья.

Порядок российско-китайского разграничения на Дальнем Востоке с самого начала содержал ряд неясностей. Кроме того, на значительном протяжении линия границы была проведена по рекам, отличающимся очень изменчивым течением.

Результатом этого стали многочисленные разногласия, споры и даже вооруженные конфликты, которыми отмечена последующая история российско-китайских отношений на восточном участке нашей общей границы. В ряде пунктов дальневосточной границы разногласия были урегулированы только в начале 3-го тысячелетия. Так или иначе, благодаря самоотверженным усилиям трех великих патриотов – Г.И.

Невельского, Н.Н. Муравьева-Амурского и Н.П. Игнатьева, – а также их героических сподвижников Россия стала законной обладательницей своих нынешних дальневосточных владений.

Территории Приамурья и Уссурийского края в середине XIX в. представляли собой дикую первозданную глушь. Распространение власти Петербурга значительно опережало колонизационные возможности государства и ставило перед правительством задачи, достойные Геркулеса.

Денег и людей никогда не хватало, а расстояние, отделявшее столицу империи от ее крайних восточных границ, в условиях полного бездорожья делало Приамурье фактически другой планетой. К тому же, несмотря на героические усилия первопроходцев и путешественников прошлого, о географии тихоокеанских окраин было известно до обидного мало.

Несколько по-другому обстояло дело в сопредельной Маньчжурии – Северо-Восточном Китае. Вплоть до конца XIX в. эти районы рассматривались правящей маньчжурской династией Цин как особая «родовая вотчина». Проникновение китайцев (хань) на территорию Маньчжурии было ограничено императорскими указами, формально действовавшими вплоть до 1878 г.

Несмотря на препятствия со стороны правительства, стихийное заселение Маньчжурии непрерывно продолжалось на протяжении двух столетий. В начале 1870-х гг.

в трех провинциях Северо-Восточного Китая, собственно и составлявших Маньчжурию, проживало 11 миллионов китайцев, 1 миллион маньчжуров и 30 тысяч дауров и солонов, занимавших степные территории на границе Монголии. Численность малых народностей Амура – нанайцев, орочонов и других – составляла в крае примерно 10 тысяч человек.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=198083&p=2

Читать онлайн Хунхузы. Необъявленная война. Этнический бандитизм на Дальнем Востоке страница 38. Большая и бесплатная библиотека

Корея, с конца XIV в. находившаяся под властью королей из династии Ли, во второй половине XIX столетия продолжала придерживаться правила жесткой самоизоляции, всячески ограничивая любые контакты со всеми иностранными державами, кроме Поднебесной. Китайские императоры считались сюзеренами корейских монархов. В 1860 г.

Корея стала соседкой России, причем граница двух стран была проведена без участия корейских представителей: их роль взяли на себя китайцы. Уже спустя три года в Уссурийском крае появились корейцы, переправлявшиеся через пограничную реку Туманган, чтобы поселиться во владениях русского царя.

Переселенцы рассказывали о невыносимой жизни на родине, о налогах, выбивавшихся властями, несмотря на неурожаи и отсутствие заработков. С ужасом рассказывали корейцы о хунхузах, спокойно приходивших в их страну из Маньчжурии и бесчинствовавших в крестьянских селениях. На севере полуострова «краснобородые» чувствовали себя как дома.

Читайте также:  Зачем русские вбивали осиновые колья в углы дома

Королевский двор, худо-бедно поддерживавший порядок на юге страны, совершенно не интересовался судьбой своих подданных, живших вдоль китайско-корейской границы. Последствия такого пренебрежения для всего севера страны были ужасающими. Корреспондент газеты «Владивосток» в конце 1896 г.

писал: «Нам передают из Кореи, что китайские хунхузы положительно поселились среди корейцев в округах, прилегающих к русско-китайской границе, и хозяйничают там как у себя дома, занимаясь грабежом и разбоем.

Не довольствуясь этим, хунхузы целыми бандами переходят из фанзы в фанзу, пожирая все у них, как голодные волки, пируя на хозяйский счет, насилуют и женщин и девушек, даже уводят их с собой, и корейцы бессильны противиться этому».

Любимым прибежищем хунхузов в Корее были непроходимые леса, покрывавшие базальтовое плоскогорье Чанбайшань, увенчанное снежной короной священной горы Пэктусан (Байтоушань).

Горная страна, где берут свое начало крупнейшие реки Кореи и Маньчжурии — Сунгари, Амноккан (Ялуцзян) и Туманган (Тумэньцзян или просто Тумэнь), — долгое время оставалась белым пятном, где не ступала нога европейца. К концу XIX в. в этих местах удалось побывать нескольким путешественникам — миссионеру-иезуиту Дю Гальду, а также англичанам Джеймсу, Фульфорду и Янгхазбенду.

В последние годы столетия, после того как границы Кореи приоткрылись для иностранцев, полковник русского Генерального штаба П.П. Стрельбицкий задался целью найти прямой путь из китайского города Хуньчунь в Мукден через горы Чанбайшаня. Стрельбицкому удалось пройти вдоль реки Туманган до самого Пэктусана.

Полковник даже совершил восхождение на вершину горы , оказавшейся потухшим вулканом, однако с этого момента его отряд стали преследовать неудачи. Местные жители убедили Стрельбицкого, что прямой дороги с Пэктусана в долину реки Амноккан нет, и русский путешественник повернул обратно.

На пути к священной горе отряд Стрельбицкого едва не подвергся нападению большой шайки хунхузов. К счастью, шпионы «краснобородых», следившие за передвижением русских, донесли атаману о хорошем вооружении отряда.

Разбойники предпочли не связываться с путешественниками и скрылись в тайге, оставив на пути отряда Стрельбицкого следы бивака: шалаши, костры и деревянные таганы, на которых «краснобородые» устраивали свои походные котлы.

Рассказы полковника о природных богатствах полуострова заинтересовали русское правительство, и осенью 1898 г. в Корею отправилась большая экспедиция А.И. Зве-гинцева, участники которой должны были наметить каналы распространения в стране русского влияния.

Один из отрядов экспедиции, изучавший пути сообщения вдоль маньчжуро-корейской границы, возглавил Н.Г. Гарин. Талантливый писатель, известный в истории отечественной литературы под псевдонимом Михайловский, Н.Г. Гарин по своей основной специальности был инженером-путейцем. Много и плодотворно трудился Н.Г.

Гарин при подготовке строительства Транссибирской магистрали. Способный инженер наметил точку пересечения «Великого Сибирского пути» с рекой Обью, положив начало истории города Новосибирска.

Кроме того, именно Гарин разработал проект строительства магистрали в обход Томска, что позволило сэкономить огромные средства государственной казны. Для изучения путей сообщения Кореи кандидатура инженера Гарина подходила идеально.

14 сентября 1898 г. партия Н.Г. Гарина покинула пределы Российской империи, переправившись через Туманган у пограничного знака «литер Г». Потратив несколько дней на изучение судоходных условий устья реки, путешественники выступили в западном направлении и, миновав города Кёнгхынг, Хойрёнг и Мусан, 24 сентября углубились в горы близ китайской границы.

В каждом селении жители жаловались начальнику партии на хунхузов. Корейские деревни жили в постоянном страхе перед набегами маньчжурских разбойников. К тому же нехватка плодородной земли заставляла корейцев арендовать поля на китайской территории, где «краснобородые» часто похищали земледельцев, требуя уплаты выкупа.

Опасность нападения бандитов заставляла маленький русский отряд держаться вместе. Путешественники были неплохо вооружены: помимо нескольких винтовок армейского образца, в их распоряжении были охотничьи ружья и револьверы. Сам Гарин еще в Петербурге обзавелся многозарядным карабином системы Маузера. 26 сентября отряд достиг Тянпэ — последней деревни на пути к Пэктусану.

Местные жители рассказали Гарину, что в окрестностях горы действует шайка численностью до 40 разбойников. Несмотря на то что «промысловый сезон» хунхузов подходил к концу, «краснобородые» и не думали покидать горы. За несколько месяцев до появления русских хунхузы похитили двоих местных жителей и теперь ожидали уплаты выкупа в 500 лян серебра.

Гарин и его спутники не подозревали, что их экспедиция уже давно попала в поле зрения «краснобородых», почуявших новую добычу. В ожидании удобного момента разбойники установили за отрядом слежку.

29 сентября в лесу у подножия горы отряд встретил двоих китайцев, назвавшихся охотниками. Облик выдавал в них бродяг: «грязный костюм, нечистоплотная коса, закоптелый таежный вид». Китайцы охотно беседовали с начальником отряда и указали Гарину дорогу, которая, по их словам, должна была вывести отряд прямо в долину Амноккана. Новые знакомые настойчиво пытались выяснить планы русских.

Особенно интересовало китайцев направление дальнейшего движения отряда. По совету корейцев, сразу же заподозривших в «охотниках» хунхузов, Гарин сказал, что после восхождения на Пэктусан собирается вернуться в Тянпэ. На самом деле, завершив изучение окрестностей вулкана, русский отряд выступил на запад, направляясь к селению Шандарен в 60 верстах от Пэктусана.

Каково же было удивление Гарина, когда 4 октября его отряд вновь столкнулся на тропе со знакомыми «охотниками». Было ясно, что новая встреча с ними отнюдь не случайна. Следовало быть начеку: переводчику Гарина уже удалось выяснить, что «краснобородые» выслеживают отряд от самого Мусана. Китайцы заявили русским, что идут в одном направлении с отрядом, и вызвались быть проводниками.

«Охотники» настойчиво рекламировали свои услуги, обещая удобную дорогу и ночлег в китайских фанзах. Вскоре на пути экспедиции попалось первое жилье — одинокий хутор, хозяин которого, по словам корейцев, был бывшим «капитаном хунхузов» и скупщиком разбойничьей добычи. Рассказы корейцев и подозрительное поведение самозваных проводников заставили Гарина изменить маршрут движения отряда.

Эта новость словно громом поразила китайцев, один из которых под благовидным предлогом тут же исчез. Окончательно убедившись, что перед ним шпионы, Гарин велел второму китайцу оставаться при отряде и вечером 4 октября благополучно прибыл в Шандарен, лежавший на китайской территории.

Утомленные путешественники решили, что опасность встречи с разбойниками миновала, однако, как оказалось, их радость была преждевременной.

Глубокой ночью тишину спящей деревни разорвали выстрелы. Вся шайка хунхузов, раздосадованная провалом затеи с «охотниками», окружила деревню и вела огонь по фанзе, в которой остановились русские путешественники.

В своих путевых заметках Гарин эмоционально описал свои впечатления от внезапного пробуждения: «Хунхузы?! Где ружье?! Где хунхузы?! В фанзе уже перерезали всех, и только я почему-то еще жив. Стреляют в бумажные двери, стоя перед нами? Ночь, хоть глаз выколи.

Зажечь свечку? Откроешь им все… Откроют и так… Так вот как это все кончается… Что же, как-нибудь да должно же когда-нибудь кончиться… Поздно, поздно… Теперь одно мужество смерти…»

Бой разгорался. На фоне ружейной трескотни выделялись гулкие выстрелы ручных пушек, стрелявших разрывными бомбами. Вскоре несколько таких снарядов подожгли кровлю фанзы.

Гарин и его спутники уже собрались было по-пластунски выбираться из дома, как вдруг пальба на улице стихла. Стало ясно: укрывшиеся в лесу хунхузы ожидают появления русских, надеясь легко перестрелять всех при свете пожара.

К счастью, в лучах занимавшейся зари начальнику партии удалось разглядеть вблизи от дома небольшой овраг, спасший исследователям жизнь. Укрывшись в этой ложбинке, путешественники открыли ответный огонь.

Под пулями разбойников спутникам инженера удалось увести в укрытие лошадей и спасти из горящей фанзы отрядное имущество. Обескураженные стойкостью путешественников, явно не собиравшихся сдаваться, «краснобородые» отступили.

Источник: https://dom-knig.com/read_228316-38

Бандитское Приморье: в 1907 году 500 хунхузов напали на железнодорожную станцию Пограничную

«Приморская газета» уже писала о хунхузах — местных бандитах, преимущественно китайцах, которые на протяжении более чем полувека терроризировали местное население.

Они нападали на деревни, грабили население, брали людей в заложники ради выкупа, а также охотились на золотоискателей и добытчиков женьшеня.

Были даже «морские хунхузы» — по сути пираты, нападавшие не только на китайские «шампуньки», но даже и на русские пароходы с казной. Покончили с этой напастью только в конце 1920-х годов… 

СЛОВО, ИЗВЕСТНОЕ ВСЕМ

Буквально самые первые жители нынешнего Приморья, приехавшие из европейской части России, столкнулись с этим тревожным явлением. Слово «хунхузы» стало обычным в местном словаре, наряду с тайгой и тайфуном, манзой и тигром.

Есть несколько версий его происхождения, но основная — от китайского «хун-ху-цзы», то есть «краснобородые». В традиционном китайском театре еще со времен средневековья было принято «обозначать» разбойников большими бородами красного цвета.

Позже это выражение закрепилось за реальными бандитами, а в русском произношении еще и удачно совпало с множественным числом. 

В 1914 году Владимир Арсеньев писал: «Хунхузы в Уссурийском Крае — обычное явление. Неся с собою смерть и ужас, шайки их бродят повсюду, нападая то на русские, то на китайские поселения.

Везде, где околонизовались манзы, есть хунхузы, и чем больше китайцев, тем больше хунхузов!». Регулярные нападения на селения даже получили одно время название «хунхузиады» по той причине, что сообщения об этом появлялись практически постоянно.

Практически набралась эдакая многосерийная «разбойничья сага», отдельные эпизоды которой происходили и во Владивостоке. 

Вот лишь пара публикаций газеты «Владивосток». Сентябрь 1906 года: «В ночь на 7 сентября шайка хунхузов, состоящая из 5 чел., вооруженных американскими топориками, кинжалами и револьверами, совершила набег на китайскую фанзу в Корейской слободке».

И та же газета, только на 20 лет раньше, апрель 1886 года: «Нам передают, что посланный ночью 8 апреля десант под начальством подпоручика Лисицина на манзовской лодке осмотрел о-в Попова и другие острова для поисков хунхузов, напавших ранее в шхерах близ острова Рикорда на китайцев же (постоянных жителей Владивостока), и около о-ва Антипенко нашел 3 шлюпки с вооруженными манзами. Захватил их в числе 28 человек и сдал в Славянку». 

МОРСКОЙ ДЕСАНТ

В следующем номере сообщались многие интересные подробности. «Десант» отправился из Владивостока в 7 часов вечера на «шампуньке» — небольшой китайской шлюпке.

В ней поместились 15 рядовых 1-го Восточно-Сибирского линейного батальона под командованием подпоручика Лисицина, переводчик, полицейский чиновник и один матрос Сибирского флотского экипажа, знающий местность внутри Русского острова.

Плюс один офицер-волонтер, который и описал всю экспедицию под псевдонимом Т. Выражался он довольно официально: 

«Цель нашего движения — поимка партии хунхузов, которые с открытием навигации начали свои хищнические действия в районе окрестных островов. По указаниям тех лиц, которые руководили нашими действиями, хунхузы были на южном берегу Русского острова, в гроте близ мыса Тобизина.

Познакомив спутников с побережьем той части острова, где мы надеялись захватить разбойников, был выработан план: шампунька, став на якорь у соседнего мыса Шмидта, высадит часть партии, которая должна отрезать путь с Тобизина на сам остров.

Шлюпке же надо было держаться под берегом и, в случае бегства хунхузов в море, преградить им путь к отступлению». 

Далее сообщалось, как десант, не найдя никого на мысе Тобизина, прошел между островами Рикорда и Рейнеке, заблудился в тумане и на следующее утро вышел в район Славянки. Задержав там (с перестрелкой) две  «шампуньки», обнаружили на них кое-какое оружие. После этого, посчитав пассажиров хунхузами, с победой вернулись домой. 

Читайте также:  Русская смекалка: является ли она кодом бедности

КНЯЗЬ-ХУНХУЗ

А теперь — об уникальном случае, имевшем место в 1907 году. Необычность его в том, что 30 мая было совершено наглое нападение более чем 500 хунхузов на железнодорожную станцию Пограничная.

После того, чтобы спокойно провести ночь, население всего прилегающего китайского поселка со своим наиболее ценным имуществом шло ночевать на вокзал, надеясь, что его защитят войска. А кто особенно опасался бандитов, даже уезжал на ночь на станцию Гродеково как более надежную.

Такой страх на местное население навел почти легендарный предводитель шайки хунхузов, именовавший себя «князем» и «командующим войсками в сопках».  Во время этого налета был убит начальник IV отделения полицейского надзора, ротмистр Иванов, трое человек, охранявших арестантов, а сами они (арестанты) выпущены.

«Князем», как считала молва, был русский, бывший офицер, что придавало делу особую пикантность. Из уст в уста передавалось, что он носит погоны и фуражку, была известна и его фамилия — Фадзинов (кстати, не очень-то русская).

За ним охотились, и в ночь на 23 сентября 1907 года другой ротмистр, Леонтьев, получив от агентуры сведения о том, где он находится, провел облаву и схватил Николая Фадзинова в доме некоего Гайдукевича на приграничной китайской станции Даймагоу. 

Оказалось, что Фадзинов не беглый офицер, а 30-летний осетин, можно сказать, мелкий торговец. Еще в 1903 году он уехал с родного Кавказа и стал служить у купца в Вятской губернии.

Накопив 1 500 рублей (сумма немалая), в 1904 году, с началом Русско-японской войны, он объявился в районе расположения российских войск и стал торговать мясом. Скопив на поставках уже 4 500 рублей, Фадзинов приехал к брату в Пограничную, намереваясь здесь заняться бизнесом.

Купил участок, построил дом и открыл винно-бакалейную торговлю. Но ротмистр Иванов закрыл его заведение, сказав, что он кавказцев не любит, а лавка вскоре сгорела… 

РОКОВОЕ СТЕЧЕНИЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ

Все эти подробности выяснились 16 августа 1908 года на заседании сессии Пограничного окружного суда в городе Харбине. Именно там рассматривалось дело Фадзинова.

Обвиняли его по четырем пунктам: во-первых, в том, что он вступил в шайку хунхузов и сделался ее атаманом, причем титуловал себя «капитаном сопок» и князем; во-вторых, что в ночь на 30 мая 1907 года напал на Пограничную; в-третьих, что из личной мести убил ротмистра Иванова и похитил вещи и деньги; в-четвертых, что захватил арестантский дом, выпустил оттуда заключенных и убил троих человек из стражи.  Самого Николая Фадзинова в газетах описывали так: «Громадного роста, крепкого и сильного сложения, с блестящими глазами, выбритой бородой и необычайно большими и густыми, как чаща, черными бакенбардами». Он производил впечатление человека твердого характера и сильной воли, поскольку, будучи даже закованным в цепи, на суде «улыбался и как будто этим посылал привет публике». Во время процесса он поведал о всех тех событиях, которые привели его к хунхузам. После пожара в лавке Фадзинов завел ресторан с бильярдом, но и его ротмистр Иванов закрыл. А дом неудачливого осетина по странной случайности тоже сгорел в январе 1907 года.  Полицией был составлен протокол по поводу пожара, и агент страхового общества «Саламандра» уже готов был выдать деньги, но потребовал копию этого документа. Фадзинов обращался к ротмистру Иванову четыре раза, но Иванов не хотел выдавать копию. Когда же погорелец явился к полицейскому чину в пятый раз, Иванов потребовал паспорт. Тут-то и произошло главное: обнаружив паспорт просроченным, он пригрозил выслать Фадзинова по этапу обратно на Кавказ. С этого момента загнанный в угол кавказец решил, что вполне логично отомстить Иванову. Он нашел в тайге хунхузов, попросил у них помощи, и те охотно пошли навстречу.

СКОРЫЙ СУД

Наверно, в наше время подобный процесс тянулся бы годами, но век назад хватило одного дня — впрочем, заседали до полвторого ночи. Суд выслушал обвинение, защиту, свидетелей. Фадзинов отрицал, что был предводителем хунхузов; по его словам, в целом бандой (то есть полутысячей боевиков) руководил некий Ван-ды.

Но поймать его и спросить, так ли это на самом деле, не удалось… На суде выяснилось, что Фадзинов возглавлял группу из 70 человек, этими силами он окружил дом, где жил ротмистр, и начал выламывать дверь. При этом хунхузы стреляли в воздух, чтобы вызвать панику.

Когда Фадзинов наконец-то ворвался в квартиру Иванова, ротмистра там не оказалось.  Ничего не узнав у старухи, его родственницы, Фадзинов вышел во двор и начал совещаться, что делать; в это время он заметил, что Иванов выбежал из казармы.

По команде Фадзинова хунхузы дали залп, Иванов упал, мститель подбежал к телу и убедился, что это ротмистр. После этого группа Фадзинова за мостом встретилась с другим отрядом, который и громил арестантский дом.

Кто похитил вещи из квартиры Иванова — осталось невыясненным; Фадзинов взял только погоны и форменную фуражку убитого, а «князем» себя называл для солидности. Так что с него сняли обвинения в грабеже и нападении на дом заключения. 

Как писали газеты, «защитник своими сильными логическими доводами немало облегчил участь подсудимого». Тем не менее наказание было суровым: «капитана сопок» приговорили к лишению всех прав состояния и 15 годам каторжных работ.

В конце процесса он уверенно сказал: «Фадзинов не будет сидеть»… И действительно, «хунхузских» процессов прошло немало, но только в случае смертной казни можно было быть уверенным, что бандит больше не станет добывать деньги преступным путем.

Для всех остальных жажда легкой наживы оказывалась непреодолимой.  

Иван Егорчев, член Русского географического общества

Фото wikimediа.оrg

Источник: https://primgazeta.ru/news/bandit-primorye-in-1907-500-hunghutz-attacked-the-railway-station-of-the-border

Хунхузы

  

Хунхузы (кит. трад. 紅鬍子, упрощ. 红胡子, пиньинь hónghúzi — краснобородый) — банды пришлых китайских налётчиков на Дальнем Востоке России и в Маньчжурии, которые занимались грабежом, захватом в рабство и таким образом терроризировали местное население. Состояли в основном из беглых китайских солдат, крестьян, деклассифицированных и ссыльных.Хунхузские шайки формировались в Китае и совершали рейды в основном в районы Приморского и Хабаровского края. На территории Китая действовали с середины XIX века до Народной революции в 1949 году. Отряды хунхузов иногда насчитывали несколько тысяч человек и они нередко нападали на города и сёла с целью грабежа. Кроме того, накануне Синьхайской революции 1911-1913 годов местные власти нередко использовали их в качестве военной силы. 

В Маньчжурии хунхузы нашли себе убежище в отрогах Малого и Большого Хингана. Отсюда они большими и малыми партиями выходили в поисках добычи и, произведя грабежи и опустошения, скрывались в «своих логовищах». Партии хунхузов достигали численности до 600 человек, образуя хорошо вооруженные конные отряды.

В деле вооружения хунхузы не отставали от времени, и предпочитали иметь магазинные винтовки последних образцов. Иногда они, с целью завладения оружием, нападали на русские пограничные посты и на посты стражников КВЖД.

«К чести наших пограничников, надо сказать, это дорого обходится хунхузам, и каждая такая стычка надолго отбивает у них охоту предпринимать разбойничьи набеги на русские посты», — писала газета.

В городах и селах у них была тактика другая. Они отлично использовали обыкновение китайцев хранить деньги у себя дома. Узнав через своих агентов, что у кого-нибудь из местных жителей появилась крупная сумма денег, хунхузы письменно, или через своих посыльных, предлагали расстаться с ними.

Их требования были предельно лаконичны, вроде современных CМС: такая-то сумма, туда-то и тогда-то. Это значит, что адресат должен указанную сумму сам принести в указанное место и время. По большей части эти требования хунхузов выполнялись беспрекословно. Их невыполнение влекло за собой кровавую расплату.

В частности, они наводили страх на купцов. Такое произошло с одним китайским предпринимателем в городе Кинчжоу, расположенным в 60 верстах от Порт-Артура. Ему предъявили требование в известное время и место принести 30 тысяч рублей.

Китаец, пожалев расстаться с такой суммой, решил заявить об этом русским властям — начальнику оборонительного участка. По его распоряжению вслед за китайцем, якобы несшим деньги, отправился казачий разъезд, чтобы арестовать вымогателей.

Однако раньше выступления казаков из города хунхузы через свою агентуру узнали об этом и за деньгами, естественно, не явились. На следующий день купец был убит в своем доме.

Кроме того, хунхузы обложили данью все города и селения на севере Маньчжурии. Их главное внимание было обращено на густозаселенную и богатую провинцию Гирин. «На суше и на воде хунхузы проявляют свое незаконное хозяйничанье. На всех судоходных реках за пропуск шаланды с товаром они берут известную плату.

Города и селения также обложены определенной данью», — сообщала газета 

В июле 1908 г. в газете «Дальний Восток» появилась статья под заголовком «Кто хозяева Уссурийского края?», в которой говорилось: «…У нас почти на виду у многотысячного гарнизона высаживаются с шаланд и шлюпок шайки хунхузов, которые грабят и убивают, берут в заложники и благополучно удаляются восвояси. (…) Но нынешний факт зверского убийства девятилетнего мальчика, по моему мнению, нельзя ставить наряду с другими грабежами и убийствами, к которым, к сожалению, за последнее время здешний житель привык и считает их уже обыденным явлением. (…) Мы сейчас лишены возможности представлять своим семьям пользоваться дачами в окрестностях Владивостока, а тот, кто живет там, чувствует, что для него совершенно отравлено всякое удовольствие от домоклова меча, который висит у него над головой в виде возможного нападения хунхузов или похищения детей…

Не так давно на нашей памяти был случай, когда по поручению китайского правительства какой-то их генерал очистил окрестности Хантахеодзы от хунхузов. Причем им было казнено до 200 захваченных бандитов.

После этого долго в той местности не появлялись хунхузы.

Настоящее положение таково, что если оно не изменится, то хозяевами большей части территории Уссурийского края будут хунхузы, и если их не уничтожить, то заселение области немыслимо». 

Создание китайской «уголовки»

К лету 1907 г. не выдержало бандитских выходок хунхузов китайское и корейское население Куперовской пади (район нынешнего «Дальпресса» и супермаркета «Игнат»).

Инородцы обратились к генерал-губернатору Приморской области с просьбой дать добро на организацию во Владивостоке китайского сыскного отделения.

Причем они были согласны, чтобы их сыскная полиция находилась в непосредственном подчинении у местного полицмейстера и содержалась на средства китайцев и корейцев, проживающих в городе.

Генерал-губернатор был не против этой инициативы и дал распоряжение полицмейстеру города «подыскать честных и опытных китайских сыщиков». Так, в конце концов, во Владивостоке появилась китайская «уголовка».  пленные хунхузы связанные за косы 1890-е

Бесчинствовали хунхузы и в Южно-Уссурийском крае, причем, грабя и убивая не только соплеменников, но и русских поселенцев, совершали набеги на железную дорогу. Порою, там разгорались настоящие боевые действия, где с одной стороны выступали банды хунхузов, с другой — жители селений, казаки, а то и целые воинские части.

В конце концов, хунхузы так допекли Владивосток и край, что летом 1917 г. вр.и.о. коменданта крепости генерал-майор Думбадзе вынужден был издать приказ, которым ввел новую должность и назначил капитана 2-го крепостного полка Владивостокской крепости Железнякова «заведующим ОБОРОНОЙ ОБЛАСТИ от хунхузов». Вот уж достали, так достали! 

Любопытен и такой факт. Как известно, не все воины удостаиваются наград даже за заслуги на поле боя при защите Отечества от супостата. Однако во Владивостоке в мирное время давали боевые награды — медали и ордена. «За хунхузов». И даже удостаивали именного золотого оружия.

Источник: https://ru-history.livejournal.com/2602349.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector