Николай мартынов: как на самом деле наказали убийцу лермонтова

Дуэли — вечная тема в русской истории. Одна из них унесла жизнь великого Пушкина, другая — идущего следом к поэтическому Олимпу Лермонтова.

Дуэль Лермонтова: причины

К дуэли Лермонтова и Мартынова привела ссора, имевшая место быть 13 июля в доме Верзилиных. Поэт находился в доме генерала Верзилина. Там собрались гости и вели оживлённую беседу. Лермонтов сидел на диване с дочерью хозяйки Эмилией Александровной. В другом конце залы на фортепиано играл князь Трубецкой. Рядом разговаривали Мартынов и Надежда Петровна Верзилина.

Михаил Юрьевич сказал своей собеседнице шутливо, кивнув в сторону Мартынова, чтобы она проявляла осторожность при общении с этим страшным горцем. В этот момент Трубецкой перестал играть, и слова поэта отчётливо прозвучали в зале. Присутствующие весело рассмеялись.

Самолюбие Николая Соломоновича было задето. Дело усугубило то, что в зале находилась дама, к которой Мартынов испытывал определённые чувства. Насмешки при ней в его адрес вывели майора в отставке из себя.

Он «взорвался» и резко сказал, что больше не намерен терпеть издёвки господина Лермонтова, хотя терпел их долго. Однако Михаил Юрьевич не воспринял это высказывание всерьёз. Он повернулся к своей собеседнице и заметил: «Такое бывает.

Завтра мы помиримся и станем добрыми друзьями».

Однако после вечера, когда приятели вышли из дома Верзилина, между ними состоялся разговор на повышенных тонах. Поэт при этом Лермонтов не постарался сгладить конфликт, извиниться перед Мартыновым за свою бестактность. И закончился возбуждённый разговор вызовом Михаила Юрьевича на дуэль. Причиной же стал язвительный характер поэта и его острый язык.

Казалось бы, что ссора быстро угасла, но Мартынов, задетый за живое фразой Лермонтова, разгневан был достаточно сильно. Ближайший друг Мартынова, Глебов упрашивал его отказаться от поединка. Но тщетно.

Очевидцы вспоминали, что, когда Лермонтов и Мартынов стояли друг против друга на расстоянии пятнадцати сажень, буря отчаянно бушевала.

Мартынов, подойдя к барьеру и видя, что Лермонтов опустил свой пистолет и не хочет стрелять, закричал ему: — Стреляй, а не то убью! — Я не имею обыкновения стреляться из-за пустяков, — отвечал Лермонтов. — А я имею обыкновение, — возразил Мартынов и стал целиться.

Он так долго целился в Лермонтова, не поднимавшего пистолет, что свидетели закричали ему: «Стреляйте же, или мы вас разведем!»

Николай Мартынов: как на самом деле наказали убийцу Лермонтова Дуэль Лермонтова и Мартынова. (wikipedia.org)

«Мартынов выстрелил так метко, что Лермонтов упал, — рассказывал князь Васильчиков, бывший при этом, — как будто его скосило на месте, не сделав движения, ни назад, ни вперёд. Пуля пробила его сердце и лёгкие. Буря грохотала и скорбно выла, гром оглушительно гремел, и молния ослепительно сверкала».

Смерть Лермонтова

По словам князя Васильчикова, Лермонтов всю дорогу к месту дуэли шутил, говорил что сам стрелять не будет, да и Мартынов стрелять не станет. Лермонтов продолжал шутить даже когда заряжали пистолеты.

Васильчиков видел по лицу Мартынова, что он будет стрелять и предупредил Лермонтова, что это всё не шутки. Вскинув пистолет, Лермонтов отвернулся, презрительно улыбнулся и покачал головой.

Мартынов побежал к барьеру, долго прицеливался и произвёл свой ужасный выстрел. Лермонтов присел, а затем упал.

Николай Мартынов: как на самом деле наказали убийцу Лермонтова Последний поединок Лермонтова. (wikipedia.org)

Официальное известие о смерти поэта гласило: «15-го июля, около 5 часов вечера, разразилась ужасная буря с громом и молнией; в это самое время между горами Машуком и Бештау скончался лечившийся в Пятигорске М. Ю. Лермонтов».

В своих воспоминаниях П. П. Вяземский, со слов флигель-адъютанта полковника Лужина, отметил, что Николай I отозвался об этом, сказав: «Собаке — собачья смерть».

Однако после того, как великая княгиня Мария Павловна «вспыхнула и отнеслась к этим словам с горьким укором», император, выйдя в другую комнату к тем, кто остался после богослужения, объявил: «Господа, получено известие, что тот, кто мог заменить нам Пушкина, убит».

Похороны Лермонтова состоялись 17 июля (29 июля) 1841 года на старом пятигорском кладбище. Проводить его в последний путь пришло большое количество людей: жители Пятигорска, отдыхающие, друзья и близкие Лермонтова, более полусотни официальных лиц. Так совпало, что гроб с телом Михаила Юрьевича несли на своих плечах представители всех полков, в которых поэту пришлось служить.

Николай Мартынов: как на самом деле наказали убийцу Лермонтова Николай Мартынов. (wikipedia.org)

Мартынов дожил до шестидесяти лет.

Он желал, чтоб его похоронили в селе, принадлежавшем его отцу под Москвой, в отдалённо стоящей могиле, безо всяких опознавательных знаков, чтобы никто не смог идентифицировать могилу убийцы Лермонтова, и память о нём исчезла бы навсегда. Но это не было соблюдено.

Семейный склеп — его последнее пристанище было до тех пор, пока ребятня из детской колонии не прознала, кто там пребывает. Они разломали склеп и, по разным данным, останки Мартынова то ли раскидали по усадьбе, то ли сбросили в пруд.

В эпоху николаевской реакции поэт воспевал идеалы свободы. Его творчество оказало большое влияние на литературный процесс XIX века.

Нашли ошибку или опечатку ? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter Open modal

Свидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС77-62623 выдано федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 31.07.2015 При полном или частичном использовании материалов ссылка на «Дилетант» обязательна. Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «Дилетант» — diletant.media. Разработанно в notamedia

Главный редактор: Снежана Петрова

Источник: https://diletant.media/articles/25447341/

«Свирепый человек» Николай Мартынов

«Свирепый человек» Николай Мартынов

Они неразрывно связаны между собой, особенно в последние дни жизни Михаила Юрьевича. Тут они неотделимы друг от друга как свет и тень, черное и белое, плюс и минус. Лермонтов и Мартынов. Великий поэт и тот, кто лишил его жизни. Убийца… Наверное, нет в истории российской словесности другой фигуры, на которую обрушилось бы столько гнева и ненависти.

Разве что Дантес… Известно, что даже могила Мартынова была разорена, и кости его разбросаны по округе. Правда, сотворили это поселенные после революции в барском имении несмышленыши-беспризорники.

Но разве не смахивает их поступок на то, что пишут о Николае Соломоновиче некоторые высококультурные и досточтимые авторы? Ведь с их уст и перьев срывается порою чуть ли не площадная брань в адрес этого человека.

И права на защиту у него нет. «Интерпретация личности Мартынова отечественным литературоведением в сугубо негативном, обличительном свете обрела статус непререкаемой истины, усомниться в которой – значит автоматически обречь себя на заведомое заклание, оказаться в рядах антипатриотов, русофобов, сомнительных личностей, покушающихся на незыблемые святыни».

Так совершенно справедливо заметил А. В. Очман, сам получивший язвительный ярлык «мартыновед» – только за то, что в своих работах старался объективно показать личность человека, вышедшего на поединок с поэтом, и сущность конфликта между ними.

Именно ему принадлежит важнейший аргумент в оценке личности Мартынова: «Единственное неудобство в этой общепринятой концепции – сам Лермонтов, поставленный в положение более чем странное: отчего его, человека проницательного, принципиального, на дух не переносящего пошлости и фальши, предательства и вероломства, тянуло в течение минимум десяти лет к однокашнику по гвардейской школе… Чутье подвело или Лермонтов по каким-то причинам в упор не хотел воспринимать очевидного? Как можно было водить за нос длительное время умнейшего из русских людей?»

Не будем вслед за автором этих строк анализировать и опровергать весь тот ворох негатива, который содержат как биографические работы, так и беллетристические произведения о Лермонтове.

Постараемся извлечь из них лишь то, что необходимо для понимания произошедшего в июльские дни 1841 года. Тут нужно сказать, что, в сравнении со многими другими лицами лермонтовского окружения тех дней, Мартынову очень повезло.

Желание уязвить ненавистного убийцу заставляло исследователей как можно глубже, в поисках компрометирующих фактов, вникать во все к нему относящееся.

Благодаря этому в биографии Мартынова практически нет темных мест. Но не стоит углубляться в нее, поскольку она не столь уж выразительна и очень походит на биографии многих его сверстников-офицеров. Гораздо важнее рассмотреть некоторые черты личности Мартынова, а также историю его отношений с Лермонтовым.

Николай Мартынов: как на самом деле наказали убийцу Лермонтова

  • Николай Соломонович Мартынов
  • Т. Райт
  • Попытку объективно оценить Мартынова предпринял лермонтовед О. Попов в работе «Лермонтов и Мартынов»:

«Н.

Мартынову давалась простейшая характеристика: глуп, самолюбив, озлобленный неудачник, графоман, всегда под чьим-либо влиянием…» Но, удивляется Попов: «…какой же он неудачник, если в 25 лет имел чин майора и орден! Напомним, что лермонтовский Максим Максимыч, всю жизнь прослуживший на Кавказе, был лишь штабс-капитаном, сам Лермонтов – поручиком… Мартыновы были богаты и достаточно известны в Москве. О самом Н. Мартынове знавший его декабрист Лорер писал, что он имел блестящее светское образование».

Добавим к этому, что Николай Соломонович был человеком музыкальным, играл на рояле, пел приятным голосом русские песни и романсы. Был начитан и не чужд литературных занятий.

Это, впрочем, позволяет разоблачителям именовать его графоманом, на что Попов резонно замечает: «Вряд ли справедливо называть его графоманом. Графоманы пишут постоянно и много, а Мартынов брался за перо редко, и все написанное им поместится в небольшую книжку.

Не свидетельствует оно и о глупости автора, хотя и особой глубиной не отличается.

Вероятно, писал Мартынов легко, а это создает у пишущего преувеличенное мнение о своих способностях… Желания и умения доводить начатое до конца, стремления к совершенствованию у Мартынова явно не было. Были способности – не было поэтической души. Но самолюбия и самоуверенности – достаточно…»

Тут самое время спросить: а у Лермонтова разве не было в достатке и самолюбия, и самоуверенности? А у других, окружавших его в Пятигорске, – тех же Арнольди, Тирана, Льва Пушкина, Дмитриевского? Несомненно, что каждый из них был и самолюбив, и достаточно высокого мнения о своей персоне. Но почему-то никого из них не записывают в потенциальные убийцы!

Показательно и прозвище, данное Мартынову в юнкерской школе – homme feroce, «свирепый человек». Но рассказ его однокашника Александра Тирана об эпизодах, с этим прозвищем связанных, говорит отнюдь не о свирепости, а, скорее, о простодушном стремлении быть «не хуже других».

Наверное, не столь уж великим грехом было и преувеличенное внимание Мартынова к своей внешности – мало ли встречалось подобных франтов среди столичных гвардейцев? Да и не только среди них. Думается, тут имеет место некий «эффект обратного результата».

Зная, что ссору вызвала шутка Лермонтова по поводу внешности приятеля, современники и последующие авторы стали обращать на его франтовство особое внимание, добавляя это качество Мартынова к другим отрицательным чертам, во многом придуманным ими самими же, таким как тупость, мелочность, злобность и т. д.

Нет, если уж искать истинную причину ссоры, то не столько в свойствах личности Мартынова, сколько в тонкостях его взаимоотношений с Лермонтовым.

Они между тем начались более чем за десять лет до пятигорской встречи. Три лета подряд юный Мишель отдыхал в усадьбе своих родственников – Середникове, рядом с которым находилось имение Мартыновых. Факт знакомства с этой семьей подтверждает стихотворение, посвященное старшей сестре Николая Соломоновича.

Невозможно предположить, что, интересуясь барышнями Мартыновыми, Лермонтов не замечал их брата, который был всего на год моложе его самого. Так что в юнкерской школе произошло не знакомство, как обычно считают, а его дальнейшее развитие.

Предполагают, например, что однажды Мартынов, рискуя подвергнуться строгому взысканию, оставил дежурство по эскадрону, чтобы навестить в госпитале Лермонтова, упавшего с лошади и повредившего ногу. Однокашники отмечают их дружеское соперничество в силе, ловкости, а также… в сочинительстве.

Оба сотрудничали в школьном рукописном журнале, причем если Лермонтов помещал там стихи, то Мартынов – прозу.

Лейб-гвардейская служба в столице отдалила приятелей – разные полки, разная их дислокация, разный круг светских знакомств.

Свел их Кавказ, на который оба попали в 1837 году: Мартынов – добровольно, Лермонтов – в ссылку.

Еще по дороге туда, остановившись на две недели в Москве, они встречались почти ежедневно – завтракали у «Яра», посещали балы, ездили на пикники и загородные прогулки. Никаких конфликтов не было и в помине.

Повоевать вместе в том году не довелось – встреча произошла лишь осенью, в укреплении Ольгинском, куда Мартынов прибыл после участия в военной экспедиции, а Лермонтов – закончив лечение на Водах. К этому времени относится эпизод с письмами, которые Лермонтов взялся передать Мартынову от его родных из Пятигорска.

Пропажу их вместе с украденными вещами впоследствии пытались объяснить тем, что Лермонтов якобы вскрыл и прочитал их, что выдавалось за истинную причину ссоры. Но все разговоры об этом возникли уже после дуэли.

Читайте также:  Какие пищевые табу существовали на руси

А тогда, на Кавказе, никаких конфликтов по этому поводу между приятелями не возникало, и добрые отношения их продолжались еще четыре года.

После возвращения с Кавказа вновь были не очень частые встречи в Петербурге. И спустя два года – новый выезд на Кавказ, в сущности повторивший ситуацию предыдущего: Лермонтов был опять отправлен туда в ссылку, а Мартынов снова поехал добровольно.

Наверное, этот поступок должен характеризовать его не с самой худшей стороны.

Что бы там ни говорили о карьерных соображениях Мартынова или его желании избежать чрезмерно строгой дисциплины в гвардейском полку, все же сменить столичное житье-бытье на полную тяжестей и невзгод службу в Кавказской армии решиться мог не каждый.

На сей раз они все-таки воевали вместе, правда, в кровопролитнейшем сражении на речке Валерик, где отличился Лермонтов, его приятель не участвовал, находился в отпуске. Но, штурмуя селение Шали, они сражались бок о бок.

И оба были отмечены в журнале военных действий отряда под командованием генерала Галафеева. Новая разлука случилась в конце 1840 года. Лермонтов подал прошение об отпуске и получил его. Мартынов, как установил Д. Алексеев, вышел в отставку «…по семейным обстоятельствам».

Незнание истинной причины этого поступка позволяло разоблачителям строить предположения насчет некоей темной истории с карточной игрой или желания Николая Соломоновича сберечь свою драгоценную жизнь.

Однако архивные документы убедительно показывают: покинуть военную службу Мартынова заставила элементарная необходимость заняться расстроенными хозяйственными делами семьи, оставшейся без отца.

И вот – встреча в мае 1841 года в Пятигорске, где Мартынов лечился, ожидая, пока неторопливая служебная машина оформит документы на отставку.

Многие пишущие о последних днях жизни Лермонтова верят показаниям Мартынова на следствии: «С самого приезда своего в Пятигорск Лермонтов не пропускал ни одного случая, где бы мог он сказать мне что-нибудь неприятное…» И делают вывод, что натянутые отношения у них сохранялись в течение всего лета.

А ведь ничего подобного не было! Чтобы разобраться в отношениях двух приятелей, необходимо, прежде всего, четко уяснить, что Мартынов, приехавший в Пятигорск к концу апреля, принимал здесь ванны с первых чисел мая и 23 или 24 числа закончил курс.

Как раз в это время в Пятигорск приехал Лермонтов и, согласно воспоминаниям П. Магденко, был очень рад тому, что увидит здесь давнишнего приятеля. И конечно же, едва ли сразу же начал говорить ему «что-нибудь неприятное». Что было им делить, из-за чего ссориться?

Тем более что очень скоро – 26 или 27 мая – Мартынов, согласно тогдашнему порядку лечения, выехал в Железноводск – продолжать там прием процедур, который завершился лишь к концу июня. Таким образом, практически весь следующий месяц они с Лермонтовым почти не виделись. Встречи, конечно, могли быть, но единичные и недолгие и едва ли давали повод для каких-то обид или размолвок.

Но, когда в конце июня, вернувшись в Пятигорск, Мартынов появился в доме Верзилиных, положение резко изменилось. Теперь, живя по соседству с «Розой Кавказа» и бывая постоянно в ее доме, Мартынов явно увлекся красавицей, хотя есть сведения, что его интересовала и сводная сестра Эмилии, юная Надя. Эмилия, конечно же, сразу обратила на него внимание…

В общем, все, что мы знаем о Мартынове, позволяет считать его самым обычным представителем российского офицерства – не самой лучшей, но и далеко не худшей его части.

Застрели Лермонтова кто-нибудь другой – тот же его однокашник и сослуживец Тиран, не раз страдавший от острого языка поэта, или, скажем, Лисаневич, которого якобы провоцировали на дуэль, Николай Мартынов остался бы в истории как «Мартышка», «добрый малый», «хороший приятель Мишеля, ничем особым не блиставший».

Но обстоятельства, сложившиеся летом 1841 года в Пятигорске, принесли ему поистине Геростратову славу и стали причиной истинной трагедии его жизни.

Следующая глава

Источник: https://biography.wikireading.ru/221427

Неоконченная исповедь майора Мартынова | Загадки истории

С июля 1841 года, когда раздался роковой выстрел майора Николая Мартынова, сразивший поручика Михаила Лермонтова, прошло уже 177 лет. О той дуэли написано очень и очень много.

Но при этом далеко не все исследователи тех роковых событий имели возможность почитать исповедь убийцы, который был однокашником Лермонтова по юнкерскому училищу и его другом.

Более того, на протяжении многих лет высказывание малейшего сочувствия Николаю Мартынову считалось кощунственным по отношению к светлой памяти поэта. Но начнём по порядку.

Встреча на водах

Николай родился в 1815 году в семье ветерана Отечественной войны 1812 года Соломона Михайловича Мартынова, который был в дружеских отношениях с участником многих войн генералом Алексеем Петровичем Ермоловым. Первое упоминание рода датируется 1780 годом. Его мужчины честно служили Отчизне, храбро воевали, имели боевые награды.

Но если поручик Лермонтов был сослан на Кавказ как штрафник за дуэль с французским дипломатом в 1840 году, то его убийца отправился воевать с горцами ещё в 1837-м — волонтёром. До этого он служил в элите императорской гвардии — полку кавалергардов.

К лету 1841 года 25-летний Николай Мартынов был уже майором, кавалером ордена Святой Анны 4-й степени, полученного за храбрость. На Кавказ он прибыл с рекомендательным письмом к генералу Ермолову от отца: ветеран просил друга юности направить сына туда, где горячее.

А горячо было в казачьих сотнях — туда его и отправили.

Мартынов вышел в отставку «с мундиром» (он, как особо отличившийся, имел право носить мундир) и задержался в Пятигорске на водах, чтобы отдохнуть от войны. Здесь он и встретил своего однокашника Михаила Лермонтова, который уже тогда слыл острословом. Мартынов, как и многие другие, не подозревал, что его приятель — гений русской литературы.

Но зато он предполагал, что скоро породнится с Мишелем — уж больно настойчиво тот ухаживал за его сестрой Натальей, да и сама она просто бредила Михаилом. Кстати, сам Мартынов писал недурные стихи, и страсть к сочинительству, а также совместные воспоминания офицеров-фронтовиков сделали их неразлучными.

Словом, убийца гения никак не походил на рокового злодея, морального урода и мерзавца.

Трагическая дата

По воспоминания родных, каждое 15(27) июля после роковой дуэли отставной майор Николай Мартынов запирался в своём кабинете и никого не хотел видеть. Спиртное в тот день не употреблял. Молился и вспоминал. О жизни, пущенной под откос одним случайным метким выстрелом.

В экспедициях против горцев Мартынов воевал в частях терских казаков, но, как ни странно, толком стрелять так и не научился, предпочитал холодное оружие. 15(27) июля 1841 года у подножия горы Машук отставной майор Мартынов стрелял из пистолета… третий раз в жизни.

И этот выстрел, погубивший Лермонтова, словно поставил точку в его, Мартынова, жизни. Ведь даже когда началась Крымская кампания и под Севастополь отправились многие отставники, желавшие драться за Отечество, его — 37-летнего боевого офицера — не взяли в армию.

Из Санкт-Петербурга пришёл немотивированный отказ.

А с 1860-х годов, когда общество наконец-то по достоинству оценило литературное наследие Лермонтова, Николая Мартынова начала травить «передовая пресса».

Издания разночинцев требовали от него покаяния, намекали на необходимость самоубийства «во имя искупления тяжести греха». К началу 1870-х ещё не старый, 55-летний человек почувствовал себя плохо. И решил сам взяться за перо.

Словно предчувствуя близкую смерть, он спешил записать свои воспоминания о том трагическом дне у горы Машук.

Приведём здесь выдержки из мемуаров Николая Соломоновича Мартынова.

Исповедь убийцы

«15 июля 1871 года. Знаменка.

Сегодня минуло 30 лет, как я стрелялся с Лермонтовым на дуэли. Трудно поверить! А мне памятны малейшие подробности, как будто это случилось вчера. Понимая, что я сам стою на краю могилы, я чувствую желание высказаться.

Я познакомился с Михаилом Лермонтовым в юнкерской школе. Не могу сказать, что у него было злое сердце. Но и юнкером Лермонтов остался школяром, в полном смысле этого слова. Особенно удивляло его черствое отношение к женщинам.

Как писатель он действительно высоко стоял. Злобы к нему я никогда не питал, мне незачем было искать предлог с ним ссориться. Он в июне 1841 года жил у меня, рисовал много, талант к живописи имел необыкновенный.

События, случившиеся в июле 1841 года, высказаны мною на допросе №1351, произведённом подполковником отдельного корпуса жандармов Кушинниковым.

С самого приезда в Пятигорск Лермонтов не пропускал случая, где бы не сказать мне неприятность. Остроты, колкости, насмешки на мой счёт не прекращались, но не задевали моей чести. За два дня до дуэли в одном доме (Верзилиных, — прим. авт.) он вывел меня из терпения. Я решил положить этому конец.

На мои слова он отвечал дерзко, в том смысле, что он говорит, что хочет, и никто не заставит его замолчать. «Я заставлю тебя замолчать…» — начал я, но он не дал мне кончить и добавил насмешливо: «Вместо пустых угроз ты бы лучше действовал. Ты знаешь, я никогда не отказывался от дуэлей. Ты меня этим не запугаешь». Мы уже подошли к его дому.

Я сказал, что пришлю ему секунданта».

Итак, Лермонтов публично неделями унижает своего товарища, старшего по чину и кавалера боевого ордена, родного брата девушки, которая в него влюблена.

Кстати, перед отъездом на Кавказ Михаил Юрьевич зашёл к ней проститься. Но когда взволнованная девушка догнала его на лестнице, он обернулся и расхохотался ей в лицо.

Кроме того, он вызывает на дуэль человека, отлично зная, что тот практически не умеет стрелять.

Но продолжим чтение исповеди убийцы.

Роковой выстрел

Николай Мартынов: как на самом деле наказали убийцу Лермонтова

Кроме секундантов и нас двоих, никого на месте дуэли не было, и никто не знал о ней. Был отмерен барьер в 15 шагов и ещё 10. Было решено сделать до трёх выстрелов, осечка считалась за выстрел. Мы стали на крайних точках. Я первый подошёл к барьеру, ждал выстрела Лермонтова, у его пистолета не было осечек. Потом сам спустил курок. Он упал, был жив, но уже не говорил. Я поцеловал его и отправился верхом домой. Дома ждали мои крепостные: камердинер Илья, повар Иван и казачок Ерошка. Его я послал на место дуэли за забытой мной там черкеской. Потом прибыл с рапортом к коменданту».

На этом текст письменной исповеди обрывается. Пока Мартынов сидел на гауптвахте пятигорского гарнизона в ожидании военного суда, секунданты с воли слали ему записки, согласовывая свои показания перед грядущим разбирательством.

За дуэль Мартынов был приговорён военно-полевым судом к разжалованию и лишению всех прав состояния, однако по окончательному приговору, смягченному Николаем I, его заменили трёхмесячным арестом на гауптвахте.

Церковный суд наложил епитимью на христианина Мартынова за душегубство, покаяние он отбывал в Киевском монастыре в течение года.

Из всех участников поединка до седых волос дожил лишь Александр Васильчиков — Михаил Глебов погиб на Кавказе. При встречах с Мартыновым бывший секундант относился к нему с подчеркнутым уважением.

Дуэль по наследству

Но дуэль 1841 года имела неожиданное продолжение. Двадцать лет спустя. У Михаила Юрьевича Лермонтова потомков не осталось. А вот у его родственника, полного адмирала флота Михаила Николаевича Лермонтова, был сын Михаил, названный в честь знаменитого поэта.

И надо же было такому случиться, что сын Николая Соломоновича Мартынова и Михаил Лермонтов-третий оказались сослуживцами в одном лейб-гвардии гусарском полку… Что именно послужило причиной нового поединка между юными потомками дуэлянтов, точно не известно. Но зачинщиком схватки вновь выступил Михаил.

Читайте также:  Какие корабли повторили подвиг «варяга»

И опять фортуна не благоволила Лермонтову. На сей раз все остались живы, хотя Мартынов-младший, в отличие от своего предка, стрелял неплохо. Лермонтов-третий был ранен в голову, лишился глаза и был вынужден, как зачинщик дуэли, к тому же инвалид, выйти в отставку.

И опять суд не имел претензий к Мартынову, но тот сам ушёл из полка. Как и отец, он поплатился за свою меткость военной карьерой.

Майор Мартынов скончался, не закончив своей исповеди.

Александр СМИРНОВ

Источник: https://zagadki-istorii.ru/neokonchennaja-ispoved-majora-martynova/

Потомок убийцы Михаила Лермонтова уверен, что у предка не было другого выхода — МК Санкт-Петербург

На этой неделе исполняется 175 лет со дня смерти Лермонтова.

«Надеялись вернуться на Родину»

Кирилл Гиацинтов — потомок Николая Мартынова по материнской линии, в нем течет кровь двух старинных дворянских родов — Мартыновых и Гиацинтовых.

Кириллу Эрастовичу 86 лет, он эмигрант во втором поколении — родился во Франции и уже много лет живет в США, является американским гражданином и бизнесменом. В Петербург приехал на несколько дней — по делам своей фирмы, продающей медицинское оборудование в том числе и в России.

По-русски Кирилл Гиацинтов говорит очень чисто, не всегда правильно подбирая слова, но почти без акцента, потому что и отец, и мать общались только на родном языке.

— Мой отец Эраст Гиацинтов родился в Царском Селе, — рассказал Кирилл Эрастович. — Я знаю место, где стоял наш особняк — в трех кварталах от царского дворца (к сожалению, сейчас этот дом уже не существует — его разбомбили во время войны). Позже предки моего отца перебрались в Петербург, он сам учился в Артиллерийском училище.

После революции папа не признал власть большевиков, воевал в Добровольческой армии, а потом эмигрировал — сначала в Чехию, потом во Францию, где родился я. Отец всегда повторял, что наша Родина — это Россия, и считал, что присяга, которую он давал императору, действительна до конца его жизни.

Поэтому у меня, хоть я и родился во Франции, не было французского гражданства: родители надеялись, что наше изгнание временное и мы сможем вернуться домой.

Надежда Гиацинтовых-старших не оправдалась — они так никогда и не вернулись в Петербург. Переехали в Германию, затем, когда там к власти пришел Гитлер, — в Америку.

— Я впервые попал в СССР ровно полвека назад — в 1966 году, — вспоминает Кирилл Гиацинтов. — Приехал в качестве менеджера медицинской компании, мы хотели обсудить возможность приобретения каких-то российских технологий. Хотя я был сыном «врага народа», отношение к нашей делегации было очень хорошим.

Мне даже удалось встретиться с кузиной отца — она была еще жива и передала ему через меня несколько хранившихся у нее семейных реликвий,— например, пулю, которая ранила отца в Гражданскую войну. Вообще-то отец был тогда на волосок от смерти — пуля должна была попасть ему прямо в сердце, но срикошетила от записной книжки в металлической обложке, которую отец всегда носил в нагрудном кармане.

В эту книжечку он заносил свои впечатления и потом написал автобиографию «Записки белого офицера».

«У нас Путина постоянно шпыняют»

Кирилл Гиацинтов приезжал в Россию, по собственным подсчетам, около 150 раз — но всегда ненадолго, как турист. Сам он называет себя «русским американцем», гордится тем, что его дети и уже взрослые внуки тоже умеют говорить на языке предков.

— Дочка вышла замуж за американца, но специально нашла няню из России, чтобы у детей была возможность учить язык, — говорит Кирилл Эрастович. — Мы их возили в Москву и Петербург, им интересны их корни.

В США Кирилл Гиацинтов возглавляет Русское дворянское собрание, где потомки эмигрантов общаются между собой. Как таковых, «чистокровных» дворян почти не осталось.

— Я один из немногих, у кого и отец, и мать были дворянами, — говорит Кирилл Гиацинтов. — Хотя изначально эмигранты первого поколения мечтали, чтобы их дети породнились между собой, сохранив дворянство, даже устраивались специальные вечеринки, на которых знакомились уцелевшие княжны и графы.

Но таких пар получилось совсем немного, и сейчас услышать русскую речь от членов нашего собрания — редкость. Кто-то просто не умеет говорить по-русски, кто-то стесняется. Но остаются традиции, дворянские принципы — быть честным, порядочным, хранить веру, защищать родных — это осталось, не пропало.

Сейчас, с учетом обострения российско-американских отношений, некоторым «русским американцам», возможно, и не хочется афишировать свои русские корни. Сам Кирилл Гиацинтов служил в армии и воевал во Вьетнаме, а потом работал в американском правительстве, но не может простить властям США нападки на свою историческую родину.

— У нас по любому поводу во всем пытаются спустить на Путина всех собак! — возмущается он. — В прессе постоянно его шпыняют, вот, мол, закручивает гайки, ведет страну обратно к коммунизму.

Вводят антироссийские санкции, которые сильно портят жизнь мне и моему бизнесу. Но я президента России поддерживаю.

Разговоры про демократию — это одно, а вести за собой огромную страну — это другое, тут не до разглагольствований.

Мартынов вступился за честь сестры

Если у себя дома в США Гиацинтов не стесняется признаться, что он русский, то в России не скрывает, что является потомком того самого отставного офицера Николая Мартынова, который в 1841 году застрелил Лермонтова на дуэли.

— Я даже ездил в имение Лермонтова Тарханы, где возлагал венок на его могилу, — рассказывает Кирилл Гиацинтов. — В нашем роду никогда не замалчивался поступок Николая Соломоновича Мартынова.

В России принята версия о том, что Лермонтов и Мартынов поссорились из-за пустяка, и мой предок не смог простить Михаилу Юрьевичу насмешек над ним в присутствии особ женского пола.

Но мы знаем правду — на самом деле конфликт между Лермонтовым и Мартыновым возник давно.

По «семейной» версии, они изначально дружили — вместе учились в школе гвардейских подпрапорщиков, оба писали стихи, Лермонтов часто бывал в гостях у родителей Николая Мартынова.

— Вот какую историю мне рассказала моя тетя, которая родилась в самом конце XIX века и дожила до 102 лет, — говорит Кирилл Гиацинтов. — Когда Николай Соломонович Мартынов воевал на Кавказе, Лермонтов по пути туда же заехал в гости к его родителям в семейное поместье под Пензой.

Вел он себя не очень достойно — волочился за сестрами, так что мать Николая Мартынова такого гостя не очень-то жаловала. Но тем не менее попросила передать сыну письмо и вложенные в него 300 рублей. Сестра Мартынова тоже передала через Лермонтова письмо своему возлюбленному, который служил там же, на Кавказе.

Лермонтов взял оба письма, но во время одной из стоянок, находясь в обществе других офицеров и выпивая с ними, достал письма и прочитал их, довольно цинично отзываясь о чувствах молодой девушки. Спустя какое-то время об этом стало известно Мартынову. Именно честь сестры стала главной причиной дуэли, а шутки Лермонтова над Мартыновым были лишь поводом.

Об этом уже более полутора веков знают в нашем роду, а когда я озвучил это директору Музея-заповедника «Тарханы», она, отведя меня в сторону, тихо сказала, что эту версию в России не очень-то жалуют, хотя она похожа на правду.

  • МК-версии
  • Кто убил Михаила Лермонтова?
  • Есть несколько версий о том, при каких обстоятельствах на самом деле погиб великий русский поэт.
  • Жертва насмешек

Скучающий в Пятигорске Лермонтов без конца осыпал насмешками Мартынова, издеваясь над его нарядом — офицер любил ходить в горской папахе с кинжалом. Во время одного из вечеров терпение Мартынова кончилось, и он потребовал от насмешника сатисфакции. Во время дуэли на горе Машук Лермонтов выстрелил в воздух, а Мартынов попал прямо в сердце поэту.

Поэта «заказал» Николай I

В советские времена активно доказывалось, что дуэль не была случайной — император Николай I и его приближенные хотели избавиться от опального поэта и с помощью Мартынова подстроили дуэль.

Тот якобы убил Лермонтова не в пылу обиды, а по приказу царя.

В пользу этого факта свидетельствует очень мягкое для тех лет наказание за дуэль — на Мартынова наложили десятилетнюю епитимью в храме города Киева, которую уже через несколько лет отменили.

Убийца — наемник-казак

Медики засвидетельствовали, что пуля вошла в тело поэта снизу вверх под углом 35 градусов, что не могло произойти, раз дуэлянты стояли лицом к лицу. Поэтому существует версия, что дуэль — лишь инсценировка, а на самом деле Лермонтова застрелил из ружья неизвестный наемник-казак, который потом скрылся.

Дуэли вообще не было

Впрочем, есть и другое объяснение такой траектории пули. Якобы Мартынов вызвал Лермонтова вовсе не на дуэль, а на разговор с глазу на глаз. И во время встречи в уединенном месте просто застрелил (при этом поэт был на коне, а Мартынов — спешившись). И только потом, задним числом, была инсценирована дуэль.

Источник: https://spb.mk.ru/articles/2016/07/11/potomok-ubiycy-mikhaila-lermontova-uveren-chto-u-predka-ne-bylo-drugogo-vykhoda.html

Дело Николая Мартынова: отставной майор, убивший на дуэли Лермонтова

Кажется, в этом деле было все: нарушение порядка расследования, сокрытие улик, фальсификация, утаивание информации о свидетелях и участниках и, конечно, сговор.

Может быть, именно поэтому на протяжении почти 150 лет это дело вызывало многочисленные споры, а версий произошедшего, в том числе и заговорщически-мистических, было немало.

Главным фигурантом в процессе был майор Мартынов, на дуэли с которым погиб Михаил Лермонтов.

Н. Мартынов, портрет работы Томаса Райта.

В большинстве популярных изданий причиной дуэли называют «пустяшную» ссору, которая привела к несоразмерно серьезным последствиям. Многие авторы вновь и вновь упоминают о том, что Лермонтов во время дуэли стрелять не стал, а вот Мартынов свой выстрел хладнокровно сделал. Также подчеркивают, что на протяжении нескольких лет после дуэли говорить и писать о ней было нельзя.

Информационный «мораторий» действительно был, но он не помешал десяткам людей оставить свои воспоминания об обстоятельствах, которые предшествовали дуэли, и о самом поединке. Обратимся к ним и мы.

Начнем с того, что Лермонтов не должен был останавливаться в Пятигорске летом 1841 года.

В воспоминаниях писателя Петра Мартьянова читаем: «В Пятигорск прибыл Михаил Юрьевич вместе со своим двоюродным дядей, капитаном нижегородского драгунского полка Алексеем Аркадьевичем Столыпиным, 23 мая.

На другой день они явились к пятигорскому коменданту , представили медицинские свидетельства о своих болезнях и получили от него разрешение остаться в Пятигорске». Столыпин был не только родственником, но и близким другом Лермонтова: так, он выступал его секундантом на дуэли с Барантом.

А. Столыпин, портрет работы В. Гау.

По воспоминаниям людей, знавших Лермонтова в Пятигорске, характер поэта отличался некоторой двойственностью. С близкими друзьями он был добр и внимателен, с прочими — «заносчив». Кроме того, он был «шалун в полном ребяческом смысле», и современники отмечали, что он быстро оказался в центре внимания местного общества.

Николай Мартынов, отставной майор Гребенского казачьего полка, знал Лермонтова много лет — они вместе учились в Школе гвардейских подпрапорщиков и юнкеров. Эту же школу, только несколькими годами позже, окончил и корнет Михаил Глебов, которого, по воспоминаниям Мартьянова, связывала с Лермонтовым искренняя дружба. Оба они тоже были в Пятигорске.

В те же дни в городе оказался и князь Александр Васильчиков, который прибыл на Кавказ в свите барона Гана. Для лечения Васильчикову разрешено было остаться в Пятигорске. Вместе с ним квартировал князь Сергей Трубецкой.

В начале 1841 года он без разрешения прибыл с Кавказа, где служил, в Петербург, впал в немилость, провел некоторое время под домашним арестом, а потом был вновь отправлен на Кавказ, еще не до конца выздоровев после ранения.

Нередко исследователи упоминают, что причиной ссоры Мартынова и Лермонтова могли стать отношения поэта с сестрой Мартынова — Натальей.

Якобы между Мартыновым и Лермонтовым произошел инцидент, связанный с чтением чужих писем и дневника Натальи и пропажей денег, предназначенных Мартынову. Передать их должен был Лермонтов.

История эта достаточно запутана, был конфликт в действительности или не был, мы не знаем, но тем не менее, многие современники вспоминают, что Лермонтов зло подшучивал над Мартыновым каждый раз, когда ему представлялась такая возможность.

Декабрист Николай Лорер, который в том же 1841 году оказался на Кавказе, писал: «Мартынов утрировал вкусы горцев и, само собой разумеется, тем самым навлекал на себя насмешки товарищей, между которыми Лермонтов по складу ума своего был неумолимее всех.

Пока шутки эти были в границах приличия, всё шло хорошо, но вода и камень точит, и, когда Лермонтов позволил себе неуместные шутки в обществе дам, шутки эти показались обидны самолюбию Мартынова, и он скромно заметил Лермонтову всю неуместность их».

Чего стоит только стихотворение, написанное Лермонтовым и адресованное Мартынову:

Он прав! Наш друг Мартыш не Соломон, Но Соломонов сын, Не мудр, как царь Шалима, но умен, Умней, чем жидовин. Тот храм воздвиг, и стал известен всем Гаремом и судом, А этот храм, и суд, и свой гарем Несет в себе самом.

В восьми строках Мартынов назван фактически дураком («Наш друг Мартыш не Соломон»), Лермонтов прошелся по его еврейскому происхождению и назвал его человеком, обойденным женским вниманием и ведущим одинокую личную жизнь.

Дом Верзилиных, где произошла ссора Лермонтова и Мартынова.

После очередной насмешки, которая имела место на вечере в доме Верзилиных, Мартынов сказал обидчику, что настало время прекратить это. Лермонтов ответил, что дуэли не боится, а Мартынову не пристало сыпать пустыми угрозами. На следующее утро Глебов, которого Мартынов выбрал секундантом, передал поэту вызов. Он был принят.

В вопросах о секундантах есть разночтения. Официально, на суде, подсудимые показали, что секундантов было двое: корнет Глебов у Мартынова, князь Васильчиков у Лермонтова. На самом деле оба они были секундантами Мартынова.

Со стороны Лермонтова доверенными лицами выступили Столыпин и Трубецкой, упоминание которых во время процесса могло серьезно им повредить. Однако о них говорится в записках сына Мартынова. В 1871 году Васильчиков также оставил воспоминания о дуэли, и там есть отрывки о Столыпине и Трубецком.

Правда, согласно этим мемуарам, на стороне Мартынова были Столыпин и Глебов, на стороне Лермонтова — Васильчиков и Трубецкой.

Официально дуэли были в то время запрещены, но на практике это был распространенный способ защиты поруганной чести.

Манифест Николая I от 25 июня 1839 года устанавливал за дуэли серьезные наказания: тот противник, выстрел которого привел к смертельному исходу, подлежал лишению всех прав состояния, наказанию шпицрутенами и ссылке в каторжную работу. То есть дуэль приравнивалась к убийству. Секунданты отвечали перед законом как сообщники и соучастники.

Перед дуэлью на секундантах лежала обязанность согласовать правила поединка.

В случае Лермонтова и Мартынова условия были жесткие: расстояние между барьерами составляло 10−15 шагов (данные, которые удалось получить от очевидцев, различаются).

Сходиться противники начинали с расстояния 10 шагов от барьера. Стрелять могли до 3 раз, осечка считалась за выстрел. Производить выстрел можно было между счетом «два» и «три».

«Поединок был назначен на 15 июля 1841 года в 6 ½ часов вечера, у подошвы горы Машук, в полуверсте от Пятигорска». Как отмечает в своих записках сын Николая Мартынова, силы были не равны: Лермонтов был прекрасный стрелок, а Мартынов, несмотря на долгую военную службу, пистолетом владел плохо.

Первоначальный знак на предполагаемом месте дуэли Лермонтова.

Противники сошлись. Секунданты подали команду, между счетом «два» и «три» выстрелов не было. Дальше Лермонтов якобы произнес: «Я в этого дурака стрелять не буду».

По другим данным, кто-то сказал: «Надо же кончать, мы и так насквозь промокли» (в это время пошел дождь и разразилась гроза).

Опять же, по имеющимся воспоминаниям, на выстреле после счета «три» настоял или Столыпин, или Глебов: в противном случае секунданты грозили развести дуэлянтов. Мартынов выстрелил. Лермонтов упал: рана в груди оказалась смертельной.

С места дуэли Мартынов поехал к коменданту Пятигорска, чтобы заявить о произошедшем. Тело Лермонтова увезли с места дуэли только глубоким вечером, около 11 часов.

На месте дуэли не было ни врача, ни экипажа.

Это считают свидетельством того, что секунданты были уверены: поединок окажется формальным, и по его окончании все отправятся на именины князя Владимира Голицына, которые отмечались в этот же день.

Как мы уже упоминали, участие в дуэли Столыпина и Трубецкого решено было скрыть. Таким образом, судебный процесс шел против Мартынова, Глебова и Васильчикова. Им нужно было согласовать свои показания, благо для этого была возможность: они беспрепятственно могли переписываться. В итоге картина получилась следующая:

• Участие Столыпина и Трубецкого в дуэли не упоминалось. В этом молчаливом заговоре участвовали не только трое подсудимых, но и начальник штаба командующего войсками флигель-адъютант полковник Траскин, который советовал двум секундантам молчать относительно других участников.

• Глебов настоял на том, чтобы Мартынов скрыл условие трех выстрелов с каждой стороны. Таким образом, постфактум смягчились условия дуэли.

• На следствии Мартынов избегал ответа на вопрос о том, успел ли Лермонтов сделать свой выстрел. Правда, Васильчиков подтвердил, что пистолет поэта разрядил он сам: выстрелить Лермонтов не успел.

• Все трое долго согласовывали ответы на вопрос о причинах дуэли. В итоге была сформулирована версия о том, что вызывающее поведение Лермонтова вынудило Мартынова вызвать поэта на дуэль. Васильчиков и Глебов попросили Мартынова также сказать, что секунданты всеми силами пытались примирить противников.

Добавим к этому, что схема места дуэли в ходе следствия составлена не была, дуэльные пистолеты впоследствии были заменены на другие (Столыпин хотел сохранить пистолеты, которые были в руках у противников, в память о Лермонтове), вскрытие тела также не производилось.

Лермонтов на смертном одре, портрет работы Р. Шведе

По тому, как велось следствие, можно понять, что и приговор по всей строгости вынесен не был. Все трое были преданы военному суду, что в случае дуэли влекло более мягкий приговор.

Окончательное решение в делах, которые рассматривал военный суд, принимал император после предоставления ему всех документов.

Николай I «высочайше повелеть соизволил: майора Мартынова посадить в крепость на гауптвахту на три месяца и предать церковному покаянию, а титулярного советника князя Васильчикова и корнета Глебова простить, первого во внимание к заслугам отца, а второго по уважению полученной им в сражении тяжелой раны».

Срок церковного покаяния был определен в 15 лет. Это время Мартынов должен был провести в паломничествах и молитвах. Но приговор затем смягчили, и в 1846 году Мартынов был освобожден от епитимьи.

После завершения процесса обнаружилось, что судебные издержки в размере 154 рубля 72 копейки с подсудимых взыскать забыли. Об этом по какой-то причине тоже было доложено царю. Николай I распорядился издержки отнести на счет казны. На этом дело было закрыто.

Источник: https://homsk.com/trombon/delo-nikolaya-martynova-otstavnoy-mayor-ubivshiy-na-dueli-lermontova

Кто убил Лермонтова на дуэли?

Дуэль Лермонтова с Мартыновым вошла в историю русской культуры как нелепое и трагическое событие, отнявшее у России ее молодого гения. До сих пор не утихают споры о причине этой дуэли, о поведении главных ее участников, а также о возможностях избежать этого поединка.

Попробуем рассмотреть это происшествие с максимальной скрупулезностью.

Дуэль между Мартыновым и Лермонтовым состоялась в седьмом часу вечера 15 июля 1841 года. Произошла она в городе Пятигорске около горы Машук. В результате поединка Лермонтов получил рану, несовместимую с жизнью. Поэт скончался на месте и был погребен в Пятигорске.

Рядом с дуэлянтами присутствовали секунданты Глебов и Васильчиков. Также на дуэли находились князь Трубецкой и родственник Лермонтова Столыпин. К следствию были привлечены только два первых свидетеля, другие были скрыты, «дабы происшествие не испортило им карьеры».

Глебов и Васильчиков показали, что приехавший в Пятигорск Лермонтов проявлял неуважение к своему бывшему однокашнику Мартынову, позволяя в его адрес неуместные шутки. Это и стало причиной дуэли. Те же показания дал сам Мартынов.

Секунданты и убийца указывали, что причиной дуэли стала ссора, которая произошла между Мартыновым и поэтом накануне 13 июля на вечере у генеральши Верзилиной.

Дамы, присутствующие на этом вечере, впоследствии подтверждали, что Лермонтов был весел и отпустил не совсем удачную шутку в адрес Мартынова.

Дело в том, что Мартынов ухаживал за дочерью генеральши, а Лермонтов по-французски предостерег юную девушку от общения со странным человеком в горском наряде с большим кинжалом наперевес.

Мартынов вскипел и позже вызвал поэта на разговор наедине. По всей видимости, именно тогда он спровоцировал на дуэль Лермонтова.

Как впоследствии показали секунданты, Лермонтов ехал на дуэль спокойным и веселым. Он считал, что Мартынов остынет и, скорее всего, будет стрелять в воздух. Сам он также не хотел убивать своего приятеля и стремился разойтись с ним после дуэли по-хорошему.

Однако Мартынов находился в состоянии ярости. Когда дуэлянтам были вручены пистолеты, автор «Героя нашего времени» замешкался с выстрелом (есть версия, что стрелял Лермонтов в воздух), а Мартынов прицельным выстрелом убил своего соперника. Лермонтов скончался через несколько минут от смертельной раны.

Позже по делу состоялось следствие и суд, который приговорил участников этого события к серьезным наказаниям. Первоначально, Мартынов был лишен всех званий и титулов, однако, позже его приговорили к церковной епитимии и аресту, который продлился всего несколько месяцев.

Николай Соломонович Мартынов был личностью незаурядной. Ровесник Лермонтова, его однокашник по военной школе, красивый молодой человек, пользовавшейся успехом у женщин, писавший стихи и поэмы, с юности мечтал о военной карьере.

Поначалу его красота и навыки, приобретенные в военной школе, помогали ему. Он достиг должности майора, что для этого возраста было высоким чином. Однако его карьера внезапно оборвалась.

Что послужило причиной этому до конца неизвестно, Мартынов сам подал в отставку и получил ее в начале 1841 года. Сплетники обвиняли его в шулерстве.

Мартынов болезненно переживал эту ситуацию. Он не поехал в Москву к родным, а остался в Пятигорске на вольных хлебах. Носил одежду горца и поражал окружающих своими нелепыми шутками. Ему отказали даже в малом: император по причине его отставки распорядился не награждать его медалью за прежние военные заслуги.

В таком состоянии Мартынов встретился с Лермонтовым, приехавшим в Пятигорск для излечения от болезни.

Сам Мартынов потом утверждал, что относился к поэту по-доброму, однако, его раздражали шутки Лермонтова в его адрес, надменность поэта и его язвительность.

К тому же Мартынов считал, что в 1837 году Лермонтов совершил над ним и его семьей злую шутку, когда без разрешения вскрыл и прочитал письмо его сестры Натальи.

Как известно, после дуэли Мартынов терзался угрызениями совести, страдая от того, что окружающие видят в нем в первую очередь убийцу великого поэта.

Через тридцать лет после роковой дуэли он написал свои записки, названные «Моя исповедь».

Впрочем, в этих записках Мартынов пытался обелить себя, заявляя, что Лермонтов был невыносимым по характеру человеком, с добрыми задатками, но испорченный «светом».

Смерть Лермонтова насколько поразила современников, что вызвала многочисленные слухи и домыслы. Сразу же возник вопрос о том, кто убил Лермонтова на дуэли?

Настоящий убийца Н.С. Мартынов казался настолько обычным человеком, что не все удовлетворялись таким простым ответом.

Возникало множество других версий, начиная от смелых предположений, что убийцы были подосланы жандармским управлением, потому что Лермонтов однажды осмелился грубо разговаривать с самой императрицей и приближенной к ней дамой, и, заканчивая версиями о мести со стороны обманутых мужей или любовников дам, которых поэт мог бы соблазнить.

Безусловно, все эти версии являлись не чем иным, как сплетнями, распускаемыми не самыми умными людьми, пытающимися снискать себе известность в обществе таким способом.

Однако литературоведы обратили свое внимание еще на одну версию произошедшего. В письмах современников поэта указывается, что они полагали, что несчастный Мартынов являлся братом «княжны Мэри». Напомним, что именно в это время вышел роман М.Ю.

Лермонтова «Герой нашего времени», в котором главный герой – усталый от жизни себялюбец Печорин – влюбляет в себя от скуки невинную девушку – княжну Мери, чтобы потом посмеяться над ее чувствами и бросить ее.
Наивно полагать, что в образе главного героя Лермонтов рассказал о своей жизненной ситуации.

Однако такие события, как выход в свет романа, его популярность и гибель Лермонтова на дуэли практически совпали по времени, поэтому эта версия встречается в изданиях, посвященных памяти поэта, до сих пор. Хотя вряд ли она близка к истине.

Таким образом, вопросы о ранней гибели Лермонтова, причины дуэли с Мартыновым, обстоятельства, предшествующие ссоре поэта с его оппонентом, до сих пор до конца не выяснены. Известно только одно: 15 июля 1841 года Россия потеряла своего гениального сына, который смог бы написать еще много талантливых произведений.

Источник: https://obrazovaka.ru/essay/lermontov/kto-ubil-lermontova-na-dueli

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector