Почему советская власть хотела продать сахалин японцам

Этот человек долгие годы вызывает недоумение и у русских, и у своих соотечественников. Ютака Мияниси в те самые дикие 90-е бросил сытый быт на родине и приехал на Сахалин.

Здесь он создал первый японский ресторан, высадил целую аллею сакуры, поспособствовал созданию русско-японского центра… Впрочем, полный список его заслуг куда более внушителен. Недаром ведь он носит звание почетного жителя Южно-Сахалинска.

О своем непростом пути он рассказал корреспонденту РИА «Сахалин-Курилы».  

Горькие новогодние слезы

Сегодня в Южно-Сахалинске он известный уважаемый человек, успешный бизнесмен. Недавно вполне счастливо отметил 85-летие. А начиналось все печально. Город мягко погружался в сказку: уже вовсю горели огни главной сахалинской елки и гирлянды электрических самоцветов прилегающих магистралей.

Суета спешащих прохожих и витающее в воздухе предвкушение  праздника — все это не трогало, не волновало застывшую душу. Он просто шел в никуда. Очнулся у дома, в котором снимал квартиру, и вдруг, словно сбросив тяжелую ношу, обмяк, а потом тихо заплакал. От обиды, боли, одиночества, безысходности.

Оказаться вечером 31 декабря в чужой стране одному, без знания русского языка, по сути, ограбленному, без денег на обратную дорогу — испытание не из легких.

Хозяева одной из гостиниц Южно-Сахалинска, в которой он несколько лет трудился, как это умеют только японцы — напрочь забывая об отдыхе, создавая, а потом и поддерживая марку ресторана и ночного клуба, — именно сегодня, под Новый год, решили отказаться от его услуг.

Выставили его, словно ненужного щенка, за дверь, не побеспокоившись с расчетом и объяснением причин.

Работал японец в новой России исключительно на доверии, а получилось, как в старых советских фильмах про хищных акул из жестокого мира буржуа, в котором, правда, он как-то умудрился прожить примерно 60 лет без подобных потрясений.

Почему советская власть хотела продать Сахалин японцам

Очнулся Ютака Мияниси оттого, что кто-то тряс его за плечи. Присмотревшись, узнал человека, с которым когда-то познакомился на таможне. Годы стерли его имя из памяти нашего героя, оставив лишь фамилию — Усенко. Тот, как мог, пытался жестами объяснить японцу, что его приглашают за семейный новогодний стол…

Так в жизнь конкретного человека неожиданно вернулось солнышко. Чуть позже, оправившись от шока и заняв на дорогу денег, Мияниси уехал на родину, в Саппоро. Знакомые были уверены — навсегда.

Они ошибутся еще не раз, хотя до конца так и не поймут, что же заставляет этого уже немолодого и обеспеченного человека вновь и вновь возвращаться на далеко не всегда дружелюбный к нему остров.

Южно-Сахалинск он не перестанет удивлять и радовать, почти каждую весну упорно завозя новые саженцы сакуры для аллеи городского парка взамен украденных.

Не все измеряется деньгами

Если говорить о сахалинских заработках, то они, по сравнению с теми, что имел Мияниси на острове Хоккайдо, смехотворны. Родился он в обеспеченной семье миллионеров. Родители — владельцы крупной фирмы, выращивающей в теплицах ранние сорта клубники, вишни, винограда. А еще — цветы. Окончил университет Саппоро.

Получив диплом экономиста, впервые по-настоящему удивил родню. Вместо того чтобы включиться в прибыльный семейный бизнес, ушел работать в местную телерадиокомпанию. С головой окунулся в мир музыки.

Сначала был продюсером, затем уже автором песен.

Одна из них, «Блюз Хакодате», сделала его знаменитым композитором: после исполнения лирической поэмы о портовом городе эстрадной звездой Оно Юкико, его песню запела вся Япония…

Мы много говорим о странностях русской души. Но, оказывается, не менее загадочной может быть и японская. Во всяком случае, на пике известности, после почти 20-летнего руководства музыкальным отделом Хоккайдской телерадиокомпании, Мияниси бросает отлаженное дело.

— В жизни главное не деньги, — задумчиво бросает японец. — И не слава.

— А что же тогда главное?

В ответ он только загадочно улыбнулся. Возможно, потому, что всю жизнь тоже ищет ответ на этот вопрос. Пройдя испытания медными трубами, полным достатком, теплом семейного очага, не успокоился умиротворенно.

Не бросил якорь и не стал довольным, степенным созерцателем, размеренно плывущим по течению бытия. Преуспев в одном деле, бросал его и брался за другое, создавая современные отели, клубы, рестораны.

Потом опять все сначала.

То, что произойдет с ним дальше, всех близких и знакомых сразит наповал. И даже в спокойной и выдержанной на оценки японской прессе его назовут… сумасшедшим! Но все по порядку.

Притяжение русского Сахалина

Однажды он заболел небом. Окончив в США летную школу, в складчину с другом купил небольшой самолет. Освоив японские высоты, стал мечтательно поглядывать в сторону соседнего Сахалина. Казалось, напрасно. Надзорные службы двух стран совсем не горели желанием разрешить перелет. Они плохо знали Мияниси, которого препятствия лишь раззадоривали.

После многочисленных проволочек он добился-таки согласия на первый полет в новейшей истории нашей страны. 27 августа 1992 года, в канун своего 58-летия, Ютака Мияниси приземлился на крылатой машине в областной столице. Этот первый полет из Японии стал предтечей воздушного моста между Хоккайдо и Сахалином.

Почему советская власть хотела продать Сахалин японцам

Наверное, человеку свойственно влюбляться с первого взгляда и в зрелом возрасте тоже. Во всяком случае, после того нашумевшего полета Мияниси потерял покой, осаждая российское Генконсульство уже для получения мультивизы на несколько лет кряду. Там же познакомился с известным нашим земляком, доктором химических наук, профессором института морской геологии и геофизики РАН Ян Юн Бином.

— А дело было так. Командировка в Японию заканчивалась, когда я обнаружил, что потерял портмоне с обратным билетом и всеми деньгами, — вспоминает тот случай ученый. — Куда в таком случае за помощью податься россиянину? Естественно, в родное Генконсульство в Саппоро, что я и сделал.

Но там лишь посмеялись над моей рассеянностью. Так что, несолоно хлебавши, отправился я восвояси. Понять мои чувства несложно. Мияниси-сан, по иронии судьбы, дважды сам окажется в похожем положении, без копейки в кармане, но будучи у нас, в России.

А несчастье помогло мне тогда обрести надежного друга. В Саппоро, на выходе из консульства, ко мне подошел человек, которого я видел впервые. Спросил, что случилось. Узнав, тут же предложил помощь. Это и был он.

Естественно, уже на Сахалине долг ему вернул, а теплота отношений осталась навсегда, за что благодарю судьбу.

Долгожитель ресторанного бизнеса

Сахалин принимал странного японца со сдержанным любопытством, а то и с откровенной настороженностью. С одной стороны — способности, талант, а случалось, и деньги, он искренне предлагал в развитие общего, как ему казалось, дела.

С другой, и об этом уже шла речь выше, здесь его элементарно кинули. Нужно было либо затевать в чужой стране изматывающие душу судебные тяжбы, либо ставить жирную точку, довольствуясь тем, что и отрицательный результат — тоже результат и опыт.

После чего — прощай, Россия!

Он выбрал третий путь. Вернувшись на Сахалин после декабрьско-январской встряски, начал уже личный бизнес. С нуля.

Арендовав часть одного из зданий областного центра, сделал в нем уютный японский ресторан «Аска» (сейчас он называется иначе), для которого (и это только один парадокс в нашей островной экономике) многие морепродукты пришлось завозить с его родины.

Потому что свежепойманных трепангов и прочих деликатесов на рыбацком Сахалине днем с огнем не сыщешь. Отсюда и солидные цены в меню.

Тем не менее ресторан, как правило, не пустует. Помимо чиновников и бизнесменов, случается, захаживают люди среднего достатка. Бывают и посетители с именами. Например, актриса Лия Ахеджакова, экс-министр иностранных дел России Игорь Иванов, многочисленные зарубежные гости.

Почему советская власть хотела продать Сахалин японцам

В итоге всем хорошо. У нескольких десятков наших земляков есть работа и стабильный заработок. Город получает налоги, хозяин предприятия — свою долю дохода.

Причем, если подобный бизнес в Японии приносит гораздо более существенную прибыль, то здесь иноземного предпринимателя больше греет, как это ни покажется странным, именно радость первопроходца.

Ведь вместе с национальной кухней своей страны он первый привнес к нам частицу самобытной культуры соседней страны. Вскоре по проторенной дорожке за Мияниси пришли другие.

Помню, в 90-е, в разгар так называемого кооперативного движения, стремительно плодились точки общепита с корейской и китайской кухней.

Многие, правда, не смогли долго продержаться на плаву в условиях не столько конкуренции, сколько незащищенности бизнеса перед засильем государственного и откровенно криминального рэкета. Тем не менее наш герой этот непростой период пережил.

И хотя сегодня на Сахалине работает уже  добрый десяток фирменных японских ресторанов, тот первый от господина Мияниси — непревзойденный долгожитель.

— Одно время в Холмске был подобный, почти вместе открылись, — вспоминает Ютака Мияниси. — Но японского повара там однажды убили, и осталось воспоминание о хорошей кухне и сервисе.

— А вы, — спрашиваю, — никогда не боялись нашей действительности? Дикого рынка?

— Наверное, уже отбоялся, — по-японски спокойно отвечает он.

Испытание дикими девяностыми

У нас говорят, что беда не приходит одна. И Ютака Мияниси испытал на собственной шкуре справедливость этой русской поговорки. В 1997 году, когда он только начинал свой ресторанный бизнес в Южно-Сахалинске, приходилось особенно трудно. Сначала строился, потом терпел сплошные убытки: едва проводив одних проверяющих, видел, как на пороге уже появлялись другие…

5 августа, вернувшись из Саппоро, куда летал, чтобы снять деньги в банке и расплатиться за аренду помещения, он получил очередной горький сюрприз. Когда открыл дверь в снимаемую квартиру по проспекту Мира, был тут же оглушен.

Там его ждала засада. Перед отъездом Мияниси, по простоте душевной, не делал секрета, что летит за деньгами.

Так получил второй сахалинский урок: пока один из юных отморозков издевался и мучил, другой негодяй обыскивал чемоданы японца.

Грабители, действующие по чьей-то наводке, унесли все: и привезенные 10 тысяч долларов, и дорогую фотоаппаратуру, и телевидеотехнику. Общий ущерб, если не считать пережитого стресса и побоев, достиг 18 тысяч «зеленых». В УВД области посочувствовали и… пообещали в течение трех месяцев найти подонков. Увы, не случилось.

В его сердце нет места для злой памяти, он давно простил и тех грабителей, и своих первых обидчиков из гостинично-ресторанного бизнеса. Даже настоятельно просил опустить их имена и название фирмы. Это трудно — научится прощать, но это — главное, уверен японский ветеран малого и очень трудного сахалинского бизнеса.

Почему советская власть хотела продать Сахалин японцам

Но тогда вновь перед ним стояла дилемма: уезжать или остаться? Родные, особенно мама, близко к сердцу восприняли весь ужас пережитого, хотя он их старался беречь и не травмировать рассказами о такой стороне своего сахалинского бытия. Но прознали о несчастье вездесущие японские журналисты. Вопреки увещеваниям близких он снова решил остаться, продолжить дело. Привез с родины новую партию денег.

— Мне было бы стыдно убегать в Саппоро и чувствовать себя побежденным, — объясняет Мияниси. — Я должен был утвердиться, доказать себе и другим, что здесь, несмотря ни на что, и можно, и нужно работать.

Пожалуй, его железной воле могли бы позавидовать даже предки-самураи. Он, правда, говорит, что те были обычными людьми, хотя кто знает.

Когда в очередной раз ныне покойная мама просила его возвращаться, а он традиционно искал предлог уклониться, она со вздохом заметила: «Видать, это зов крови — той же, что была у деда.

Он ведь раньше, как и ты, все рвался на Сахалин. Потом долго жил в Маока…» Маока — это сегодняшний Холмск.

— Так я впервые узнал еще об одной черте своего предка, — замечает Мияниси.

Все остается людям

Этот неспешный, обаятельный и одаренный человек успел повидать много стран в Америке, Европе, Азии. Ему есть с чем сравнивать Сахалин, Россию. У него, в отличие от большинства из нас, есть и возможность выбирать, где лучше работать, петь, дышать.

Но, выходя на финишную прямую жизни, он на десятилетия задержался почему-то именно на нашем острове, не отпугнувшем трудностями.

Многие знакомые бизнесмены не понимают его, предпочитая не связывать свой труд и быт без острой на то необходимости с экстремальными, по их разумению, регионами, где не могут гарантировать 100-процентную безопасность.

А Мияниси так же мотается между Хоккайдо и Сахалином, завозя в свой тихий ресторан морепродукты, которые, по уродливым правилам нашей экономики, российским рыбакам заметно выгоднее сдавать в Японии, поднимая и дальше уровень тамошнего бытия. Еще он помогает нашим беспризорникам, детям-инвалидам, сиротам, тратя на них десятки тысяч долларов в год.

Почему советская власть хотела продать Сахалин японцам

Поскольку своей семьи у Мияниси-сан нет, он как-то признался мне, что когда пробьет его час уходить далеко, безвозвратно, то хотел бы завещать Южно-Сахалинску это свое творение, в которое вкладывал деньги, силы, душу. Отличный ресторан с духом прекрасной страны Восходящего солнца.

Будем надеяться, до финала еще далеко. Очень хочется, чтобы именно этот человек как можно дольше продолжал нести заряд позитива в непростое наше время.

Читайте также:  Почему сына анны ахматовой считали бастардом николая ii

Источник: https://skr.su/news/post/127913

Блоги / Блог «Йода»: Сахалин наш. Как 70 лет назад остров вернулся в состав России

Почему советская власть хотела продать Сахалин японцам Почему советская власть хотела продать Сахалин японцам Курс валют предоставлен сайтом old.kurs.com.ru
Оригинал текста на «Йоде» Одной из главных территориальных задач нашей страны в конце Второй мировой войны стало возвращение южной части Сахалина. 70 лет назад советское руководство утвердило планы по захвату этой японской территории. «Йод» решил вспомнить, как происходило присоединение южного Сахалина, Курил и их жителей к Советской России.

Остров Сахалин и Курильские острова — одни из самых спорных российских территорий. Они всегда меняли владельцев, находясь на окраинах разных империй — российских, китайских, японских. Российским Сахалин стал по договору 1875 года в обмен на установление японского контроля над Курильскими островами, став местом для поселений ссыльных. После русско-японской войны 1904-1905 годов Сахалин был поделен на две части по 50-й параллели — южная отошла к Японии и стала префектурой Карафуто. В первой половине 1920-х годов японцы на время оккупировали северный Сахалин и часть советской территории материка.

Для России полное возвращение Сахалина было одним из важнейших вопросов отечественной внешней политики первой половины XX века. Ближе к концу Второй мировой войны появилась реальная возможность вернуть половину острова.

В январе 1944 года, когда уже произошёл коренной перелом в войне и победа стала неизбежной, заместитель наркома иностранных дел Иван Майский направил записку Молотову, в которой обозначил изменения границ СССР по сравнению с 1941 годом.

Среди них было присоединение Южного Сахалина и Курильских островов.

Присоединение островов напрашивалось не только по геополитическим причинам в виде ослабления японской империи, но и по военным — японский флот достаточно просто мог закрыть для СССР выход из портов в Тихий океан. Это и был основной аргумент Сталина на Тегеранской конференции, который поддержал Черчилль.

Принадлежность территорий до 1905 года к Российской империи позволяло считать их «исконно русскими землями». В 1945 году появились условия, при которых желания о присоединении могли реализоваться.

На Ялтинской конференции в феврале 1945 года СССР, США и Великобритания подписали соглашение, в котором указывалось, что СССР получит Южный Сахалин и Курильские острова в том случае, если вступит в войну с Японией. К началу войны особенно подталкивало США — в том числе, через признания прав СССР на эти спорные территории.

В августе того же года Сталин попытался расширить советские интересы, попросив американцев разделить на советскую и американскую зону крупный остров Хоккайдо, находящийся к югу от Сахалина. В письме президенту США Гарри Трумэну в качестве причины Сталин приводил оккупацию Японией Дальнего Востока в первые годы советской власти.

«Русское общественное мнение было бы серьёзно обижено, если бы русские войска не имели района оккупации в какой-либо части собственно японской территории», — упомянул в письме Сталин. Отказав в разделе Хоккайдо, Трумэн согласился отдать СССР Курильские острова, но не получил в ответ права разместить на них американские базы.

Южный Сахалин с боями был взят советскими войсками за неделю в августе 1945-го. Захват Курильских островов продолжался дольше — несмотря на официальную капитуляцию Японии 2 сентября, Малая Курильская гряда держалась японской армией вплоть до 5 сентября. Пока шли переговоры с США, советская армия была также готова высадиться и на Хоккайдо.

Иосиф Сталин  РУКОВОДИТЕЛЬ СССР, ИЗ ОБРАЩЕНИЯ К НАРОДУ 2 СЕНТЯБРЯ 1945 ГОДА 

Южный Сахалин и Курильские острова отойдут к Советскому Союзу и отныне они будут служить не средством отрыва Советского Союза от океана и базой японского нападения на наш Дальний Восток, а средством прямой связи Советского Союза с океаном и базой обороны нашей страны от японской агрессии.

Сразу же после присоединения территорий возник вопрос, что делать с японским населением. По данным МВД СССР, в 1945 году на южной части Сахалина находилось 340 тысяч человек (до войны — 391 тысяча), из них русских насчитывалось 65 тысяч.

В основном, это были военные и приехавшие — русских старых поселенцев было всего сотня. Причём мужчин на острове было намного больше женщин — 150 тысяч против 124 тысяч. Такая разница связана с эвакуацией в начале войны почти 40 тысяч женщин и детей на японский остров Хоккайдо.

На Курильских островах проживало около 9,5 тысяч японских граждан.

Договор о репатриации был заключён с американским военным главнокомандованием Японии. Военнопленные подлежали репатриации, гражданские лица же формально сначала могли покинуть Советский Союз по желанию.

Не подлежали репатриации 25 тысяч корейцев — так как Корея потеряла статус японской колонии, новые японо-американские власти их у себя не ждали. Из-за этого проблема с выездом возникла и у японцев, которые находились в браке с корейцами.

Примечательно, что сейчас, спустя 70 лет, на Сахалине проживает почти такое же количество корейцев.

Согласно правилам, выехать можно было взяв с собой не больше 1000 иен (советские рубли вывозить было запрещено), 100 килограмм багажа на главу семьи и по 50 килограмм на других членов семьи.

В феврале 1946 года Госбанк изъял из обращения японскую валюту, заставив обменять их на рубли по курсу 1 рубль к 5 иенам.

На иены советские власти закупили в Маньчжурии продовольственные запасы с гаоляном, чумизой, соей, пайзой и рисом.

Переправка японцев осуществлялась через лагерь в портовом городе Маока (ныне Холмск). Зачастую людей перевозили не в пассажирских, а в товарных вагонах. Иногда возникали проблемы с нехваткой мест в лагере. Самый популярный среди мигрантов конец пути — Хоккайдо. В островном центре Саппоро находился американский приемный пункт, где японцы проходили дезинфекцию.

Механизмы переселения народов для сталинской России были привычны, но быстрыми и жесткими методами сделать это было нельзя — кому-то нужно было поддерживать инфраструктуру островов.

Впоследствии возникнет проблема — японцы уезжают слишком быстро, а по плану завоза населения с материка восполнить потери не получается.

В 1946 году на остров переехали 4 тысячи семей, в основном из центральной России (треть из них работали в рыбной промышленности). План восстановления хозяйства в срок оказался под угрозой.

Дмитрий Крюков  ПРЕДСЕДАТЕЛЬ САХАЛИНСКОГО ОБЛИСПОЛКОМА В 1947 ГОДУ 

Председатель Лесогорского райисполкома товарищ Дергачёв получил указание от секретаря райкома ВКП (б) товарища Бережного: «Распоряжение Облисполкома не выполнять и никого не репатриировать», так как ему дали такие указания заведущий Промышленным отделом обкома ВКП (б) и секретарь обкома ВКП (б) товарищ Колесников.

Некоторые оставались — в Японии с экономикой на тот момент были проблемы. Японцам предлагали заключить контракты и остаться работать в СССР на 2-3 года. Во многом для этого просоветской агитацией посредством чтения лекций занималась небольшая часть японской интеллигенции. Кроме того, условия работы и жизни для необеспеченных японцев улучшились с приходом советской власти.

Некоторые оставались — в Японии с экономикой на тот момент были проблемы. Японцам предлагали заключить контракты и остаться работать в СССР на 2-3 года. Во многом для этого просоветской агитацией посредством чтения лекций занималась небольшая часть японской интеллигенции. Кроме того, условия работы и жизни для необеспеченных японцев улучшились с приходом советской власти.

Сокольников  ЗАМНАЧАЛЬНИК ПО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЧАСТИ КУРИЛЬСКОГО РАЙОННОГО УПРАВЛЕНИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ 

Среди японского населения наблюдаются разные толкования по вопросу о репатриации. Многие японцы высказывают мысль — если русские разрешат остаться жить здесь, то мы никуда не поедем. Эта часть японских граждан хорошо относится к работе и стремится улучшить взаимоотношения с русскими. Единственное сомнение японцев сводится к тому, что будут ли русские обеспечивать нас рисом.

Но не все японцы были нужны советской власти. На территориях, предназначенных для колхозов, часто располагались хозяйства крестьян — если такие японцы не торопились уезжать, то хозяйство у них отбирали. Была установлена очередность отправки японцев.

Первыми выселяли «буржуев» — собственников предприятий, чиновников, торговцев, служащих с членами семьи эвакуировали еще во время войны. Затем пришла очередь рабочих и крестьян, собравших урожай 1947 года (остальных отправляли при возможности замены их советскими переселенцами).

В последнюю плановую очередь выселяли учителей, врачей, инженеров, рыбаков и священнослужителей. Стоит отметить, что священников в их деятельности не ограничивали и выдавали пайки наравне с остальным местным населением.

Иногда японцы лишались возможности покинуть остров — например, в случае болезни или порче хозяйственного имущества. Семьи выселяли целиком и вместе — их не могли разделять при репатриации.

Расплачивались за работу с японцами по довоенным нормам. Кроме того, с них также собирали налоги.

На японцев распространялось право на бесплатное образование, медицинское обслуживание (в самой Японии услуги врачей были платные), восьмичасовой рабочий день (вместо 12-14 часового) и право на отпуск.

По словам главы гражданского управления Дмитрия Крюкова, от Сталина исходило прямое указание относиться к местному населению «лояльнее».

Маэда Иосики  ИЗ ПИСЬМА ЖИТЕЛЬНИЦЫ САХАЛИНА 

Мы не обслуживаем уже мужчин, наши дома закрыты. Всех нас устроили на работу и платят одинаково, как и мужчинам. Никто нас не трогает. Теперь мы живем, как и русские женщины, даже устраиваем с ними спортивные игры.

Случаи намеренной порчи имущества заставили властей в 1948 году установить ужесточенный порядок репатриации — о переселение объявлялось всего за сутки до отправки в лагерь. За японцами в эти 24 часа наблюдали силовики из МВД и МГБ.

К лету 1949 года Сахалин покинули все японцы, кроме согласившихся остаться и потерянных. Репатриация последних продолжалась до семидесятых годов. В 1956-м, после восстановления дипломатических отношений с Японией, по советско-японской декларации возможность уехать представилась оставшимся военнопленным и части корейцев, женатых на японках.

Общественная борьба за возвращение остальных корейцев велась до конца XX века, когда переезд благодаря адаптации нового поколения стал бессмыслен. Но всё осложнялось тем, что у СССР и подконтрольной США Южной Кореи не было дипломатических отношений, а односторонняя репатриация была запрещена ООН.

Общественная организация корейцев судилась с японским правительством по вопросу репатриации, но смогла добиться только небольшой материальной помощи.

Новые жители острова, переехавшие с материка, получали преимущества. Во-первых, они освобождались от налогов и страховых платежей. Во-вторых, получали единовременную материальную помощь — 3 тысячи рублей на главу семьи и по 600 рублей на других членов (средняя зарплата по стране тогда составляла 442 рубля, в сельском хозяйстве в два раза меньше).

В-третьих, они получали жильё, а с колхозников списывали долги — иногда из-за этого переезжали целые колхозы. Бесплатно семья переселенцев могла перевести до 2 тонн имущества (бессемейные — до полтонны). Запасы продовольствия тоже не пропадали — они возвращались на новом месте через обменные квитанции.

У приезжающих на Курильские острова управленцев официальная зарплата была в два раза больше, чем в стране, на Сахалине — на 50% больше.

Но в реальности не все было так радужно. Остро стояла проблема жилья — в первой год переселения успели построить только 15% домов от общего плана. Большинство переселенцев-рыбаков жили в отремонтированных старых домах, в которые порой приходилось заселять сразу несколько человек.

Из-за кладки кирпичных печей многие дома начинали гореть. Улицы в японских городах были узкие, здания стояли вплотную друг к другу, огонь распространялся быстро — для его остановки дома не тушили, а разбирали. У крестьян ситуация была лучше — к 1947 году у каждой семьи был собственный дом или квартира.

Власти же все проблемы с хозяйственным устройством признавали официально.

В 1949 году поддержка переселенцев ослабла — единовременные выплаты уменьшились в два раза, на постройку жилья и организацию хозяйства частным лицам или колхозам стал выдаваться льготный кредит (половину долга гасило государство).

Плохо работавших или вышедших из колхозов наказывали лишением льгот и взысканием государственных трат на переселение. К середине того года на Сахалин прибыли 11 тысяч семей (7,5 тысяч — в рыбацкие колхозы). Из них треть почти сразу отправилась обратно.

В 1950 году обратно вернулась половина переселенцев — 55,1%.

Доставляли новых жителей по морскому пути с помощью пароходов. Паромную переправу до Холмска откроют только через 30 лет. Строительству десятикилометрового тоннеля между материком и северной частью Сахалина, начатому в 1950 году, не суждено было завершиться из-за дороговизны и смерти Сталина.

Продолжение материала читайте на «Йоде»

Читайте нас в ТвиттереВКонтактеФейсбуке

Источник: https://echo.msk.ru/blog/yopolisnews/1500722-echo/

Почему японцы хотят вернуть Курилы

Почему Япония требует Курильские острова. Сайт «Русская семерка»

Владимир Путин допустил компромисс с Японией по Курилам. Проблема островов снова становится актуальной

На прошедшем недавно во Владивостоке Восточном экономическом форуме премьер-министр Японии Синдзо Абэ сделал громкое заявление по курильскому вопросу, на пленарном заседании с участием руководителей стран АТР он предложил президенту РФ Владимиру Путину начать новую эпоху отношений России и Японии.

«Давайте поставим точку в этой ненормальной ситуации, которая длилась 70 лет и вместе начнем строить новую эпоху в японско-российских отношениях, которая продлится следующие 70 лет», — цитирует слова Абэ агентство Regnum.

Так почему же все эти 70 лет Япония так рьяно требовала от России спорные острова, пытается дать ответ издание «Русская семерка», сообщает ИА SakhalinMedia.

К истокам проблемы

Одним из первых документов, регламентирующих русско-японские отношения, стал Симодский трактат, подписанный 26 января 1855 года. Согласно второй статье трактата граница устанавливалась между островами Уруп и Итуруп — то есть владением Японии признавались все четыре острова, на которые Япония претендует в наши дни.

С 1981 года день заключения Симодского трактата в Японии отмечается как «День Северных территорий».

Другое дело, что опираясь на Симодский трактат как один из основополагающих документов, в Японии забывают об одном немаловажном моменте. В 1904 году Япония, напав на русскую эскадру в Порт-Артуре и развязав Русско-японскую войну, нарушила условия трактата, предусматривавшего дружбу и добрососедские отношения между государствами.

Симодский трактат не определял принадлежность Сахалина, где находились как русские, так и японские поселения, и к середине 70-х годов назрело решение и этого вопроса. Был подписан Санкт-Петербургский договор, который неоднозначно оценили обе стороны.

По условиям договора к Японии теперь полностью отходили все Курильские острова, а Россия получала полный контроль над Сахалином. Затем по итогам Русско-японской войны, согласно Портсмутскому договору, к Японии отошла южная часть Сахалина до 50 параллели.

В 1925 году в Пекине была подписана советско-японская конвенция в целом подтверждавшая условия Портсмутского договора. Как известно, конец 30-х — начало 40-х годов были крайне напряженными в советско-японских отношениях и были связаны с серией различных по своим масштабам военных конфликтов.

Ситуация стала меняться к 1945 году, когда страны Оси стали терпеть тяжелые поражения и перспектива проигрыша Второй мировой войны становилась все более очевидной. На этом фоне возник вопрос о послевоенном устройстве мира. Так, согласно условиям Ялтинской конференции, СССР обязывался вступить в войну против Японии, а к Советскому Союзу отходили Южный Сахалин и Курильские острова.

Правда, тогда же японское руководство готово было в обмен на нейтралитет СССР и поставки советской нефти добровольно уступить эти территории. СССР на подобный весьма скользкий шаг не пошел.

Поражение Японии к тому моменту было делом может не быстрого, но все же времени.

И главное, устраняясь от решительных действий, Советский Союз фактически бы отдавал ситуацию на Дальнем Востоке в руки США и их союзников.

Читайте также:  С кем раньше начинал жить русский мужчина после 40 лет

Кстати, это относится и к событиям Советско-японской войны и непосредственно Курильской десантной операции, которая изначально не готовилась. Когда же стало известно о подготовке высадки американских войск на Курилы, в срочном порядке за сутки была подготовлена Курильская десантная операция. Ожесточенные бои в августе 1945 года закончились капитуляцией японских гарнизонов на Курилах.

К счастью, японское командование не знало реальной численности советских десантников и, не используя полностью свой подавляющий численный перевес, капитулировало. Одновременно была проведена и Южно-Сахалинская наступательная операция. Так, ценой немалых потерь, Южный Сахалин и Курильские острова вошли в состав СССР.

Сан-Франциско

Мирный договор между державами-победительницами и Японией был подписан в Сан-Франциско 8 сентября 1951 года. Япония согласно данному документу отказалась от всяких прав на Курильские острова.

Однако советская делегация этот договор не подписала. Ряд исследователей считает это серьезной ошибкой советской дипломатии, однако для этого были весьма веские основания, пишет «Русская семерка».

Во-первых, в документе не указывалось что такое Курильские острова с их перечислением — американская сторона заявила что это может установить только специальный международный суд. Да и глава японской делегации с подачи американцев заявил, что Кунашир, Итуруп, Шикотан и Хабомаи не входят в Курильские острова.

Во-вторых, интересно, что Япония от прав на острова отказывалась, но из документа не следовало, к кому данные острова переходили…. по сути договор не подтверждал право СССР на Курилы, а переводил проблему в неопределенное русло.

Любимый японский документ

19 октября 1956 года была подписана советско-японская декларация, призванная подготовить базу для подготовки мирного договора.

На этой волне советская сторона, «идя на встречу пожеланиям Японии и учитывая интересы японского государства, соглашается на передачу Японии островов Хабомаи и Сикотан (Шикотан) с тем, однако, что фактическая передача этих островов Японии будет произведена после подписания мирного договора».

Как многие правовые документы, декларация, которую в наши дни так любят вспоминать японские политики, имеет еще ряд тонкостей.

Во-первых, если СССР готов передать, значит подобный документ признает саму принадлежность островов Советскому Союзу.

Во-вторых, передача должна состояться после подписания мирного договора. И в третьих, речь шла только о двух южных островах Хабомаи и Шикотан.

Для 1956 года подобную декларацию обе стороны оценили как позитивный прорыв в советско-японских отношениях, что в немалой степени встревожило США. Под давление Вашингтона был сменен кабинет министров Японии, а курс взят на подписание американо-японского военного договора, который был окончательно оформлен в 1960 году.

Тогда впервые с японской стороны, не без помощи США, были озвучены требования на передачу уже не двух, а всех четырех островов. Соединенные Штаты же указывали, что Ялтинские соглашения носят декларативный, но вовсе не обязательный к реализации характер.

Почему советская власть хотела продать Сахалин японцам

Президент Путин и премьер-министр Японии Синдзо Абэ на Восточном экономическом форуме. ТАСС, ВЭФ

Поскольку договор включал пункты о размещении американских баз в Японии, в памятной записке правительства СССР правительству Японии от 27 января 1960 года отмечалось: «Новый военный договор, подписанный правительством Японии направлен против Советского Союза, как и против Китайской Народной Республики, не может содействовать тому, чтобы передачей указанных Японии островов была расширена территория, используемая иностранными войсками. Ввиду этого, Советское правительство считает необходимым заявить, что только при условии вывода всех иностранных войск с территории Японии и подписанием мирного договора между СССР и Японией острова Хабомаи и Сикотан будут переданы Японии, как это предусмотрено Совместной декларацией».

Но, как известно, американские войска до сих пор стоят на японских островах, а японское правительство, постоянно ссылаясь на декларацию, требует до подписания мира передачу не двух, а четырех островов.

От перестройки к нашим дням

В условиях ослабления СССР, во второй половине 1980-х годов, вопрос о передаче Курильских островов снова был поднят Японией. К сожалению, ряд шагов советской и молодой российской дипломатии, не соответствовал интересам государства. Одним из ключевых моментов стало признание самой проблемы островов и ведение в выгодном для противоположной стороны ключе.

По сути, тема Курильских острова могли стать разменной монетой в политике как Горбачева, так и Ельцина, рассчитывавших на приличную материальную компенсацию в обмен на острова.

И если первый вел форсированный процесс, то Ельцин допускал передачу островов в отдаленном будущем (15-20 лет).

Однако невозможно было не считаться с теми колоссальными издержками, которые неизбежно проявились бы внутри страны в случае территориальных уступок.

Такая политика маятника продолжалась практически всю «ельцинскую эпоху», российская дипломатия уходила от прямого решения проблемы, что в условиях кризиса негативного сказалось во всех отношениях.

На современном этапе серьезных подвижек в вопросе Курильских островов не происходит в силу крайне неуступчивой позиции Японии, ставящей в качестве предварительного условия передачу всех четырех островов, а затем уже обсуждение подписания мирного договора.

Какие дальше условия может выдвинуть японский МИД можно только гадать. Во всяком случае, ближайшее решение данного вопроса маловероятно.

  • ССЫЛКИ ПО ТЕМЕ:
  • Япония выразила протест России из-за задержания ее гражданина, посетившего Курилы
  • Освобождение Сахалина и Курил от японцев стоило две тысячи жизней советских воинов

20.01.2017

57076

Источник: https://sakhalinmedia.ru/news/529652/

За потерю половины Сахалина Витте был возведён в графы

?

Олег Вещий (arctus) wrote, 2016-08-21 19:00:00 Олег Вещий arctus 2016-08-21 19:00:00 Categories:

  • история
  • армия
  • россия
  • Cancel

Возведение «в графское достоинство» было воспринято с большой долей сарказма и издевкой — в народе Витте окрестили графом — «полусахалинским».Об этом, а так же о реально довольно начальных скромных претензиях Японии, о причинах «сдачи» этот материал.

Японцы сначала имели довольно скромные претензии. Им достаточно было, по перечню разработанных японцами еще в 1904 году условиям мира:

— Россия признает право Японии на свободу действий в Корее;— её войска выводятся из Маньчжурии;— КВЖД используется исключительно для торгово-промышленных целей;— Япония получает железную дорогу Харбин — Порт-Артур;— Япония занимает Ляодунский полуостров.В «зависимости от ситуации» надлежало настаивать на выплате контрибуции, а также уступке всего Сахалина и предоставлении Японии права на рыболовство в российских водах Приморья.Инициативу к мирным переговорам проявили японцы. Япония к лету 1905 почти обанкротилась на войне. Но в стране восходящего солнца не хотели, чтобы официальное предложение о мире исходило от них, поэтому расчет делался на посредничество США. и еще в марте 1905 г. они довели до сведения президента США Рузвельта желание войну закончить.

Российский министр иностранных дел через французов довел до сведения японцев позицию своего правительства, которая была сформулирована в виде своеобразного меморандума о четырех «нет».

Петербург исключал согласие на уступки какой-либо части русской территории, уплату военной контрибуции, изъятие железнодорожных линий по направлению к Владивостоку, уничтожение русского военного флота на Тихом океане.

Это до Цусимы.После же поражения России японцы выдвинули уже другие условия.31 мая МИД Японии обратился к Рузвельту с просьбой вновь созвать стороны.

Николай II срочно созвал военное совещание, по результатам которого царь смирился с поражением и желал завершить войну, пока она не перекинулась на территорию российской метрополии.

Причиной являлись нестроения в государстве российском — повсеместные забастовки, крестьянские восстания, проникновение революционных настроений в армию и на флот, которые создавали реальную опасность для царизма. В 1905 году.

Заседания мирной конференции по предложению американцев начались 9 августа 1905 года в курортном Портсмуте (США).

В инструкциях правительства для японской делегации требования к России были подразделены на три категории по степени важности и обязательности выполнения.

Так как японское правительство знало о категорическом несогласии царя и его правительства выплачивать контрибуцию, выдавать русские военные корабли, отказываться от Сахалина, эти и некоторые другие требования были отнесены во вторую группу уступок, которых следовало добиваться «в зависимости от обстановки». В третью группу входили предназначенные скорее для торга явно завышенные и нереальные условия, как то: разоружение Владивостока и превращение его в чисто коммерческий порт, ограничение военно-морских сил России на Тихом океане….

Русской делегации было запрещено соглашаться с требованиями, затрагивающими собственно российские интересы и имущество. По сути дела «очищение Маньчжурии» было главным условием, на которое могли согласиться русские уполномоченные ради достижения соглашения о мире.

Как и ожидалось, в Портсмуте японцы сначала предъявили максимальные требования. Они были сведены в 12 пунктов.

[12 пунктов требований]- Россия, признавая, что Япония имеет в Корее преобладающие политические, военные и экономические интересы, обязуется не препятствовать тем мерам руководства, покровительства или надзора, кои Япония считает нужным принять в Корее.Россия обязуется совершенно эвакуировать Маньчжурию в течение определенного срока и отказаться от всех территориальных выгод и преимущественных исключительных концессий и прав в этой местности, нарушающих китайский суверенитет и несовместимых с принципом одинакового благоприятствования.- Япония обязуется возвратить Китаю под условием проведения им реформ и улучшения управления все те части Маньчжурии, кои находятся в ее оккупации, исключая те, на кои распространяется аренда Ляодунского полуострова.- Япония и Россия взаимно обязуются не препятствовать общим мерам, кои Китай признает нужным принять для развития торговли и промышленности в Маньчжурии.Сахалин и все прилегающие острова и все общественные сооружения и имущества уступаются Японии.- Аренда Порт-Артура, Талиена (Дальнего) и прилегающие местности и территориальные воды, а равно все права, привилегии, концессии и преимущества, приобретенные Россией у Китая в связи или как часть этой аренды, и все общественные сооружения и имущества передаются и закрепляются за Японией.- Россия предоставляет и передает Японии свободную от всех претензий и обязательств железную дорогу между Харбином и Порт-Артуром и все ее разветвления вместе с правами, привилегиями, преимуществами и всеми угольными копями, принадлежащими или разрабатываемыми в пользу железной дороги.- Россия удерживает и эксплуатирует трансманчжурскую железную дорогу на условиях и в зависимости от концессии на ее сооружение, а также под условием, что дорога будет эксплуатироваться исключительно для коммерческих и промышленных целей.- Россия возмещает Японии действительные издержки за войну. Размер, а равно время и способ этого возмещения будут определены впоследствии.- Все русские военные суда, получившие повреждения и интернированные в нейтральных портах, будут выданы Японии как законные призы.- Россия обязуется ограничить свои морские силы в дальневосточных водах.

— Русское правительство предоставит японским подданным полные права рыбной ловли вдоль побережья, в заливах, гаванях, бухтах и реках своих владений и Японском, Охотском и Беринговом морях.

В качестве контрибуции японское правительство потребовало от России огромную по тем временам сумму в 1,2 млрд иен (в то время иена равнялась приблизительно русскому золотому рублю).

Для царского правительства выплата контрибуции была оскорбительной, тем более что Россия не считала себя побежденной.

В ответ на японские требования Витте заявлял: «Если бы Россия была окончательно разбита, что было бы лишь в том случае, если бы японские войска пришли в Москву, тогда только мы сочли бы естественным возбуждение вопроса о контрибуции».

Единственное, на что соглашалась русская делегация по финансовым вопросам, была компенсация затрат на содержание в Японии русских военнопленных, да и то на основе взаимности. В инструкции в адрес Витте указывалось: «Ни пяди земли, ни копейки вознаграждения».

В ответ японцы предложили «компромисс» — Россия уступает Японии не весь, а южную половину Сахалина с уплатой 1,2 млрд иен за сохранение в своем составе северной части острова.Витте отверг предложенное. Переговоры были прерваны, что обеспокоило не только японцев, но и американцев.

Президент Рузвельт направил личное послание Николаю II.

Николай II, приняв 23 августа американского посла, в конце концов дал согласие учесть предложение Рузвельта и ради установления мира пожертвовать половиной принадлежавшего России острова Сахалин.

Ну и минус контрибуция, которую он посчитал оскорбительной.

5 сентября 1905 г. был заключен положивший конец Русско-японской войне Портсмутский мирный договор. Согласно статье 9 договора Россия уступала Японии южную часть Сахалина по 50-ю параллель.

Стремясь снять с Николая II ответственность за сдачу японцам российской территории — южного Сахалина, царское правительство и двор представляли эту уступку как проявление дипломатического таланта Витте, который якобы добился весьма многого в отстаивании на переговорах интересов России. С этой целью он был с помпой возведен в графское звание и всячески прославлен.

Журнал «Нива» за 1905 г. писал:

[Выдержка из статьи]

«…Наибольшие затруднения встретились по вопросу о контрибуции, уступке Сахалина, передаче Японии всех интернированных в иностранных гаванях русских военных судов и ограничения прав России увеличивать свой флот на Тихом океане.

По всем этим пунктам Россия ответила категорическим отказом и только после личного вмешательства президента Рузвельта согласилась на уступку южной части острова в границах прежних японских владений.

Сама по себе уступка части Сахалина для России тоже не имеет никакого практического значения, так как баснословные минеральные богатства нами не разрабатываются и потому не оправдывают значительных расходов на управление ими.

Читайте также:  С кем воевал пржевальский до того, как стал путешественником

Но зато в моральном отношении эта жертва, принесенная Россией на алтарь мира, несомненно, стоит нам очень дорого, так как по общепринятому правилу уступка территории равносильна официальному признанию себя побежденной страной.

Наши уполномоченные, очевидно, не хотели жертвовать реальными выгодами во имя условных понятий и предпочли уступить часть нашей области, дабы избавить свою страну от продолжения кровопролития, колоссальных военных расходов и риска новых неудач. При тех условиях, в которые мы были поставлены, более сносный мир едва ли был бы возможным.

Россия имеет полное право радоваться такой развязке и считает ее благополучной, потому что при недостаточной боевой организации армии, флота и путей сообщения с театром военных действий, при беспрерывных забастовках на заводах военного и морского ведомств и беспорядках внутри империи, наименьшее зло должно считаться уже за положительное благо. При наличности таких условий никто бы не решился взять на свою совесть риск продолжать войну без уверенности в победе, потому что, в случае новых неудач, заключение мира обошлось бы гораздо дороже. Простое государственное благоразумие заставило наших уполномоченных считать худой мир лучше доброй ссоры. С решимостью и хладнокровием государственных людей они пожертвовали самолюбием народа во имя его спокойствия…

Высочайшим Указом от 18 сентября наш «мирный победитель японцев», С. Ю. Витте, в награду за свою замечательную деятельность на Портсмутской конференции возведен в графское достоинство.

Награда эта, по словам Указа, даруется ему именно «в воздаяние его заслуг перед Престолом и Отечеством и отличного выполнения возложенного на него поручения первостепенной государственной важности».Однако подобные славословия и панегирики не могли скрыть позор поражения царизма.

Возведение «в графское достоинство» было воспринято с большой долей сарказма и издевкой — в народе Витте окрестили графом — «полусахалинским». Нелестные оценки за унижение России и многочисленные бесполезные жертвы были даны и русскому монарху, как и всему его прогнившему режиму.

По материалам Анатолия Кошкина, ИА Regnum

Источник: https://arctus.livejournal.com/184075.html

Концессии на Сахалине

09 июня 2016 года

Еще до того, как пришедшие к власти либералы гайдаро-чубайсо-коховского пошиба по указке своих заокеанских покровителей начали за бесценок распродавать национальные богатства России, подобная попытка продать Северный Сахалин была предпринята в двадцатые годы прошлого века.

Среди прочих держав Япония высадила свой десант во Владивостоке в 1918 году, а 21 апреля 1920 года оккупировала Северный Сахалин (напомним, что Южный Сахалин отошёл России после поражения в русско-японской войне).

На Сахалине их интересовали прежде всего уголь, рыба и нефть. Правда, в больших масштабах добывать нефть у японцев в то время не получилось – за 5 лет оккупации с острова было вывезено всего около 20-25 тыс. тонн.

25 октября 1922 года Владивосток был взят частями Народно-революционной армии Дальневосточной республики, и в этот же день завершилась эвакуация японских войск из Владивостока. Однако Северный Сахалин оставался оккупированным. Военных возможностей выгнать оттуда японцев у молодого советского государства ещё не было.

Для выдавливания японцев с Сахалина было решено подключить США. 14 мая 1921 г. правительство Дальневосточной республики и представитель американской нефтедобывающей компании «Синклер ойл» подписали предварительный договор о концессии на добычу нефти на Северном Сахалине.

31 мая госсекретарь США Чарльз Хьюзо в ноте, направленной правительству микадо, твердо заявил, что Соединенные Штаты «не могут согласиться на принятие японским правительством каких-либо мер, которые нарушали бы… территориальную неприкосновенность России».

Северный Сахалин прямо не был назван, но явно подразумевался.

В соответствии с договором американская компания получила концессию на два участка общей площадью около 1000 кв. км для добычи нефти и газа сроком на 36 лет.

«Синклер ойл», в свою очередь, обязывалась затратить на разведку и добычу не менее 200 тысяч долларов, в конце второго года запустить одну буровую, а к концу пятого – еще одну. Арендная плата устанавливалась в традиционной форме: 5% от ежегодной валовой добычи, но не менее 50 тысяч долларов.

В качестве обеспечения будущих выплат компания немедленно вносила в Госбанк ДВР 100 тысяч долларов и гарантийное письмо на 400 тысяч.

Однако, вопреки ожиданиям, американское правительство никаких шагов по давлению на Японию и обеспечению интересов «Синклер ойл» на Северном Сахалине не предпринимало.

В начале 1923 года верный соратник Льва Троцкого (Бронштейна) Адольф Иоффе, представлявший РСФСР и ДВР на переговорах с японцами, информировал Политбюро и Наркоминдел о весьма интересном, с его точки зрения, предложении Токио: продать Северный Сахалин Японии и тем самым разрубить гордиев узел проблем, связанных с этой «спорной» территорией.

Политбюро, не имея возможности сразу же отвергнуть эту идею (Иоффе открыто поддерживал Лев Троцкий), поступило чисто бюрократически. 5 мая 1923 г. была образована комиссия по определению экономической и стратегической ценности острова Сахалин, члены которой единодушно постановили, что Северный Сахалин необходимо сохранить за СССР любой ценой.

Неизвестно, на что рассчитывали американцы, но 7 февраля 1924 года два инженера «Синклер Ойл – МакКаллох и МакЛафлин – высадились на западном побережье Сахалина, в районе селения Погиби, где их незамедлительно арестовали японцы и, продержав несколько дней взаперти, выслали. Однако и этот инцидент не вызвал никакой реакции со стороны американского правительства.

14 мая 1924 года начались официальные советско-японские переговоры в Пекине, итогом которых стало подписание 20 января 1925 года советско-японской конвенции об основных принципах взаимоотношений.

Согласно конвенции, Япония обязалась к 15 мая 1925 года вывести свои войска с территории Северного Сахалина, который немедленно после этого на основании протокола «А» переходил под суверенитет СССР.

Но японцы соглашались уйти с Северного Сахалина не просто так – условием была сдача им в концессию всех или, как минимум, 60% нефтяных скважин. В результате многомесячных переговоров 14 декабря 1925 года был подписан договор о концессиях, согласно которому Японии на срок от 40 до 50 лет выделялось 50% площади нефтяных и угольных месторождений.

В качестве платы за концессию японцы обязаны были отчислять советскому правительству от 5 до 45% валового дохода. Кроме того, концессионер платил местные и государственные налоги, а также арендную плату.

Японской стороне было дано право завозить рабочую силу из Японии в соотношении: 25% неквалифицированной и 50% квалифицированной рабочей силы.

Для эксплуатации нефтяных месторождений японские предприниматели создали в 1926 году «Акционерное общество Северо-Сахалинских нефтяных предпринимателей».

Ну а «Синклер ойл» осталась ни с чем. 24 марта 1925 г. Московский губернский суд вынес решение по делу о расторжении договора с компанией «Синклер ойл», признав его утратившим силу. Также суд признал, что равным образом утратило силу гарантийное письмо, предоставленное компанией, а внесенные в обеспечение исполнения договора деньги не подлежат обращению в доход СССР.

Добыча нефти на концессиях росла и к середине 30-х стабилизировалась на уровне 160-180 тыс. тонн в год. Между советскими органами власти и концессионером постоянно возникали разногласия, были случаи нарушения договора, причем обеими сторонами.

С началом японо-китайской войны (1937) на концессиях начался спад добычи нефти, связанный с резким ухудшением советско-японских отношений (Хасан, Халхин-Гол) и постоянными требованиями советского правительства ликвидировать концессии.

Напомню также, что СССР оказывал военную помощь Китаю для защиты от японской агрессии.

К вопросу о принадлежности Северного Сахалина Япония вернулась во время переговоров с СССР о подписании договора о нейтралитете в 1940-41 годах. Япония предлагала Северный Сахалин продать.

Вот как описывает ход переговоров очевидец.

«Отвергнув претензии Японии на Северный Сахалин, он [Сталин] заявил о желании вернуть в состав территории Советского Союза южную часть этого острова, отторгнутую от России в результате Русско-японской войны 1904 – 905 гг. Мацуока (министр иностранных дел Японии.

Ред.) возражал, ссылаясь на то, что южная часть Сахалина заселена японцами, и России лучше обратить внимание на расширение своих территорий за счет арабских стран, вместо того, чтобы претендовать на территории, соседствующие с японской метрополией.

Это была «домашняя заготовка» Мацуоки. Готовясь к переговорам с Советским Союзом, министерство иностранных дел Японии разработало программу заключения с СССР пакта о ненападении.

Одним из пунктов этой программы предусматривалось: «В подходящий момент включить в сферу влияния Японии (в результате покупки или обмена территориями) Северный Сахалин и Приморье».

Для того, чтобы побудить советское правительство пересмотреть свою политику в отношении японо-китайской войны, в документе намечалось предложить Советскому Союзу следующее: «СССР признает интересы Японии во Внутренней Монголии и в трех провинциях Северного Китая.

Япония признает традиционные интересы Советского Союза во Внешней Монголии и Синьцзяне. СССР соглашается с продвижением Японии в направлении Французского Индокитая и Голландской Индии. Япония соглашается с будущим продвижением Советского Союза в направлении Афганистана, Персии (впоследствии сюда включается и Индия)».

Попытка Мацуоки изложить этот «план» Сталину реакции последнего не вызвала.

Проигнорировав геополитические прожекты Мацуоки, Сталин выложил на стол проект советско-японского пакта о нейтралитете, который состоял из четырех статей.

Статья 1 предусматривала обязательство обеих сторон поддерживать мирные и дружественные отношения между собой и взаимно уважать территориальную целостность и неприкосновенность другой договаривающейся стороны.

В статье 2 говорилось, что в случае, если одна из договаривающихся сторон окажется объектом военных действий со стороны одной или нескольких третьих держав, другая договаривающаяся сторона будет соблюдать нейтралитет в продолжение всего конфликта. Статья 3 предусматривала, что пакт сохраняет силу в течение пяти лет.

Предложенный Сталиным вариант соглашения не требовал от Токио никаких уступок, кроме согласия на ликвидацию на приемлемых условиях концессий на Северном Сахалине. К тому же откровенность и примирительный дружественный тон Сталина убеждали Мацуоку, что советский лидер искренне стремится на продолжительный срок избежать новых конфликтов с Японией.

Связавшись с Токио, Мацуока получил согласие на подписание предложенного советской стороной документа. Вместе с тем в инструкциях японского правительства было подчеркнуто, что «Тройственный пакт не должен быть ослаблен».

13 апреля 1941 г. в Кремле был подписан Пакт о нейтралитете между Японией и Советским Союзом.

Одновременно была подписана Декларация о взаимном уважении территориальной целостности и неприкосновенности границ Монгольской Народной Республики и Маньчжоу-Го.

Была достигнута и договоренность о разрешении в течение нескольких месяцев вопроса о ликвидации японских концессий на Северном Сахалине. Однако по просьбе японской стороны об этой договоренности в печати не сообщалось».

Нападение Германии на СССР оттянуло решение вопроса о закрытии японских концессий. Посчитав, что в условиях ведения войны на западе СССР не захочет рисковать открывать второй фронт на Дальнем Востоке и силой выгонять японцев с Северного Сахалина, японские концессии в нарушение пакта о нейтралитете продолжили действовать. На тот момент их расчёт оказался верным.

После поражения Германии в Сталинградской битве японское правительство осознало, что Германия потерпит в этой войне поражение, а, значит, СССР сможет перекинуть свои войска на Дальний Восток для боевых действий против Японии.

В стремлении не допустить выхода СССР из договора о нейтралитете 19 июня 1943 г. координационный совет японского правительства и императорской ставки принял принципиальное решение о ликвидации концессий. Переговоры шли медленно и продолжались до марта 1944 г.

Во время состоявшейся 2 февраля 1944 г. беседы с послом США Гарриманом Сталин отмечал, что «японцы очень перепуганы, они очень беспокоятся за будущее». Он говорил: «Мы имеем с японцами договор о нейтралитете, который был заключен около трех лет тому назад.

Этот договор был опубликован. Но кроме этого договора состоялся обмен письмами, которые японцы просили нас не публиковать. В этих письмах шла речь о том, что японцы обязуются отказаться до окончания срока от своих концессий на Сахалине: от угольной и от нефтяной…

Нас особенно интересуют нефтяные концессии, так как на Сахалине много нефти. При обмене письмами японцы обязались отказаться от концессий в течение шести месяцев, то есть до октября 1941 года.

Но они этого не сделали до настоящего времени, несмотря на то, что мы несколько раз ставили перед ними этот вопрос. А теперь японцы сами обратились к нам и говорят, что они хотели бы урегулировать это дело».

30 марта 1944 года в Москве был подписан протокол, по которому японские нефтяные и угольные концессии передавались в собственность СССР.

В порядке компенсации СССР выплачивал Японии 5 миллионов рублей и обещал продавать Японии 50 тысяч тонн сырой нефти с Охинских скважин в течение 5 лет «после окончания настоящей войны».

Тогда же было принято решение о закрытии генерального консульства в Александровске и вице-консульства в Охе.

После победы СССР над Японией Советскому Союзу был возвращён Южный Сахалин и Курильские острова.

«Рыбак Сахалина» № 22 от 9 июня 2016 г.

Источник: https://fishnews.ru/rubric/gazeta-ryibak-sahalina/10099

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector