Против самостийности: как воевали червонные казаки примакова

Имя основателя и бессменного командира первого регулярного украинского красного воинского соединения Виталия Примакова, в отличие от громких имен Чапаева, Котовского, Щорса не очень известно. Но в своё время он был звездой первой величины.

«Печенег!»

Судьба сына сельского учителя Виталия Примакова тесно переплетена с семьей известного украинского писателя Михаила Коцюбинского. Кроме того, что он часто бывал в гостеприимном доме Коцюбинских на Северянской улице Чернигова, гимназическая дружба с его сыном Юрием скрепилась общими делами.

Вместе они посещали большевистский кружок, учились друг у друга ораторскому искусству. Вместе принимали участие в штурме Зимнего Дворца. Вместе в январе 1918 года брали Киев. Виталий даже породнился с другом, взяв в жены дочь Михаила Михаиловича Коцюбинского Оксану.Сын классика украинской литературы Юрий Коцюбинский (слева) и Виталий Примаков – первые командиры червонного казачества, громившие Петлюру и войска Директории.Тени казацких предков мелькали на скуластом смуглом лице невысокого, но развитого крепыша, когда он видел, как старшие гимназисты обижают младших. Невзирая на лица, Виталий бросался в бой, и за эти страстные порывы однокашники прозвали его «печенегом». Он еще больше стал походить на печенега после того, как вернулся на родную землю из сибирской двухлетней ссылки за распространение листовок, освобожденный революцией. Примакову не было и двадцати, но не юноша, а муж бросается в горнило революции. В ссылке закалил волю, прошел настоящий университет жизни. Он неизменно удивлял многих основательностью убеждений, знаниями, умениями и эрудицией.Судьба предоставила шанс реализовать себя, когда Виталий со своим другом Юрием, членом первого правительства Советской Украины, попадает из Киева в Харьков.

Железный рыцарь

Газета «Вісник Української Народної Республіки» в пятом номере от 10 января 1918 года сообщала: «Вместо Второго украинского запасного полка спешно формируется Первый украинский полк червонного казачества, верный Рабоче-Крестьянской республике». Здесь речь идет о Примакове.

Правнук запорожцев стал атаманом червонных казаков, боевые пути которых находились в четырехугольнике с вершинами: Москва, Львов, Царицин, Перекоп.Отвага и невозмутимость командира перед лицом опасности и стремление избежать неоправданного кровопролития стала причиной, по которой казаки называли его железным рыцарем. Участник гражданской войны Дубинский в книге о Примакове утверждает, что народные кобзари и лирники на базарах пели: «Ой, Примак, душа голоти, лицар ти залізний, потрощив без Miри, щоту ворогів Вітчизни!» (ой, Примак, душа бедноты, рыцарь ты железный, побил без меры, счету врагов Отчизны!).У современных историков вызывает много споров первый поход Виталия Примакова, который завершился взятием Киева 26 января 1918 года. Это было первое военное завоевание города, и мирные киевляне были потрясены видом жертв, как среди военных, так и среди мирных жителей. Но все же, как сочетается образ рыцаря с жертвами большевистского террора?Во время любой революции всегда на самый верх власти выходят авантюристы и проходимцы. Так случилось и в этот раз. Сил одних «червонцев» было для захвата Киева явно недостаточно. Поэтому со стороны Чернигова двигалась по железнодорожной ветке группа Берзина с латышами и петербуржцами, а с червонцами соединилась армия подполковника старой армии, левого эсера М. А. Муравьева. Специалистов военного дела катастрофически не хватало, потому и согласились взять на службу перебежчика из стана Временного Правительства. Это было роковой ошибкой и стоило многих тысяч жизней. Тухачевский охарактеризовал его так: «Муравьев отличался бешеным честолюбием, замечательной личной храбростью и умением наэлектризовывать солдатские массы… Мысль «сделаться Наполеоном» преследовала его, и это определенно сквозило во всех его манерах, разговорах и поступках. Обстановки он не умел оценить. Его задачи бывали совершенно нежизненны. Управлять он не умел. Вмешивался в мелочи, командовал даже ротами. У красноармейцев он заискивал. Чтобы снискать к себе их любовь, он им безнаказанно разрешал грабить, применял самую бесстыдную демагогию и проч. Был чрезвычайно жесток. В общем, способности Муравьева во много раз уступали масштабу его притязаний. Это был себялюбивый авантюрист, и ничего больше».Восстание рабочих на Арсенале было жестоко подавлено петлюровцамиВ то время, как под Крутами гибли студенты, в Киеве собралось немалое войско защищавших Украинскую Центральную Раду. Эта гвардия укрепила город и с успехом подавила восстание на заводе Арсенал, убив более полторы тысяч рабочих. Но Печерск и Подол Киева кипели. Каждый день промедления с взятием Киева стоил сотен жизней пролетариев в городе. Муравьев бросал все новые и новые силы в лобовой штурм, который заканчивался ничем, и в то же время посылал телеграммы о невиданных победах в газеты и В.И. Ленину. В этих непростых боевых условиях инициативу на себя взял Примаков. Он организовал ночной переход эскадрона (около двух сотен) бойцов через Днепр и напал с тыла. Такие кавалерийские тыловые рейды стали визитной карточкой червонцев и Примаков провел их более четырнадцати. Между тем, захват Подола определил судьбу Киева. Примаков встречается на Подоле с Боженко, руководителем большевиков-рабочих Подола, поднявшего восстание. Это тот самый Боженко, который воевал потом вместе со Щорсом!Рейд украинского Червонного казачества в тыл петлюровцам или белополякам неизменно приносил успехПо всей Украине были организованы школы красных командиров. Агитационный плакатВойдя в Киев, именно Муравьев устроил настоящий террор. Большинство солдат и матросов этого красного горе-Наполеона предпочли дезертировать. Число же червонцев выросло в разы.

Похождения золотого портсигара

В армии была традиция отмечать особые военные заслуги военачальников ценными подарками. Дарили оружие, часы и портсигары. После одного из рейдов Примаков удостоен ценного подарка – золотого портсигара. На нем виднелась надпись: „Бесстрашному рейдисту, командиру Червонноказачьего корпуса тов.

Примакову на память о 13 рейдах от командарма Уборевича“. Но осталась и старая надпись: «Самому дорогому существу. Николаша». В свое время портсигар подарил Николай ІІ своей фаворитке балерине Матильде Кшесинской, еще до свадьбы с принцессой Алисой.

Поскольку портсигар был женский, то Виталий Маркович подарил его своей третьей жене Лиле Брик. Оксана Коцюбинская умерла при родах еще в 1920 году, а с другой женщиной у него жизнь не сложилась. А Лиля Брик — та самая Лиля Брик, которая была музой Владимира Маяковского.

Прожили они вместе чуть более шести лет, последних лет Виталия Примакова. Как предполагают историки, она стала той роковой женщиной, которая его погубила. Горячий Виталий Маркович нелестно высказывался в семейном кругу по поводу властной верхушки, считал, что его обходят по служебной лестнице.

А Лиля как сотрудник секретных служб доносила все услышанное. В 1937 году Виталия Примакова расстреляли.Удостоверение Примакова и приветственная записка ему от Щорса и БоженкоПогубили командира Червонного казачества не пули петлюровцев,

а, по всей видимости, роковая женщина – Лиля Брик.

Читая дневники, вернее разрозненные записи Лили Брик периода замужества за Примаковым, не покидает ощущение, что это записи нашей современницы в какой-нибудь социальной сети. Те же кошечки-собачки, мудроглупости в стиле Паоло Коэльо, дела-впечатления.

Но одна запись, все-таки, привлекает внимание. Нет сомнения, что сделана она под влиянием от общения с Виталием Марковичем. Лиля Брик открывает для себя Салтыкова-Щедрина. Читает Маркса и, наблюдая за Примаковым, делает вывод о том, что такое большевизм. «2.3.1931.

Большевизм, по-моему, не убеждение, а характер. Убеждение — вещь хлипкая, важна конструкция человека. И только умному человеку знания полезны, а если ты дурак, то, чем меньше ты знаешь, тем это безопаснее, а то запутаешься — столько книг и все разные.

Не разберешь, где правда». Источник

Новостной сайт E-News.su | E-News.pro. Используя материалы, размещайте обратную ссылку.

Источник: https://e-news.su/mnenie-i-analitika/73953-rycari-ukrainskogo-chervonnogo-kazachestva-vitaliy-primakov.html

Червонные казаки Примакова

Предыстория появления первой национальной воинской части такова.

11−12 (24-25) декабря 1917 года в Харькове проходил Первый Всеукраинский съезд Советов, на котором была провозглашена Украинская Народная Республика Советов рабочих, крестьянских, солдатских и казачьих депутатов (УНРС).

Она сразу же стала центром притяжения советских сил на Украине, альтернативой провозглашенной в Киеве националистами Украинской Народной Республике.

17 (30) декабря 1917 года в качестве органа власти УНРС был создан Временный Центральный Исполнительный Комитет Советов Украины, а исполнительным органом ВЦИК стал Народный секретариат, в составе которого был создан Народный секретариат по военным делам во главе с украинским коммунистом Василием Шахраем. 18 (31) декабря 1917 года был образован Военно-революционный комитет для борьбы с контрреволюцией, которому с 25 декабря 1917 (7 января 1918) предстояло заняться формированием частей Червонного казачества.

В ночь на 27 декабря в Харькове развернулись бурные события. Революционно настроенные солдаты и красногвардейцы разоружили дислоцировавшийся в городе 2-й Украинский запасной полк УНР. При этом солдаты полка, сочувствовавшие большевикам, перешли на их сторону.

28 декабря 1917 (10 января 1918) началось формирование 1-го куреня (полка) Червонного казачества, в состав которого вошли красногвардейцы из харьковских отрядов, солдаты старой русской армии и перешедшие на сторону Советов бойцы 2-го Украинского запасного полка УНР, точнее двух его рот – 9-й и 11-й.

Политическое ядро нового вооруженного формирования составили проверенные большевики.

В создании 1-го куреня, как и Червонного казачества в целом, ключевую роль играл Василий Маркович Примаков (1897-1937). Несмотря на то, что на момент описываемых событий ему было всего двадцать лет от роду, за плечами Василия Примакова были годы подпольной революционной борьбы. Сын сельского учителя – малоросса, Виталий Примаков пришел в революционное движение в 1914 году, будучи гимназистом. Уже 14 февраля 1915 года Примаков был осужден за хранение оружия и распространение листовок к пожизненному поселению в Сибири. Но в далеком Абане ему довелось провести не так много времени – через два года после приговора Февральская революция освободила политических заключенных. Василий Примаков добрался до Киева, где вошел в состав местного большевистского комитета, а затем был избран делегатом II Всероссийского съезда Советов от родной Черниговской губернии.

Когда в Петрограде началась Октябрьская революция, Примаков командовал одним из красногвардейских отрядов, штурмовавших Зимний дворец. Вчерашний гимназист и политический заключенный быстро стал одним из видных красных командиров. Сразу после революции он направился на Гатчину – сражаться с отрядами Петра Краснова, а затем выехал на Украину.

Как идейному человеку и опытному командиру, Примакову доверили создание первой украинской воинской части Червонного казачества. Курень создавался первоначально как пехотный полк, но затем был преобразован в кавалерийскую часть.

Поскольку часть официально считалась казачьей, Василий Примаков именовался не иначе как атаманом 1-го куреня Червонного казачества.

4 (17) января 1918 года курень Примакова в составе группы войск под командованием Павла Егорова выступил в сторону Полтавы. Тогда же червонные казаки получили первое боевое крещение, вступив в бой под Полтавой. Затем кавалерийский дивизион из состава куреня, которым командовал лично Примаков, двинулся на Киев.

В Киеве численность полка заметно увеличилась, причем в него записывались не только казаки, но и представители самых разных национальностей. Поэтому полк решили было переименовать в 1-й рабоче-крестьянский социалистический полк Красной Армии, однако советское руководство выступило против нового облика полка.

В той ситуации было необходимо создавать национальные части как альтернативу украинским националистическим формированиям.

Тем временем, 27 января (9 февраля) 1918 года Центральная Рада подписала сепаратный договор с Германией и Австро-Венгрией. Вскоре был заключен и Брестский мир, по условиям которого Советская Россия должна была вывести свои войска с территории Украины. Так части червонного казачества, включая и курень, начали путь за пределы Малороссии.

Отряд под командованием Примакова отступил на территорию Советской России, где участвовал в боях под Новочеркасском, а затем в обеспечении эвакуации Народного секретариата УНРС из Таганрога в Москву. Затем курень дислоцировался на Черниговщине и под Новгород-Северским, где проходила нейтральная зона между Советской Россией и Украиной.

22 сентября 1918 года Всеукраинский центральный военно-революционный комитет принял решение о формировании в пограничной нейтральной зоне двух украинских повстанческих дивизий четырехкуренного состава. В состав 1-й Украинской повстанческой дивизии вошли 3 пехотных куреня и 1 конный курень под командованием Василия Примакова.

Что представляла собой первая национальная воинская часть к этому времени? Во-первых, если говорить о численности, то полком курень Примакова можно было назвать весьма условно.

В состав куреня входили одна конная и одна пешая казачьи сотни, пулеметная команда, артиллерийская батарея с двумя трехдюймовыми пушками, небольшое подразделение самокатчиков (велосипедистов). Затем пешая сотня из состава куреня была выведена и включена в состав 1-го Повстанческого Богунского полка.

В свою очередь, в курень включили несколько мелких кавалерийских подразделений, после чего полк был преобразован в 1-й конный полк Червонного казачества 1-й Повстанческой дивизии.

В итоге в составе конного полка было сформировано четыре кавалерийские сотни.

В первой и второй сотнях служили казаки и малороссы, третья сотня была укомплектована венгерскими и немецкими солдатами – дезертирами и бывшими военнопленными германской и австро-венгерской армий, а четвертая сотня была самой экзотической – в ней служили курды, сражавшиеся прежде в составе турецкой армии и попавшие во время Первой мировой войны в русский плен. Таким образом, полк был наполовину интернациональным по своему составу, что не мешало рассматривать его в качестве казачьей украинской части.

Ноябрь 1918 года ознаменовался для полка новыми пертурбациями. Полк перевели в состав 2-й Повстанческой дивизии Украинской советской армии, после чего он стал принимать самое активное участие в боевых действиях против армии УНР.

К весне 1919 года личный состав полка пополнился за счет нового притока малороссийских добровольцев, переброшенных призывников из Подмосковья, а также мадьярских интернационалистов из числа бывших австро-венгерских военнопленных.

Учитывая рост численности полка, 18 июля 1918 года 1-й конный полк Червонного казачества был преобразован в 1-ю конную бригаду Червонного казачества. В составе бригады теперь было два полка.

В ноябре 1919 года на базе бригады была развернута 8-я кавалерийская дивизия Червонного казачества.

Все это время Василий Примаков оставался бессменным командиром сначала полка, а затем и конной бригады, и 8-й кавалерийской дивизии Червонного казачества. Ближайшим соратником Примакова и начальником штаба бригады, а затем и дивизии, был Семен Абрамович Туровский (1895-1937).

Читайте также:  Дмитрий вишневецкий: почему основатель запорожской сечи служил нескольким странам одновременно

Как и Примаков, Туровский был молодым человеком 24 лет от роду. Еврей по происхождению, выходец из семьи крупного черниговского купца, Семен Туровский с детства, как и его брат, встал на путь революционной борьбы.

Брат Семена погиб еще в 1905 году – его, командира боевой дружины, убили черносотенцы.

Сам Семен в 1914 году был арестован за расклейку антивоенных листовок. На два года его сослали под Вятку, а затем призвали в армию. Семен Туровский служил унтер-офицером в понтонном батальоне.

После революции он вступил в Красную гвардию в Киеве, а затем оказался в формированиях Червонного казачества.

Как опытный революционер, бывший политический заключенный и, к тому же, унтер-офицер с опытом военной службы, Туровский сразу же был назначен заместителем командира 1-го полка Червоного казачества.

Затем, по мере преобразования полка в бригаду и дивизию, он последовательно занимал должности начальника штаба бригады и начальника штаба дивизии. В отсутствие Примакова, который отлучался по командным и партийным делам, Туровский принимал на себя и обязанности командира полка, бригады, дивизии.

8-я кавалерийская дивизия Червонного казачества сыграла очень важную роль в Гражданской войне на Украине. В первую очередь, учитывая высокую маневренность, она решала задачи по проведению рейдов в глубокий тыл противника, дезорганизации системы командования и снабжения войсками противника.

Сражаться червонным казакам приходилось и против петлюровцев, и против деникинцев, а затем, когда у Советской России испортились отношения с батькой Махно, то и с махновцами.

26 октября 1920 года в составе Юго-Западного фронта создали 1-й кавалерийский корпус Червонного казачества, в состав которого включили 8-ю и 17-ю кавалерийские дивизии.

Командир 8-й дивизии Василий Примаков был назначен командиром корпуса. Надо отметить, что и на этом посту, не имея военного образования, Василий Примаков показал себя превосходным полководцем. Корпус под командованием Примакова принимал участие в целом ряде военных операций.

Червонные казаки участвовали в разгроме Симона Петлюры и его формирований, в Советско-польской войне, разгроме Революционной повстанческой армии Нестора Махно и отрядов атамана Палия.

В декабре 1920 года в состав корпуса была включена еще и 9-я кавалерийская дивизия, что превратило корпус в мощное соединение с тремя дивизиями в своем составе.

После завершения Гражданской войны корпус не был расформирован и продолжал свое существование. Однако комкор Василий Примаков был направлен на учебу в Москву, на Военно-академические курсы высшего комсостава РККА. Затем в 1924-1925 гг. Примаков руководил Высшей кавалерийской школой в Ленинграде, был военным советником 1-й национальной армии в Китае, командовал 1-м стрелковым корпусом в Ленинградском военном округе.

Еще одна интересная страница в жизни прославленного комкора – работа военным атташе в Афганистане и участие в специальной операции РККА на территории этой страны. Примаков действовал под псевдонимом «Рагиб-бей», в афганской одежде, за что его на Западе даже прозвали «красным Лоуренсом» (Лоуренс Аравийский – известный британский разведчик, работавший на Ближнем Востоке).

Примаков оставил несколько интереснейших книг, в которых рассказывал о странах, где успел побывать и выполнял ответственные миссии советского правительства. С мая 1936 года комкор Василий Примаков занимал должность заместителя командующего Ленинградским военным округом.

Однако дальнейшая военная карьера прославленного командира Гражданской застопорилась. Во-первых, он позволял себе слишком много и мог открыто критиковать советское военное руководство, включая и Климента Ворошилова.

Во-вторых, Примаков в середине 1920-х годов поддерживал Льва Троцкого и хотя потом он открестился от принадлежности к троцкистам, в Кремле этот эпизод в жизни комкора запомнили.

14 августа 1936 года Примаков был арестован по обвинениям в участии в армейской «военно-троцкистской организации», в 1937 году признал себя виновным в участии в антисоветском троцкистском военно-фашистском заговоре.

Василия Примакова вместе с Михаилом Тухачевским, Ионой Якиром, Иеронимом Уборевичем приговорили к смертной казни и 12 июня 1937 года расстреляли. Не избежал подобной участи и ближайший сподвижник Примакова по полку, бригаде и дивизии Червонного казачества комкор Семен Туровский.

Его, занимавшего перед арестом должность заместителя командующего войсками Харьковского военного округа, расстреляли 1 июля 1937 года.

Что касается кавалерийского корпуса, то он просуществовал под изначальным названием до 1938 года, когда был преобразован в 4-й кавалерийский корпус РККА.

Источник: https://s30116489994.mirtesen.ru/blog/43939337068

Читать

  • Илья Дубинский
  • ПРИМАКОВ
  • Выпуск 2 (445)
  1. Протекли над Украиной
  2. Боевые годы.
  3. Отшумели, отгудели
  4. Молодые воды…

Э. Багрицкий

1. Встреча в «Княжьем дворе»

Ровно сорок лет назад Виталий Примаков вернулся из Китая. Разыскал он меня в общежитии Академии имени Фрунзе на Волхонке, вблизи памятного многим москвичам Храма Христа-спасителя.

Надо прямо сказать – этот божий уголок привлекал к себе больше «идолопоклонников», нежели верующих. В любое время года, в любое время суток на скамейках просторной храмовой эспланады ворковали поклонники «идола» любви.

Думаю, поторопились со сносом этой, может, и не столь высокохудожественной, как весьма своеобразной монументальной приметы старой Москвы. Потом там вырыли плавательный бассейн.

По эспланаде, на которой высился несуществующий уже ныне храм, мы пошли к Примакову в гостиницу «Княжий двор». Это был очень респектабельный и очень тихий отель в одном из тихих переулков Волхонки, как раз напротив Музея изобразительных искусств. Просторные апартаменты бывшего «Княжьего двора» ныне заняты Министерством электроприборов.

В своем весьма скромном, но уютном номере Виталий Маркович усадил меня в кресло, протянул пачку тогдашней новинки – сигарет.

Сам устроился на высоком подоконнике и, разжегши хорошо мне знакомую походную трубку, распахнул створки небольшого окна. Стал пускать дым на улицу. Распечатал я подаренную мне пачку лишь спустя полтора года… с досады.

Это когда нас с Примаковым, собравшихся в дальний путь, неожиданно разлучили… Но об этом после.

С сияющим лицом, сверкающим взором, переполненный необычными впечатлениями, мой старший товарищ и высокочтимый боевой руководитель времен гражданской войны говорил о своих творческих планах. И тут же досадовал: не успел остыть от одного пекла, а в перспективе уже новое – очевидно, опять Азия.

Виталий снял полуботинки. Упершись спиной в один откос окна, а ногами в другой, он лукаво усмехнулся:

– А я увлекся…

Я повел плечом. Нашел чем меня удивить.

Нашему Виталию – организатору и боевому вожаку украинской конницы – оказывали внимание не только кайзеровско-гетманские власти, назначившие летом 1918 года награду в миллион карбованцев за его голову… Скромного роста, но коренастый, с нежным, одухотворенным лицом мыслителя и каким-то особенным рисунком всегда неспокойных ноздрей, с теплым взглядом наблюдательных серо-зеленых глаз, он пользовался всеобщей симпатией. Кое-что значили и форма кавалериста, два боевых ордена Красного Знамени и значок депутата ЦИК СССР.

Примаков раскрыл карты. Оказывается, он увлекся Фэном – маршалом Фэн Юй-сяном, от которого недавно вернулся и приезда которого в Москву с нетерпением ждет. Ждет и хочет встретить его с почестями. К этому он готовит живущих в Москве своих соратников.

Если мы питаем слабость к человеку, то склонны, не замечая его минусов, преувеличивать его достоинства. Может, нечто подобное было и в данном случае. Но то, что сообщил Виталий Маркович, ломало все установившиеся представления.

Конечно, Фэн не принадлежал ни к коммунистам, ни к социалистам. Но и не был он милитаристом на содержании у Токио, Лондона, Нью-Йорка, каких насчитывала тогда во множестве Поднебесная империя.

– Прежде всего он демократ. – Мой собеседник многозначительно прищурил глаза. – Маршал Фэк разделяет многие принципы доктора Сунь Ят-сена. Считается с гоминьданом.

Ну, в какой-то мере считается и со мной. Хотя я и намного моложе его… Уважает нашу страну.

После небольшой паузы Примаков продолжал:

– Он, Фэн, возглавляет не обычные вооруженные силы, каких много в Поднебесной империи, а одну из Национальных армий. Притом самую старшую из них.

От солдата до маршала там ненавидят вековых угнетателей страны – мировых акул, как мы их называем, а китайские борцы за правое дело зовут их канонерщиками, всю английскую, японскую, американскую военщину… И подогревает эту ненависть общая ситуация в стране, клокотание масс, активность революционных сил. Им служит примером наша Революция. Много значат и наши победы над своими и иноземными канонерщиками… Это факт!

Рассказчик на некоторое время остановился. В Храме Христа зазвонили к вечерне.

– Правда, не без колебаний, но Фэн выдал нам атамана Анненкова. Этого палача трудящихся я мог доверить лишь Зюке. Он и доставил атамана в Москву. В двухместном купе сибирского экспресса Миша провел с бешеным волком Семиречья почти полмесяца… Подвиг…

Да! Анненкова потом судили в Семиречье всенародно.

Но, помню, Михаил Зюка, коммунист с 1912 года, царский узник, участник январского (1918 года) восстания в Киеве, а потом боевой начальник артиллерии червонного казачества, сдав Анненкова на Лубянке, ввалился к нам в общежитие с посиневшим лицом. Полез сразу на мою койку и проспал, ни разу не шевельнувшись, целые сутки. А потом уже рассказал о своей необычной миссии.

А кстати, наш Михаил, – продолжал Виталий, – оказался и прекрасным конником. В Тяньцзиньской операции он возглавлял советников при конном корпусе. По примеру наших зимних рейдов девятнадцатого года фэновская кавалерия, созданная и обученная усилиями Зюки, совершила тягчайший семидневный переход по зимнему бездорожью Жэхэ.

Как тайфун, обрушилась она на мукденских милитаристов и вышибла их лихим ударом из Чэнде. А до этого китайская конница являлась, по сути, ездящей пехотой и не была способна к самостоятельным действиям. Удар фэновской конницы подготовил ситуацию для удара на Тяньцзинь. Но… не все, видать, генералы Национальной армии так уж ненавидели канонерщиков.

И бывший советник японский майор Мацумура не дремал… Понадобилось две недели, чтобы выбить из Тяньцзиня мукденцев.

И то под сильным нажимом маршала, он от начала до конца одобрил мой плач Тяньцзиньской операции…

Биография этого человека довольно пестрая и романтичная… Даже для страны, где по непостижимым капризам судьбы вчерашний кули может стать мандарином, а заядлый хунхуз с пустынных сопок – генералом.

Его отец, в прошлом кровельщик, стал армейским капитаном, а сын долго служил простым солдатом, писарем. Потом выдвинулся в ротные. За участие в восстании десятого года он попал в тюрьму на всю жизнь.

А спустя год более широкое восстание раскрыло перед ним ворота нанкинской тюрьмы. Юань Шикай сделал его командиром полка своей гвардии…

О маршале Фэне Примаков говорил еще долго и очень тепло. С его именем связывал ближайшее будущее Китая. Китая нового и обновленного. А потом с тем же пылом начал восторгаться Эгоном Эрвином Кишем. Этот немецкий очеркист много путешествовал. Отчетами о его дальних странствиях тогда увлекались многие.

Рассказал Виталий о знакомстве с драматургом Третьяковым, который в ту пору работал в Пекине и усиленно трудился над пьесой «Рычи, Китай» для театра Мейерхольда. Третьяков все нажимал на Виталия, стыдил его вовсю: почему тот, человек с такой необычной биографией, ничего не пишет.

Потомки этого не поймут…

Тут Примаков соскочил с подоконника, расправил отекшие ноги, полез в свой незапертый иноземный чемодан. Достал с его дна пачку густо исписанных листков, поднес их к моим глазам, а сам не без внутреннего волнения, словно боясь чужого, недоброго уха, прошептал:

– Это мое. Осталось уже немного… Как говорят французы – вернисаж, финиссаж, полиссаж… Подшлифую – и в Ленинград, в издательство «Прибой». Там ждут. И пусть наших товарищей не удивит – не будет там моего имени. Будет другое. Так надо…

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=88531&p=14

Читать онлайн Примаков страница 37. Большая и бесплатная библиотека

В документе для военных историков Виталий Маркович пишет: «В Галицийском походе нам удалось сделать еще несколько рейдов, из которых наиболее интересен рейд на Стрый, заставивший противника отступить с линии р. Золотая Липа к реке Днестру».

Какой-то писатель изрек: «Скажи, друг, что моя книга плоха, но что она лучше предыдущей». Стрыйский рейд, Примаков и сам это признавал, был значительно хуже предыдущего – Проскуровского, зато после Стрыйского были иные. Они оказались куда лучше Карпатского. Их результатом была полная ликвидация большой армии Петлюры.

В Сарниках не без влияния Примакова было решено двинуться к Стрыю и дальше – в Карпаты, раздуть там искры восстания, тлевшие в массе дрогобычских и бориславских горняков. Мечтали потом вместе с ними спуститься в долину Тиссы, в Венгрию… В доме Коцюбинских была благодатная почва для созревания и боевых мыслителей и мудрых мечтателей.

Во второй половине августа 1920 года решалась судьба всей антиантантовской кампании. Красные полки под ленинскими знаменами уже подошли вплотную к столице пана Пилсудского.

Тухачевский, командующий Западным фронтом, в те дни тщетно добивался переброски Конной армии Буденного, застрявшей под Львовом, к Люблину.

А Якир и Буденный, штурмовавшие в эти же дни столицу Галичины Львов, ждали, что Примаков со своими казаками ударит с тыла – на Комарно-Городок.

Буденный считал, что Варшава будет взята Тухачевским собственными силами, без Конной армии, а Примаков был твердо уверен, что Буденный с Якиром сами овладеют Львовом без червонных казаков…

Конная армия вместо Люблина продолжала штурмовать Львов, а червонные казаки вместо движения на Львов с тыла устремились в Карпаты. В двадцатидвухлетнем начдиве Примакове победил не мыслитель, а мечтатель. Шутка ли – пылающие Карпаты и пожар мировой революции на просторах Венгрии!

Вот почему критики, воздавая должное шпаге Примакова за все прочие рейды, Стрыйский вписывали в ее пассив. Ну, а критика не всем приятна. А наш Виталий был, как сам он утверждал, из обыкновенных самый обыкновенный.

Ему не очень-то нравилась в моей книге глава о совещании в Сарниках. Он открыл важные, неизвестные мне обстоятельства, обусловившие движение червонных казаков в Карпаты, а не ко Львову. Вернувшись в Харьков, я и внес в текст ряд исправлений.

Не исправил лишь я одного. В конном корпусе червонных казаков было шесть бригад, по два полка в каждой. Всего двенадцать полков.

Читайте также:  Сколько у петра i было гражданских жён

Внушительная сила! Полагая, что через малое можно показать и большое, я вывел в романе «Золотая Липа» червонное казачество не как корпус из шести бригад, а как бригаду из трех полков.

То есть против реального уменьшил силу украинской конницы Примакова ровно в четыре раза…

Как раз тогда стали много писать о Первой Конной. Рассказывая о подвигах этого действительно славного соединения, историки оставляли в тени подвиги Второй Конной армии, конных корпусов Думенко, Каширина, Гая и украинской конницы – корпуса червонного казачества Примакова.

Виталий за эту «трехполковую бригаду» имел все основания укорять меня. И укорял…

Говорят, те выступления в печати, осуждавшие Стрыйский поход Примакова, весьма огорчили его. Ведь он, планируя операцию, размахнулся очень привольно.

И полагал, что ее реализацией червонные казаки не только дадут толчок подземным силам революции там, за Карпатами, но и существенно помогут Буденному и Якиру, атакующим Львов.

Особенно огорчила Виталия появившаяся в «Военном вестнике» статья лучшего его партийного и боевого друга Ионы Якира.

Незначительность эффекта Стрыйского рейда, вызвав досаду у всех истинных ценителей боевых свойств и качеств советской конницы, ничуть не умалила полководческого реноме Примакова. Его боевые удачи с лихвой перекрывают отдельные просчеты и срывы. Их было не так уж много. Но были…

Вспоминается бой за Синяву летом 1920 года. Досадная гибель отличного командира полка Новикова – любимца всего червонного казачества и самого начдива. Гибель командира полка и его лучших джигитов, тех, кто в прямом смысле этого слова шли за Новиковым в воду и в огонь. Шли и обожглись насмерть вместе со своим храбрейшим вожаком.

Хоронили их на тихом сельском кладбище-цвинтаре. И поныне, спустя почти полвека, жители Шпичинцев отдают должное и памяти героев и их могилам.

«Безумству храбрых поем мы песню!». Песен не было, но полковой хор трубачей похоронным маршем «Вы жертвою пали» проводил в последний путь своего героя-командира и погибших вместе с ним бойцов.

Спросить бы тогда любого казака – и любой сказал бы: «Плакать – дело бабье». Но тогда хоть и скупые, а падали слезы на остриженные гривы. На стриженые гривы боевых коней, и на нестриженую гриву Мальчика – резвого скакуна начдива…

Словно стыдясь минутной слабости, Примаков поднял глаза. И тут во взгляде рядом стоявшего Евгения Петровского, своего земляка и военкома дивизии, он уловил безмолвный укор…

При выполнении священного долга перед Родиной все ее воины равны – и солдат и командир. Но один, выполняя тот долг, ставит под огонь лишь свою жизнь, другой – и свою и жизнь своих подчиненных.

Вот эта сложность, когда от человека требуется достичь труднодостижимое и в то же время быть в ответе за свои действия перед законом, перед родными солдата, перед своей совестью, и вызвало, очевидно, требование Петра Первого, вошедшее с тех пор в боевые уставы, – добиваться победы малой кровью…

Под Шпичинцами крови было много, а победы не было. Был, напротив, весьма ощутимый урон. Для червонного казачества, для Красной Армии. Понимали это все, и прежде всего уяснил себе, всю тяжесть промаха молодой начальник дивизии – автор той горькой операции.

Может, если бы не было позади боев за Киев с гайдамаками Центральной рады, славного похода из лесов Нейтральной зоны через Харьков к берегам капризной и коварной Горыни, рейдов на Фатеж – Поныри и на Льгов, решавших судьбу столицы Советской республики, жарких схваток с башибузуками Улагая под Перекопом, начдив уловил бы укоры за ту атаку и за Новикова не только во взгляде военкома…

Да! Все знают – Новиков отличался горячностью. Врага не всегда одолевают силой. На войне сплошь и рядом берет верх дерзость, безумство, натиск.

Молодой офицер военного времени, польщенный доверием командования, не нуждался в понуканиях – сам лез в огонь и умел зажигать безумством храбрости своих джигитов.

Это Новиков под Перекопом вылетал в широкую степь, выкликая на сабельный поединок улагаевских всадников.

Кто-кто, а Примаков хорошо знал и своих комбригов, и своих командиров полков, и своих сотников. Знал их особенности и дарования, привычки и манеры, их психический склад и темперамент – все то, из чего слагается боевой почерк и солдатский характер вожака.

А не хуже начдива изучил этих людей комиссар. Когда решался вопрос об атаке синявского участка, где легионеры, словно кроты, глубоко ушли в грунт, оградив себя с фронта и с флангов мощными капонирами, он назвал имя командира 2-го полка. Никто лучше Потапенко и его хлопцев не мог выполнить с успехом атаки, требующей методического, со строгим расчетом, напора.

Знал это и Виталий Маркович. Знал он хорошо, что 4-й полк не станет тратить время на скрупулезную подготовку штурма. Знал он, что натиск будет стремительным и бурным. Будет такая атака, которая повлечет за собой немало жертв, но эти жертвы окупятся сторицей… Не раз подвергая свою жизнь опасности, на сей раз Примаков поставил под огонь головы своих самых лучших подчиненных.

Но и ставить людей под огонь можно по-разному. Вот это понял тогда, после Шпичинцев, молодой начдив, чувствуя себя в ответе перед памятью своих храбрецов, перед их родными и семьями, перед своей совестью…

Вот почему и на нестриженую гриву коня начдива тогда, после синявского боя, падали скупые слезы…

22. Последняя книга Примакова

После той беседы Примаков поехал в штаб, посоветовав мне осмотреть город. Вечером я его застал дома. С цветными карандашами в руках, в белоснежной нижней рубахе, он склонился над топографической картой.

И вот мы снова одни. Очевидно, работа над немецкими картами вызвала в моем собеседнике определенные настроения.

– Это страшная сила, – начал он. – Страшная в своем стадном крысином напоре, в своей организованности. У немцев богатый опыт, наука! Это должно нас насторожить.

И в то же время есть такой анекдот: восставшие немецкие пролетарии, даже пролетарии, уклонились от штурма берлинского вокзала, так как у них не было перронных билетов… Все, что идет вразрез с планом, вносит разлад.

Почему? Потому что немецкому солдату внушено веками: «Покоряйся дисциплине. И не смей думать. За тебя думает офицер!»

Туг же хозяин дома вспомнил, как белые генералы объясняли свои неудачи тем, что красные воюют не по правилам. Да! Большевики воевали не по правилам, а они – по всей премудрости военной науки.

Но отступали войска, предводимые учеными и многоопытными генералами, а наступали полки во главе с вчерашними солдатами, студентами, прапорщиками.

Весь вопрос в том, что генералы-беляки не сумели разглядеть созданных революцией новых правил, по которым возможно было выигрывать не только бои, по и сражения, не только сражения, но и войну.

Революционному солдату строго вменялось и подчиняться дисциплине и думать. Постоянно думать!

О таком думающем бойце я и рассказал своему бывшему командиру корпуса.

Однажды против басмачей Джунаид-хана выступили три наших колонны. Жара! Передвигались лишь ночью, а враг тем не менее знал, откуда и куда идут красные. Это из-за ишаков 4-й, обозной колонны, которые с неистовым криком все время пытались освободиться от тяжелых боевых вьюков.

Источник: https://dom-knig.com/read_190109-37

Казаки против казаков. Часть 2

?

Category: Продолжение поста «Казаки против казаков». Напоминаю, пост не мой.

Оригинал взят у id77 в Казаки против казаков. Часть 2

Здравствуйте уважаемые. Закончу, пожалуй, сегодня тему, которая оказалось не очень простой и начатую здесь: http://id77.livejournal.com/74905.html. Не очень простая эта тема потому, что касаться ее удается в буквальном смысле слегка. Материалов слишком много и это тема на книгу, а никак не на небольшой пост. Так что прошу прощения за то, что я лишь обозначаю некие вехи противостояния, не углубляясь в него и не концентрируясь на конкретике. В первой части нашего повествования я вскользь упомянул о начале одного из самых тяжелых периодов в истории Украины – о 30-ти годах полного уничтожения, когда каждый воевал с каждым, а кому на самом деле принадлежала власть, выяснить было трудно. Еще вчера стоящие в одном строю казаки начали биться против друг друга до смерти. В самой этой самой «Руине» виноват в большей части сам Богдан Хмельницкий. После его смерти от инсульта в 1657 году гетманом был провозглашен его сын Юрась (Юрий).гетман Иван Выговский16-ти летний подросток не по уму, не по характеру, не по силе и влиянию не готов был нести бремя власти, которую ему завещал отец. Эхх…если был жив Тимош (Тимофей Хмельницкий – другой сын Зиновия, сложивший свою буйную голову в 1653 году в Молдавии), возможно, все сложилось и по иному… А так, гетманскую булаву получил ближайший помощник Богдана в последние годы – Иван Выговский. Этот человек сделал все, чтобы восстановить против себя всех. Вскоре последовало восстание полтавского полковника Мартына Пушкаря, и кошевого атамана Якова Барабаша. Войско разделилось на 2 части – полтавский, чигиринский, милославский, лубенский, корсуньский, паволоцкий полки и большинство запорожцев были на стороне восставших, остальные полки сохранили верность гетману. Восстание было разгромлено, многие заслуженные казаки убиты. В том числе и популярный помощник Богдана Хмельницкого Филон Джеджалий. Возглавляемый им (и дорогой мне по дальним предкам) Кропивненский полк был уничтожен. Потом Выговский и вовсе переметнулся к полякам, и без того запутав сложную ситуацию. В сентябре 1658 года Иван Выговский подписал Гадячский договор, возвращавший

Герб Крапивницкого (Крапивненского) полка

Войско Запорожское под власть польской короны.

Таким образом на Украине того времени казаки разделились на 3 части – Правобережье, под гетманами, которых поддерживали поляки, Левобережье, руководимое гетманами за поддержкой русского царя плюс Сечь, которая присоединялась то к одним, то к другим, но чаще всего действовавшая в собственных интересах.

Но и это еще не все…В 1669 году внук знаменитого Михаила Дорошенко Петр, на тот момент Гетман Правобережья заключил договор с султаном Мехмедом IV, по которому переходил со своим воинством под власть Османской империи. Вполне естественно, что мало кто поддержал данное действие.

Вполне возможно, что Петр Дорошенко исходил из благих побуждений, но….. Как я Вам говорил уже не раз, мне нравилась в свое время работа группы питерских филологов под псевдонимом Хольм ван Зайчик есть книга «Дело незалежних дервишей» (ИМХО лучшая из цикла). Так вот, там территория Украины населена украинцами, но…….находится под влиянием Пророка. Забавно и интересно.http://id77.livejournal.com/14472.html 

Гетман Петр ДорошенкоНо в жизни получилось гораздо страшнее.. Дорошенко привел с собой татар и турок и они оставили после себя пепелище. Все эти действия сопровождались страшной, ужасной резней мирных жителей и убийством казаков. В общем, Руина, она и есть Руина. Время интересное для изучения, но страшное, по сути.Следующим ярким противостояние казаков друг против друга я бы посчитал столкновения с «игнатами». Игнаты, или по-другому некрасовцы – это часть донских казаков, которые после подавления восстания Кондрата Булавина в 1707-1709 годах ушли на Кубань и приняли подданство крымских ханов. Возглавлял эту группу Игнат Некрасов, отсюда и их название. Большая часть этих казаков были старообрядцами, жили они отдельной общиной по так называемой «Игнатовой книге», определяющей все устои жизни общины. Из-за веры и заветов «Игнатовой книги» примирение с царем было невозможно. Бились они с донскими казаками постоянно (например, с отрядами атамана Максимова), а уж когда были вынуждены перейти под власть турецкого Султана, то воевали с регулярной русской армией и казачьими частями. Также приходилось им сражаться и с запорожцами, которые частично переселились в Оттоманскую империю после роспуска Запорожской Сечи Екатериной Великой в 1775 году.

казак-некрасовецДальше можно вспомнить кошмар и ужас Гражданской войны в России. Тогда брат шел на брата, сын на сына. Казаки, это, наверное, наиболее пострадавшая часть населения в ходе этой самой братоубийственной войны. Был даже такой термин как «расказачивание». Часть казаков воевала на стороне Добровольческой армии, другая часть составляла основу Донской армии Всевеликого войска Донского, часть войско Кубанской народной республики, часть стала Терским казачьим войском, часть образовало независимое Оренбургское и Забайкальские войска. Все эти группы то объединялись в союз для борьбы с большевиками, то грызлись и сражались друг против друга.

Маршал Советского Союза и червонный казак П.К. КошевойТакие фамилии как Семенов, Дутов, Каледин, Шкуро и многие другие широко известны были тогда, как и сейчас. Но глупо предполагать, что под знаменами молодой Советской республики не было казаков. Было и много. Существовало даже целое направление – «Червонное (сиречь красное) казачество» Красными казаками были Котовский, Дубинский, Примаков (интересный стати человек, собираюсь серьезно исследовать его биографию по возможности), Горбатов, Городовиков, Григорьев, Кошевой, Жмаченко, Рыбалко, Пересыпкин, Худяков и многие иные. Надо ли говорить, какие бои происходили между «красными», «белыми» и «зелеными» казаками на всей территории бывшей Российской империи.

Гельмут фон Паннвитц награждает отличившихся

Источник: https://urb-a.livejournal.com/297625.html

Разгром «примаковской» группировки (1936-1941 годы)

Опубликовано: Лазарев С.Е. Разгром «примаковской» группировки (1936-1941 годы) // Военно-исторический архив. №3 (147). М., 2012. С. 98-106.

С.Е. Лазарев

Разгром «примаковской» группировки(1936-1941 годы)

На полях сражений Гражданской войны родились многие легендарные соединения. Особенно Советская власть была обязана «конармейцам» и «примаковцам». Они громили лучших белых генералов и не раз спасали Республику от неминуемой гибели. В 1920-е – 1930-е годы борьба за власть в Красной армии развернулась именно между этими кавалерийскими группировками.

На существование группировки «примаковцев» («червонцев») указывали многие исследователи [1], однако подробным ее анализом никто не занимался. В январе 1918 года молодой украинский большевик В.М. Примаков сформировал 1-й полк Червонного казачества.

В дальнейшем полк вырос в бригаду, дивизию и 1-й кавалерийский корпус Червонного казачества. Это легендарное соединение пополнялось в течение всей Гражданской войны исключительно добровольцами.

Прекрасная выучка бойцов и командиров, их беззаветная храбрость помогали одерживать победы в любых сложных условиях, причем победы малой кровью.

Так, 8-я кавалерийская дивизия В.М. Примакова сыграла большую роль в Орловско-Кромском сражении (11 октября – 18 ноября 1919 года), когда решалась судьба Москвы. В тот момент военные успехи деникинцев заставили всерьез думать о близком падении Советской власти.

Читайте также:  Какие имена викингов стали православными

3 ноября Червонные казаки осуществили прорыв белогвардейского фронта юго-западнее города Дмитровска и совершили беспримерный рейд по тылам противника, дезорганизовав его оборону, захватывая населенные пункты (Поныри, Фатеж, Льгов). В результате одержанной под Орлом победы произошел коренной перелом в борьбе с генералом А.И.

Деникиным, и было положено начало победоносному наступлению Красной армии на Юг.

14 победоносных рейдов на фронтах Гражданской войны против превосходящих сил неприятеля, 60 выигранных боев и ни одного поражения — свидетельство военного мастерства «примаковцев» [2].

Об их славе говорит хотя бы тот факт, что в 1923 году было оформлено не только шефство украинского комсомола над Червонным казачеством и присвоение ему наименования 1-го кавалерийского корпуса Червонного казачества имени Всеукраинского Центрального исполнительного комитета и Центрального комитета Ленинского комсомола Украины, но и шефство над дивизиями корпуса Коммунистических партий Франции и Германии. Сам командир легендарного соединения Виталий Маркович Примаков трижды награждался орденом Боевого Красного Знамени (1919 год, 1921 год и 1929 год) [3].

Высоко ценили Червонное казачество Г.К. Орджоникидзе, М.В. Фрунзе, И.П. Уборевич, И.Э. Якир. «У нас, в Красной армии, немало частей, создавших себе громкую боевую репутацию и славное революционное имя, — говорил Михаил Васильевич Фрунзе. — Но немного найдется таких, которые могли бы встать вровень с Червонно-казачьим корпусом» [4].

Народный комиссар по военным и морским делам СССР М.В. Фрунзе вообще очень уважал В.М. Примакова и инспектировал его части «всегда с удовольствием» [5]. Возможно, если бы Михаил Васильевич не умер в 1925 году, судьба В.М.

Примакова и всей его группировки сложилась бы иначе. Но М.В. Фрунзе умер, и на пост народного комиссара по военным и морским делам И.В. Сталин назначил «конармейца» К.Е. Ворошилова. Так «буденовцы» оказались у власти.

В рядах Первой Конной армии служили многие командиры, ставшие впоследствии видными военачальниками. Но тон задавали харизматические лидеры С.М. Буденный и К.Е.

Ворошилов, которые нетерпимо относились к представителям других легендарных кавалерийских соединений, и особенно — к «червонцам». С.М. Буденный, по свидетельствам современников, просто ненавидел В.М. Примакова [6].

Получив в свои руки рычаги государственного воздействия, К.Е. Ворошилов щедро раздавал своим боевым соратникам должности и звания. В результате В.М. Примаков и С.А.

Туровский — самые удачливые из «червонцев» — в 1930-е годы получили лишь комкоров [7]. Маршалы С.М. Буденный и К.Е. Ворошилов стояли на целых три ступени выше.

«Конармейцы» заняли посты в центральном аппарате Народного комиссариата обороны, возглавляли военные округа. «Примаковцы» командовали лишь отдельными соединениями.

Успех в борьбе между военными группировками всегда зависел от правильного выбора политического «протеже». «Конармейцы» пошли за И.В. Сталиным, с которым тесно соприкасались во время Гражданской войны. (Если быть более точным, «конармейцы» были выбраны И.В. Сталиным). «Примаковцы», пусть и не совсем, как мне думается, осознанно, поддержали в 1920-е годы Л.Д. Троцкого.

Военное руководство проводило тонкую политику по «рассеиванию» представителей легендарных соединений. Стоит лишь посмотреть на послужной список лидера «червонцев» В.М. Примакова, чтобы понять, насколько эта политика была эффективной.

В 1924-1925 годы Виталий Маркович возглавлял Высшую кавалерийскую школу в Ленинграде, в 1925-1926 годы находился в служебной командировке в Китае, в 1926-1927 годы командовал 1-м стрелковым корпусом в Ленинграде, в 1927-1929 годы находился в качестве советского военного атташе в Афганистане, в 1929-1930 годы — в Японии, в 1930-1931 годы командовал 13-м стрелковым корпусом на Урале, в 1931-1932 годы учился в Германской военной академии, в 1932-1934 годы был заместителем командующего войсками Северо-Кавказского военного округа, в 1934-1935 годы — заместителем инспектора высших учебных заведений Красной армии, в 1935-1936 годы — заместителем командующего войсками Ленинградского военного округа [8]. Мы видим, что В.М. Примакова переводили с места на место, в войсках он находился мало, командного опыта почти не получал. Таким образом, власти пытались держать непокорного комкора подальше от войск. Выше заместителя командующего округом В.М. Примаков не поднимался, да и на этих постах реальной власти у него не было.

Похожая ситуация была с комдивом Д.А. Шмидтом, бывшим командиром 2-й Черниговской червонно-казачьей дивизии, и комбригом М.О. Зюком, бывшим начальником артиллерии 1-го кавалерийского корпуса Червонного казачества.

Они считались весьма способными командирами, тем не менее, по должности их не повышали, хотя они об этом страстно мечтали.

Дмитрий Аркадьевич Шмидт жаловался боевым товарищам на своё положение: «В гражданскую войну я был начдивом, водил в бой десять полков, а сейчас у меня аж четыре танковых батальона… Ясно, [другие] люди растут, это закономерно. Но нельзя же забывать о тех, кто имеет заслуги…» [9].

«Рассеивание» «примаковской» группировки началось вскоре после Гражданской войны, когда 1-й кавалерийский корпус возглавил один из ветеранов Конной армии О.И. Городовиков (1924-1932 годы).

Правда, это был наименее амбициозный и политически ангажированный «буденовец» [10]. Однако его близость к военному руководству позволяет предположить, что О.И.

Городовиков участвовал в репрессиях против высшего командного состава Красной армии.

Массовая «чистка» в армии началась в 1936 году именно с «примаковцев». Она была направлена против группировки в целом, а не против ее отдельных представителей, лидеров и т.д. Инициатива при этом, могла исходить, разумеется, только от «конармейцев». По мнению В.

Суворова, И.В. Сталин, как будущий Верховный Главнокомандующий, не мог допустить существования в армии сверхмощных враждующих непокорных кланов — «примаковцев» и «конармейцев».

И если «буденовцы», получив власть, «успокоились» и занялись внутренними делами, то сторонники В.М. Примакова были недовольны своим положением и выступали за продолжение Революции. «Потому, готовя войну, — пишет В.

Суворов, — Сталин разгромил червонных казаков, которые разлагали Красную армию непомерными претензиями, откровенным неповиновением и хулиганством» [11].

В 1936 году были арестованы лидеры «примаковцев», стоявшие у истоков легендарного соединения. Заместителя командующего войсками Ленинградского военного округа комкора В.М. Примакова «схватили» 14 августа 1936 года.

Только в июне 1937 года он предстал перед судом по одному «делу» с М.Н. Тухачевским, 12 июня 1937 года был расстрелян. Заместитель командующего войсками Харьковского военного округа комкор С.А.

Туровский был арестован 2 сентября 1936 года, расстрелян 1 июля 1937 года. Командир 8-й механизированной бригады Киевского военного округа комдив Д.А. Шмидт был арестован 9 июля 1936 года, расстрелян 19 июня 1937 года.

Командира-комиссара 25-й Чапаевской стрелковой дивизии (Харьковский военный округ) комбрига М.О. Зюка арестовали 15 августа 1936 года. 20 июня 1937 года он погиб [12].

В 1937-1941 годах были репрессированы бывшие «червонцы» комкор М.А. Баторский [13], комбриги А.В. Горбатов, Ф.Ф. Жмаченко, Г.И. Соколов [14], полковник И.В. Дубинский и другие. Судьбы их сложились неодинаково.

Михаил Александрович Баторский, начальник кафедры Военной академии Генерального штаба Красной армии, был обвинен в шпионаже и расстрелян 8 февраля 1938 года [15].

Обучавшийся в той же академии Георгий Ильич Соколов был отчислен со второго курса (1938 год) «за принадлежность к троцкизму» и связь с «врагами народа» [16]. В феврале 1938 года назначен преподавателем кафедры тактики Военной академии Красной армии имени М.В. Фрунзе.

В должности начальника штаба 13-й армии принял участие в советско-финляндской войне. В мае 1941 года был арестован, умер в тюрьме в июле 1943 года [17]. А.В. Горбатов, Ф.Ф.

Жмаченко были возвращены в строй, в годы Великой Отечественной войны командовали армиями, удостоены генеральских чинов и звания Героя Советского Союза [18]. И.И. Дубинский отбывал наказание в исправительно-трудовых лагерях, вышел на свободу только в 1953 году, стал известным военным писателем. Свою миссию видел в посмертной реабилитации жертв сталинских репрессий — соратников по корпусу Червонного казачества.

Разгрому подвергся и действующий командный состав 1-го кавалерийского корпуса, располагавшегося в Украинском военном округе. В 1937 году были репрессированы командир «червонцев» комдив М.А.

Демичев, начальник артиллерии корпуса полковник А.И. Шипунов, начальник отдела связи майор Ф.К. Гончаренко и другие.

В сентябре 1937 года на должность командира 1-го кавалерийского корпуса вновь был назначен «конармеец» комбриг Д.И. Рябышев (1894–1985 годы) [19].

Обвинения «примаковцев» в троцкизме кажутся надуманными. В политической борьбе эти кавалерийские рубаки были дилетантами. В середине 1920-х годов В.М. Примаков, Д.А. Шмидт, М.О. Зюк действительно поддержали Л.Д.

Троцкого, однако вскоре поняли всю ошибочность своего шага и официально (в печати) от него отреклись. К тому же один из главных лидеров «червонцев» комкор С.А. Туровский никогда не примыкал ни к каким оппозициям, в т.ч. и к троцкистам.

С этой точки зрения уничтожение его и многих других командиров объяснить невозможно. «В корпусе червонных казаков не было уклоняющихся от генеральной линии коммунистов ни влево, ни вправо, — подтверждает в своих мемуарах А.В. Горбатов.

— Мы в то время этим гордились и большую заслугу в правильном разъяснении нам генеральной линии партии относили Виталию Марковичу (Примакову — прим. С.Л.)» [20].

Уцелели только рядовые «примаковцы», которые не входили в «ближний круг» легендарного комкора и в 1930-е годы только начинали свою военную карьеру. Некоторые из них стали во время Великой Отечественной войны прославленными полководцами — маршалы П.К. Кошевой, И.Т. Пересыпкин, С.А. Худяков, генералы М.П. Духанов, Е.П. Журавлев, М.И.

Казаков, И.М. Манагаров, К.С. Мельник и другие. Например, единственный из них общевойсковой маршал Петр Кириллович Кошевой в армию пошел в 1920 году, в 1-м кавалерийском корпусе служил простым красноармейцем, Великую Отечественную войну встретил полковником. Естественно, для властей в те годы он никакой опасности не представлял.

Таким образом, «конармейцы» сокрушили в 1930-е годы своих основных конкурентов в борьбе за лидерство в армии — «примаковцев», используя рычаги государственного воздействия и карательную политику.

Мы никогда не узнаем, насколько успешно действовали бы «червонцы» на фронтах Великой Отечественной войны.

В одном можно быть уверенным – это были до мозга костей патриоты, готовые пожертвовать жизнью для страны, которой они оказались не нужны.

ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Дубинский И.В. Примаков. М.: «Молодая гвардия», 1968; Суворов В. Очищение: Зачем Сталин обезглавил свою армию? М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2006; Черушев Н.С. 1937 год: Элита Красной армии на голгофе. М.: Вече, 2003.

[2] Биография В.М. Примакова, краткая справка о его работе за рубежом, список печатных трудов В.М. Примакова и литературы о нем и др. записи Ю.В. Примакова об отце // Российский государственный военный архив (РГВА), ф. 30767, оп. 2, д. 16, л. 3.

[3] Третий орден получил за выполнение спецзадания в Афганистане.

[4] Дубинский И.В. «Лежачего не бьют». Рецензия на записки С.М. Буденного, опубликованные в журнале «Дон» (1961, № 3-5) // РГВА, ф. 30767, оп. 2, д. 38, л. 10.

[5] О Михаиле Фрунзе: Воспоминания, очерки, статьи современников / Сост. М.И. Владимиров. М.: Политиздат, 1985. С. 226.

[6] Дубинский И.В. «Лежачего не бьют» // РГВА, ф. 30767, оп. 2, д. 38, л. 11.

[7] «Комкор» — воинское звание, введенное в Красной армии в 1935 году, нечто среднее между современными «генерал-полковником» и «генерал-лейтенантом».

[8] Биография В.М. Примакова // РГВА, ф. 30767, оп. 2, д. 16, л. 4.

[9] Дубинский И.В. Особый счёт. (Военные мемуары). М.: Воениздат, 1989. С. 134.

[10] См. воспоминания о нем современников: Жадов А.С. Четыре года войны. М.: Воениздат, 1978. С. 26; Тюленев И.В. Через три войны. М.: Воениздат, 1972. С. 68.

[11] Суворов В. Очищение: Зачем Сталин обезглавил свою армию? М.: АСТ: АСТ МОСКВА, 2006. С. 112.

[12] Более подробно см.: Лазарев С.Е. «Генеральские» аресты 1935-1936 годов // Сталин: вчера, сегодня, завтра: материалы Международной научной конференции, посвященной 130-летию со дня рождения И.В. Сталина. – Н. Новгород: Гладкова О.В., 2009. С. 212-216.

[13] Начальник штаба 1-го кавалерийского корпуса Червонного казачества в 1925-1928 гг.

[14] Академия Генерального Штаба Красной армии. Список лиц, отчисленных из академии, документы по увольнению генералов и офицеров в запас и отставку, выписки из приказов Народного комиссариата обороны о присвоении воинских званий и перемещениях // РГВА, ф. 37961, оп. 1, д. 16, л. 15.

[15] Служил в том же самом штабе 1-го кавалерийского корпуса, начальником которого был Баторский, в 1927-1928 гг. Возглавлял штаб корпуса в 1932-1934 гг.

[16] Академия Генерального Штаба Красной армии. Список лиц, отчисленных из академии // РГВА, ф. 37961, оп. 1, д. 16, л. 13-14.

[17] Командный и начальствующий состав Красной армии в 1940-1941 гг.: Структура и кадры центрального аппарата Народного комиссариата обороны СССР, военных округов и общевойсковых армий. Документы и материалы. РГВА. М.; СПб.: Летний сад, 2005. С. 201-202.

[18] См.: Черушев Н.С. Из ГУЛАГа – в бой. М.: Вече, 2006.

[19] До этого командовал казачьей дивизией, пошел на повышение.

[20] Горбатов А.В. О герое В.М. Примакове. Воспоминания // РГВА, ф. 30767, оп. 2, д. 35, л. 4.

Об авторе:

Лазарев Сергей Евгеньевич — специалист (по служебно-боевой подготовке) группы по кадровой и воспитательной работе батальона патрульно-постовой службы полиции Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Орлу. Кандидат исторических наук. Старший преподаватель Орловского филиала Воронежского экономико-правового института (по совместительству).

Автор 30 научных статей, в т.ч. 9 в журналах из перечня ВАК РФ. В июне 2011 года успешно защитил диссертацию на соискание учёной степени кандидата исторических наук «Социокультурный состав советской военной элиты 1931–1938 гг.

и её оценки в прессе русского зарубежья».

Научный руководитель — декан исторического факультета Орловского государственного университета, заведующий кафедрой истории России, доктор исторических наук, профессор Минаков Сергей Тимофеевич.

Источник: https://histrf.ru/biblioteka/b/razghrom-primakovskoi-ghruppirovki-1936-1941-ghody

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector