Русский фотограф персидского шаха. уникальные фотографии начала xx века

Гарем представляется европейцу этакой обителью молодых и красивых женщин из арабских сказок «1000 и одна ночь». Между тем любопытные фото гарема Насер ад-Дин Шах Каджара, властвовавшего в Иране в конце 19-го века, крушат сложившиеся стереотипы. В нашем обзоре можно увидеть красавиц гарема иранского правителя воочию.

Насер ад-Дин Шах Каджар — четвертый шах Ирана, получил власть в 1848 году и правил на протяжении 47 лет. Его правление стало самым продолжительным в 3000-летней истории Ирана.

Насер ад-Дин Шах Каджар — счастливый владелец гарема.

Историки рассказывают, что для своего времени Насер ад-Дин Шах Каджар был неплохо образован и прослыл сибаритом, да настолько, что впоследствии вызвал недовольство своих приближенных.

Ад-Дин Шах Каджар и фотограф Севрюгин перед фотосъемкой.

Одной из многочисленных страстей Шаха Каджара была фотография. Фотографировать ему нравилось еще в детстве, а когда он пришел к власти, то принял решение создать у себя во дворце первую официальную фотостудию.

В 1870-х годах в Тегеране открыл свое ателье русский фотограф Антон Севрюгин, который и стал придворным фотографом иранского правителя.

Севрюгин создал фотолетопись Ирана и за свои заслуги был награжден почетным титулом.

Главный вход во дворец Гулистан.

Русский фотограф мог снимать самого шаха, его родственников мужского пола, придворных и слуг. А за собой Каджар, ярый поклонник фото, оставил право снимать свой гарем, в котором у него было, по свидетельствам историков, около 100 наложниц.

Полнота — как главный критерий красоты.

Известно, что фотографии Насер эд-Дин Шах печатал сам в дворцовой лаборатории и хранил в атласных альбомах в своем дворце Голестан, где в настоящее время находится музей.

Несравненная Анис аль-Долех — любимая жена шаха (справа).

Экстраординарность фотографий его наложниц заключается в том, что по шиитским законам в то время было непозволительно снимать лица людей, а тем более лица женщин. И только самый могущественный человек в стране мог себе позволить нарушить закон.

Анис аль-Долех, или Задушевный Друг Державы.

Несравненная Анис аль-Долех (сидит).

Фотографии женщин оспаривают общепринятое представление о жизни в гареме — шахские жены выглядят вполне современными для того времени и уверенными в себе, они спокойно смотрят в объектив фотоаппарата, не кокетничая и не робея.

Насер ад-Дин Шах Каджар c некоторыми женщинами из гарема.

Можно даже предположить, что у жен в гареме были дружественные отношения — на некоторых фотографиях запечатлены группы на пикнике.

Гарем на пикнике.

Худобой обитательницы гарема не страдали.

По фотографиям можно судить о вкусах иранского монарха — все женщины в теле, со сросшимися густыми бровями и хорошо заметными усиками. Хорошо видно, что женщины не страдали от голода и не были обременены физической работой. Знатоки поговаривают, что в коллекции Голестана есть даже фото в стиле ню, но они надежно спрятаны.

Молодая наложница с кальяном.

На многих фото наложницы гарема запечатлены в коротких пышных юбках наподобие балетных пачек (шалитех). И это неслучайно.

Известно, что в 1873 году Насер эд-Дин Шах по приглашению Александра II побывал в Санкт-Петербурге и посетил балет. По легенде, он так был очарован русскими танцовщицами, что и для своих женщин ввел шалитех. Правда, от мусульманских платков наложницы могли отказаться только перед фотокамерой. Впрочем, не исключено, что это только легенда.

Дамы из гарема в балетных пачках.

Источник: https://BigPicture.ru/?p=620441

Исторические фотографии из Грузии конца XIX века от Дмитрия Ермакова

Русский фотограф Дмитрий Иванович Ермаков начал свою профессиональную деятельность в 1860-е годы в Тифлисе. Позже он создал массу этнографических фотографий, путешествуя по Персии, за что удостоился звания «Фотограф его величества шаха Персидского».

Будучи по образованию военным топографом, Дмитрий Ермаков принимал участие в военных кампаниях. В его работах отразились события времён войны между Российской и Османской империями 1877-1878 годов.

В нашей подборке фотографии Ермакова, сделанные в Грузии в конце XIX века.

1. Грузины борцы

2. Пластуны. Казачий спецназ

3. Княжна Лазарева

4. Носильщики

5. Лавочники

6. Крепость царицы Тамары

7. Грузинки

8. Кобулетцы в Цихисдзири

9. Грузинские солдаты в Цихисдзири

10. Русская полевая артиллерия в селе Гвара

Турецкая артиллерия оказалась слабее русской.

11. Телеграфный блок

Телеграфная служба русской армии во время войны с Турцией 1877-1878 гг.

12. Грузины в национальной одежде

  • Источник фотографий: Wikimedia.

Источник: https://cameralabs.org/10262-istoricheskie-fotografii-iz-gruzii-kontsa-xix-veka-ot-dmitriya-ermakova

Антон Севрюгян: автор бесценных фотографий персидского шаха

Антон Севрюгин (Севрюгян) – придворный фотограф персидских (иранских) императоров династии Каджаров, родился в 1830 году в армяно-грузинской многодетной семье.

Отец Антона – Василий Севрюгин (Севрюгян) окончил Лазаревское училище в Москве, после чего поступил на службу в российское посольство в Персии, где и был записан под русской фамилией.

Сам фотограф также носил фамилию Севрюгин, а сын Антона – Андре, вернул себе армянский вариант фамилии, и род вновь был продолжен как «Севрюгян».

Мать Антона Севрюгина — Ачин-ханум, по национальности была грузинкой.

Интересоваться фотографией Антон Севрюгин начал в юности. В 1870-м году он вместе с двумя братьями (всего в семье было восемь детей) открыл собственное фотоателье в Тебризе, а спустя 13 лет перевез ее в столицу империи — Тегеран.

Севрюгин отличался особым стилем работы: долгие годы он изучал различные ракурсы и постановки на снимке, что делало его фотографии впечатляющими.

Вскоре ему удалось добиться признания не только простых жителей Персии, но и самого императора — Насреддин-шаха, который пригласил Севрюгина стать придворным фотографом. Эту должность Севрюгин занимал несколько десятков лет.

По сей день работы Антона Севрюгина являются одним из основных способов исследования персидского народа и придворного мира шахов конца 19 века.

Несмотря на достигнутые успехи, последние годы жизни Севрюгина были омрачены разочарованием. В начале XX века, когда Персия была охвачена революционным движением, фотограф лишился всего, чему посвятил практически всю свою жизнь. С началом вооруженных столкновений между сторонниками шаха и революционерами фотоателье Севрюгина не раз подверглось нападениям. В результате этого почти все из семи тысяч негативов Севрюгина были повреждены, а многие из них были уничтожены по приказу нового правителя, который не хотел видеть запечатленной «прежнюю Персию».

После беспорядков фотографу удалось собрать остатки негативов. Позже их восстановлением занялась дочь Севрюгина – Мария, которой удалось тайно вывезти работы отца заграницу. В настоящее время около 700 из них хранятся в Смитсоновском институте в Вашингтоне.

Антон Севрюгин умер в 1933 году в Тегеране от болезни почек. Несмотря на то, что семья Севрюгян была оторвана от исторической родины, потомки известного фотографа по сыну Андре хорошо владеют армянским языком. По рассказам внука Антона Севрюгина – Эммануэля, который в 2015 году посетил Ереван, в их семье все говорили по-армянски и были крещены в армянской церкви.

Источник: https://rusarminfo.ru/2017/06/10/anton-sevryugyan-avtor-bescennyx-fotografij-persidskogo-shaxa/

Лица Востока: работы тифлисского фотографа на выставке в Москве

Корреспондент Sputnik Грузия Алена Савельева побывала в музее Востока и узнала, как развивалась фотография сто лет назад, почему работы Ермакова пользовались популярностью и за что он получил звание придворного фотографа шаха персидского.

Выставка «Светопись Дмитрия Ермакова» была организована по инициативе РОСФОТО совместно c Российским этнографическим музеем и Государственным музеем Востока. Главная цель экспозиции – с помощью фотографий «воссоздать картину исторических событий и показать культурное многообразие Евразии на рубеже XIX–XX веков».

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрий Ермакова: Грузия

«У нас редко бывают фотовыставки, но работы Ермакова не только представляют интерес с точки зрения развития фотографии в Российской империи, но и несут в себе этнографическую ценность», — говорит один из кураторов экспозиции Екатерина Ермакова.

Собрание фотографий, представленных в музее Востока, достаточно большое – каждый зал посвящен конкретной/отдельной стране.

Так, посетители могут увидеть на выставке, как сто лет назад выглядел Тифлис и его армянское население, как одевались народы Северного Кавказа и Средней Азии, а также какие традиции почитали азербайджанцы и персы.

Кроме фотоснимков в экспозиции представлены национальные атрибуты разных народов – костюмы, украшения, оружие и предметы быта.

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрий Ермакова: Северный Кавказ

Один из первых залов выставки посвящен портретной фотографии, с которой и началась творческая деятельность Дмитрия Ермакова.

В 1860-х годах он вместе с художником Петром Колчиным открыл в Тифлисе первое портретное фотоателье на Дворцовой улице. В то время все любили сниматься, так как фотография была в новинку.

Кроме того, она заменяла парадные портреты, пользовавшиеся популярностью у представителей высшего света.

«Ермаков не был единственным студийным фотографом в Грузии, однако его фотоателье было очень востребовано. Он придавал своим героям национально-социальный облик, помещая их в соответствующий антураж и добавляя в кадр специальные атрибуты. А так как Тифлис всегда считался многонациональным городом – у Ермакова было большое раздолье», — рассказывает куратор выставки.

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрия Ермакова «Грузинка»

Так Дмитрий Иванович фотографировал самые разные этнические типы. В Российской империи на эту тему был заказ — такие серии коллекционировали, выпускали альбомы.

Студия Ермакова и Колчина была хорошо оборудована. Рассматривая работы из фотоателье, можно подумать, что перед нами не фотоснимки, а черно-белые картины. Так как Колчин был художником – он знал тонкости портретного искусства. Все фотографии грамотно выстроены — авторы старались придать кадрам живость с помощью фона, растушёвки и декораций.

В конце XIX века фотография была сложнее не только с художественной точки зрения, но и с технической. В фотоаппарат вставлялись стеклянные негативы, которые в мастерской превращались в снимки на тонкой бумаге. Раствор, используемый при проявлении, приходилось делать самостоятельно.

Из-за трудного процесса каждый кадр тщательно продумывался – надо было усадить гостя, расставить мебель, продумать образ. Несмотря на то, что снимкам более ста лет, они хорошо сохранились – важную роль сыграло качество.

Предположительно, почти у каждого фото было несколько экземпляров (тираж), которые рассылались по разным музеям.

Читайте также:  Как себя называли монголы-татары, и почему у них были голубые глаза

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрий Ермакова: Азербайджан

Через десять лет Ермаков открыл уже собственное фотоателье в центре Тифлиса. Постепенно он приобрел славу успешного коммерческого фотографа.

«К 80-м годам Ермаков стал мощным универсалом. Кроме того, он был военным топографом и ездил в экспедиции, в том числе археологические. По заказу различных организаций он делал этнографические снимки, а также создавал свои коллекции, которые потом продавал», — отмечает сотрудница музея.

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрий Ермакова: Средняя Азия

Поездки по разным странам и регионам вдохновили Дмитрия Ивановича на создание многочисленных серий, часть из которых сегодня представлена в музее Востока. В нескольких залах перед нами открывается Ермаков как мастер не только портретов, но и городских пейзажей, чередующихся с репортажной съёмкой.

Первый зал посвящен, конечно, родной Грузии – старый Тифлис, серные бани, крепость Нарикала, площадь Воронцова, живописные мосты и другие достопримечательности города.

Грузинская серия интересна тем, что отчетливо показывает, как за сто лет изменился Тбилиси, — некоторые дома стоят и по сей день, а вот памятника Воронцову уже нет, как и большинства мостов.

В Грузии работы Ермакова также ценятся – именно там впервые был опубликован альбом старого Тифлиса.

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрий Ермакова: Грузия

«Грузинский» зал дополняет импровизированная студия.

«Мы представили, какие вещи могли бы быть в фотоателье Ермакова, тем более что оно у него было богато обустроено. Здесь индийская ширма и кавказский килим, который очень часто служил фоном. И даже камера того времени – её нам предоставила частная галерея старинных фотографий», — поделилась куратор выставки Екатерина Станиславовна.

Ермаков большое внимание уделял технике, чтобы свободно передвигаться с камерой в путешествиях, он её усовершенствовал и сделал переносной.

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрий Ермакова: Грузия

Рядом с тифлисской серией расположились фотографии, посвященные армянской культуре. И это неслучайно. Как говорит представитель музея, половина работ была сделана в Грузии, так как в то время там жила многочисленная армянская диаспора.

Фотографии Ермакова показывают, как жили и одевались армяне из разных регионов, например, на востоке мужчины носили меховые шапки, а на западе – тканые.

На снимках также видно, что армяне почитали свои обычаи – надевали национальные костюмы, исполняли традиционные танцы.

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрий Ермакова: Армения

Более детально одежда показана у народов Северного Кавказа. «Здесь можно увидеть черкесских женщин в длиннополых платьях с рукавами, наряд адыгов с серебряными застёжками и высокими головными уборами с вышивкой или украшениями, костюмы балкарцев и абхазов и многое другое», — говорит Ермакова.

По ее словам, организаторы не увлекались конкретными вещами, а старались через портреты показать быт и традиции разных народов.

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрий Ермакова: Северный Кавказ

На выставке также есть фотографии Персии. В 80-х годах Ермакова пригласили поработать в Тегеран, где его коллега открыл свое фотоателье. Там тифлисский мастер создал большую коллекцию, за которую получил звание придворного фотографа шаха персидского.

Иранский колорит сильно отличается от кавказского – на работах Ермакова можно увидеть уличных торговцев, ханских жен, заклинателей змей, подготовку к свадьбе, шиитский праздник. И даже персиянок в пышных юбках, которые, по легенде, шах заставил носить после посещения балета в Петербурге.

Как отмечает сотрудница музея, Иран всегда привлекал к себе внимание – сегодня он интересен «с точки зрения туризма и художественных вещей».

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрий Ермакова: Персия

Схожие мотивы прослеживаются в фотографиях южного Азербайджана, куда Ермаков заехал по пути в Персию, — те же базары, ковровое ремесло и девушки, окутанные в чадру. И, наконец, еще одним регионом, попавшим в объектив фотографа, стала Средняя Азия — бек в драгоценном халате и бухарские евреи, чайханы и мечети, мастерские ремесленников и караван-сараи (место отдыха путешественников и купцов).

© Sputnik / Alena Saveljeva

Фотография Дмитрий Ермакова: Азербайджан

Изучив работы Ермакова, его можно смело назвать востоковедом визуального плана, который не писал трудов, но показывал быт разных народов. Его фотографии были высоко оценены еще при жизни — на российских и зарубежных конкурсах тифлисский фотограф получил около 30 наград.

Источник: https://sputnik-georgia.ru/reviews/20170626/236420406/Lica-Vostoka-raboty-tiflisskogo-fotografa-na-vystavke-v-Moskve.html

Иран начала ХХ века в объективе Антона Севрюгина – ФОТО

наверх

Возможность заглянуть более чем на 100 лет назад и увидеть Иран 1901 года.

Иранский подданный, российский фотограф Антон Севрюгин долгое время был официальным фотографом Императорского двора Ирана.

Как передает Oxu.Az, его карьера совпала с критическим для Ирана временем — влиянием Запада на персидскую самобытную культуру.

Благодаря работам фотографа у нас есть возможность заглянуть более чем на 100 лет назад и увидеть Иран 1901 года.

Задокументированная им реальность является важным источником для изучения истории, культуры и общественных отношений современной ему Персии. А каждый любитель фотоискусства несомненно испытает тонкое эстетическое удовольствие от просмотра его работ.

  • Девушка
  • Бедные девушки в очереди за водой
  • Группа женщин музыкантов
  • Группа кочевников в хижине
  • Группа мужчин в караван-сарае
  • Группа мужчин у дома в Гиляне
  • Группа персидских женщин и девочек
  • Групповое фото персидских женщин
  • Персидские женщины и среди них один мужчина
  • Групповое фото персидских музыкантов
  • Групповое фото персидских солдат, стоящих по стойке смирно
  • Групповое фото персидских мужчин
  • Групповое фото турецких мужчин
  • Персидский шах Наср аль-Дин,его третий сын, наиб амира Аль-Салтан Кебир и придворные
  • Групповой портрет курдов
  • Групповой портрет курдской семьи
  • Групповой портрет халдейских женщин и мужчин
  • Дервиш
  • Дервиш и женщина
  • Дервиши за курением
  • Женщина с двумя детьми
  • Жители деревни возле Решта
  • Караван верблюдов на дороге в Исфахан
  • Караван-сарай в Исфахане
  • Компания мужчин во главе с Мозаффар аль-Дин шахом на лошадях
  • Молодой и старый дервиш
  • Слепой нищий и женщина в парандже с ребенком
  • Три слепых нищих с маленьким поводырем
  • Трое мужчин и ручная львица
  • Халдейская девушка
  • Халдейская женщина
  • Дервиш
  • Военный парад на площади в Тегеране
  • Две попрошайки из племени кочевников
  • Девочки из племени кочевников
  • Девушка курд
  • Женщина кочевников с ребенком
  • Женщины на пути в Багдад
  • Князь Фарман Фарма, министр юстиции, а затем губернатора Фарса
  • Курдская женщина во дворе дома
  • Курдские женщины и музыканты
  • Любители опиума
  • Мужчины, травмировавшие себя на десятый день месяца Мухаррам
  • Празднование по случаю Мухаррама
  • Насер ад-Дин-шах, Шах Персии
  • Насер ад-Дин-шах и члены его семьи на пикнике
  • Персидская девочка
  • Персидские борцы
  • Персидские борцы с дубинами и цепями
  • Персидские мужчины за едой
  • Персиянки ловят вшей
  • Полураздетая персиянка
  • Портрет Захир-эд-Доуле, губернатор Хамадан
  • Портрет молодого дервиша
  • Портрет нищего с двумя карликами
  • Солдаты и мужчины в гражданской одежде на углу улицы
  • Торговец с подносом на голове
  • Торговцы в Раште
  • Торговцы возле своих товаров
  • Торговцы рекламируют шоколадный напиток — какао от Ван Хаутена
  • Улица Раззаха
  • Уличная сцена с поедателями шашлыков
  • Чаепитие в палатке
  • Человек на коне возле мечети в Куме
  • Человек с сумой за плечом и раскрашенными лодыжками
  • Возлежащие женщины

www.oxu.az

Источник: https://ru.oxu.az/interesting/69265?fb_comment_id=932552660130843_957468057639303

Про реальные фото из иранского гарема. Фейк? Думаю нет!

Давно по инету гуляют фотки из гарема шаха Насер ад-Дин Шах Каджар с мужеподобными женами. Я тоже повелся на фото принцессы, и мне стали писать что это фейк. Решил разобраться. Оказалось непросто. Фотки намешали, напутали. Людей не разобрать.

Но давайте попробуем?Дело в том что жены у шаха весьма… специфические.Иногда считают что это вовсе даже актеры первого иранского театра.

Вот что пишет про это cyxum

На самом деле это фотографии мужчин-актеров первого государственного театра созданного по приказу шаха Насереддина (большого любителя европейской культуры) при Политехническом училище Дар-эль-Фунун в 1890 году, которые разыгрывали сатирические пьесы только для дворцовой знати.

Организатором этого театра был Мирза Али Акбар Хан Наггашбаши, который считается одним из основоположников современного иранского театра. Так как женщинам было запрещено выступать на сцене, эти роли исполнялись мужчинами. Первые женщины на сцену в Иране вышли в 1917 году.

Покопавшись в фото я все решил что фото не фейк. Во всяком случае некотрые люди прослеживаются через десятки лет.

Давайте попробуем отследить людей. Например первое фото — это точно фото гарема шаха. Во всяком случае его так атрибутируют.  Обратите внимание на мальчонку-негра. Видимо это евнух, и он встретится еще на других фото. Хотя лиц жен не узнаю.

Например вот тут он уже подрос, но на  фото есть сам шах.

Или вот он с кальяном. Жена (наложница?) несколько раз встречается еще в соблазнительных позах.

Вот Ансиодола в в более молодом возрасте

А тут она в молодости и вовсе красавица.

Вот она же в европейском платье.

Она же  с дочерью и женой шаха. Мать ли ее это? Если так то она не дочь Ансидолы.Ниже она с младшей сестройС ней же на лавочке.Это она уже на склоне лет с обширным семейством.

Похоже на дочь шаха со внуком. И чуть ли не на той же скамейке.

  1. Сам шах тоже любит фотографироваться.
  2. Вот его туалетный лук с женами через зеркало.

Кроме фото шаха ходят фото иранских женщин фотографа русского (отец армянин, мать грузинка) происхождения Антона Севрюгина.  Он родился в Тегеране в семье посла. Отец рано умер, семья вернулась в Тбилиси, где Антон учился живописи и фото. В конце 1870-х годов он вернулся в Тегеран и  открыл в Тегеране фотоателье на паях со своими братьями.

Севрюгин стал придворным фотографом Насер эд-Дин Шаха, создал настоящую фотолетопись Ирана с 1870 по 1930 год и за свои заслуги даже получил звание хана.   Но вряд ли он попал бы в гарем. Однако других женщин он снимал.

похоже поздние фото дочери шаха это его работа.

К сожалению осталась лишь малая часть его снимков. Несколько раз его архив разоряли и конфиксковывали. От более  чем 4 тысяч уникальных снимков осталось меньше тысячи.

Хорошая подборка фото его тут.

Читайте также:  Не только от предков: как еще русские получали свои фамилии

Вот тут он в кадре.И это явно не гарем шаха.

  • Ну и на закуску как выглядели прицессы Персии уже в 20 веке.

Источник: https://yosha-orlow.livejournal.com/1258494.html

Наложницы, евнухи и рабыни персидских шахов из династии Каджар (фото)

В конце XIX и начале XX веков Персия представляла собой причудливую смесь старого и нового. Последние западные достижения соседствовали с гаремами, евнухами и невольниками. Мир, запечатленный на фотографиях того времени, совсем не похож на то, что мы представляем. «Лента.ру» заглянула в архив Women’s Worlds in Qajar Iran и выбрала самые интересные кадры.

Последние шахи династии Каджар изо всех сил пытались модернизировать страну. Инженеры из России строили телеграф, французы обучали армию, в Тегеране появились аэропланы — в тот момент последнее слово техники.

Шах Насер ад-Дин, который правил Персией во второй половине XIX века, с юности увлекался фотографией. Он устроил во дворце собственную фотостудию и назначил первым придворным фотографом Антона Севрюгина из России, у которого имелось фотоателье в Тегеране. Севрюгин снимал шаха и придворных, но в женскую половину дворца путь был закрыт. Свой гарем Насер ад-Дин фотографировал лично.

Institute for Iranian Contemporary Historical Studies

В Персии тех лет телеграф, аэропланы и фотоаппараты уживались со средневековыми порядками. Многочисленным женам и наложницам знати прислуживали евнухи и невольницы из Африки и с Кавказа. Рабство запретили только в 1929 году, после свержения династии Каджаров.

Institute for Iranian Contemporary Historical Studies

Гарем Мозафереддин-шаха, сына и преемника Насера ад-Дина, не имеет ничего общего с фантазиями европейцев, начитавшихся восточных сказок. Это не «Тысяча и одна ночь» — никаких полуобнаженных девиц и танцев живота. Больше похоже на мирный семейный портрет: женщины чинно смотрят в объектив, озорные дети забрались под стол.

Institute for Iranian Contemporary Historical Studies

Дочь шаха Насера ад-Дина, круглолицая красавица Ахтар ад-Даула, позирует со служанками. Во второй половине XIX века персидские представления о красоте — как женской, так и мужской — заметно отличались от европейских. Знатные девушки не стремились похудеть и щеголяли пышными бровями, а порой и легкой растительностью на лице.

Institute for Iranian Contemporary Historical Studies

Группа женщин с козой в андаруни (внутренних покоях) дворца шаха. Покрывала на их головах удивительным образом сочетались с мини-юбками, которые вызвали бы скандал в любой европейской столице того времени.

Institute for Iranian Contemporary Historical Studies

Любимая наложница часто появляется на фотографиях, которые делал Насер ад-Дин, причем всякий раз в новом наряде — то в персидской юбочке, то в европейском платье, то в японском кимоно. Девушка была черкесской красавицей и, скорее всего, рабыней.

Institute for Iranian Contemporary Historical Studies

Внучка шаха Исмат аль-Мулюк и ее родственницы строят рожи перед камерой. В Instagram и не такое увидишь, но в XIX веке с фото не шутили. Чтобы снимок удался, людям приходилось несколько минут неподвижно сидеть перед камерой с постным лицом. Но принцессам закон не писан, особенно в тех случаях, когда под покрывалом камеры прячется собственный дедушка.

Institute for Iranian Contemporary Historical Studies
   

Источник: https://sorokanews.ru/2018/08/11/nalozhnitsy-evnuhi-i-rabyni-persidskih-shahov-iz-dinastii-kadzhar-foto/

Карл Булла — фотограф Императорского Двора

Династия фотографов Булла внесла огромный вклад в историю Петербурга и всей России. Снимки Карла Карловича Булла и его сыновей вошли в постоянную экспозицию  Государственного Эрмитажа и Государственного музея истории Санкт-Петербурга, они также хранятся в Российской национальной библиотеке и многочисленных частных собраниях.

Карл Булла являлся официальным фотографом Министерства Императорского двора и Управления Санкт-Петербургского градоначальника. Поэтому его уникальные фотографии являются отражением времени, на них запечатлена культурная и общественная жизнь России начала XX века.

Карл Булла родился в Пруссии в Леобшютце в 1855 году. В возрасте двенадцати лет он волею случая сел на пароход, отправляющийся в столицу Российской империи. Трудно сказать, что двигало подростком тогда – жажда приключений или необходимость доказать себе и окружающим свою состоятельность.

Как бы то ни было, Булла оказался в России, где практически сразу же устроился посыльным в фирму «Дюнант», которая в то время занималась изготовлением и продажей фотографических принадлежностей. Здесь он постепенно превратился в лаборанта и ученика, постигая основы технологии полива и очувствления фотоэмульсии.

Через несколько лет Карл Булла уже открывает свое собственное дело по изготовлению сухих желатиновых фотопластинок, которое начинает приносить ему немалый доход. Ведь в ту пору в России был большой спрос на броможелатиновые пластины, дающие возможность снимать и на длительных, и на коротких выдержках.

В 1875 году Карл Булла открыл свое собственное фотоателье в доме № 61 на Садовой улице.

Надо сказать, что фотоателье сразу же стало пользоваться большой популярностью во многом благодаря настойчивости, трудолюбию и общительности его владельца.

Булла всегда умел находить контакт со своими клиентами, а также своевременно приобретал все самые лучшие технологические новинки в области фотоискусства.

С течением времени фотоателье Буллы стало настоящим модным домом для петербургского общества независимо от сословий. При съемке портретов Карл Булла руководствовался принципом естественности и непринужденности поз модели, он не раз повторял: «Будьте поживее, не сидите так натянуто!»

Булле нельзя было отказать в дальновидности.

Ведь спустя несколько лет после открытия собственного фотоателье он подал прошение в Министерстве внутренних дел для получения «разрешения на право производства всякого рода фотографических работ вне дома, как-то: на улицах, квартирах и в местах ближайших окрестностей Петербурга». Это позволило ему в 80-е годы XIX столетия наладить настоящее типографское производство открыток по стандарту Всемирного почтового союза.

Булла начинает работу в жанре фоторепортажа, чтобы печатать полученные изображения на открытках.

На эти открытки попадают многие архитектурные объекты и улицы Санкт-Петербурга, уличные сцены, изображения людей различных профессий, снимки новейших транспортных средств и многое другое.

Фотографии с подписью «фото Булла» или «фото К. К. Булла» начали печататься российскими и зарубежными изданиями, что способствовало еще большей популярности фотографа.

Аничков Мост. Карл Булла

В 1896 году Карла Булла официально объявляют «фотографом Императорского Двора» и даруют специальный знак «фотограф Санкт-Петербурга». В 1903 году он получает особый заказ для съемки юбилейных торжеств по случаю 200-летия Петербурга.

Годом спустя, у Буллы появляется уникальная возможность сфотографировать особ царствующего дома, членов императорской семьи во главе с Николаем II, причем не только «при параде», но и в их обычной повседневной жизни.

В начале XX столетия Карл Булла также получил разрешение от официальных властей на фотографирование маневров и учений войск гвардии и Петербургского военного округа.

Офицеры женского батальона. Карл Булла

Булла является настоящим «пионером» фото репортажного дела в России.

Именно по его фотографиям мы можем изучать историю Санкт-Петербурга и нашей страны, знакомясь с главными героями политической, культурной и общественной жизни начала XX века.

Его портретные снимки позволяют нам увидеть реальный облик Федора Шаляпина, Льва Толстого, Ильи Репина, Корнея Чуковского, императрицы Александры Федоровны, цесаревича Алексея и многих других выдающихся личностей того времени.

Лев Толстой в окружении родственников. Карл Булла

В 1908 году Булла открыл фотоателье на Невском проспекте, 54, где были роскошные павильоны для проведения съемок и лучшее фотооборудование. В то время годовой доход его фирмы достигал уже более двух сотен тысяч рублей.

В 1910 году Карл Булла становится поставщиком Двора короля Сербии, еще до этого он получил такие почетные награды, как крест Румынской короны, орден «Звезда Льва и Солнца» от Персидского шаха и кавалерский орден Итальянской короны.

Общепризнанный мастер фоторепортажа Карл Булла занимался иллюстрированием журналов «Нива», «Огонек», «Петербургская жизнь» и «Столица и усадьбы», где перед читателями открывались все стороны жизни Петербурга и России.

Невский проспект. Конка. Карл Булла

В фотоателье на Невском проспекте Карл Булла работал вместе со своими сыновьями – Александром и Виктором, впоследствии также ставшими известными фотографами. В 1916 году он окончательно передает им свое дело, решив переехать в Эстонию, на остров Эзель. Там он занимается обучением местных жителей искусству фотографии и спокойно доживает свои дни.

Карл Булла с сыновьями

Карл Булла скончался в 1929 году, оставив после себя огромное фотографическое наследие в виде более двухсот тысяч фотоизображений, относящихся к периоду конца XIX – начала XX века. Его сын, Виктор Булла, продолжил дело своего отца, создав, в частности, целый ряд великолепных портретных снимков, посвященных событиям Октябрьской революции 1917 года.

На его фотографиях перед нами предстают Ленин, Зиновьев, Каменев, Сталин и другие действующие лица того времени. Ему также принадлежит целая серия снимков о Русско-японской и Первой мировой войне.

В фотомастерской Карла Булла на Невском проспекте, 54 в центре Петербурга сегодня открыт музей, где можно познакомиться с историческими изображениями, документами и фотографическим оборудованием эпохи легендарного петербургского фотографа.

Источник: Фотокомок.ру – о фотографии и фототехнике, онлайн фоторедактор (при цитированиии и копировании активная ссылка обязательна)

Источник: http://www.fotokomok.ru/karl-bulla-fotograf-imperatorskogo-dvora/

10 картин эпохи династии Каджаров в Государственном Эрмитаже

?

Каджары (в России — принцы Персидские) — династия, основанная предводителем тюркского племени каджаров Ага-Мухаммед-хан Каджаром и правившая Ираном с 1795 по 1925 год.

► Михр-Али.Портрет сидящего Фатх-Али-шаха. 1813-1813 гг., Иран. Холст, масло. 253 х 118 см.Портрет стоящего Фатх-Али-шаха. 1809-1810 гг., Иран. Холст, масло. 253 х 124 см.

Государственный Эрмитаж, Зимний дворец, зал 393.

Фетх Али-Шах (1772-1834) — второй шах Ирана династии Каджаров, правил с 1797 по 1834. Фатх-Али-шах — один из самых известных в России персидских монархов. В годы его царствования шли русско-иранские войны (1804-1813 и 1826-1828) и произошло нападение на русскую миссию в Тегеране в 1829 г., приведшее к трагической гибели А.С. Грибоедова.Изображение могущественного правителя в высокой короне и парадном облачении, сидящего на ковре с подушкой за спиной, является типом парадного портрета, преобладающего в живописи Ирана с XVI в. Придворный художник Михр-Али написал этот портрет в 1229 г., согласно мусульманскому лунному календарю, что соответствует 1813-1814 гг. христианского летоисчисления. В правой руке у Фатх-Али-шаха – булава (символ царской власти), перед ним на ковре лежит ещё одна регалия – сабля. Фигура Фатх-Али-шаха в ярко-красном одеянии, расшитом жемчугом и каменьями, контрастно выделяется на фоне пейзажа за окном.Справа вверху помещены надписи. В медальоне: «Султан Фатх-Али-шах Каджар», в прямоугольном картуше стихи: «Это портрет шахиншаха, обитателя небес, Или же (это) восход солнца и образ луны?».На втором портрете Фатх-Али-шах представлен, согласно европейской традиции парадного портрета, во весь рост на фоне тёмной стены, украшенной резной панелью. В его правой руке – скипетр, увенчанный фигурой удода, вещей птицы царя Соломона, упомянутой в Коране. Роскошное парадное облачение шаха включает высокую корону с тремя плюмажами из перьев чёрной цапли (символ царского достоинства), платье из светло-жёлтого шелка, саблю, пояс, бозубанды (нарукавники) и скипетр, усыпанный жемчугом и изумрудами.Наверху справа медальон с надписью: «Султан Фатх-Али-шах Каджар». Под медальоном в прямоугольном картуше – стихи, повествующие о том, что сам Аллах «изобразил этого знаменитого монарха».

Читайте также:  Волковы, макаровы и другие фамилии, которые носят только ханты и манси

► «Женщина с диадемой». Иран, сер. XIX в. Холст, масло, клеевые краски. 150 x 89 см.Государственный Эрмитаж, зал 394.

Это одна из серии картин, представляющих придворных красавиц и предназначавшихся для убранства дворца иранского правителя. Дама в прозрачной накидке изображена на фоне окна, почти закрытого тёмно-красной завесой. Слева тщательно выписана изящная колонна со сложной капителью.Одежда и причёска женщины говорят о времени создания картины. В годы правления Мухаммад-шаха (1834-1848) усиливается проникновение в Иран европейской культуры, в частности моды. Иранские дамы начинают носить очень широкую юбку, напоминающую европейский кринолин. Такая юбка сочеталась с типичными для придворного иранского одеяния деталями: шёлковой прозрачной кофточкой и надеваемым поверх неё архалуком с длинными рукавами. Между краем рубашки и юбкой виднелось обнажённое тело. Естественно, такой фривольный костюм красавицы гарема носили только во дворце. Голова дамы украшена диадемой с большим эгретом. Точно такую же диадему она держит в руках, окрашенных, согласно восточной традиции, в красный цвет хной.К середине XIX в. иранские художники освоили европейские техники живописи. Складки пышной юбки, к примеру, проработаны тональными клеевыми красками. Масло художник использует только для детальной передачи узорчатой каймы подола юбки, манжет кофточки и драгоценностей.

► «Мальчик с розой» и «Мальчик с соколом». Иран, кон. XVIII в. Холст, масло.

На первой картине на зеленовато-синем фоне – поясное изображение мальчика, держащего в руке розу. Прекрасный отрок изображён в высокой конусообразной шапке из узорчатой ткани. Длинные чёрные локоны, подведённые брови и ресницы, окрашенные хной руки – все это признаки биришей («бириш» – безбородый), т.е. мальчиков женственного облика, которые содержались наряду с красавицами в гаремах иранских правителей.По свидетельству главы французского посольства Ф. Совебефа, прибывшего в Иран в 1785 г., персы и персиянки в то время носили рубашки без воротника с разрезом спереди, окаймлённые чёрной тканью, и маленькие жакеты со вставкой на груди, открытые до самого пояса.Этот идеализированный портрет гаремного мальчика был задуман как парный к изображению бириша, на его правой руке которого сидит, изящно приподняв крылья, ручной сокол. Фигуры юношей зеркально повторяют друг друга. Картины были задуманы для убранства стен одного из дворцовых залов и исполнены, возможно, тегеранским придворным художником.Несмотря на заимствования некоторых элементов западноевропейского искусства, в конце XVIII в. ещё была очень сильна традиция средневековой миниатюрной живописи, что проявилось в плоскостной трактовке пространства и форм, использовании ярких локальных цветов, придании важной роли орнаменту. В изображении одежд живописец проявляет больше интереса к разнообразию узоров тканей, чем к передаче их фактуры.

► Иранский художник пер. пол. XIX в. «Сражение персов с русскими». Ок. 1815-1816 гг., Иран.Холст, масло. 230 х 395 см.

Государственный Эрмитаж, Зимний дворец, зал 393.

Огромное полотно посвящено не характерному для хода русско-иранских войн эпизоду. Возможно, здесь изображено поражение русского Троицкого пехотного полка в битве при Султанабаде у реки Аракс, происшедшей 13 февраля 1812 г.В левой половине картины во главе персидских войск – сын Фатх-Али-шаха наследный принц Аббас-мирза (в голубом кафтане на гнедом коне). Правой рукой он указывает на отрубленные головы врагов.Само сражение представлено в правой части композиции: бой кипит на территории русского военного лагеря. На знамёнах русского полка художник неумело изобразил двуглавого орла государственного герба Российской империи. Лагерь окружён группами иранских солдат в европейских мундирах с персидскими знамёнами, на которых на фоне восходящего солнца изображён лев, держащий в лапе саблю.В центре картины верхом на коне едет английский офицер – один из тех, кто реорганизовывал персидскую армию по европейскому образцу. Победе над одним русским полком придано значение большого исторического события. Полотно входило в убранство Уджанского замка Аббаса-мирзы, откуда в 1828 г. в качестве военного трофея было привезено в Зимний дворец Санкт-Петербурга.

► Иранский художник пер. пол. XIX в. «Смотр персидских войск Фатх-Али-шахом». Ок. 1815-1816 гг., Иран.Холст, масло. 203 х 415 см.

Государственный Эрмитаж, Зимний дворец, зал 393.

На огромном полотне выполнена многофигурная композиция, показывающая реальное событие, происшедшее в Уджанской долине в июле 1813 г. Наследный принц Аббас-мирза представляет своему отцу Фатх-Али-шаху реорганизованную по европейскому образцу английскими и французскими инструкторами регулярную армию.В верхней половине картины, левее центра, в красном одеянии выделяется всадник – сам Фатх-Али-шах. У ног его коня – распростёртая на земле фигура в розовом Аббас-мирзы. Правитель самой важной и богатой провинции Ирана – Азербайджана, наследный принц Аббас-мирза делает самый большой поклон, которым подобало чествовать только шаха в особенных случаях.Шах и его многочисленная свита готовы проехать между шеренгами построенных солдат в мундирах европейского типа. У правого края картины показаны музыканты верхом на верблюдах, левее – всадники, ведущие лошадей в нарядных попонах. Далее – в два ряда идут восемь знатных юношей в головных уборах с перьями. Это скороходы, всегда сопровождающие выезд правителя и расчищающие ему путь. Справа, у верхнего среза полотна, изображены в чалмах и халатах улемы (богословы и законоведы). Рядом – группа людей совершает ритуал заклания баранов.Картина входила в убранство Уджанского замка Аббаса-мирзы, откуда в 1828 г. в качестве военного трофея была привезена в Зимний дворец Санкт-Петербурга.

► «Танцовщица с кастаньетами». Иран, первая четверть XIX в.Холст, масло. 158 x 90 см.

На фоне ярко-голубого неба в проёме открытого окна изображена танцующая под стук кастаньет черноволосая красавица. Образ её сопоставим с прекрасной Лейли из поэмы иранского поэта XII в. Низами: «Разубрана, как куколка, стройна, Как кипарис, прелестна, как луна…».На танцовщице сложное одеяние: поверх кофты с длинными рукавами надет архалук из коричневого бархата. Талия стянута массивным поясом, через большую круглую бляху которого пропущен красный шарф с голубым набивным узором. Рукава кофты, плечи архалука, низ очень широких шальвар расшиты жемчугом и изумрудами, составляющими геометрический орнамент. На голове девушки – маленькая круглая шапочка, кокетливо сдвинутая, согласно моде, набок. На темени – так называемая джига из чёрных перьев, которая скреплена ниткой жемчуга. Наклон головы, жест рук, развевающиеся концы широкого шарфа, широкий шаг босых ног подчёркивают движение придворной танцовщицы.

► «Влюблённые». Иран, нач. XIX в.Холст, масло. 131,5 x 77 см.

В начале XIX в. придворные художники Ирана обычно изображали любовную пару сидящей в подушках на ковре. Фигуры обнимающихся девушки и юноши композиционно показаны как одно целое, словно два плода на одной ветке, лежащие перед ними. Идеализированные, похожие лица влюбленных совершенно бесстрастны и обращены не друг к другу, а к зрителю.Картина воспринимается как нарядное панно, затканное узорочьем пёстрых тканей одежд персонажей, ковра и подушки в розах. Первоначально это полотно украшало один из дворцовых залов, и его размеры соответствовали конфигурации ниши с закруглёнными верхними углами. Позднее формат картины был изменён, верхняя часть прямоугольного полотна дописана.

► «Женщина с розой». Иран, первая четверть XIX в.

На фоне открытого окна с поднятой завесой запечатлена одна из затворниц гарема иранского правителя, красота которой сопоставима с образом Лейли из знаменитой поэмы Низами «Лейли и Меджнун»: «Шалунья! Взмах одних её ресниц Пронзает сердце, повергает ниц…

Румянец, родинки, сурьма очей – Все станет завтра звездами ночей…»Изящными жестами рук, окрашенных, согласно традиции, в красный цвет хной, дама кокетливо держит розу и стаканчик шербета. Художник подробно запечатлел своеобразие придворного женского одеяния первой четверти XIX в.

Прозрачная кисейная рубашка «пирохан», сквозь прорезь которой просвечивает обнажённое тело, сочетается с кофтой из типично иранской полосатой ткани. Чрезвычайно широкие тёмные шальвары сплошь покрыты тканым повторяющимся узором.

Рисунок и складки ткани переданы плоскостно, что характерно для иранской масляной живописи раннекаджарского периода.Мастерство тегеранских художников, работавших в первой четверти XIX столетия при дворе династии Каджаров, выражалось в скрупулёзной передаче деталей одеяний и натюрморта.

В этой картине восхищает прозрачность мазков, с помощью которых переданы складки ниспадающего воздушного шарфика и молочного цвета стекло штофа.

Источник

Источник: https://the-morning-spb.livejournal.com/349448.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector