Как обращался лев толстой со своими крепостными на самом деле

На склоне лет человек обычно ищет покоя: кто-то находит его в кругу самых близких, кто-то – в уединении. Граф Лев Толстой выбрал для себя последний путь, и этот выбор оказался для него единственным.

Последние годы жизни писателя были полны мучений – не столько физических, свойственных его возрасту, сколько духовных. Конфликт с супругой Софьей Андреевной и детьми сделал жизнь Толстого в Ясной Поляне невыносимой.

Яблоком раздора стало завещание литератора. На закате своих лет Толстой проникся идеей отказа от собственности.

Дворянская роскошь ему опостылела; Лев Николаевич много лет мечтал покинуть барский дом и жить как простой человек, а все имущество хотел раздать нищим и крестьянам.

Эти новые убеждения неизбежно затрагивали вопрос об авторских правах писателя. В свои последние годы Толстой был убежден в том, что его литературные труды должны принадлежать всему человечеству. Однако сделать свои книги всеобщим достоянием ему мешала семья.

Графиня Софья Андреевна, бесспорно, была чуткой и любящей супругой, но также она была матерью, которая думала о будущем своих детей. Вопрос о завещании Толстого постоянно ее тревожил.

Кроме того, масла в огонь постоянно подливал преданный ученик и последователь Льва Николаевича Владимир Чертков.

Он имел огромное влияние на Толстого, и именно Чертков в конце концов уговорил писателя написать завещание не в пользу жены.

Зная, что понимания в семье ему не достичь, 10 ноября 1910 года (107 лет назад) Толстой наскоро собрал вещи и покинул имение. Это путешествие стало для него последним: по дороге в Новочеркасск писатель заболел воспалением легких и скончался.

Как обращался Лев Толстой со своими крепостными на самом деле

Л.Н. Толстой и С.А. Толстая

Что же явилось финальным толчком для этого рокового поступка? Что, кроме распрей с родными, сподвигло Толстого на уход и для чего он отправился в Оптину пустынь, к монахам?

О последнем путешествии великого писателя в интервью «Истории.РФ» рассказал писатель, литературовед и литературный критик Павел Басинский.

«Толстой мечтал жить в бедной избушке»

– Павел Валерьевич, как вы думаете, что сыграло главную роль в уходе Толстого: борьба с самим собой, конфликт с супругой или влияние Черткова?

– Вы знаете, там все сошлось. Такие поступки не совершаются по какому-то одному позыву. Толстой мечтал об уходе давно; он хотел покинуть барский дом и жить в бедной избушке или при монастыре или просто странствовать. Поскольку у него была большая семья, в которой росли дети, он этого сделать не мог.

– Да, ведь у Толстых родилось 13 детей! Пятеро, правда, умерли в раннем детстве, однако и забота об остальных требовала немало сил и средств. Но разве кто-то из детей оставался на иждивении Льва Николаевича перед его уходом?

– К тому моменту, когда он уходил, все дети, в общем-то, были уже взрослые. В доме оставалась только одна дочь Саша, и она уже тоже была совершеннолетняя. К тому же она всецело поддерживала отца в его уходе.

– Она единственная из семьи одобряла его идею?

– Были дети, которые относились к этому лояльно: скажем, Сергей и Татьяна – старшие дети Толстых. А более младшие – Илья, Лев, Андрей – были категорически против. 

Как обращался Лев Толстой со своими крепостными на самом деле

Л.Н. Толстой с дочерью Александрой

– В одной из своих лекций вы говорили, что важную роль в принятии этого непростого решения сыграло завещание Толстого. Почему оно оказалось для писателя роковым?

– Конечно, завещание было одной из причин его ухода. Дело в том, что свою собственность (Ясную Поляну, дом в Хамовниках и другие имения) Толстой уже давно переписал на жену и детей – еще в начале 1890-х годов. Но решался вопрос о литературных правах.

Толстой был уверен, что его произведения могут печататься безвозмездно, что они принадлежат всем и т. д. Но в конце жизни его знакомый юрист Муравьев объяснил ему, Черткову и Саше, что это невозможно. Литературные права не могут принадлежать всем.

Они должны принадлежать либо какому-то конкретному физическому, либо юридическому лицу, например Академии наук.

– А если бы Толстой продолжал настаивать на своем? Его бы перестали печатать?

– Нет, его бы печатали, но просто права по закону о наследстве перешли бы пополам его жене и детям.

Как история с завещанием повлияла на отношения в семье писателя?

– Отношения с женой у Толстого в то время были натянутыми в связи с конфликтом, который происходил между ней и Чертковым. И вообще, будем говорить прямо: Толстой не хотел, чтобы его родственники распоряжались его литературным наследием – грубо говоря, наживались на его трудах.

Более того, после смерти графа его дети сами согласились с волей отца и считали, что он правильно поступил, потому что деньги были слишком большие. Зарубежные издатели предлагали десять миллионов золотых рублей за эксклюзивные права на посмертное издание Толстого.

Наши предлагали чуть поменьше, но все равно речь шла о миллионах, а это в то время были колоссальные деньги.

То есть его дети боялись стать нахлебниками?

– Да, конечно. Они признали, что это заставило их работать и самим устраивать свою жизнь.

«За свои дневники держался как лев»

– Конфликт между Толстым и Софьей Андреевной строился только на его отношении к собственности? Или что-то еще было причиной размолвки?

Толстой не без оснований опасался, что, возможно, Софья Андреевна как-то поправит его дневники. Вообще, настоящая война шла именно за дневники Льва Николаевича, а не за его сочинения. К своим сочинениям Толстой к концу жизни относился уже крайне пренебрежительно.

Все его статьи к тому времени были напечатаны: после 1905 года они печатались либо в России, либо за границей и были всем известны. А вот за свои дневники он держался как лев. И боялся, что Софья Андреевна внесет в них какие-то поправки.

Поэтому в этом смысле он доверял Черткову больше, чем жене.

Как обращался Лев Толстой со своими крепостными на самом деле

Л.Н. Толстой и В.Г. Чертков

– Что за личность был этот Чертков?

Чертков был его самый фанатичный и преданный ученик, ловивший каждое слово Толстого. Но он скрыл одно-единственное письмо Толстого к нему, где тот выражал сомнения по поводу вопроса о наследстве.

Это письмо Чертков спрятал, но не уничтожил; оно хранилось у его сына до 1960-х годов и в итоге все равно было опубликовано, но уже после смерти Черткова. В принципе, Чертков выполнил волю Толстого – 90-томник был издан.

Если вы откроете это собрание сочинений, то увидите, что там на французском языке написано, что каждый может печатать это безвозмездно.

– Все эти распри, видимо, сделали жизнь Толстого ужасной. Об этом можно судить из его прощального письма к жене, где он писал: «Положение мое в доме стало невыносимым».

– Да, уход Толстого был связан с просто невыносимой обстановкой, которая сложилась в Ясной Поляне – к сожалению, так бывает в семьях. В доме был просто раздрай – раздрай между детьми, Чертковым, Софьей Андреевной и Львом Николаевичем. Он тогда уже был глубоким стариком, и ему хотелось покоя, уединения.

А Ясная Поляна представляла собой проходной двор – там постоянно торчали фотографы, Дранков снимал его на кинокамеру (Александр Осипович Дранков – русский фотограф, кинооператор, один из пионеров российского кинематографа, первым осуществил киносъемку Толстого. – Прим. ред.).

В дом все время шли посетители, просили у Толстого денег, которых у него не было (когда он уходил, у него в кошельке было 50 рублей).

«В монастыре все были ошарашены»

Многие историки считают, что Толстой отправился в это последнее путешествие, чтобы воссоединиться с Церковью, от которой прежде отрекся. В пользу этой теории говорит тот факт, что Лев Николаевич поехал в Оптину пустынь, к монахам. Вам эта версия кажется правдивой?

– Вы знаете, этот вопрос висит в воздухе. Церкви, конечно, предпочтительно думать, что Толстой поехал в Оптину пустынь для того, чтобы покаяться, примириться с Церковью. И ведь он действительно два раза подходил к келейному домику старца Иосифа – в то время это был главный старец в Оптиной пустыни.

В домик он не вошел, потому что ждал, что его позовут, но его не позвали. Это не была какая-то гордыня с его стороны, просто он знал, что Иосиф болен.

Тут нужно понимать, что Толстой все-таки был в хорошем смысле таким барином-аристократом: для него войти к больному человеку без приглашения было невозможно. 

Как обращался Лев Толстой со своими крепостными на самом деле

– Почему его не пригласили в дом?

–Сложно сказать. Келейник Иосифа потом вспоминал, что он якобы видел Толстого в окне и спросил старца, позвать ли его. Иосиф сказал: «Конечно, позови». Но, когда келейник вышел, Толстой уже был далеко. По запискам Маковицкого (Душан Петрович Маковицкий – врач семьи Толстого и яснополянских крестьян; сопровождал писателя при его уходе из Ясной Поляны.

– Прим. ред.) мы знаем, что от домика Иосифа Толстой пешком пошел к парому и возле парома долго разговаривал с монахами. В общем, ситуация довольно запутанная. К тому же все в монастыре были ошарашены. Поздняя осень – это не время паломничества, и вдруг появляется Толстой, отлученный от Церкви. Это дело серьезное.

Старец может с ним встретиться, а вот игумен монастыря не может без разрешения владыки Синода встретиться с отлученным Толстым. Игумен сам был болен, он только недавно вернулся после операции. Понимаете, это была обычная человеческая ситуация, которая менялась каждую минуту, а из нее все время пытаются вывести какую-то очень жесткую логическую связь.

Толстой, может быть, и хотел пожить при Оптиной пустыни. Дело в том, что это было возможно, ведь совершенно необязательно было жить в келье. В Оптиной пустыни было несколько гостиниц, где было принято, особенно среди пожилых женщин, доживать свой век при монастыре, куда они ходили молиться.

Там были похоронены две тетушки Толстого, которые как раз жили при монастыре, но не как монахини.

– Куда Толстой отправился из монастыря?

Его младшая сестра Маша была монахиней в Шамординском монастыре (это женский дочерний монастырь Оптиной пустыни). Он поехал к ней, поскольку это не так далеко от Оптины, и хотел там остаться, но, опять же, не в монастыре (тем более в женском), а снять рядом домик и уже даже договорился об этом.

  • – Что его удержало?
  • – Дочь Саша напугала его тем, что Софья Андреевна его настигнет.
  • – Толстой боялся, что жена будет его преследовать?

– Да, на тот момент он боялся жены. Не в том смысле, что она разорвет его на части; он боялся посмотреть ей в глаза. Она уже знала, что завещание подписано, и не в ее пользу.

Толстой это понимал и не знал, что ей сказать. Он бы, безусловно, спасовал. Толстой не был твердолобым человеком, особенно в конце жизни. Поэтому он боялся ее видеть и поехал дальше, в Новочеркасск.

В дороге, как мы знаем, он заболел. 

Как обращался Лев Толстой со своими крепостными на самом деле

– Толстой, как вы сказали, очень трепетно относился к своим дневникам. Он делал какие-то записи в период своего ухода из Ясной Поляны?

– Да, он вел дневник. Толстой делал записи в Оптиной пустыни, диктовал дневник в Астапове (железнодорожная станция, где больного писателя сняли с поезда и где он скончался. – Прим. ред.). Так что есть дневник ухода Толстого.

Есть телеграмма, которую он отправлял Саше, и какие-то документы с ее стороны тоже остались. Есть воспоминания о его разговоре с сестрой, при котором присутствовала ее дочь Елизавета. Есть воспоминания Саши, воспоминания Черткова и, конечно, свидетельства Маковицкого, который записывал каждое слово Толстого.

И потом, за Толстым следовали корреспонденты, они преследовали его даже в поезде. Они посылали телеграммы, опрашивали монахов Оптиной пустыни. Свидетельств очень много, но они все не дают какого-то абсолютно однозначного ответа.

Читайте также:  Афанасий никитин: принял ли русский путешественник ислам

Нужно понимать, что это была очень жизненная и спонтанная ситуация, и не надо пытаться извлечь из нее какую-то философию. Бунин, конечно, попытался – написал «Освобождение Толстого». Но это философское эссе, Бунин так видел; ему хотелось видеть в Толстом своего рода буддиста.

Куприн в газете писал, что Толстой, как раненый зверь, убежал умирать вдали от дома, у него какая-то языческая версия произошедшего. А это была просто тяжелая человеческая история. Такие бывают в жизни.

«В дневнике был сюжет нового романа…»

– Болезнь свалила Толстого довольно резко; этот удар, казалось, был внезапным. Когда он уходил из дома, он чувствовал себя вполне нормально, ведь так? Это душевные терзания лишили его способности сопротивляться недугу?

– Он был здоров настолько, насколько может быть здоровым 82-летний человек, у которого периодически начинались приступы и провалы в памяти. Но тем не менее накануне ухода он вместе с Маковицким проехал несколько километров на лошади, спускался в овраг, поднимал лошадь наверх…

– То есть он не выглядел как человек, который приготовился к смерти?

Он вообще не уходил умирать! Просто сегодня, читая об этом, все знают, что через 10 дней Толстой умрет, поэтому и думают, что он уходил умирать. А он не знал, что он умрет через 10 дней.

Он уходил жить! У него в дневнике были сюжеты романа, который он хотел написать. Он хотел уединения и спокойной работы без этих треволнений Ясной Поляны. Он прямо написал Новикову (Михаил Петрович Новиков – русский писатель, крестьянин, близкий знакомый Толстого. – Прим. ред.

): «Я как в аду киплю в этом доме». Это не значит, что Толстой осуждал всех, просто ситуация объективно так сложилась. Он понимал и свою вину, которая заключалась в том, что он не поставил всех домашних в известность о том, какое он написал завещание.

А не поставил потому, что понимал, что это просто убьет Софью Андреевну и будет такой скандал, которого он не выдержит.

Как обращался Лев Толстой со своими крепостными на самом деле

Софья Андреевна у дома на станции Астапово, где скончался Лев Николаевич

– Значит, уход, действительно, оказался единственным выходом. Толстой давно хотел этого, но долго ли планировал? Или решение было принято мгновенно?

– Это было спонтанное решение. Он проснулся ночью и увидел, что жена роется в его столе – ищет завещание. У него участилось сердцебиение. Он дождался, пока она заснет, быстро собрался и вместе с Маковицким уехал.

И только уже в дороге Толстой спросил его: «А куда же мы поедем?» Сперва он хотел поехать к своей старшей дочери, Татьяне Сухотиной. Но это было недалеко от Ясной Поляны, и он понимал, что Софья Андреевна сразу будет его там искать. Кроме того, Татьяна не была сторонницей ухода отца.

А вот сестра Маша могла его понять – Лев Николаевич это понимал. Они были погодками и самыми младшими детьми в семье. Толстой понимал, что она его примет и поймет. А в Оптину он заехал потому, что очень любил это место и ему хотелось поговорить со старцем – с Иосифом. Я думаю, что не о том, чтобы примириться с Церковью.

У него было много возможностей с ней примириться еще в Крыму, когда все думали, что он умирает и приходила телеграмма от митрополита Антония (Вадковского), главенствующего члена Синода.

– Тогда чего же Толстой хотел от монахов, если не покаяния?

Скорее, ему хотелось поговорить о том, как жить старому человеку в одиночестве. Он искал у старцев какой-то мудрости. Они очень нравились ему, и монастырская жизнь Толстому тоже нравилась, потому что она была вдали от мира.

Источник: https://histrf.ru/biblioteka/b/on-ukhodil-zhit-zaghadki-posliedniegho-putieshiestviia-lva-tolstogho

Лев Толстой умел зарабатывать деньги

На моем блоге это 36 публикация в рубрике: истории успеха великих. Материал подготовленный журналом «Власть денег», может быть конечно спорный, но тем не менее публикую его, так как с этой стороны никогда не смотрел на великого Русского писателя. Думаю многим будет интересно прочитать о том как и сколько зарабатывал Лев Толстой.

Азартный правнук «скупого рыцаря»

Как обращался Лев Толстой со своими крепостными на самом деле

Молодого Толстого поражала естественная способность и всегдашняя готовность деда жить en grand (на всю катушку). Легендарный сибарит и мот запросто посылал слуг на юг Франции за свежими фиалками, а в Астрахань — за настоящей стерлядью. Белье свое отсылал стирать в Голландию. Промотав полумиллионное состояние, граф Илья Андреевич на исходе жизни стал, тем не менее, губернатором в Казани. Полвека спустя молодой граф Лев Николаевич, по-видимому, решил как следует потягаться с предком. В апреле 1847 г. он вступил в права наследования и стал владельцем пяти деревень (легендарной Ясной Поляны, а также Ясенок, Ягодной, Пустоши Мостовой Крапивенского уезда и Малой Воротынки Богородицкого уезда Тульской губернии).

В толстовском имении, занимавшем с окрестными угодьями 1,47 тыс. десятин земли, обитали 330 крепостных крестьянских душ мужского пола. В дополнение «выгод» братья выделили ему 4 тыс. руб. серебром, что примерно соответствовало12 тыс. руб. ассигнациями.

На первых порах новоиспеченный тульский помещик Лев Толстой увлекся идеей превращения своего имения в образцовое культурное хозяйство. Он желал освободить его от долгов, заняться лесонасаждением, избавить своих крестьян от барщины — принудительных работ на господской земле, а также открыть школу для их детей.

Однако все прекраснодушные намерения помещика-реформатора (за исключением педагогических проектов) остались на бумаге.

Он столь же смутно представлял себе реальную практику грамотного ведения хозяйства, сколь и славный герой его будущей книги — богатейший душевладелец граф Пьер Безухов, чьи провальные сельскохозяйственные упражнения, безусловно, «списаны» Толстым с самого себя.

Неопытность молодого хозяина открыла широкое поле для злоупотреблений и бессовестного грабежа со стороны управляющего и сельского старосты. Будучи не в силах справиться с воровством собственных крепостных «чиновников» и не желая прибегать к репрессиям, отчаявшийся Толстой забросил хозяйство.

Удрав из деревни, он с осени 1848-го до весны 1849-го «отрывался» в Москве, а позднее, по возвращении домой, месяцами пропадал в Туле. Живший, по собственному признанию, «безалаберно, без службы, без занятий, без цели», он целиком отдался «проклятой страсти».

Толстовские карточные проигрыши росли более чем в геометрической прогрессии: то 850 руб., то 3 тыс. руб., то 5 тыс. руб. Последний долг всего на 700 руб. уступал сумме, вырученной Толстым при продаже Ягодной и ушедшей к его кредиторам, более удачливым за карточным столом. В ту же пору за 18 тыс. руб.

была продана Малая Воротынка. При этом он умудрялся за сущие гроши спускать на конных ярмарках самых породистых рысаков, расшвыривать деньги в ресторанах и у цыган, тратиться на модные наряды и роскошных кокоток. Толстому нужен был какой-то внешний стимул, чтобы вырваться из порочного круга бесцельного существования.

И когда старший брат офицер Николай, переведенный служить на Кавказ, предложил Льву поехать с ним, Толстой немедленно согласился.

На войне — как на войне

Поначалу часть Толстого стояла на реке Терек, в богатой казацкой станице Старогладковской. Боевые действия в тех краях шли довольно вяло и, располагая массой свободного времени, 24-летний фейерверкер четвертого класса увлеченно сочинял роман о детстве дворянского мальчика — Николеньки Иртеньева.

2 июля 1852 г. Толстой написал письмо знаменитому поэту Николаю Некрасову, редактору популярного литературного журнала «Современник», прося рассмотреть прилагаемую рукопись «Детства» и решить вопрос о ее публикации. Втайне молодой автор мучился, бросаясь от отчаяния к надежде.

Решил: напечатают — значит, поощрят к сочинительству, и тогда изменится вся его жизнь, а нет — так сжечь все, что было уже начато. Рукопись была принята, и Толстой радовался «до глупости».

Поскольку отклики редакции были весьма лестными, писатель-дебютант ответил адекватно — в категорической форме потребовал высылки гонорара: в тот момент он остро нуждался в деньгах. Однако в переписке с издателями выяснилось, что «Современник» дебютов не оплачивает.

Тем не менее, Некрасов решил сохранить для себя талантливейшего автора и пообещал Толстому за последующие произведения «лучшую плату» — 50 руб. серебром за печатный лист.

Толстой был напрочь не согласен, например, с Иваном Тургеневым, утверждавшим, что подлинный художник не способен заниматься материальными вопросами. «Нет человека, — писал Толстой, — который мог бы обойти материальную сторону жизни». Посылая в редакцию «Современника» свой ответ, он усилил давление на Некрасова.

И обстоятельства складывались в его пользу. «Детство», напечатанное в сентябрьской книжке «Современника» за тот же 1852 г. (анонимно, подписанное лишь инициалами автора «Л. Н.») имело огромный успех. Тургенев и другие лучшие русские писатели сразу же отметили недюжинный дар автора.

Повесть Толстого «Отрочество» стала второй частью трилогии: продолжением «Детства» и преддверием «Юности». Рассказы «Записки маркера» и «Набег» были встречены с не меньшим восторгом. Толстому платили уже по 75 руб. серебром за лист, а после «Набега» и «Святочной ночи» — по 100.

Дело дошло до того, что за лист статьи на педагогическую тему Лев Николаевич выбил сначала 150, а вскоре и 250 руб. Чтобы покрепче «привязать» Толстого к «Современнику», Некрасов стал выплачивать писателю процентные отчисления от доходов.

Однако молодой автор, назвав дивиденды «неладными», вышел из журнала.

Лев Толстой считал себя профессионалом, полагая литературу не только способом «мысль разрешить», но и деньги заработать, памятуя о брошенной кем-то еще в ХVIII в. фразе: «Все, кроме завзятых болванов, всегда писали только из-за денег».

Он никогда не скрывал от издателей намерения «драть сколь можно больше». В 1850-е автор «Детства» успевал не только много писать, но и договариваться одновременно с издателями и книгопродавцами о публикации своих «Военных рассказов» и «Записок маркера» в сборнике «Для легкого чтения».

Обсуждая условия отдельного издания «Детства» и «Отрочества», автор выговорил для себя 10% от выручки.

Все это происходило без отрыва Толстого от службы в армии и участия в военных действиях: не только на Кавказе, но также на тогдашней турецкой границе в Подунавье, а главное, в Крыму во время героической обороны Севастополя от англо-франко-турецких интервентов.

  • Your ads will be inserted here by
  • Easy Plugin for AdSense.
  • Please go to the plugin admin page toPaste your ad code OR Suppress this ad slot.

После выхода в отставку в ноябре 1856 г.

он несколько раз ездил за границу, всякий раз возвращаясь в Ясную Поляну для активных и на этот раз успешных занятий усадебным хозяйством, организацией школы и обучением там крестьянских детей по новаторской педагогической программе.

На протяжении семи лет преподаватель-самоучка почти ничего не писал, кроме статей по педагогике. Но в начале 1860-х в жизни Льва Толстого наступили крутые перемены: он женился на дочери московского врача Сонечке Берс, закончил «Казаков» и начал «Войну и мир».

Много ли человеку нужно?

Как обращался Лев Толстой со своими крепостными на самом деле

Оперируя суммами, которые не снились ни Пушкину, ни Гоголю, ни Достоевскому, ни даже баловню судьбы Тургеневу, Лев Толстой вступал в договоры и сделки с издателями как автор жесткий, неуступчивый и предельно прагматичный. Ни о каком соглашении и речи быть не могло, если не предусматривалась выплата гонораров вперед, авансом. Писатель диктовал размеры гонораров, отказывался от прежних обязательств, если был недоволен условиями или расчетом причитающихся ему дивидендов. «Что наш расчет и дивиденд?» — сухо вопрошал автор «Войны и мира», торопя издателя «прислать то, что следует, в Москву». В полном соответствии со своей доктриной «драть», Толстой продал «Войну и мир» журналу «Русский вестник» по 500 руб. за лист (аванс — 10 тыс. руб.) и сам занялся подготовкой ее отдельного издания. Он лично вел учет затрат типографии, контролировал деятельность издателя, продажу книг, их состояние и движение на складах. Он рассчитал тираж, стоимость отдельного экземпляра и «свое спокойствие», стоившее ему, как он полагал, лишних 5%. Согласно калькуляции Толстого, издатель получал при этом 10% с издания, а книгопродавцы — 20%.

Читайте также:  «обновленцы»: почему большевики не смогли создать новую церковь

В это время писатель ни на минуту не забывал о семье, в которой уже было 13 детей, и обслуживающем персонале: учителях, гувернерах (которым выплачивалось ежемесячно 30 и более рублей), прислуге, конюхах, кучерах и т.д. Его дворники и повара получали по 8 руб. наличными в месяц, а людям преклонного возраста граф платил пенсии.

Для содержания такой обслуги нужны были немалые средства. Толстой тогда поспешил заключить выгодный договор об издании собрания своих сочинений в 11 частях. Получив за это 25 тыс. руб. чистыми, причем вытребовав их вперед, он первым делом погасил долг за купленный на Волге участок земли площадью 4,028 тыс. десятин. Отдал сразу 20 тыс.

, остальное выплачивал два года из расчета 6% годовых. В накладе не остался, поскольку земля была куплена по низкой (по меркам того времени) цене — 10 руб. 50 коп. за десятину. Затраты на обработку земли и уборку урожая вполне окупались выручкой от продажи пшеницы — до 3 тыс. руб. в год.

Еще более успешной стала сделка в Самарской губернии, где Толстой приобрел 1,8 тыс. десятин земли из расчета 8 руб. за десятину.

В период своего семейного счастья он был твердо убежден, что писательский труд должен хорошо оплачиваться. Высоко ценил бренд «Лев Толстой» (на одном уровне с брендом «Гомер»), публично говоря о книге «Война и мир»: «Без ложной скромности, это — как «Илиада».

Зато на 20-м году супружеской жизни, вскоре после издания «Анны Карениной», автор гениального романа о семейном счастье и несчастье вполне серьезно захотел раз и навсегда отказаться от всякой бытовой роскоши и житейского комфорта, раздать свое богатство бедным и начать новую, простую и естественную жизнь.

В ответ на резкие протесты семьи он, скрепя сердце, сразу не решился на столь радикальный жизненный излом. В канун серебряной свадьбы 65-летний граф Толстой выдал графине Софье Андреевне доверенность на ведение всех имущественных дел. Глубокий духовный раскол между некогда обожавшими друг друга супругами стал совершившимся фактом.

В апреле 1891-го Лев Николаевич разделил все свое имение между детьми и женой, а сам отказался от всякой собственности. Толстовскую недвижимость оценили тогда в 550 тыс. рублей. Осенью того же года живой классик мировой литературы отрекся от авторских прав на все свои сочинения, написанные после 1881 г. Его собственный ежегодный доход составлял впоследствии от 600 до 1200 руб.

Это был гонорар от императорских театров за спектакли по пьесе «Плоды просвещения». Кроме того, на «черный день» писатель берег около 2 тыс. руб.

Рано утром 28 октября 1910 г. он тайно навсегда покинул Ясную Поляну. В прощальной записке жене говорилось: «Положение мое в доме становится невыносимым.

Кроме всего дурного, я не могу более жить в тех условиях роскоши, в которых жил, и делаю то, что обыкновенно делают старики моего возраста: уходят из мирской жизни, чтобы жить в уединении и тиши последние дни своей жизни».

Десять дней спустя Лев Толстой скончался от пневмонии в доме начальника железнодорожной станции Астапово.

Источник: «Власть денег»

Рекомендую:

1. Новый 2011 год еще не наступил, а наша компания уже сейчас заботится о своих клиентах, подбирая им самые лучшие туры на Новый год 2011. Компания «Тур Партнер» предлагает Вам туры в черногорию и в другие райские точки нашей планеты. Туры на новый год 2011 подарят Вам и Вашим близким незабываемые приятные ощущения и отличное настроение.

2. В наше сложное время когда стресс и кризис блуждают по планете, рекомендую завести себе собаку. Ведь что может быть лучше, чем не обращая внимание на происходящее вокруг вы гуляете со своей собакой, со своим другом. Собака друг человека.

  1. 1.щенки йоркширского терьера продажа
  2. 2.щенки немецкой овчарки купить
  3. 3. щенки той терьера без родословной

Бизнес идея для настоящих мужчин →

Источник: http://idearu.com/lev-tolstoj-umel-zarabatyvat-dengi/

Новости в России и в мире — Newsland — информационно-дискуссионный портал. Новости, мнения, аналитика, публицистика

Как обращался Лев Толстой со своими крепостными на самом деле

Крепостное право на Руси длилось более 200 лет. Всем известно, что помещик мог сотворить со своими крестьянами что угодно. Однако так ли уж бесправны были крепостные на самом деле?

Помещик – это хозяин

У помещика действительно имелось куда больше прав, чем у крепостного крестьянина. Мало кто из хозяев не пользовался тогда своим положением. В истории сохранилось множество свидетельств жестокого обращения помещиков со своими крепостными.

Например, некоторые господа не гнушались насилием над женщинами и даже обзаводились своеобразными гаремами. Крепостные «наложницы» даже получили особое название — «серальки».

Так, дворянин из Киевской губернии Виктор Страшинский имел более 500 «сералек».

Помещик мог продать неугодного ему крестьянина или обменять его на породистого щенка. Старых и больных, а потому бесполезных крепостных хозяева частенько отправляли в ссылку, за что, кстати, помещики получали денежное вознаграждение от государства.

Закон дозволял господам телесные наказания в отношении крепостных. И даже за убийство крестьянина помещики одно время не несли никакой ответственности.

Крепостные же, в свою очередь, должны были беспрекословно подчиняться своему хозяину. Даже для того чтобы сочетаться браком, крестьянам надобно было спросить разрешения у помещика.

Бывали случаи, когда забавы ради молодых парней помимо их воли господа женили на старухах.

Среди крепостных были талантливые художники, поэты, музыканты. Нередко сами помещики, заметив подобное дарование, отправляли их на учебу. Однако крепостные все равно оставались всего лишь игрушкой в руках свих господ. Например, сохранилась история о некоем крестьянине, который виртуозно владел скрипкой.

По указу хозяина он даже ездил в Италию брать уроки музыки. Однако вернувшегося из-за границы музыканта помещик заставил играть всю ночь. На просьбы крепостного о хотя бы минутном отдыхе хозяин ответил отказом. Тогда музыкант взял топор и отрубил себе пальцы на руке.

Помещик жестоко избил его и отправил в ссылку, где тот до конца дней занимался далеко не музыкой.

Крепостное право не рабство?

Однако было бы ошибкой считать крепостное право обыкновенным рабством. Даже сами крепостные рабами себя не считали. А данным утверждением мы обязаны писателям и поэтам того времени, которые, употребляя слово «раб» в отношении крепостных крестьян, руководствовались образным мышлением, свойственным всем людям искусства.

На самом деле крепостные принадлежали не частному лицу, а были закреплены за определенным куском земли, которое государство выделяло для бывших служивых, то есть для помещиков. Так что работали крестьяне не на помещика, а на государство и к тому же платили налоги. Помимо работы крепостные могли заниматься и творчеством.

Так, крепостной крестьянин по фамилии Слепушкин выпустил несколько книг со своими стихами и был приглашен на прием к императрице Марии Федоровне, где та вручила ему золотые часы. А Академия наук наградила поэта золотой медалью.

Вообще при Николае I крестьяне обрели множество прав, а помещики — обязанностей. Например, хозяева обязаны были заботиться о своих крепостных как об имуществе, принадлежащем государству. Они должны были снабжать крестьян инвентарем и семенами, а в случае неурожая кормить их. Если же помещик позволял себе какие-либо вольности, крепостной имел право пожаловаться на него.

Крепостные крестьяне могли даже откупиться от помещика и стать свободными. Так в 1820 году и поступил знаменитый Савва Морозов. Он заплатил помещику 17 000 рублей за свободу всей своей семьи и впоследствии стал миллионером.

Конечно, помещик имел право наказывать своих крепостных за лень или разгильдяйство, но калечить или, того хуже, убивать их закон запрещал. За подобные преступления помещика могли лишить поместья или приговорить к каторге или смертной казни. Хозяевам не позволялось также нагружать крестьян тяжелыми работами, не соизмеримыми с их силами и полом.

Так что государство все же защищало крепостных крестьян. Другое дело, что учрежденные им законы исполнялись далеко не всегда.

Источник: https://newsland.com/community/5134/content/pravda-o-krepostnom-prave/5941092

Лев Толстой и самодержавие

Как обращался Лев Толстой со своими крепостными на самом деле

В канун 100-летия Октябрьской революции в средствах массовой информации появляется всё больше и больше информации, в которой жизнь в России до 1917 года рисуется в радужных красках, как чуть ли не рай на земле.Приводятся «факты» зажиточности и свобод русского народа, якобы уничтоженные «коварными большевиками».

Самодержавие и царизм при этом подаются как чуть ли не идеальная форма государственного правления. То тут, то там мы видим и слышим известных политиков, режиссёров, публицистов, которые громят «большевистский переворот», нарушивших мирную жизнь «набирающей силу страны».

Кому верить? Тем, кто утверждал, что царская Россия – «тюрьма народов», или тем, кто убеждает, что самодержавие – это прошлое и будущее страны?

  • Для правильного ответа важны качественные источники информации, авторитеты, мнение тех, кто пользуется безусловным уважением, известен как исключительно честный и принципиальный человек, желательно современник процессов начала прошлого века.
  • Для многих таким человеком и источником информации является Лев Николаевич Толстой – великий писатель, мыслитель, всю жизнь проживший на земле русской, знавший положение крестьян , много на практике сделавший для улучшения их жизни, особенно в условиях массового голода, создавая бесплатные столовые и открывавший множество школ для бедноты.
  • Немаловажно, что Толстой – сам представитель знатного рода, имевший возможность общаться со многими высшими чиновниками, включая царя.
  • Итак, как оценивал Лев Николаевич жизнь в России в условиях самодержавия?

Смотрим его знаменитое письмо на имя царя Николая Второго, написанное в 1902 году.

Оно как раз об этом:

«…Треть России находится в положении усиленной охраны, то есть вне закона. Армия полицейских — явных и тайных — все увеличивается. Тюрьмы, места ссылки и каторги переполнены, сверх сотен тысяч уголовных.

политическими, к которым причисляют теперь и рабочих.Цензура дошла до нелепостей запрещений, до которых она не доходила в худшее время 40-вых годов.

Религиозные гонения никогда не были столь часты и жестоки, как теперь, и становятся все жесточе и жесточе и чаще.

Везде в городах и фабричных центрах сосредоточены войска и высылаются с боевыми патронами против народа. Во многих местах уже были братоубийственные кровопролития, и везде готовятся и неизбежно будут новые и еще более жестокие.

И как результат всей этой напряженной и жестокой деятельности правительства, земледельческий народ — те 100 миллионов, на которых зиждется могущество России, — несмотря на непомерно возрастающий государственный бюджет или, скорее, вследствие этого возрастания, нищает с каждым годом, так что голод стал нормальным явлением. И таким же явлением стало всеобщее недовольство правительством всех сословий и враждебное отношение к нему.»

  1. Как видим, до идеального общества, прямо скажем, далеко. Напомню, это 1902 год – до взорвавшего Россию «кровавого воскресенья» ещё три года…
  2. А вот и убийственная оценка самодержавия в целом:
  3. «…Самодержавие есть форма правления отжившая, могущая соответствовать требованиям народа где-нибудь в центральной Африке, отделенной от всего мира, но не требованиям русского народа, который все более и более просвещается общим всему миру просвещением.
  4. И потому поддерживать эту форму правления и связанное с нею православие можно только, как это и делается теперь, посредством всякого насилия: усиленной охраны, административных ссылок, казней, религиозных гонений, запрещения книг, газет, извращения воспитания и вообще всякого рода дурных и жестоких дел

»

Л.Н. Толстой не случайно затронул вкупе с самодержавием тему православия, поскольку очень много сил тратил на освобождение от преследования инакомыслящих священников(!).Да-да, священников! Известно, сколько усилий он приложил для спасения духоборов и помощи в переезде их в Канаду(!).

Чтобы представить уровень преследования за веру при царизме, можно сослаться на другие письма великого писателя, где он описывает многочисленные случаи принудительного(!) изъятия детей из семей иноверцев. Делали ли подобное большевики?

О том, насколько жестоко до революции обходились с теми, кто был не согласен с позицией официальной церкви (и власти), можно судить хотя бы по количеству заключённых в знаменитой тюрьме Суздальского монастыря – одном из самых суровых мест заточения в России того времени.

Читайте также:  За какие болезни православные благодарят бога

Возможно, для кого-то окажется неожиданным, но большинство сидельцев в конце девятнадцатого века было священниками (!) Всякий инакомыслящий, несогласный с православной церковью, с ее канонами и богословским уставом, объявлялся еретиком, крамольником и т. п., и без суда(!) и следствия по одному лишь навету духовенства сажался в эту страшную тюрьму. Так продолжалось почти 70 лет вплоть до 1905 года.

В сегодняшнем музее тюрьмы сохранилось письмо к царю, в котором Толстой возмущён не только самим фактом расправы, но и тем, что многие епископы сидят без конкретных приговоров без указания конкретного срока заточения, то есть бессрочно.

В знаменитом манифесте «Не могу молчать» Толстой обвиняет царизм в резком увеличении смертных казней в России:

«... О казнях, повешениях, убийствах, бомбах пишут и говорят теперь, как прежде говорили о погоде. Дети играют в повешение. Почти дети, гимназисты идут с готовностью убить на экспроприации, как прежде шли на охоту. Перебить крупных землевладельцев для того, чтобы завладеть их землями, представляется теперь многим людям самым верным разрешением земельного вопроса.

Вообще благодаря деятельности правительства, допускающего возможность убийства для достижения своих целей, всякое преступление: грабеж, воровство, ложь, мучительства, убийства считаются несчастными людьми, подвергшимися развращению правительства, делами самыми естественными, свойственными человеку. Да, как ни ужасны самые дела, нравственное, духовное, невидимое зло, производимое ими, без сравнения еще ужаснее»

Обращает на себя внимание категорическое несогласие Толстого с реформами Столыпина. Кое-кто в современной России , исходя из фантастических представлений, пытается сделать из Столыпина великого реформатора, спасителя страны, появились даже памятники в его честь.

  • А вот отрывок из письма Льва Николаевича , который, как известно, был противником разрушения общины и введения частной собственности на землю:
  • «Мне, стоящему одной ногой в гробу и видящему все те ужасы, которые совершаются теперь в России, так ясно, что достижение той цели умиротворения, к которой вы, вместе с вашими соучастниками, как будто бы стремитесь, возможно только совершенно противоположным путем, чем тот, по которому вы идете: во-первых, прекращением насилий и жестокостей, в особенности казавшейся невозможной в России за десятки лет тому назад смертной казни, и, во-вторых, удовлетворением требований, с одной стороны, всех истинно мыслящих, просвещенных людей, и с другой – огромной массы народа, никогда не признававшей и не признающей право личной земельной собственности
  • Гнетущая атмосфера безнравственности, несправедливости, религиозного фанатизма, кричащих противоречий в обществе царит в знаменитом романе «Воскресенье», в котором в художественной форме показана жизнь при царе-батюшке.

О какой свободе в царской России можно говорить, если людей сажали в тюрьму только за одно (вдумайтесь!) хранение произведений гордости русской литературы — Л.Н. Толстого. Многие его публицистические статьи запрещались цензурой и издавались только за границей.

Напомню, все личные помощники Толстого подвергались всевозможным репрессиям, и много лет были вынуждены жить за границей. Автор самой знаменитой биографии Толстого его современник П. Бирюков писал её, будучи вне России. Только всемирная известность и огромный авторитет Льва Николаевича спасал его самого от ареста.

Такова была реальная жизнь в царской России перед революцией. Нравится это кому-либо или не нравится. Именно самодержавие создало условия для своего уничтожения в ходе февральской и октябрьской революций.

Свершилось то, о чём страстно предупреждал Л.Н. Толстой.

Сергей Фомин 2

Источник.

Источник: https://ss69100.livejournal.com/3599081.html

Софья Толстая хотела стать для мужа идеалом. А на 25-ю годовщину свадьбы он скажет о своем браке: «Могло быть и лучше!»

  • 15 подзабытых комедийных актеров, которых мы сегодня вряд ли бы узнали на улице
  • 20+ отечественных звезд, которые смело делятся своими снимками без макияжа (И правильно делают!)
  • 20+ ляпов из фильмов, которые вы не разглядели за красивой картинкой
  • 50+ бесплатных сайтов, которые помогут пройти школьную программу гораздо быстрее
  • 18 российских знаменитостей, которые со временем будто превратились в другого человека
  • Мама 4 детей рассказала, почему воспитанные дети — это миф
  • 11 вещей, которые должен сделать каждый турист в Венеции, пока ее не затопило
  • 7 роковых ошибок, которые мы допускаем, когда у ребенка истерика
  • 12 актеров, которым режиссеры перестали доверять стоящие роли в фильмах
  • 19 российских знаменитостей, которым возраст оказался к лицу
  • Сотрудники почты, таможенники и юристы назвали 10 вещей, которые не стоит покупать на AliExpress
  • 16 человек, с которыми вы бы не согласились поменяться местами даже за миллион
  • 9 дочерей, которые унаследовали максимум харизмы своих звездных родителей
  • 10 человек, которых мы каждый день видим в рекламе, но в обычной жизни вряд ли узнаем
  • 19 российских и зарубежных звезд, которые внезапно оказались одногодками
  • Читатели AdMe.ru рассказали, от каких детских фраз у них пробегал холодок по спине

Источник: https://www.adme.ru/tvorchestvo-pisateli/neprostaya-sudba-sofi-tolstoj-kotoraya-posvyatila-vsyu-zhizn-muzhu-no-etu-zhertvu-nikto-ne-ocenil-2103265/

Домашний деспот и тиран: какой на самом деле был Лев Толстой? | homsk

Лев Толстой, которого все знают из школьной программы — это могучий умом и широкий сердцем старик. Всех ему жаль, о всех он печётся и щедро обо всём на свете делится своими глубокими мыслями. Но записи и самого Толстого, и его жены Софьи, и их детей изобличают в нём мелкого домашнего тирана. Если вам казалось при чтении “Карениной” или “Войны и мира”, что к людям он бессердечен и жесток, то вам не казалось. Просто эту беспощадность принято выдавать за борьбу за нравственность. Лев Николаевич Толстой с женой Софьей Андреевной в Ясной Поляне. 1908 год

Начало их романа походило на сказку. Мудрый, повидавший на своём веку многое мужчина, который даже не думает принимать близко к сердцу взгляды молоденькой девушки. И девушка, которая умудряется убедить его в серьёзности своих чувств, написав повесть об их пока несостоявшейся любви.Софья Берс была, почти как в сказке, одной из трёх дочерей врача Московской дворцовой конторы. Девочек баловали. Они получали лучшее воспитание и образование, которое вообще было возможно для девушки в то время. Софья Берс писала недурные рассказы, имела диплом, позволяющий ей преподавать на дому, и внешне была очень мила. Никто предположить не мог, что, выйдя замуж за представителя уважаемого дворянского рода, она немедленно окажется на положении прислуги. И это не фигура речи.

Первым делом, привезя в дом молодую жену, он уволил управляющего. Теперь жена должна была следить за поместьем, вести бухгалтерию, готовить продукты, идущие на кухню, и заменять повара, когда он напивался пьян.

А перед сном (и обычно после вечернего выполнения, извините, супружеских обязанностей) она садилась работать секретарём — переписывала разборчивым почерком написанное Толстым за день. А на следующий день переписывала то же самое плюс новую порцию снова.

Толстой не имел обыкновения давать тексту вылёживаться и отдавать на переписку исправленное, а вносил исправления вдруг, по одному — по два, и каждый вариант Софья должна была записать.

Софья Андреевна со старшими детьми.

Никакой оплаты или благодарности, даже в виде покупки пресловутых нарядов в подарок, за её самоотверженность не предполагалось.

Софья исполняла обязанности нескольких разных слуг, притом ещё рожая и ухаживая за детьми.

После шестого ребёнка врачи предупредили: организм матери так изношен, что младенцы будут рождаться мёртвыми или погибать в очень раннем возрасте. Ей рекомендовали подождать со следующей беременностью.

В ответ на это известие Толстой сказал матери своих пятерых (выживших) детей, бессменному секретарю, управляющему и бухгалтеру: “Если ты больше не будешь рожать, зачем ты мне вообще нужна?” В результате Толстая вынашивала детей, чтобы смотреть потом, как они умирают: двое потерянных во младенчестве, один выкидыш, и всё это друг за другом. Сам Толстой, кстати, терпеть не мог маленьких детей вблизи, никогда не обнимал и не целовал, предпочитал любоваться издали, как картинкой.

До самой смерти Софья Андреевна старалась угодить своему мужу.

В смертях детей Льва Николаевича не только всё устраивало — он был доволен. Дело в том, что Толстой в жизни очень любил переживать сочувствие, жалость к кому-нибудь страдающему.

Софья Андреевна писала в дневнике, что, когда она весела, общается с людьми, расцветает, муж делается мрачен. Когда же ей тяжело, он, напротив, становится мил, заботлив и счастлив.

Непонятно, отдавал ли Толстой себе отчёт в своих чувствах, но наивысшее блаженство для него было смотреть, как кто-то умирает. Это видно из его дневников.

Однажды Софья Андреевна серьёзно заболела. Чтобы выжить, ей требовалась хирургическая операция: удаление гнойной кисты. Иначе её ждала не просто смерть, а смерть мучительная. Был вызван доктор.

Он поговорил с Толстым, и реакция писателя его неприятно поразила. Сначала Толстой ответил решительным отказом и только под давлением близких и врача сказал, мол, делайте, что хотите.

Операция прошла успешно, Софья Андреевна выжила.

Софья Андреевна вырастила детей своими силами, Лев Николаевич предпочитал читать им морали.

Дочь Толстых, Александра, вспоминала, что до приезда врача отец с упоением наблюдал за болезнью матери, ловя все её мучительные вздохи и умиляясь тому, как стойко она встречает смерть. Операция буквально лишила его этого удовольствия.

Чтобы Лев Николаевич почувствовал всю серьёзность положения, врачи показали ему вырезанную опухоль размером с детскую голову. Писатель взглянул на неё равнодушна. Он был разочарован, по определению дочери — чувствовал себя обманутым.Однако вскоре ему удалось насладиться зрелищем чужой смерти сполна. Через два месяца сгорела от пневмонии дочь Мария.

Отец опять ловил каждый её вздох, наблюдал за процессом умирания очень внимательно, словно упиваясь им. То же странное упивание, восторг от собственного умиления при виде умирающего родного человека виден в его записях о смерти сына Вани.О болезни жены Толстой писал потом так: “Смотрел я все время на нее, как она умирала: удивительно спокойно.

Для меня — она была раскрывающимся перед моим раскрыванием существо. Я следил за его раскрыванием, и оно радостно было мне.” Удивительным образом он описывает чужую смерть точно так же, как маньяк-убийца из фильма “Красный дракон” (для создания образа которого, говорят, автор книги и сценаристы изучали психологию реальных маньяков).

Можно только порадоваться тому, что Толстой терпеливо ждал чужих страданий, а не пытался мучить людей сам. Ну, если не считать жестоких требований к жене.

После того, как дочь Мария уже умерла, он даже толком не простился с телом, полностью утратив интерес к умершей.

Лев Николаевич в семейном кругу.

Типичный пример того, как Толстой общался и обращался с женой — сцена вокруг рождения дочери Александры. Софья Андреевна дурно чувствовала себя: беременность была уже не первая, женщина была сильно истощена. Лев Николаевич, как обычно, пошёл к неё рассказывать о своей вине перед человечеством.

Но супруге стало, наверное, не в первый раз обидно, что вину перед человечеством муж испытывает охотно, а перед ней — никогда. Она высказала ему свою обиду, разыгралась ссора, Толстой гордо ушёл в ночь. Тем временем у Софьи Андреевны начались схватки. Сын Илья довёл её до дома.

Толстой вернулся около полуночи. Роды протекали очень тяжело, смертность среди рожениц в то время была высокой, так что Софья пришла к мужу в комнату, чтобы проститься: “Я, может быть, умру”. Лев Николаевич, как ни в чём не бывало, продолжил свою речь с того момента, где оборвала её жена в саду.

Да, начал дальше говорить про свою вину и человечество.

Вероятно, это всё, что нам надо знать о великом человечище и светоче гуманизма Льве Толстом, чтобы адекватно оценивать его личность и его прозу.

Лев Толстой взвалил на жену ответственность за все стороны своей жизни и в то же время убеждал её, что она бесполезна AWESOME! NICE LOVED LOL FUNNY FAIL! OMG! EW!

Источник: https://homsk.com/martin/domashniy-despot-i-tiran-kakoy-na-samom-dele-byl-lev-tolstoy

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector