Какими словами иван грозный оскорблял европейских монархов

Какими словами Иван Грозный оскорблял европейских монархов

Послания Ивана IV европейским монархам – уникальный памятник литературы, позволяющий нам проникнуться характером и образом мыслей царя. В них Грозный, пренебрегая всякими условностями языка, смело обличает и поучает своих оппонентов, прибегая к многообразию интонаций – от легкой иронии до ничем не прикрытого сарказма.

Послание шведскому королю Густаву I (1496-1560)

Какими словами Иван Грозный оскорблял европейских монархов

Основные темы посланий Ивана Грозного монархам Швеции – полемика вокруг спорных территорий и сомнительности происхождения династии шведских королей. Так в письме королю Швеции Густаву I (его подлинник хранится в шведском архиве) Грозный в довольно уничижительной форме заявляет:

«Ты, мужичий род, а не государский. Когда же новгородские наместники великого государя — царя русского пошлют своего посла к королю Густаву, то Густав, король шведский и готский должен будет перед этим послом целовать крест.

Тому быти невозможно, что тебе мимо наместников с нами ссылатися». Тем самым Иван Грозный дает понять, что статус Густава I позволяет ему общаться с русским царем не иначе, как только через посредников.

А как еще Иван Васильевич мог относиться к правителю страны, которая еще недавно была частью Датского королевства?

Послание шведскому королю Юхану III (1537-1592)

Какими словами Иван Грозный оскорблял европейских монархов

Письма сыну Густава I Юхану III относятся к разгару Ливонской войны (1558–1583), и естественно основной тон в них задает критика необоснованных, с точки зрения Москвы, шведских притязаний на исконно русскую вотчину. Иван Грозный рассчитывал, что Швеция осознала глупость своего поведения, однако воинственный настрой соседа убедил царя в обратном.

«Не надеешься ли ты, что Шведская земля может по-прежнему плутовать, как делал твой отец Густав, нападавший вопреки перемирию на Орешек? Как тогда досталось Шведской земле!», – написал Иван Васильевич 11 августа 1572 года.

Грозный предупреждает Юхана, что если он не одумается, то этой зимой сам увидит, как Россия «просит мира» и ответ будет более страшный, чем в прошлый раз. Во втором послании Ивана Грозного шведскому королю (от 6 января 1573 года) язык русского царя становится более «злым».

С первых строк он ставит выскочку на место: «Ты пишешь свое имя впереди нашего – это неприлично, ибо нам брат – цесарь Римский и другие великие государи, а тебе невозможно называться им братом, ибо Шведская земля честью ниже этих государств».

Русский монарх все пытается услышать от Юхана III подтверждения знатности его рода, хотя, судя по язвительным интонациям, сам не верит в благородство кровей правящей шведской династии Ваза: «Ты говоришь, что Шведская земля – вотчина отца твоего; так ты бы нас известил, чей сын отец твой Густав и как деда твоего звали, был ли твой дед на престоле и с какими государями он был в братстве и в дружбе, укажи нам всех их поименно и грамоты пришли, и мы тогда уразумеем».

Значительная часть письма посвящена несправедливому, по мнению Грозного, глумлению шведской стороны над знатными русскими посланниками, которых ограбили и оставили в одних сорочках.

«А ведь это такие великие люди: отец того Ивана, Михаил Семенович Воронцов, был нашим наместником в нашей вотчине, в Великом Новгороде; а прежде никогда не бывало, чтобы от нас, государей, ходили послы в Шведскую землю: послы всегда ходили от новгородских наместников!». В ответ на это «злое дело» Иван Грозный вопреки охранной грамоте распорядился «обесчестить и отправить в заключение» шведских послов. «Но ты этому не дивись, – пишет Грозный Юхану – нельзя же было не ответить на твой недостойный поступок с нашими послами, да и то мы еще не поквитались за наших послов: ведь наши послы – великие люди, а те – холопы».

А дальше московский царь разоблачает шведских правителей, называя их представителями «мужицкого рода»: «Пишешь ты нам, что отец твой – венчанный король, а мать твоя – также венчанная королева; но хоть отец твой и мать – венчанные, но предки-то их на престоле не бывали!».

Заканчивает Иван Васильевич свое письмо уже совсем дерзко: «А если ты, взяв собачий рот, захочешь лаять для забавы — так то твой холопский обычай: тебе это честь, а нам, великим государям, и сноситься с тобой — бесчестие, если хочешь передаиваться, так ты найди себе такого же холопа, какой ты сам холоп, да с ним и перелаивайся. Отныне, сколько ты не напишешь лая, мы тебе никакого ответа давать не будем».

Послание английской королеве Елизавете I (1533-1603)

Какими словами Иван Грозный оскорблял европейских монархов

Переписка с Елизаветой I самая обширная в эпистолярном наследии Ивана Грозного. Известны 11 посланий русского царя королеве Англии. Несмотря на то, что Елизавета была единственная женщина, с которой Иван Васильевич состоял в переписке, он и в отношении к ней допускал язвительный тон высказываний.

В самом известном письме от 24 августа 1570 года Иван Грозный жалуется Елизавете на то, что английские купцы в России, наделенные привилегией вести беспошлинную торговлю, начали чинить беззакония, продавая товары по «столь дорогой цене, какой они не стоят».

Грамоты же, которыми обеспечивала Елизавета своих купцов, по словам Грозного, «не соответствуют обычаю, принятому у государей, – таким грамотам ни в каких государствах не верят». «У каждого государя в государстве должна быть единая печать», – учит королеву московский царь.

Иван Грозный выражает наигранное недоумение, принижая достоинство королевы: «Мы думали, что ты в своем государстве государыня и сама владеешь и заботишься о своей государевой чести и выгодах для государства, — поэтому мы и затеяли с тобой эти переговоры».

Вероятно, на характер царского послания повилял отказ Елизаветы на предложение Ивана Грозного о браке, а также обещание королевы предоставить русскому царю убежище лишь при условии, что он сам себя будет содержать.

Грозный не касается щекотливого вопроса о женитьбе, но упрекает Елизавету в том, что она совершенно не управляет страной, вместо нее «другие люди владеют, и не только люди, а мужики торговые, и не заботятся о наших государских головах и о чести, и о выгодах для страны, а ищут своей торговой прибыли».

«Ты же пребываешь в своем девическом звании, как всякая простая девица… Все идет мимо тебя», – издевается над Елизаветой Грозный. Царь намекает, что если королева не прислушается к его советам, то он посмотрит, как ее купцы будут торговать.

«А Московское государство пока и без английских товаров не скудно было», – заключает русский монарх.

Послание польскому королю Стефану Баторию (1533-1586)

Какими словами Иван Грозный оскорблял европейских монархов

Польша – еще один соперник России в Ливонской войне. Именно о беспочвенных притязаниях на земли Ливонии и делает акцент Иван Грозный в своем послании 1581 года польскому королю Стефану Баторию. «Известно, что вы называете Ливонскую землю своей попусту, желая пролития неповинной христианской крови», – замечает царь. – Вот ты писал, что предки наши несправедливыми поступками свое государство расширили, — а ты очень справедливо добываешь потерянное, проливая кровь вопреки присяге?».

Русский государь выражает убеждение, что Баторий не сможет доказать, что Ливонская земля по праву принадлежит польской короне.

Разговоры о Ливонии, по словам Грозного, паны начали вести только после появления лютеранства, «сколько ни разбирай это дело – всегда обнаруживается, что Ливонская земля в большей степени подчинялась нашему государству, чем вашему».

Прошелся Иван Грозный и по уровню свобод в Ливонии и Польше, намекая на то, что Баторий узурпировал власть на этих землях. Европейской «демократии» царь противопоставляет положение дел на Руси.

«А у нас государь — по нашей воле: выбираем себе государем кого захотим; какой бы ни был у нас государь, а без нас ничего не делает; а если и захочет что-нибудь делать, так мы не дадим». В конечном итоге Грозный заверяет польского короля, что он присягнул народу и «будет добывать наши давние владения и очистит Ливонскую землю».

Источник — http://russian7.ru/post/kak-ivan-groznyy-troilil-elizavetu-i-i-d/

Источник: https://wowavostok.livejournal.com/12365934.html

Иван Грозный. Сравним с Европой?

Почему Иван Грозный из всех русских царей особенно ненавистен старой и современной антисистеме? Зачем столько лжи и грязи вылито на Великого Русского Царя?

Сегодня Россия находится в условиях, подобных тем, что были при воцарении Иоанна Грозного: значительные территории русской империи (Малороссия, Белая Русь, Северный Казахстан) отторгнуты от Центра; у государственного руля вместо прежних бояр – олигархи; в Церкви рвутся к власти еретики и филокатолики; России угрожают сильные внешние враги. В Прибалтике, подобно Ливонскому ордену, стоят войска НАТО, на Украине правят бал униаты, на юге бряцают оружием османы, на востоке – вместо татарских орд – китайские. Вновь стоит вопрос о самом существовании Русского государства и русского народа. Сохранение целостности России и национальной идентичности русского народа неотделимо от вопроса о власти, ибо все вызовы нам можно решить только имея сильную власть! Именно потому, что речь идет о власти, Царь Иоанн Грозный и подвергается сегодня такому порицанию.

Господа развалившие СССР, и чуть не развалившие в 90-е годы Россию, обвиняют ЦАРЯ (который при вступлении на престол унаследовал 2,8 млн кв.

км, а в результате его правления территория государства увеличилась почти вдвое — до 5.4 млн кв. км — чуть больше, чем вся остальная Европа.

) во всех смертных грехах: сыноубийстве, деспотизме и кровожадности, прелюбодеяниях и пр. «Душегуб, сатрап, маньяк»

Укорененность мифов, связанных с именем Ивана Грозного в нашем сознании, показывает, какое влияние оказывает лжеистория на наш народ и как активно работает антисистема в направлении дискредитации нашего прошлого.

СРАВНИМ С ЕВРОПОЙ?

Какими словами Иван Грозный оскорблял европейских монархов

Давайте обратимся к историческим сравнениям с западноевропейскими монархами, царствующими в ТО ЖЕ ВРЕМЯ что и Грозный.

В Европе, которая считается образцом добродетели и справедливости, примерно за тот период, который совпадает с правлением Ивана Грозного, было казнено 378 тысяч человек, а в России при Иоанне Грозном были казнены 5-7 тысяч, в том числе и за уголовные преступления.

Законам Генриха VIII, в результате так называемых огораживаний, в Англии появились толпы нищих и бродяг. Общинные земли – пастбища и леса – стали представлять немалую ценность. На них разводили овец, чтобы продавать их шерсть для производства сукна. А разорившиеся крестьяне в одночасье сделались люмпенами без всяких средств к существованию.

Лишенные жилищ и средств к существованию крестьяне считались бродягами – безнравственными людьми, которые не желают работать.

В законах Генриха VIII сказано предельно ясно: «милостыню соизволяем собирать только старым и убогим нищим, остальные же, к труду пригодные бродяги подлежат бичеванию, с принесением клятвенного обязательства возвращения на родину и занятия трудом, пойманный во второй раз бродяга подлежит бичеванию с отрезанием уха, пойманный в третий раз – казниться как преступник».

В итоге по законам Генриха VIII только за «бродяжничество» было повешено 72 тысячи насильственно согнанных с земли крестьян. Это 2/3 населения тогдашнего 100-тысячного Лондона!

Ивана Грозного обвиняют и в жестоком обращении со своими женами. Жестокость имела место быть. Но заточая жен в монастыри, Грозный царь хотя бы не лишал их жизни. Тогда как Генрих Восьмой, например, английский король, который родился на 21 год раньше царя Ивана и также был многоженцем, избавлялся от надоевших законных спутниц жизни одним проверенным способом – казнью.

В Германии при подавлении крестьянского восстания 1525 года казнили более 100 тысяч человек.

В 1558–1603 годах в Англии правила королева Елизавета. Но в учебниках «почему-то» не называют числа «еретиков», истребленных в годы правления Елизаветы. Как свидетельствует энциклопедический словарь Гранта, за годы правления Елизаветы в Англии было казнено 89 (!) тысяч человек. Сколько людей изгнали за океан, сказать трудно. Историки называют цифры от 100 до 300 тысяч.

Елизавета – современница Ивана Грозного, на ней он даже одно время подумывал жениться. Но в европейской историографии Иван Грозный – это чудовище на троне, а Елизавета – великая королева, при которой совершено много чудесного и замечательного.

Оливер Кромвель – прогрессивнейший по тем временам демократ. При нем Англию объявили республикой, провели всяческие реформы.

По подсчетам ирландских историков, был убит каждый седьмой ирландец – и женщины, и дети, и старики.

Впрочем, приводятся порой и более страшные цифры: убита пятая часть или четверть ни в чем не повинных ирландцев.

Время было такое? Наверное… Но Кромвель – современник Алексея Михайловича Тишайшего, второго царя из династии Романовых. На Руси почему-то время было другое.

После очередного восстания 1688–1691 годов ирландцев лишили всех политических прав просто за то, что католики. Образование на ирландском языке было запрещено под страхом смертной казни.

За голову учителя, тайно учившего говорить и писать по-ирландски, платили такую же сумму, как за голову волка.

Опять же – не было в России периода правления династии Романовых ничего даже отдаленно похожего. Ни лишения старообрядцев гражданских прав, ни запрета учиться по-татарски или по-мордвински. Дикари-с…

Во Франции дело обстояло ничем не лучше. Война протестантов-гугенотов (кальвинистов) и католиков порождала невероятное озлобление, и венценосные особы мало отличались от других… вот возможностей у них было больше.

В XVI веке королем Генрихом (Анри) II при парижском парламенте была учреждена так называемая Огненная палата. За три года она осудила около 600 протестантов-кальвинистов и гугенотов, многие из которых были сожжены.

Жестокость и коварство Екатерины Медичи хорошо известны: для устранения соперников в ход шло все – и нож, и яд. До 30 человек убила «лично» «королева-отравительница», без всяких религиозных или политических причин. Так, обычные мелкие дворцовые интриги.

Читайте также:  «матерь полтавской виктории»: почему петр i назвал так битву при лесной

На совести Екатерины Медичи и ее сына Карла IX – события ночи на святого Варфоломея 24 августа 1572 года, позже – печально знаменитой Варфоломеевской ночи.

Французский король Карл IX лично участвовал в резне Варфоломеевской ночи, когда за одну ночь с 24 на 25 августа 1572 г. только в Париже было уничтожено около 2 тысяч человек.

Тогда во Франции в течение двух недель погибло около 30 тысяч протестантов.

Страшная резня вынудила гугенотов защищаться. 4 гугенотские войны разрывали Францию до Нантского эдикта 1598 года и унесли до 100 тысяч человек. И не нашлось в стране силы, которая назвала бы Карла IX «Кровавым», а Екатерину Медичи «Отравительницей» или «Садисткой».

Во времена царствования Иоанна IV к смертной казни приговаривали за: убийство, изнасилование, содомию, похищение людей, поджог жилого дома с людьми, ограбление храма, государственную измену.

Для сравнения: во время правления прозападного Царя Петра «Великого» – смертной казнью карались уже более 120 видов преступлений!

Каждый смертный приговор при Иоанне IV утверждался лично Царем. Смертный приговор князьям и боярам утверждался Боярской Думой.

Тем не менее, Иоанна Грозного сделали символом деспотизма. Причем острие обвинений направлено не только на личность Царя, но также на Россию и русских.

При этом западные правители – современники Ивана Грозного — являются высоко почитаемыми историческими личностями. А вот Царь Иоанн воспринимается как тиран и деспот.

Здесь важный момент идеологии всех западных государств – в литературе для массового читателя описывать только позитивные стороны истории и отражать достижения своей страны и народа.

О кровавости упоминать «пунктиром»… А в России такой установки нет! Мы и сами легко говорим о себе плохо и иноземцам не мешаем. Нас поносят, а мы поддакиваем.

Это при том, что русская история не БОЛЕЕ, а существенно МЕНЕЕ кровава, чем история стран Европы!

Миф о российской жестокости, раздуваемый западными соседями, находил благодатную почву и на родной земле. Долголетняя внешняя политика уступничества и соглашательства с Западом укрепила этот миф.

ОПРИЧНИНА

Да, XVI век в России отмечен репрессиями Ивана Грозного.

Когда молодого великого князя венчали на царство, Боярская Дума не ожидала от него большой самостоятельности. Но постепенно государь вышел из-под контроля бояр и сосредоточил в своих руках абсолютную власть.

Царь, стремился поставить под контроль боярское своеволие, склонное к коррупции, корысти и измене. Поскольку бояре стали служить не Богу, а мамоне, и думали только о своих правах и привилегиях.

На борьбу Иоанна Грозного с боярами народ смотрел как «на выведение измены».

Центральное место в истории того времени занимает его опричнина.В политическом смысле опричнина была тем, что сейчас называется чрезвычайным положением. Царю предоставлялось право без совета с Боярской Думой судить и казнить изменников и еретиков, реквизировать их имущество, отправлять в ссылку. Освященный собор вкупе с Боярской Думой утвердил эти особые полномочия.

Опричники напоминали собой военно-монашеский орден, предназначенный для защиты единства государства и чистоты веры. Александровская слобода была перестроена и являлась подобием монастыря.

При поступлении на опричную службу давалась клятва, напоминавшая монастырский обет отречения от всего мирского.

Жизнь там регламентировалась уставом, составленным лично Иоанном, и была строже, чем во многих настоящих монастырях.

В течение 7 лет в Московском государстве пылал «пожар лютости». За 7 лет жертвами этого смутного времени стали, по разным подсчетам, от 5 до 7 тысяч человек. Но за всё время правления Иоанна , население выросло на 30-50 % и составило 10-12 млн человек.

Государственной целью опричнины было уничтожение родовитого боярства, ориентированного на сепаратизм и удельные притязания, и замена его дворянством – новым сословием служилых людей, награждаемых государем исключительно за верную службу государству.

Стремление создать войско, непосредственно подчиненное Царю, было связано еще и с тем, что боярские семьи, претендовавшие на власть, имели собственные наемные вооруженные отряды.

У Ивана Грозного были причины «опаляться» на бояр.Когда Иоанну было 3 года, при странных обстоятельствах 3 декабря 1533 года умер его отец – Великий князь Василий III, еще через 4 года была отравлена его мать, Великая княгиня Елена Глинская (3 апреля 1538 года).

Восьмилетний мальчик осиротел. Началось «боярское царство», время борьбы за власть между князьями Шуйскими (Рюриковичами) и Бельскими (Гедиминовичами). С 1538-го по 1543 год Москва была местом насилий и кровопролития, заговоров и переворотов. В этой смуте про ребенка как бы забыли, что и спасло ему жизнь. Ребенка забывали покормить, сменить ему рубашку, грубо отпихивали, кричали на него.

Жизнь Ивана и история России могла повернуться по-другому, если бы не трагический финал первого, 17-летнего счастливого брака с красавицей-женой Анастасией Романовой.

Всю жизнь Иван был уверен: его первую и любимую жену отравили! Долгое время историки дружно считали это убеждение проявлением душевной болезни.

Якобы подозрителен был царь сверх всякой меры, видел крамолу и там, где ее в помине не было.

Вот только такой факт… Когда в 1960-х годах была вскрыта царская гробница, специалисты бюро судебно-медицинской экспертизы обнаружили в костях царицы и в ее прекрасно сохранившейся темно-русой косе следы ртути, превышающие норму в несколько десятков раз. Загрязненными даже оказались обрывки савана на дне саркофага. В Средние века именно соли ртути были главным методом устранения врагов при европейских дворах, знаменитых своими интригами.

Заговоры и измены стали преследовать Царя и царскую семью:

— в марте 1553 года, во время тяжелой болезни Царя, двоюродный брат Царя Владимир Старицкий пытался организовать государственный переворот с целью захвата власти.

— летом 1554 года пытался бежать в Литву, но был схвачен князь С. Лобанов-Ростовский – член Боярской Думы. Он сам и его родня – князья Ростовские, Лобановы и Приимковы собирались отдаться в подданство польскому королю и вступили с ним в переговоры, чтобы обсудить условия измены.

  • — особенно потрясла Царя бегство в Литву и вступление в польскую армию, участвовавшую в войне против России, князя Андрея Курбского, которого он ценил не только как воеводу и государственного деятеля, но и как личного друга.
  • — марте 1553 года погибает Царевич Дмитрий.
  • — В 1569 году был раскрыт серьезный заговор против Царской семьи. «В записках иностранцев есть упоминание о якобы готовившемся двоюродным братом Царя Владимиром Старицким заговоре и что хотел он извести всю царскую семью именно ядом, для чего подкупил (за 50 рублей) одного из царских поваров»
  • — в этом же 1569 году, умирает вторая жена Царя, Мария Темрюковна, и Государь считает, что ее тоже отравили.

Совсем иначе обстояло дело с отравлением Грозного Царя и его старшего сына (которого Грозный якобы убил посохом). Их травили медленно, быть может, 10 и более лет..

Недаром царевич Иоанн был болезненным и задумывался о смерти уже – в 16 лет. Наличие в его организме дозы ртути, в 32 раза превышающей норму, едва ли оставляет сомнение в причине этой загадочной «болезненности»

«Те историки, которые стали бы настаивать на беспредельной ярости Ивана Грозного, должны бы задуматься над тем, насколько антигосударственно были в это время настроены высшие классы, значительная часть боярства и духовенства: замысел покушения на жизнь Царя был тесно связан с отдачей врагу не только вновь завоеванной территории, но и старых русских земель и богатств Московской державы; дело шло о внутреннем подрыве, об интервенции, о разделе великого государства».Р.Ю. Виннер (1922г)

Со временем боярство с помощью опричнины излечилось от сословной спеси, впрягшись в общее тягло. Но излечилось не полностью.

И впоследствии в царствование Феодора Иоанновича (1584-1598), и в царствование Годунова (1598-1605) часть бояр продолжала «тянуть на себя».

Эта закономерно вело к предательству, и 21 сентября 1610 года, боясь народного мятежа, боярская верхушка тайно ночью впустила в Москву оккупантов – 800 немецких ландскнехтов и 3,5-тысячный польский отряд Гонсевского.

И.В. Сталин — » Иван Грозный был очень жестоким. Показывать, что он был жестоким можно, но нужно показать, почему необходимо быть жестоким.

Одна из ошибок Ивана Грозного состояла в том, что он не дорезал пять крупных феодальных семейств. Если он эти пять боярских семейств уничтожил бы, то вообще не было бы Смутного времени. А Иван Грозный кого-нибудь казнил и потом долго каялся и молился. Бог ему в этом деле мешал… Нужно было быть еще решительнее.»

Какими словами Иван Грозный оскорблял европейских монархов

За годы правления Ивана Васильевича Московское государство превратилось в Великое Царство и были проведены важные административные реформы:

Были присоединены к Москве:

1. Казанское ханство (ныне территория Чувашии, Татарстана и Ульяновской области). В 1550-1551 Иван Грозный лично участвовал в Казанских походах. В 1552 г. покорена Казань, освобождены тысячи христианских пленников и обеспечена безопасность восточных рубежей. Тогда же Иоанн обрел прозвище- «Грозный»: «Не мочно Царю без грозы быти. Как конь под Царем без узды, тако и царство без грозы»;

2. Астраханское ханство (ныне территория Астраханской и Волгоградской областей, а также Калмыкии). Астраханское ханство было покорено в 1556 году;

3. Заселено северное Черноземье (территория Орловской, Курской, Липецкой, Тамбовской областей);

4. Завоеваны Северный и Центральный Урал, а также Западная часть Сибири.

5. Грозный отправил первую жалованную грамоту донским казакам 13 января (по новому стилю) 1570 г.

6. Принял под свою власть первые народы Северного Кавказа, чьи князья пожелали служить Царю;

7. Грозный провел судебную реформу, принял Судебник «Сравнение Судебников показывает, что законодательство Ивана IV было более гуманно, нежели предыдущее и последующее. Царь не только стоял на страже закона, но не нарушал и установленные обычаи»;

8. Создал систему местного самоуправления (ввел земское самоуправление);

9. Создал регулярную армию (в 1556 г. Царь издал общее уложение о военной службе помещиков и вотчинников);

Сергей Бобровников

Источник: https://www.kramola.info/vesti/letopisi-proshlogo/ivan-groznyy-sravnim-s-evropoy

Какими словами Иван Грозный оскорблял европейских монархов

Какими словами Иван Грозный оскорблял европейских монархов

Иван Грозный является одним из наиболее известных и узнаваемых русских царей, а с его именем связано множество слухов и легенд. Он обладает репутацией одного из наиболее суровых и жестоких правителей своего времени, благодаря чему и заслужил столь грозное прозвище. Известно, что царь придумывал ужасные виды наказаний для своих поданных за совершенные ими проступки. При этом не церемонился он и с иностранцами, в том числе высокопоставленными политиками и монархами.

Известно, что при ведении официальной переписки Иван Грозный считал уместным использование различных оскорбительных и унизительных для адресата выражений.

Оскорбления в адрес шведов

Историкам известна подлинная переписка Ивана Грозного с шведским королем Юханом III, которая происходила во времена знаменитой Ливонской войны (противником Русского царства в ней выступало Шведское королевство).

В одном из писем царь выражает возмущение тем фактом, что отправленных им послов шведы ограбили и оставили «лишь в одних сорочках».

В ответ на это Иван Васильевич не только приказал жестоко поквитаться со шведскими послами, но и прямо унизил их в глазах их короля, назвав «холопами».

К слову, через некоторое время Иван Грозный обозвал этим оскорбительным словом и самого Юхана III. Кроме того, он даже сравнил монарха с животным, назвав содержания его письма «собачьим лаем».

Стоит отметить, что словом «холоп» во времена Древней Руси было принято называть обычных бедных крестьян, то есть тех, кто находился в феодальной зависимости от бояр и царя, практически не имея никаких прав.

Оскорбляя таким выражением сначала послов шведского короля, а затем и самого Юхана III, Иван Грозный подчеркивал свое пренебрежение к Швеции в целом, указывая на то, что, по его мнению, монархи и чиновники этой страны не могли сравниться по своему статусу с царем и боярами Русского царства.

Оскорбления в адрес королевы Англии

Единственной женщиной, с которой русский царь вел переписку, была королева Англии и Ирландии Елизавета I.

Несмотря на высокий статус и титулы европейского монарха, Иван Васильевич мог позволить назвать ее в своем письме «простой девицей».

Делая это, он упрекал Елизавету в том, что она в недостаточной степени контролирует положение дел в своей стране, а в качестве причины указывал на пол королевы.

Оскорбления в адрес князя Андрея Курбского

Переписка Ивана Грозного с Курбским является настоящим достоянием истории, так как включает в себя подробно изложенные рассуждения и мысли двух влиятельных исторических личностей. В то же время она содержит и немало оскорблений, написанных царем в адрес бывшего князя и военачальника, который предал свою страну и перешел на сторону противника.

Иван Васильевич называет Андрея Курбского «клятвопреступником», то есть человеком, который переступил через клятву служить родине.

Кроме того, он отзывается о нем, как о «губителе христианства» и «служителе его врагам», чем подчеркивает, что глубоко религиозный князь предал не только свою страну, но и веру.

Читайте также:  За что иван iii сгубил своих братьев

В адресованных русским царем Курбскому письмах можно найти и такие оскорбления, как «бедняк», то есть малоимущий человек, а также «собака» – сравнение бывшего боярина с животным.

Оскорбления в адрес польского правителя Стефана Батория

Стефан Баторий был талантливым военачальником, так как смог обрести победу в войне против Русского Царства. В первых письмах Иван Грозный относился к нему с некоторым пренебрежением.

Об этом говорит тот факт, что он называл правителя соседнего государства не «братом», как требовал обычай того времени, а «соседом», указывая на то, что Баторий стал королем Польши не по своему происхождению, а потому, что его выбрал сейм.

Источник: https://123ru.net/smi/cyrillitsa-ru/217751741/

Как Иван Грозный троллил европейских монархов Среднее время прочтения:

Искусство дипломатии заключается в подмене смыслов и умении говорить «да», имея в виду «нет», и наоборот. Русский царь всегда знал, кому писать и что писать. Знать себе цену, говорить без экивоков, прямо, открыто — как это по-русски!

— Salik.biz

Из письма Иоанна Грозного шведскому королю Юхану III

«Ты прислал к нам через пленника свою грамоту, наполненную собачьим лаем.

Ты пишешь свое имя впереди нашего – это неприлично, ибо нам брат – цесарь Римский и другие великие государи, а тебе невозможно называться им братом, ибо Шведская земля честью ниже этих государств, как будет доказано впереди… Злое же дело начал ты, как только сел на государство, и наших великих послов…, неповинно и с глумлением велел ограбить и обесчестить – в одних сорочках их оставили! А ведь это великие люди….

А что ты писал к нам лай и дальше хочешь лаем отвечать на наше письмо, так нам, великим государям, к тебе, кроме лая, и писать ничего не стоит, да писать лай не подобает великим государям; мы же писали к тебе не лай, а правду, а иногда потому так пространно писали, что если тебе не разъяснить, то от тебя и ответа не получишь.

А если ты, взяв собачий рот, захочешь лаять для забавы — так то твой холопский обычай: тебе это честь, а нам, великим государям, и сноситься с тобой — бесчестие, а лай тебе писать — и того хуже, а передаиваться с тобой — горше того не бывает на этом свете, а если хочешь передаиваться, так ты найди себе такого же холопа, какой ты сам холоп, да с ним и перелаивайся.

Отныне, сколько ты не напишешь лая, мы тебе никакого ответа давать не будем.» (6 января 1573 года)

Из послания Ивана IV польскому королю Стефану Баторию

«Известно, что вы называете Ливонскую землю своей попусту, желая пролития неповинной христианской крови.

Говорили еще твои паны нашим послам, что ты присягал, что добудешь Ливонскую землю, — христианское ли это дело: присягать, что будешь вздорно и несправедливо, желая славы, богатства и расширения государства, лить неповинную христианскую кровь? Вот ты писал, что предки наши несправедливыми поступками свое государство расширили, — а ты очень справедливо добываешь потерянное, проливая кровь вопреки присяге? Говорили еще твои паны нашим послам, что они за ливонцев вступились всей землей потому, что Ливонская земля римской веры, одной веры с ними, поляками, и поэтому всей этой земле следует быть в твоей власти, ибо нехорошо, чтобы в одной земле были два государя: «А у нас государь — по нашей воле: выбираем себе государем кого захотим; какой бы ни был у нас государь, а без нас ничего не делает; а если и захочет что-нибудь делать, так мы не дадим; а когда мы выбирали теперь нашего государя, то указывали ему, что многие места нашей земли несправедливо отобраны вашим государем и его предками; и государь наш присягал нам, что он будет добывать наши давние владения и очистит Ливонскую землю».

Рекламное видео:

Источник: https://salik.biz/articles/19811-kak-ivan-groznyi-trollil-evropeiskih-monarhov.html

Письмо Ивана Грозного Елизавете I — Документ

Послание английской королеве Елизавете

Некоторое время тому назад брат твой, король Эдуард, послал нескольких своих людей, Ричарда и других, для каких-то надобностей по всем странам мира и писал ко всем королям, и царям, и властителям, и управителям. А на наше имя ни одного слова послано не было.

Неизвестно, каким образом, волею или неволею, эти люди твоего брата, Ричард с товарищами, пристали к морской пристани у нашей крепости на Двине. Тогда мы, как подобает государям христианским, милостиво оказали им честь, приняли и угостили их за государевыми парадными столами, пожаловали и отпустили к твоему брату.

А затем приехал к нам от твоего брата тот же Ричард Ричардов [Ченслер] и Ричард Грей. Мы их также пожаловали и отпустили с честью. И после того как к нам приехал от твоего брата Ричард Ричардов, мы послали к твоему брату своего посланника Осипа Григорьевича Непею.

А купцам твоего брата и всем англичанам мы дали такую свободную жалованную грамоту, какую даже из наших купцов никто не получал, а надеялись за это на великую дружбу со стороны вашего брата и вас и на верную службу всех англичан.

В то время, когда мы послали своего посланника, брат твой Эдуард скончался и на королевство вступила твоя сестра Мария; спустя некоторое время она вышла замуж за испанского короля Филиппа. И испанский король Филипп и сестра твоя Мария приняли нашего посланника с честью и к нам отпустили, но поручения с ним никакого не передали.

В то же время ваши английские купцы начали совершать над нашими купцами многие беззакония и свои товары начали продавать по столь дорогой цене, какой они не стоят. А после этого стало нам известно, что сестра твоя, королевна Мария, скончалась, а испанского короля Филиппа англичане выслали из королевства, а на престол посадили тебя. Но мы и в этом случае не учинили твоим купцам никаких притеснений и предложили им торговать по-прежнему.

А до сих пор, сколько ни приходило грамот, хотя бы у одной была одинаковая печать! У всех грамот печати разные. Это не соответствует обычаю, принятому у государей, — таким грамотам ни в каких государствах не верят; у каждого государя в государстве должна быть единая печать. Но мы и тут всем вашим грамотам доверяли и действовали в соответствии с этими грамотами.

После этого ты прислала к нам по торговым делам своего посланника Антона Янкина [Дженкинсона].

И мы, рассчитывая, что он пользуется твоей милостью, привели его к присяге и вместе с ним другого твоего купца Ральфа Иванова [Рюттера], как переводчика, потому что некому было быть переводчиком в таком великом деле, и передали с ним устно тайные дела великого значения, желая с тобой дружбы. Тебе же следовало к нам прислать доверенного человека, а с ним Антона или одного Антона. Нам не известно, передал ли это поручение тебе Антон или нет; а в течение полутора лет про Антона не было известий. А от тебя никакой ни посол, ни посланник не прибывал. Мы же ради этого дела дали твоим купцам свою новую жалованную грамоту; рассчитывая, что эти гости пользуются твоей милостью, мы даровали им свою милость свыше прежнего.

После этого нам стало известно, что в Ругодив [Нарву] приехал твой подданный, англичанин Эдуард Гудыван [Гудмен], с которым было много грамот, и мы велели спросить его об Антоне, но он ничего нам об Антоне не сообщил, а нашим посланникам, которые были к нему приставлены, сказал много невежливых слов.

Тогда мы велели расследовать, нет ли с ним грамот, и захватили у него многие грамоты, в которых для унижения нашего государева достоинства и нашего государства написаны ложные вести, будто в нашем царстве якобы творятся недостойные дела.

Но мы и здесь отнеслись к нему милостиво — велели держать его с честью до тех пор, пока не станет известен ответ от тебя на поручения, переданные с Антоном.

После этого приехал от тебя к нам посланник в Ругодив [Нарву] Юрий Милдентов [Мидлтон] по торговым делам.

Мы его велели спросить про Антона Янкина [Дженкинсона], был ли он у тебя и когда он должен прибыть от тебя к нам. Но посланник твой Юрий ничего нам об этом не сказал и наших посланников и Антона облаял.

Тогда мы также велели его задержать, пока не получим от тебя вестей о делах, порученных Антону.

И наконец нам стало известно, что к Двинской пристани прибыл от тебя посол Томас Рандольф, и мы послали к нему с жалованьем своего сына боярского и приказали ему быть приставом при после, а послу оказали великую честь.

А приказали спросить его, нет ли с ним Антона; он же нашему сыну боярскому ничего не сказал и начал говорить о мужицких и торговых делах; а Антон с ним не пришел.

С того времени, как он пришел в наше государство, мы много раз ему указывали, чтобы он вступил в переговоры с нашими боярами и сказал, есть ли у него приказ от тебя о тех делах, о которых мы передали тебе с Антоном. Но он нелепым образом уклонился.

А писал жалобы на Томаса [Гловера] и на Ральфа [Рюттера] и занимался другими торговыми делами, а нашими государственными делами пренебрегал. Из-за этого-то твой посол и запоздал явиться к нам; а затем пришло Божье послание — моровое поветрие, и он не мог быть принят.

Когда же Божье послание — поветрие — кончилось, мы его допустили перед свои очи. Но он опять говорил нам о торговых делах.

Мы выслали к нему своего боярина и наместника вологодского князя Афанасия Ивановича Вяземского, печатника своего Ивана Михайлова и дьяка Андрея Васильева и велели его спросить, есть ли у него поручение по тем делам, о которых мы передавали тебе с Антоном. Он ответил, что такое поручение с ним также имеется.

А мы поэтому оказали ему великую почесть, и он был принят нами наедине. Но он говорил о тех же мужицких и торговых делах и лишь изредка касался того дела. В то время нам случилось отправиться в нашу вотчину Вологду, и мы велели твоему послу Томасу ехать с собой. А там, на Вологде, мы выслали к нему нашего боярина князя А. И.

Вяземского и дьяка Петра Григорьева и велели с ним переговорить, как лучше всего устроить между нами это дело. Но посол твой Томас Рандольф все время говорил о торговом деле, и едва его убедили и поговорили о тех делах. Наконец договорились об этих делах, как следует их устроить, написали грамоты и привесили к ним печати. Тебе же, если тебе это было угодно, следовало таким же образом написать грамоты и прислать к нам в качестве послов достойных людей и с ними вместе прислать Антона Янкина [Дженкинсона]. Прислать Антона мы просили потому, что хотели его расспросить, передал ли он тебе те слова, которые мы ему говорили, согласна ли ты на наше предложение и каковы твои намерения. Вместе с твоим послом послали своего посла Андрея Григорьевича Совина.

Ныне ты к нам отпустила нашего посла, а своего посла с ним ты к нам не послала. А наше дело ты сделала не таким образом, как договорился твой посол. Грамоту же ты послала обычную, вроде как проезжую. Но такие дела не делаются без клятвы и без обмена послами.

Ты совсем устранилась от этого дела, а твои бояре вели переговоры с нашим послом только о торговых делах, управляли же всем делом твои купцы сэр Ульян Гарит [Уильям Гаррард] да сэр Ульян Честер.

Мы думали, что ты в своем государстве государыня и сама владеешь и заботишься о своей государевой чести и выгодах для государства, — поэтому мы и затеяли с тобой эти переговоры.

Но, видно, у тебя, помимо тебя, другие люди владеют, и не только люди, а мужики торговые, и не заботятся о наших государских головах и о чести и о выгодах для страны, а ищут своей торговой прибыли. Ты же пребываешь в своем девическом звании, как всякая простая девица. А тому, кто хотя бы и участвовал в нашем деле, да нам изменил, верить не следовало.

И раз так, то мы те дела отставим в сторону.

Пусть те мужики, которые пренебрегли нашими государскими головами и государской честью и выгодами для страны, а заботятся о торговых делах, посмотрят, как они будут торговать! А Московское государство пока и без английских товаров не бедно было.

А торговую грамоту, которую мы к тебе послали, ты прислала бы к нам. Даже если ты и не пришлешь эту грамоту, мы все равно по ней ничего делать не будем. Да и все наши грамоты, которые до сего дня мы давали о торговых делах, мы отныне за грамоты не считаем.

Писана в нашем Московском государстве, в году от создания мира 7079-м, 24 октября [24 октября 1570 г.].

Источник: https://diletant.media/articles/36832745/

Как Иван Грозный троллил европейских монархов

?

Оригинал взят у bolivar_s в Как Иван Грозный троллил европейских монарховКак Иван Грозный троллил европейских монархов

Искусство дипломатии заключается в подмене смыслов и умении говорить «да», имея в виду «нет» , и наоборот. Русский царь всегда знал, кому писать и что писать. Знать себе цену, говорить без экивоков, прямо, открыто — как это по-русски!

«Ты прислал к нам через пленника свою грамоту, наполненную собачьим лаем.

 Ты пишешь свое имя впереди нашего – это неприлично, ибо нам брат – цесарь Римский и другие великие государи, а тебе невозможно называться им братом, ибо Шведская земля честью ниже этих государств, как будет доказано впереди…

 Злое же дело начал ты, как только сел на государство, и наших великих послов…, неповинно и с глумлением велел ограбить и обесчестить – в одних сорочках их оставили! А ведь это великие люди….

А что ты писал к нам лай и дальше хочешь лаем отвечать на наше письмо, так нам, великим государям, к тебе, кроме лая, и писать ничего не стоит, да писать лай не подобает великим государям; мы же писали к тебе не лай, а правду, а иногда потому так пространно писали, что если тебе не разъяснить, то от тебя и ответа не получишь. А если ты, взяв собачий рот, захочешь лаять для забавы — так то твой холопский обычай: тебе это честь, а нам, великим государям, и сноситься с тобой — бесчестие, а лай тебе писать — и того хуже, а передаиваться с тобой — горше того не бывает на этом свете, а если хочешь передаиваться, так ты найди себе такого же холопа, какой ты сам холоп, да с ним и перелаивайся. Отныне, сколько ты не напишешь лая, мы тебе никакого ответа давать не будем.»  (6 января 1573 года)

«Известно, что вы называете Ливонскую землю своей попусту, желая пролития неповинной христианской крови.

Говорили еще твои паны нашим послам, что ты присягал, что добудешь Ливонскую землю, — христианское ли это дело: присягать, что будешь вздорно и несправедливо, желая славы, богатства и расширения государства, лить неповинную христианскую кровь? Вот ты писал, что предки наши несправедливыми поступками свое государство расширили, — а ты очень справедливо добываешь потерянное, проливая кровь вопреки присяге? Говорили еще твои паны нашим послам, что они за ливонцев вступились всей землей потому, что Ливонская земля римской веры, одной веры с ними, поляками, и поэтому всей этой земле следует быть в твоей власти, ибо нехорошо, чтобы в одной земле были два государя: «А у нас государь — по нашей воле: выбираем себе государем кого захотим; какой бы ни был у нас государь, а без нас ничего не делает; а если и захочет что-нибудь делать, так мы не дадим; а когда мы выбирали теперь нашего государя, то указывали ему, что многие места нашей земли несправедливо отобраны вашим государем и его предками; и государь наш присягал нам, что он будет добывать наши давние владения и очистит Ливонскую землю».     http://russian7.ru/post/carskiy-trolling-master-klass-ivana-g/

Читайте также:  Почему православным нельзя разговаривать на могиле с умершим родственником

Источник: https://theosophist.livejournal.com/2053540.html

Вопросы власти. Иван Грозный, Бомелий и Макиавелли

Вопросы власти. Иван Грозный, Бомелий и Макиавелли

Вторая после богословия тема, особо интересовавшая Ивана Грозного, это вопрос о власти. Он искренне полагал, что является единственным в полном смысле этого слова государем в Европе.

Все остальные государи, с его точки зрения, так или иначе зависели либо от своих вассалов, либо от церковных иерархов, либо от какого-то сословия, например от нарождавшегося купечества, либо от каких-либо иных обстоятельств, ограничивавших их власть.

В этом Иван IV был прав: такой абсолютной властью, как он сам, в то время не обладал ни один европейских монарх.

Тот же Поссевино 8 своих воспоминаниях пишет:

С детства русских приучают думать о царе как о Боге и всецело ему подчиняться. На сложные вопросы московиты отвечают присказкой: «Это знают только Бог и царь».

Сам Иван о своих подданных также имел вполне определенное мнение. Однажды в разговоре с иноземцем он заметил, что не надо судить его строго за жестокость: на Западе «государи повелевают людям, а он — скотам».

Любой намек на ущемление его государевых прав и достоинства Иван Грозный воспринимал яростно и не спускал в этом случае никому. Так произошло, например, когда английская королева Елизавета на предложение Ивана о военном союзе и дружбе дала уклончивый ответ, что

…не будет позволять, чтоб какое-нибудь лицо или государь вредили Иоанну или его владениям, не будет позволять этого в той мере, как по возможности или справедливости ей можно будет благоразумно этому воспрепятствовать

Отповедь королеве последовала немедленно и была выдержана с точки зрения современного дипломатического протокола в абсолютно неприемлемом тоне. Иван доказывал Елизавете, что та ведет себя не как положено настоящей государыне, что королева на самом деле не самостоятельна в решениях:

…Мимо тебя люди владеют… А ты пребываешь в своем девическом чину, как есть пошлая [то есть обыкновенная] девица.

Столь откровенная грубость объяснялась, правда, еще одним важным обстоятельством. Среди прочего Иван Грозный в величайшей тайне настоятельно предлагал Елизавете взять на себя взаимное обязательство предоставить друг другу в случае необходимости политическое убежище. Формулировка звучала так:

…если бы кто-нибудь из них по несчастию принужден был оставить свою землю, то имеет право приехать в сторону другого для спасения своей жизни, будет принят с почетом и может жить там без страха и опасности, пока беда минует и Бог переменит дела.

Иван Грозный, развязавший войну против тогдашней политической элиты — старого боярства, предпочитал подстраховаться. В Вологде по царскому распоряжению даже строили суда, чтобы было на чем отплыть в Англию.

Елизавета, подумав, согласилась удовлетворить пожелание Ивана Грозного, но не сочла необходимым оговорить такие же условия для себя. Чем необычайно уязвила самолюбивого царя.

Внезапное осложнение в отношениях между Москвой и Лондоном удалось, впрочем, быстро уладить. Обиды были заглажены любезностями королевы, подарками, новыми торговыми договоренностями, поставками в Москву оружия и даже переговорами о возможной женитьбе (между прочим, уже женатого) Ивана Грозного на родственнице английской королевы.

  • В качестве кандидатуры на роль русской царицы всерьез рассматривалась Мария Гастингс, племянница королевы по матери. Что касается досадной помехи, то есть тогдашней жены Ивана Грозного Марии Нагой, то московская дипломатия разъясняла ситуацию Лондону следующим образом:
  • Государь наш по многим государствам посылал, чтоб по себе приискать невесту, да не случилось, и государь взял за себя в своем государстве боярскую дочь не по себе; и если коро-левнина племянница дородна и такого великого дела достойна, то государь наш, свою отставя, сговорит за королевнину племянницу.
  • Любопытно, что в этих переговорах о сватовстве царь заставил участвовать даже Афанасия Нагого, брата своей жены.

Переговоры о женитьбе шли долго: англичане, зная характер жениха, вопрос затягивали. Сначала русским не разрешали сделать портрет невесты, потому что она якобы переболела оспой. Елизавета писала русскому послу:

Любя брата своего, вашего государя, я рада быть с ним в свойстве; но я слышала, что государь ваш любит красивых девиц, а моя племянница некрасива… да и больна, лежала в оспе.

Посол Писемский, не соглашаясь, отвечал:

Мне показалось, что племянница твоя красива…

Затем в ход пошла другая аргументация. Англичане убеждали царя:

Эта племянница королевне всех племянниц дальше в родстве… а есть у королевны девиц с десять ближе ее в родстве.

В конце концов вопрос о женитьбе заглох.

Многие русские историки убеждены, что западное влияние на Ивана Грозного было значительным. Сергей Платонов, автор известной книги «Москва и Запад», утверждая, что «сам Грозный, с его острым умом и нервною впечатлительностью, подпал под обаяние любопытных пришельцев», приводит немало конкретных свидетельств тесного и неформального общения царя с иностранцами.

Сами иностранцы также любили вспоминать об этом неформальном общении, отмечая при этом не только любезность царя, но

и широту обсуждаемых тем: свободно дискутировались не только вопросы политические или торговые, но и философские, богословские, исторические, бытовые.

Английский посол Боус, например, вспоминал, как царь, закончив деловую беседу, демонстрировал вещи, привезенные ему голландцами.

Снял с руки перстень, чтобы показать гостю, затем хвалился перед Боусом большим изумрудом на шапке, в шутку и всерьез укоряя дипломата за то, что англичане таких хороших товаров ему не возят.

Другой английский посол, Томас Рандольф, сообщает о ночном свидании с царем в феврале 1569 года. Иван Грозный пожелал говорить с ним секретно и вызвал его к себе поздним вечером через доверенного боярина. Рандольф вспоминал:

…Место свидания было далеко, ночь холодная, и я, переменив свое платье на русское, испытывал от этого большое неудобство. Я говорил с царем около трех часов, к утру я был отпущен и возвратился домой…

Столь тесные контакты с англичанами стали причиной появления среди русских множества кривотолков. Особенную ненависть в народе вызвал прибывший из Англии медик и астролог Елисей Бомелий, человек действительно ловкий, с задатками большого интригана.

По общему мнению, Бомелий, гадая Ивану как звездочет, втерся к нему в доверие и стал всерьез влиять на решение многих вопросов при московском дворе. В том числе, судя по всему, на решения, что называется, кардинальные. Современники считали, что именно он изготавливал яды, с помощью которых царь Иван избавлялся от неугодных бояр.

Ему же приписывалась и на какое-то время овладевшая царем идея жениться на самой английской королеве Елизавете.

Кончил Бомелий, правда, плохо,- он сам стал жертвой придворной интриги. В перехваченной почте медика и астролога нашли текст, напоминавший шифровку.

Бомелия пытали, и под пыткой он, судя по некоторым данным, сказал все, что только от него хотели услышать. Сведения о его смерти разнятся. По некоторым из них, его казнили в 1580 году, по другим он умер несколько позже.

Впрочем, для российской истории это уже не имело значения. Она просто вычеркнула Елисея Бомелия из своих книг.

Десять лет пребывания Бомелия около Ивана Грозного можно считать первым документально зафиксированным случаем «распутин-щины» при царском дворе. Платонов пишет:

Известность Бомелия была настолько широка и слава о его могуществе так шумела, что даже глухая провинциальная летопись того времени повествовала о нем в эпически сказочном тоне.

Согласно летописи, враги Москвы хитростью подослали к царю Ивану Бомелия — «немчина, лютого волхва». Далее летописец подробно повествует о всевозможных злодействах, совершенных Грозным не по своей воле, а под воздействием чужеземных колдовских чар. Писатель той эпохи дьяк Иван Тимофеев, резюмируя всю эту историю, констатирует: царь поддался слабости и отдал душу варвару.

То, что тогдашние русские объясняли колдовством, современная история пытается объяснить либо психическим нездоровьем Ивана Грозного, либо его особым представлением о роли государя, своеобразным пониманием того, что есть польза и вред в политике.

Недаром некоторые ученые упорно пытаются найти документальные доказательства знакомства Ивана Грозного с творчеством Макиавелли. Действительно, очень многое в мировоззрении и поступках Грозного совпадает с рекомендациями знаменитого флорентийца.

Прямых свидетельств, что царь штудировал работы Макиавелли, до сих пор не найдено, но «косвенных улик» хватает.

Любопытно, что московским государям в разные времена и очень разные люди неоднократно приписывали склонность к макиавеллизму. Карл Маркс в «Хронологических записках», говоря о Софье Палеолог, называет ее мужа, то есть деда Ивана Грозного — Ивана III, «великим макиавеллистом».

Естественно, влияние идей Макиавелли на Ивана Грозного могло быть и не прямым, а опосредованным. Следует учитывать, что Макиавелли приписывали множество идей и афоризмов, к которым он никакого отношения на самом деле не имел.

В действительности основная мысль флорентийца сводилась лишь к тому, что в реальной жизни нравственным часто оказывается вовсе не тот государь, что слепо почитает десять заповедей, а тот, кто на деле обеспечивает подданным мир и процветание.

Аморальным правителем может оказаться, таким образом, как раз тот, кто, спасая собственную душу, губит — во имя своего личного покоя — души и судьбы других.

Политика и нравственность, по Макиавелли, не противоречат друг другу, но и не находятся в прямой зависимости.

Этот сложнейший вопрос, только обозначенный самим Макиавелли, его последователи и критики без особых колебаний решили за него, заменив осторожный пунктир жирной линией.

Сомнение со знаком вопроса было преобразовано в утверждение с восклицательным знаком.

В результате вышло, что политика (якобы по Макиавелли) может быть лишь безнравственной и коварной, государь жестоким, а цель всегда оправдывает средства.

Характерно, что незадолго до воцарения Ивана Грозного на Русь проникло своеобразное сказание о «праведном тиране» — «Повесть о Дракуле», где влияние идей Макиавелли (или, вернее, мифического Макиавелли) просматривается легко.

Создателем повести считается дьяк Федор Курицын, дипломат, побывавший в Венгрии и Молдавии.

В этой повести Дракула изображен государем, который добивается установления совершенного и справедливого порядка путем устрашения своих подданных невиданной жестокостью, что в конце концов приносит добрые плоды:

В пустынном месте, где протекал горный источник с прекрасной ключевой водой, Дракула велел оставить золотую чашу, и никто не смел ее унести. Иноземный купец мог спокойно ночью оставлять свои товары посреди улицы — Дракула ручался за безопасность его имущества, —

и т. д.

Труд Курицына — очевидная подсказка власти не стесняться в средствах для искоренения зла.

Любопытен в связи с этим комментарий историка Якова Лурье, считавшего Ивана Грозного воплощением Дракулы в XVI столетии. Он пишет: «Дьяволом можно грозить, но вызывать его не следует».

Не вполне прояснена степень влияния на Ивана Грозного еще одного «макиавеллиста» того времени — публициста и профессионального наемника, русского дворянина Ивана Пересветова, служившего многим государям в Западной Европе. Он подал царю челобитную с подробным изложением государственных реформ, где также легко найти отголоски различных мыслей о политике, высказанных когда-то флорентийцем.

Исследователи отмечают сходство предложенных Пересветовым реформ с тем, что на деле осуществило потом правительство Ивана Грозного. Есть даже любопытная версия о том, что подлинным автором проекта реформ являлся сам царь, он лишь воспользовался именем реального дворянина, подавшего ему челобитную.

Как бы то ни было, очевидно, что и в мыслях, и в политической практике московского государя прослеживается определенная связь с Макиавелли. Эту связь можно увидеть даже в читательских предпочтениях (царь Иван, как и Макиавелли, особенно любил Тита Ливия).

Похоже, речь здесь действительно идет о влиянии (прямом или, скорее, опосредованном) флорентийца.

Если же нет, значит, это как раз тот случай в истории, когда на Руси с некоторым хронологическим отставанием от Запада был самостоятельно изобретен свой собственный, в данном случае политический «велосипед» системы Ивана Грозного, весьма напоминающий «велосипед» Макиавелли. Кстати, этим «велосипедом» системы Грозного, судя по заметкам в книгах, очень интересовался еще один российский правитель — Иосиф Сталин.

Был ли по-азиатски жестокий Иван Грозный первым русским «западником»? Современники Грозного, осуждавшие царя за слишком тесные, с их точки зрения, контакты с иноземцами, безусловно, считали государя таковым.

Если же следовать логике Николая Бердяева, то Ивана Грозного следует считать, скорее, Одним из первых русских патриотов-«европейцев»: царь, хотя и увлекался Западом, относился к иноземцам критически и сам решал, что стоит у них брать, а что нет.

Следующая глава

Источник: https://history.wikireading.ru/321947

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector