«обновленцы»: почему большевики не смогли создать новую церковь

Не так давно мы публиковали интервью с кандидатом исторических наук Александром Мраморновым, научным руководителем проекта по изданию документов Поместного Собора 1917–1918 гг. при Новоспасском ставропигиальном мужском монастыре (Москва).

Речь шла о вызовах, стоявших перед Церковью на рубеже XIX-XX веков, и о том, как эти проблемы предполагалось решить на Поместном Соборе. Сейчас мы публикуем вторую часть интервью — о том, что произошло с Церковью после октября 1917 года.

Гонения

«Обновленцы»: почему большевики не смогли создать новую церковь— Во время проведения Поместного Собора уже начались гонения на Церковь, а к моменту интронизации Патриарха к власти уже пришли большевики. При них процесс гонений развивался постепенно или скачкообразно?

— Начиналось все как низовое, стихийное явление, причем началось еще при власти Временного правительства. Порой эти убийства были чистой уголовщиной, совершаемой с целью ограбления или в пьяном кураже.

Но были и убийства, имеющие политическую, идеологическую мотивацию. Например, убийство 31 октября 1917 года (по старому стилю) в Царском Селе протоиерея Иоанна Кочурова. Здесь сознательно убивают священника, который возглавил крестный ход в защиту Церкви.

И таких случаев в регионах становится все больше и больше.

Конечно, Православие (равно как и все прочие религии) воспринималось большевиками как идейный враг, с которым никакой компромисс невозможен, который в конечном счете должен быть уничтожен. Однако это была задача стратегическая, большевики не собирались решить ее мгновенно.

В той программе, которая имелась у них к моменту захвата власти, конечно же, имелись антирелигиозные пункты. Например, Декрет о земле предусматривал национализацию в том числе и монастырских земель, и земель, принадлежащих церковным приходам. Или вот, забрав у Церкви функцию ЗАГСов, большевики изъяли из храмов метрические книги, то есть приходскую собственность.

Но все-таки о том, что у Церкви надо отобрать вообще все права, в программе РСДРП(б) не говорилось.

Тем не менее, реальная практика большевизма отличалась от того, что писали в своих трудах их лидеры. Придя к власти и укрепившись, они действительно начали системно бороться с религией вообще и с Церковью в частности.

Системой это начало становится в начале 1918 года. От правовых и имущественных ограничений большевики перешли уже непосредственно к репрессиям против духовенства и верующих.

Но тут нужно пояснить важный момент. Не надо думать, что прямо с 25 октября 1917 года всякое убийство священника происходило непосредственно по распоряжению Совнаркома.

Материал по теме

«Обновленцы»: почему большевики не смогли создать новую церковь

Собор 1917 и большевики

Многие общественные и в том числе церковные деятели восприняли этот переворот первоначально, как случайность, как некий этап в развитии государственного кризиса 1917 года, никто не представлял себе, что большевики пришли к власти на долгие 70 лет. К чему готовился Священный собор и что делал, когда его ожидания не оправдались, в проекте «Академия Фомы» рассказывает кандидат исторических наук Алексей Беглов.

— Но кто же совершал эти убийства? Это была инициатива местных властей, или те выполняли распоряжения свыше?

— Таких директив сверху до сентября 1918 года, когда был официально объявлен красный террор*, не было. Во всяком случае, таких документов не обнаружено.

Но вот инициатива местных властей, проявление «революционного самосознания» — такое было. А самое главное, что сверху хоть и не давали непосредственных указаний, но вовсе и не пресекали подобные выходки.

Они были, так сказать, в тренде, сам дух и настрой новой власти провоцировали людей на агрессию по отношению к духовенству.

Кроме того, у нас, когда мы смотрим на события 1917–1918 годов, зачастую срабатывает аберрация сознания, вызванная знанием того, как обстояло дело в последующие годы. Нам кажется, что у большевиков сразу же была выстроена вертикаль власти, что в регионах всё происходило исключительно по приказам из Петрограда.

Но это не так. Какой-нибудь местный комиссар или глава Совета рабочих депутатов мог арестовать или расстрелять кого угодно, совершенно не задумываясь, как на это посмотрит товарищ Ленин.

Тем более что товарищ Ленин особо и не возражал. Так, например, был убит епископ Тобольский Гермоген (Долганов). Это была местная инициатива.

Но инициатива, объективно полезная высшему руководству большевиков.

То есть, если местный комиссар, руководствуясь революционным правосознанием, берет отряд чекистов и идет кого-то расстреливать, а на следующий день из Петрограда не приезжает другой отряд и не смещает комиссара за самоуправство — значит, комиссар проводит политику, поддерживаемую высшей государственной властью.

Надо понимать, что в тот период положение большевиков было еще довольно непрочно, нестабильно, и репрессивные методы они для того и применяли, чтобы удержаться у власти.

То есть репрессии происходили не для того, чтобы ущемить именно Церковь, а просто чтобы всех запугать и тем самым утвердить свою власть (справедливости ради замечу, что террор, погромы и массовые казни совершали не только большевики).

Ну и тот разгул уголовщины, что начался буквально с марта 1917 года, никуда не делся, и жертвами его становились в том числе и священнослужители.

Кстати сказать, нередко уголовники, отпущенные по амнистии Временным правительством, встраивались в структуру новой власти, то есть в Советы. Очень многие из них стали активными большевиками.

Маргиналы влились во власть и сами стали властью, и определяли на местах в том числе и антицерковную политику.

— Во время Гражданской войны гонения на Церковь заключались только в закрытии храмов, арестах и расстрелах духовенства или еще в чем-то?

— Да, было и другое. Это закрытие банковских счетов епархий и духовных семинарий, лишение жалования и закрытие доступа к продовольственным складам. Например, возьмем духовные семинарии. В 1918 году они лишаются всего. Ни жалованья преподавателям, ни продуктов, ни дров — ничего. Как в таких условиях существовать? Вот и прекратилось духовное образование.

— А ограничение гражданских прав духовенства? Они ведь стали так называемыми «лишенцами»?

— Это случилось несколько позже, уже в 1920-е годы. А в революционную эпоху, наоборот, многие священнослужители активно устремились в высшие учебные заведения — и им сначала никто в том не препятствовал. Но ведь эти учебные заведения большевики сразу же начали реорганизовывать на свой лад, и поэтому постепенно возникали разные ограничения.

А кардинальные изменения произошли уже после эпохи красного террора, в 1919 году. Теперь уже на основании, с одной стороны, ряда большевистских декретов, а с другой — правоприменительной практики на местах духовенству перекрываются возможности и получать образование, и участвовать в общественной жизни.

Введение патриаршества

Материал по теме

«Обновленцы»: почему большевики не смогли создать новую церковь

Как русская Церковь встретила русскую революцию?

В год столетия русской революции мы публикуем серию материалов о том, как этот катаклизм отечественной истории отразился на судьбе Церкви.

Сейчас поговорим о том, какие вызовы встали перед ней к началу XX века и как на них предполагалось ответить на Поместном Соборе.

Наш собеседник — кандидат исторических наук, доцент Александр Мраморнов, научный руководитель проекта по изданию документов Поместного Собора 1917–1918 гг. при Новоспасском ставропигиальном мужском монастыре (Москва).

— Можно ли говорить о том, что введение патриаршества на Соборе стало ответом на начавшиеся гонения большевиков на Церковь? Ведь в документах, на основе которых начал работать Собор, не стоял вопрос о введении патриаршества. Тем не менее это произошло. Как так получилось?

— Это не был непосредственный ответ на гонения, тем более на гонения большевиков (вопрос о введении патриаршества начал обсуждаться, когда они еще не захватили власть). Тем не менее, эта тема встала в связи с общей обстановкой в стране.

Поместный Собор работал не только в формате общих собраний на основе предварительно подготовленной повестки. Там были отделы, посвященные обсуждению наиболее важных направлений.

В частности, был отдел о высшем церковном управлении, и вот в ходе заседаний этого отдела и встал вопрос о необходимости для Церкви в это тяжелое время иметь Первоиерарха.

Аргументация была такова: страну трясет, во всех сферах кризис — политический, военный, финансовый. Что будет дальше, совершенно непонятно, и в этой ситуации неопределенности коллегиальный способ управления Церковью может оказаться неэффективным.

Решения придется принимать быстро, времени на неспешные дискуссии не будет, да и не факт, что вообще останется возможность такие дискуссии проводить. Поэтому нужен тот, кто возглавит Церковь, то есть Патриарх.

Эти идеи постоянно звучали в ходе обсуждений в отделе о высшем церковном управлении. Их не навязывал президиум, их не навязывал епископат, они поднимались самими выступающими.

Причем, надо сказать, обсуждение происходило совершенно свободно. Любой участник Собора мог записаться в отдел о высшем церковном управлении и принять участие в дискуссиях.

Требование было только одно: записавшись в какой-то отдел, надо было посещать его заседания.

— И что, участники Собора единодушно высказались за введение патриаршества?

Источник: https://foma.ru/tserkov-posle-oktyabrya-kak-vyizhit-v-krovavuyu-epohu.html

Большевики, обновленцы и украинская власть: история гонений на Церковь

Сегодня в ходе обыска у наместника Киево-Печерской Лавры, владыки Павла, СБУ нашло «большой компромат» — аж одну книгу! Похоже, что теперь читать в Украине можно будет только литературу, рекомендованную Верховной Радой и Порошенко.

Выдержки из моих статей, посвященных событиям церковной жизни после переворота 1917 года в аналогии с современной ситуацией.

Хорошо известным приказом «Об изъятии церковных ценностей» Ленин по сути начал повсеместный погром монастырей и храмов с поголовным уничтожением священнослужителей всех рангов — от рядового монашества до Патриарха.

Ленин докладывал в ЦК: «Мы приобретем много ценностей, большой капитал, остро необходимый нам, и одновременно разожжем ненависть, раскол в рядах верующих, натравливая их, начнем репрессии, уничтожим сопротивление».

Как видим, в разгроме Церкви Ленин преследовал не только чисто уголовную цель обогащения, но и предательскую — против православной веры: организацию раскола, смуты, антирелигиозной аферы.

Тут же организовали секции безбожников в пионерии и комсомоле, в учебных заведениях и на предприятиях. Новые «красные батюшки», именующие себя обновленцами, заменили исповедь на прямое доносительство, организовали культ «нововерующих», вносивших большую смуту в умы. В этом поднятом вождем вихре мрачных сил появились свои лидеры, и среди них, например, такая фигура, как Труфанов.

Сергей Труфанов был родом из донских казаков. В 1903 году постригся в монахи. После пострига принял имя Илиодор. (Тот самый Илиодор, бывший иеромонах, ставший чекистом и позднее сбежавший за границу, из чьих откровений, помещенных им в еженедельнике «Неделя» (N26, 1990г.

), явствует, что в 1919 году он видел в Кремле заспиртованную голову Государя). Был другом Распутина. Выступал против Патриарха Тихона, против Столыпина, стал штатным агентом ЧК. Провозгласил себя Патриархом всея Руси, после чего был отлучен от Церкви.

«Чрезвычайка» помогла ему бежать в США, где служил швейцаром.

Читайте также:  Чем единоверцы отличаются от остальных православных

«Обновленческий Собор» 1923 года сделал все, чтобы воплотить в жизнь решения ГПУ. Курировал «новое детище» Е.А.Тучков, который постоянно информировал ЦК о состоянии «агентурной работы» в обновленческом Высшем Церковном управлении (ВЦУ).

Казалось, что решения собора 1923г. должны были привести к триумфу обновленчества. В самом деле, Патриарх Тихон находился под стражей, а «обновленческий» Высший Церковный совет оказался в глазах властей единственным органом церковной власти, освященным авторитетом Второго поместного Собора 1923г. Однако церковный народ отвернулся от «обновленцев».

«Красная церковь, — вспоминала одна из московских прихожанок того времени, — названная своими учредителями «живою» с самого своего рождения, оказалась мертворожденною, так как, не смотря на усиленную пропаганду, народ уперся и на все отвечал: «Не приемлем!»

Одной из важных причин отпадения духовенства в «обновленческий» раскол было давление советской власти. Аресты духовных лиц, не признающих обновленчество, были обычной практикой советских карательных органов. «Боже, как они меня мучают! — говорил о чекистах юрисконсульту Киево-Печерской Лавры проф.И.Н.

Никодимову митрополит Киевский Михаил (Ермаков), — вымогают у меня признания «Живой Церкви», угрожая в противном случае арестом. Конечно же я решительно отверг их требования, что они довольно цинично признали, что я, быть может, поступил и правильно, т.к. все равно и «Живую Церковь» они позже ликвидируют».

Следует заметить, что каноны включают три вида отделившихся от Церкви религиозных сообществ — ересь, раскол и парасинагога или самочинное сборище.

По определению Первого правила Василия Великого, ересь составляют те, кто совершенно отделились и имеют различие в самой вере; раскол — это те, которые не согласны в некоторых церковных вопросах, в которых возможно примирение; парасинагога — это собрание, которое «составляют непокорные пресвитеры или епископы и невежественный народ».

Таким образом, различие между парасинагогой и расколом имеет относительный характер. Парасинагога — это собрание временное, случайное, тогда как раскол — более или менее постоянное, имеющее свою организацию.

Поэтому другие правила, например Восьмое правило Первого Вселенского Собора даже не упоминает о парасинагоге, а знают лишь раскол и ересь.

Очевидно, понятие парасинагоги не подходит к «Живой Церкви», как не имеющей постоянную организацию. Вряд ли можно применить к ней и понятие ереси. Ведь идеология в ней вообще стоит на втором плане, а первое место занимают мотивы практические.

Правда она извращает церковное устройство, передавая власть пресвитерам, и таким образом нарушает не только каноническое, но и догматическое учение о Церкви.

Но ведь и всякий раскол есть искаженное учение о Церкви, есть нарушение 9-го члена Символа веры, который знает лишь Единую Церковь. Поэтому следует признать «Живую Церковь» раскольничьей.

Так именно и называли ее официальные акты православной церковной власти и с этим сообразовывалась и церковная практика. В случае обращения в православие «живцы» принимались «третьим чином» — через покаяние, т.е. как раскольники.

Но для мирской власти все это было несущественно. Так, газета «Рабочая Москва» в то время писала: «Наша задача не «обновить», а упразднить всякую церковь, всякую религию вообще.

Обновление церкви, которое производится сейчас прогрессивной и демократически настроенной частью духовенства, лишь один из этапов по пути освобождения трудящихся масс России из-под власти церкви и религиозного дурмана. Оно расчищает нам дальнейший путь.

И мы заинтересованы поэтому в победе на сегодня «Живой Церкви». Но объявленная мертвой старая церковь пока не совсем мертва. Ее надо умертвить окончательно».

Сегодня на Украине активизировался т.н. «Киевский Патриархат». Политическая заангажированность его верхушки дает ему возможность в большей степени решать различные политические задачи, нежели устремлять души пасомых к небу.

Да и как их «устремлять к небу», если «патриархат» находится в расколе со всем православным миром? Поэтому духовной пищей этой структуры являются выпады в адрес Украинской Православной Церкви МП о ее «недостаточном патриотизме», о его «прокремлевской направленности», о ее поддержке «сепаратистских настроений» и прочая лабуда. Не иначе, как у них имеется соответствующий прибор для измерения патриотизма у отдельно взятого гражданина Украины. Поэтому все настойчивей звучат голоса из их среды забрать храмы у УПЦ, а верным Ее «ставить соответствующие знаки на дверях жилища», чтобы этим подвергать их позору и остракизму (как в свое время в Варфоломеевскую ночь во Франции, или в ночь Хрустальных ножей в нацистской Германии).

Самозваный «патриарх» Филарет, назначивший себя на должность таковым, похож на тех же обновленцев, которые создавали себе должности и приписывали небывалые титулы, такие, например, как «митрополит всея Руси России» (епископ Антонин), «архипресвитер всея России» (Красотин), титул же Ал. Введенского, стоявшего во главе «живцов», был «апостол-благовестник».

Здесь вот тоже нечто похожее — «патриарх Всея Руси-Украины»… Фактически «Киевский Патриархат» возрос и реализовался на крови мучеников. На крови возросла и «Живая Церковь». Но и та, и другая «церковь» возросла не на крови своих мучеников, а на невинной крови ими пролитой в битве за не принадлежащие им храмы.

В прессе неоднократно освещались эти события: грабежи, захваты храмов, массовые побоища с верными УПЦ.

Но чужая кровь никогда не может служить цементом здания Церкви, ибо она «вопиет от земли к Господу» (Быт 4:10), и на таких строителях лежит вечное проклятие, наложенное Самим Кротчайшим Основателем Церкви на убивающих и гонящих посланных Им праведников (Мф. 23:35-38; Лк. 11:5).

Вся кровь праведная, пролитая на земле — от крови Авеля праведного и до крови нынешних мучеников (как российских — от большевиков и «живоцерковников», так и избиваемых ныне на Украине верных), лежит на этих современных опричниках в рясах.

«Обновленцы»: почему большевики не смогли создать новую церковь

Источник: https://spzh.news/ru/socseti/57931-bolysheviki-obnovlency-i-ukrainskaja-vlasty-istorija-gonenij-na-cerkovy

Дмитрий Сафонов. Был ли Патриарх Тихон сторонником введения нового стиля? / Православие.Ru

«Обновленцы»: почему большевики не смогли создать новую церковь
Патриарх Тихон

Празднование Рождества Христова, а также Нового года всегда сопровождается в СМИ комментариями на тему о старом и новом стиле. Но никогда прежде эти комментарии не были столь тенденциозны. Во многих телерепортажах о праздновании Рождества Христова особенный акцент делался на том, что от юлианского календаря уже отказались во всем мире, в том числе и Православные Церкви, и только Русская Церковь отказывается идти «в ногу со временем» и упорно придерживается юлианского календаря. В этой связи еще раз был озвучен миф о том, что святитель Патриарх Тихон был сторонником нового стиля и пытался ввести его в Церкви. Эту точку зрения можно было бы отнести к ставшей уже нормой абсолютной невежественности в церковных вопросах большинства тележурналистов, но аналогично высказался в интервью газете «Московский комсомолец» (14 января 2003 г.) настоятель храма святых бессребреников Космы и Дамиана протоиерей Александр Борисов. В частности о. Александр сказал: «В 1923 году попытку перейти на этот же календарь (григорианский – Д.С.) предпринял патриарх Тихон. Но за год до него это попытались сделать «обновленцы» («пятая колонна» внутри Русской Церкви, искусственно созданная большевиками). Поэтому реформа оказалась скомпрометированной, и патриарх был вынужден отказаться от нее…»

В связи с этим нам представляется необходимым, обратившись к историческим источникам, исследовать вопрос о том, каково же было реальное отношение Патриарха Тихона к введению нового стиля.

Целая серия мероприятий была предпринята ГПУ для того, чтобы скомпрометировать Патриарха в глазах верующих. Одними из требований к Патриарху было начало возношения молений в церквах за Советскую власть и введение нового стиля летоисчисления.

В материалах следственного дела Патриарха Тихона имеется целый ряд документов, которые позволяют пересмотреть устоявшееся в литературе представление о том, что Патриарх Тихон шел на большие уступки властям и был сторонником компромисса с советской властью.

Очень точно охарактеризовал положение Патриарха митрополит Петр (Полянский) в сентябре 1924 г.

в частной беседе с одним из священников, который представлялся сторонником Патриарха, будучи обновленцем, и через которого эти слова стали известны ГПУ: «Что касается перехода нашего на новый стиль, то ваша тревога совершенно напрасна, передайте умненько всем своим товарищам и прихожанам, что на новый стиль мы никогда ни за что не перейдем, потому что этого не желает народ. Но нас могут заставить перейти гражданская власть и мы тогда подчинимся и выпустим соответствующее послание. Но вы не обращайте на это внимание и считайте такие вынужденные (выделено мною – Д.С.) наши послания необязательными. Секретно на ушко через надежных лиц вы разъясните верующим, что святейший в настоящее время находиться в ужасных условиях, именно между молотом и наковальней. С одной стороны нужно подчиниться гражданской власти, а с другой, – в церковных делах ей никак нельзя подчиняться, ибо она безбожна и ведет к разрушению церкви, да и с массами мы в конфликт вступать не будем, иначе они уйдут к обновленцам. А ведь вы сами знаете, что эти красные те же безбожники большевики. Итак не смущайтесь, положение наше прочное, обновленцы с каждым днем все слабеют и слабеют»[1]. Эти слова святителя Тихона очень важны для понимания его действий в этот период.

Эти слова касались послания о переходе на новый стиль, но они в равной мере касаются и всех других посланий Патриарха, которые он выпустил в ответ на требования властей.

Тактика Патриарха состояла в том, что он в ответ на угрозы репрессий по отношению к Церкви выпускал необходимые властям послания, в которых, как правило, требования властей отражались лишь частично, но на деле не собираясь исполнять эти требования, и в частных беседах сообщал о вынужденном характере этих посланий, что, впрочем, верующие понимали и без объяснений.

Как говорил один из ближайших к Патриарху людей архимандрит Алексий, наместник Донского монастыря о послании о новом стиле: «все равно народ не пойдет на это, потому что мы скажем кому нужно из своих, что патриарх разослал послание не по своей воле, а под давлением и благословим всех совершать праздники по старому стилю.

Мы уже здесь обдумали так: во все церковные праздники по старому стилю мы будем служить без звона или будем звонить по будничному и народ все равно к нам пойдет и нас за это не осудит, потому что поймет в каких тисках мы находимся»[2].

Источник: https://pravoslavie.ru/57504.html

«Карманная церковь». История обновленчества и ЕПЦ: странные совпадения

Все очевиднее, что власти Украины движутся по тем же рельсам, что и большевики. Это очень ярко выражается в попытках создать «карманную церковь».

«История — учительница жизни» — говорил Цицерон. Спустя тысячелетия В.О.Ключевский с тонким юмором возразил великому оратору: «История — это не учительница, а надзирательница: она ничему не учит, но сурово наказывает за незнание уроков».

Да, невыученные уроки истории часто становятся приговором. Особенно это касается тех, кто является локомотивом истории — правителей. Порой приходится только удивляться, насколько зеркальны бывают эпохи, и как похоже действуют представители власти.

Читайте также:  Егорлыкское сражение: почему «белая» армия не смогла победить

Всего год назад мы вспоминали столетие Февральской революции 1917 года.

Этот год также ознаменован важным событием в жизни Церкви, которое тогда прошло почти незамеченным: 7 марта 1917 года в Петрограде был основан «Всероссийский Союз демократического православного духовенства и мирян», который стал колыбелью знаменитого модернистского движения в русском Православии: обновленчества. Созданная большевиками обновленческая «церковь» стала главным тараном против русского Православия.

Союзы с властью: обновленцы с большевиками / сторонники Томоса с националистами

Увы, все больше приходится убеждаться, что сегодня власти Украины движутся по тем же рельсам, что и их идейные предшественники — большевики. Это очень ярко выражается в попытках создать «карманную церковь», которая обслуживала бы интересы государства. Для большевиков в начале 20го века такой структурой была обновленческая «церковь», для нынешней украинской власти — создаваемая ими ЕПЦ.

В данной статье мы отметим некоторые параллели между действиями властей 1920-х годов и нашего времени.

Прежде всего, подчеркнем, что когда мы говорим «обновленцы», то имеем в виду лоббистов революционной власти.

Все лидеры обновленческого раскола были в подавляющем большинстве своём лишь орудием в руках советского правительства. Проект «обновленчество» изначально поддерживался большевиками, и служил инструментом борьбы против Церкви канонической.

Из секретариата ЦК РКП (б) всем губкомам РКП (б) на местах рассылались телеграммы, в которых говорилось о необходимости поддержки обновленцев. ГПУ давило на законных архиереев с целью добиться признания ими ВЦУ и «Живой церкви». Против канонического духовенства были организованы репрессии.

Не так ли сегодня создается ЕПЦ на Украине? Не борется ли через нее украинская власть с каноничной Церковью на территории Украины? Например, мы видим полное бездействие государства в незаконном отбирании раскольниками храмов, давление на архиереев и священников.

Замечательно также, что обновленческое движение 1920-х годов рассматривают только в русле большевистских идей и никогда вне таковых.

И создание ЕПЦ сегодня является инициативой националистических групп. Идея о появлении автокефальной «церкви» на Украине всегда была частью именно украинской националистической идеологии.

Кстати, под влиянием этих идей и была создана УАПЦ. Вспомним, что УАПЦ зародилась после Февральской революции 1917 года как националистическое движение.

Инициативные украинские патриоты выступали за отделение ряда епархий Юга России от российской государственной власти и одновременно от Православной Российской церкви. Одним из лидеров движения был протоиерей Василий Липковский, ревностный украинофил.

По возвращении петлюровской армии в Киев 5 мая 1920 года представители Всеукраинской православной рады и активисты украинского националистического движения провозгласили УАПЦ — автокефальную украинскую православную церковь.

Рада вынесла постановление, в котором позиция православного епископата была признана реакционной. Канонические епископы были объявлены врагами украинского народа за то, что они пребывают в общении с Московской патриархией и Патриархом Московским и всея России Тихоном.

«Киевский епископат, будучи представителем московской духовной власти, постоянным торможением националистического украинского церковного движения, наконец, запретами священников, обнаружил себя не пастырем добрым, а врагом украинского народа и этим своим поступком отошел от Украинской Церкви», — заявила Всеукраинская православная церковная рада.

Как это напоминает сегодняшние события. УПЦ — не Церковь! — заявляют наши правители, вменяя нам в грех то, что мы духовно связаны с русским православием и не проклинаем Москву, как этого хотелось бы кому-то.

С 1922 по 1926 год обновленчество было единственной официально признаваемой революционными государственными властями РСФСР православной церковной организацией (второй такой организацией в 1926 году стал григорианский Временный Высший Церковный Совет).

И сегодня власти ведут к тому, чтобы объявить УПЦ незаконной, неканонической, поменять ее название, а имущество отобрать.

Так, Михаил Денисенко («патриарх Филарет») заявил в Европарламенте еще в мае нынешнего года, что после получения раскольниками Томоса об автокефалии УПЦ будет называться Экзархатом Российской Церкви в Украине.

По его же словам, Киево-Печерская Лавра будет принадлежать новой автокефальной церкви.

Еще одно совпадение. Сегодня в Украине есть несколько раскольничьих церквей, которые имеют между собой разногласия, но едины только в одном — ненависти к канонической Церкви.

Ненависть к канонической Церкви

Обновленчество в начальный период своего существования также не было строго структурированным движением — между собою обновленческие структуры нередко находились в прямой конфронтации.

Расколовшись внутри, все обновленческие группы (главных было три) вели борьбу за власть в Высшем церковном управлении, прибегая при этом к помощи ГПУ, которое с самого начала раскола фактически дирижировало всеми его лидерами.

Показательно, что наши УПЦ КП и УАПЦ сегодня никак не могут собрать «объединительный собор», хотя уже давно собираются это сделать.

Недавно предстоятель УАПЦ Макарий Малетич заявил, что Филарет «отвечает ему со злобой», и они не могут прийти к общим решениям по объединению. По меткому замечанию политолога Елены Дьяченко, перед нами «террариум друзей», в котором «показатели духовности зашкаливают».

Следующее совпадение: при отсутствии достаточных сил для установления «своей правды», некие организации, и отдельные люди, имеющие претензии к канонической Церкви, переходят во временную оппозицию официальной Церкви. Так происходит сегодня, так было и сто лет назад.

Например, на Поместном Соборе 1917–1918 годов сторонники «обновления» оказались в меньшинстве и поэтому перешли к полуподпольной деятельности. В начале 20-х годов большевистские лидеры (прежде всего Л. Д.

 Троцкий) «вспомнили» о них. Было принято решение «мобилизовать» обновленцев и подтолкнуть их к разрыву с высшей церковной властью.

Большевики хотели создать их руками подконтрольные режиму марионеточные церковные управления в центре и на местах.

Для осуществления «церковного переворота» в Москве были избраны три представителя петроградского духовенства, хорошо известные советским спецслужбам: протоиерей Александр Введенский, и два его единомышленника — иерей Владимир Красницкий и мирянин Евгений Беликов. Они и объявили о создании нового Высшего Церковного Управления (ВЦУ) — единственной официально признаваемой на тот момент властями РСФСР православной церковной организацией.

Сегодня и мы видим некое меньшинство среди духовенства, враждебно настроенное как к предстоятелю УПЦ Блаженнейшему Онуфрию, так и к официальной позиции нашей Церкви. Как и раньше, существуют внутри канонической Церкви не только отдельные представители — но и и лобби, которые могут оказаться послушным орудием в руках революционной власти и управляемого ими государства по атаке на Церковь.

Разжигание СМИ

Нельзя не упомянуть о поддержке обновленцев со стороны подконтрольных революционному государству СМИ. Раньше основным органом СМИ были газеты — через них и «промывались» мозги граждан.

Так, 14 мая 1922 года в «Известиях» появилось «Воззвание верующим сынам Православной Церкви России», где содержалось требование суда над «виновниками церковной разрухи» и заявление о прекращении «гражданской войны Церкви против государства»

Обратим внимание, что большевики в своих церковных проектах старались мобилизовать не только клир и воцерковлённых людей, а видели свою опору и в не очень церковных мирянах.

Это был как раз тот элемент, который был способен «зарядить церковную жизнь революционно-религиозной энергией». Например, к «Живой Церкви» одно время принадлежал мирянский Союз Церковного Возрождения.

В своём уставе он обещал последователям «самую широкую демократизацию Неба, самый широкий доступ к лону Отца Небесного».

  • Сейчас мы видим то же самое, только у нас цели примитивнее: армия, мова, и своя национальная украинская вера.
  • Особо стоит отметить роль Константинополя и подвластных ему Поместных Церквей в созидании обновленчества.
  • Вмешательство Константинополя

Представители Константинопольского и Александрийского православных подворий в Москве признали обновленцев как Поместную Православную Церковь в России.

Представитель Константинопольского Патриарха и Синайского архиепископа архимандрит Василий (Димопуло) и представитель Александрийского Патриарха архимандрит Павел (Катаподис) участвовали в соборах обновленческого духовенства, и причащались вместе с членами обновленческого Синода.

Безусловно, вмешательство Константинополя лишь усугубило и без того предельно трудное положение Патриаршей Церкви в России.

Позиция Константинопольской Патриархии в отношении обновленческого раскола определялась в 1920-е — 1930-е годы не столько церковно-каноническими принципами, сколько политическими факторами. Константинопольские иерархи склонялись на сторону тех, у кого были лучшие отношения с советской властью.

Из четырёх Восточных Патриархов только Антиохийский не вошёл в общение с обновленцами. Возможно, сыграло роль то, что Антиохийская Церковь в начале XX века с помощью Церкви Российской освободилась от греческого засилья, а Иерусалимская и Александрийская Церкви так и не смогли этого сделать.

10 −18 июня 1924 года в Москве состоялось обновленческое «Великое Предсоборное Совещание Российской Православной Церкви». Почётным председателем избрали Константинопольского Патриарха Григория VII (тогда склонялся на сторону обновленцев под давлением кемалистов и был представлен в Москве архимандритом Василием Димопуло).

Обновленцы с радостью восприняли известие о кончине в апреле 1925 года Патриарха Тихона, и уже через несколько дней объявили о созыве своего второго «Поместного Собора», в результате которого надеялись под видом «примирения» окончательно уничтожить каноническую Церковь. Важная роль при этом отводилась и Константинопольской Патриархии…

О нынешней роли Константинополя в создании ЕПЦ говорить излишне. По сути, именно Константинопольский патриархат и создает в Украине очередную обновленческую структуру.

Любопытно, что 5 мая 1923 года, обновленческий Собор узаконил равнозначность женатого и безбрачного епископата, а после некоторых колебаний и второбрачие клириков. Константинополь недавно также узаконил второбрачие духовенства.

Обновленческая «церковь» принесла много бед, но существовала недолго. Когда государство перестало официально поддерживать новообразованную, ручную обновленческую церковь, она распалась. Окончательно она прекратила свое существование со смертью лидера обновленчества А. Введенского в 1946 году. Большинство клира через покаяние вернулось в лоно Церкви-Матери.

Итоги

Сегодня наши правители проклинают коммунистов, и через законодательство проводят «декоммунизацию».

Но не поступают ли они так же, как и их предшественники? Не относятся ли и к ним слова Спасителя, сказанные некогда фарисеям: «Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите гробницы пророкам и украшаете памятники праведников, и говорите: если бы мы были во дни отцов наших, то не были бы сообщниками их в [пролитии] крови пророков; таким образом вы сами против себя свидетельствуете, что вы сыновья тех, которые избили пророков; дополняйте же меру отцов ваших. Змии, порождения ехиднины! как убежите вы от осуждения в геенну?» (Мф.23,29-33)

Будем надеяться, что новое обновленчество разделит судьбу своих предшественников. А те, которые созидают сегодня то, что уже было разрушено Богом когда-то, идут против Господа. История предупреждает их — но они либо не знают истории, либо обманывают себя, либо грешат осознано. Но в любом случае, ответ перед Богом им держать придется.

Источник: https://fraza.ua/stenograms/273230-karmannaja-tserkov-istorija-obnovlenchestva-i-epts-strannye-sovpadenija

Православная церковь Страны Советов: как после Февральской революции 1917 года церковные обновленцы дружили с большевиками

После Февральской революции 1917 года русская православная церковь пережила новый раскол. Обновленцы выступали с резкой критикой патриарха Тихона, ставили перед собой цель демократизации всей церковной организации и сотрудничали с большевиками и НКВД. О том, во что вылился союз православного обновленчества и коммунизма — в нашем материале.

Идея реформации русской православной церкви давно бродила в умах интеллигентов Российской империи. Но первые организации, готовые воплотить теорию на практике, появились лишь в годы первой революции. А после февральских событий 1917 года течение оформилось в «Союзе демократического духовенства и мирян». Эта небольшая группировка вскоре получит поддержку большевиков, ибо члены «Союза» выступали за независимое существование церкви и государства в отличии от Всероссийского Поместного Собора. Стоит напомнить, что этот Собор заседал целый год, решая духовные и церковные дела после отречения Николая II от престола. Вот этот Собор не признал советский декрет СНК об отделении церкви от государства и школы, а руководители «Союза демократического духовенства и мирян» горячо приветствовали его. Так наметился новый крупный раскол в русской православный церкви, где на передовые позиции вышли так называемые обновленцы. Их лидером стал священник Александр Введенский, а колыбелью этого движения — Петроград.

После того, как Всероссийский Поместный Собор прекратил свое существование, советские власти начали проводить активную антицерковную политику. В то время, как возрожденное патриаршество стало одним из главных «контрреволюционных» врагов, обновленцы пригодились «диктатуре пролетариата». Более того, они получали всестороннюю поддержку от НКВД и советской партийной элиты.

Так, в 1919 году Александр Введенский лично беседовал с председателем Коминтерна и Петроградского совета Григорием Зиновьевым касательного союза между обновленцами и большевиками, ибо на тот момент церковь еще не потеряла своих позиций окончательно. По воспоминаниям Введенского, к расколу церкви были причастен еще и Лев Троцкий.

Один раз, он как-то телеграфировал членам Политбюро в 1922 году: «Еще раз повторяю, что редакции «Правды» и «Известий» не отдают себе достаточного отчета в огромной исторической важности того, что происходит в церкви и вокруг нее… Мельчайшая генуэзская дребедень занимает целые страницы, в то время, как глубочайшей духовной революции в русском народе (или, вернее, подготовке этой глубочайшей революции) отводятся задворки газет».

Обновленец Александр Введенский проводит службу

Читайте также:  Страсть: какой смысл имело это слово изначально

Александр Введенский был главным идеологом русского обновленчества

Русская обновленческая церковь имела духовного и политического врага в лице патриаршества, установленного Всероссийским Поместным Собором взамен многолетнего Синода. Также этот Собор избрал своего патриарха Тихона, который тоже стал основным идейным противником обновленцев. Вскоре Тихон, как и многие другие церковники, был арестован советскими властями.

Сам Александр Введенский в мае 1922 года совершал визит к заточенному патриарху, требуя от него сложить свои полномочия и обвиняя в неправильной политике, приведшей к расколу. После низложения патриарха председатель ВЦИК Михаил Калинин принял коллегию обновленцев и объявил об учреждении ВЦУ — Высшего Церковного Управления, полностью состоявшего из сторонников Введенского.

Они, в свою очередь, с помощью ГПУ при НКВД завладели всем патриаршим наследством: от канцелярии до самих приходов. Храмы передавались обновленцам в бессрочное и безвозмездное пользование. Уже к концу 1922 года обновленцы получили две трети из восьмидесяти тысяч действовавших церквей. Именно таким образом большевики сделали обновленцев своими партнерами.

Но это не давало гарантий, что самих новоиспеченных церковников не спишут со счетов.

Арест патриарха Тихона — одного из принципиальных противников обновленчества

Обновленцы русской православной церкви были союзниками большевиков

Но движение обновленцев обладало рядом недостатков, которые позже очень сильно сказались на их деятельности и существовании вообще. Например, у обновленческой православной церкви отсутствовала четкая структурная организация.

К тому же, многие обновленцы тянули одеяло на себя, что вело ко внутренним раздорам. Вот епископ Антони создал свой «Союз церковного возрождения» — организация, которая была намерена опираться на мирян, а не на клириков.

А другие обновленцы присоединялись к Введенскому и Александру Боярскому, основавшие «Союз общин древнеапостолькой церкви». Короче говоря, внутри обновленчества царила раздробленность: было множество кружков и группировок, которые по-разному смотрели на развитие церкви.

Тогда как одни выступали за ликвидацию монастырей и института монашества в принципе, другие стремились к некому синтезу коммунизма и демократического уклада жизни первых христиан.

Обновленцы, стараясь закрепиться в сознании простых обывателей, продолжали борьбу против остатков патриаршества. Поместный Собор обновленцев, открытый в Москве в апреле 1923 года, объявил заключенного патриарха Тихона «отступником от подлинных заветов Христа».

Но несмотря на это, патриарх Тихон того же года был освобожден из заключения, что было большим ударом по обновленческой церкви. Многие иерархи, клирики и священники каялись в своем грехе отступничества и переходили на сторону Тихона.

Кризис внутри обновленческого нарастал все сильнее, ведь его лидеры из-за собственных амбиций не желали идти на компромисс друг с другом. Вскоре освобождённый патриарх запретил иметь с его противниками молитвенное общение вообще.

Кто знает, как бы в дальнейшем развивалась борьба между двумя церквями, если бы не скорая смерть Тихона.

Преисполненные чувства энтузиазма от смерти патриарха, обновленцы провели новый собор, однако это было последним событием для этой церкви такого масштаба. Приглашенные на собрание единомышленники Тихона отказывались пойти на мировую. Да и такие резкие реформы как разрешение второбрачия и переход на григорианский календарь не встретили ожидаемой поддержки у населения.

Русская православная церковь подвергалась всяческой критике

Обновленцы называли Тихона «отступником от подлинных законов Христа»

Обновленчество неуклонно шло на спад. Массовые репрессии НКВД в 1930-е годы нанесли невосполнимый урон обновленцам, хоть они и охотно сотрудничали с властями.

Еще позже Советы взяли курс на сближение с патриаршеством, оставив реформаторов вне зоны своего внимания. К осени 1944 года от всего этого движения остался единственный приход в Москве, где служил идейный вдохновитель течения Александр Введенский.

Его смерть два года спустя ознаменует собой конец истории русской обновленческой церкви.

К 1944 году обновленцы обладали лишь одной церковью в Москве AWESOME! NICE LOVED LOL FUNNY FAIL! OMG! EW!

Источник: https://homsk.com/martin/pravoslavnaya-tserkov-strany-sovetov-kak-posle-fevralskoy-revolyutsii-1917-goda-tserkovnye-obnovlentsy-druzhili-s-bolshevikami

Почему «обновленцам» не удалось стать официальной «советской церковью»

Помните, как персонаж «Двенадцати стульев» отец Фёдор перепугал свою попадью, объявив ей, что он-де подался в «обновленцы»? Ильф и Петров в своём романе ни словом не обмолвились, что же это за «обновленцы» такие и отчего попадья была так безутешна – ведь не из-за сбритых бороды и шевелюры своего неугомонного супруга, в самом-то деле. А горевала матушка неспроста: молва приписывала «обновленцам» самое разнузданное греховодничество и сексуальную распущенность – они-де пропагандировали двоежёнство и склоняли к нему священников. Мало того, «обновленцев» считали тайными сотрудниками советских спецслужб и одновременно масонами. Тем не менее дурная слава новой церкви не мешала видным адептам канонического православия, таким как бывший обер-прокурор Святейшего Синода Владимир Львов, оказывать ей всяческое покровительство. Одновременно покровительствовали «обновленцам» и советские вожди – от Луначарского до Сталина.

Полемизируя на газетных страницах с наркомом народного просвещения Анатолием Луначарским, ректор Московской богословской академии и один из лидеров «обновленчества» Александр Введенский мог, к примеру, позволить себе такой пассаж: «Анатолий Васильевич считает, что человек произошёл от обезьяны. Я думаю иначе. Ну, что ж, каждому его родственники лучше известны».

Священники, прослышав про первоиерарха-двоеженца, в массовом порядке покидали ряды СОДАЦ, объявив его «церковью греховодников». Пассаж широко растиражировала советская пресса – в условиях, когда, казалось бы, за такие слова священника должны были расстрелять. Не расстреляли. Больше того, год от года в храмах, где служили «обновленцы», молящихся было всё больше, в то время как «старая» церковь переживала острый кризис доверия прихожан. Верующих подкупало и то, что «обновленцы» говорили с ними на равных: службы велись на понятном русском языке, а не на церковнославянском, который понять мог не каждый. Священники, в свою очередь, тоже большей частью одобряли «обновленчество». Во-первых, иерархам разрешалось иметь жену, а ведь многие священники были вынуждены отказываться от церковной карьеры, делая выбор в пользу семьи. Во-вторых, позволялось не только жениться, но и разводиться. Кстати, именно возможность развода и породила миф о якобы одобряемом «обновленцами» двоежёнстве.

«Обновленцы» появились в начале ХХ века

Считается, что «обновленцев» породила революция. Действительно, формально движение оформилось в 1922 году – полгода назад Союзу общин древнеапостольской церкви (СОДАЦ) – «обновленцам» – исполнилось 90 лет.

На самом же деле Введенский и несколько его сподвижников – протоиерей Русской православной церкви Владимир Красницкий, епископ РПЦ Леонид (Евгений Скобеев) – пришли к мыслям о необходимости обновления церкви ещё за 15 лет до октябрьского переворота.

«Расшифруйте понятие «капиталист», – писал Введенский в 1911 году, – передайте его евангельским речением. Это будет тот богач, который, по Христу, не наследует вечной жизни.

Переведите слово «пролетариат» на евангельский язык, и это будут те меньшие, обойдённые лазари, спасти которых и пришёл Господь.

И Церковь теперь определённо должна стать на путь спасения этих обойдённых меньших братий».

Разумеется, церковное начальство таких проповедей одобрить не могло. До революции и Введенского, и его сподвижников, что называется, «затирали». Доходило до того, что Введенскому, изгнанному из очередного храма, приходилось ночевать в каком-нибудь городском сквере.

В том же 1911 году в журнале «Странник» вышла статья Введенского «Причины неверия русской интеллигенции». В основе массового распространения атеистических идей, заключает в статье Введенский, лежат «кажущееся несоответствие религиозных догматов и прогресса науки и глубокая испорченность духовенства». Согласитесь, звучит до сих пор весьма и весьма актуально.

Революция изменила судьбу Введенского, но далеко не сразу. Оставаясь протоиереем РПЦ, он симпатизировал новой власти и откровенно не понимал, зачем патриарху Тихону понадобилось на ровном месте создавать конфронтацию между церковью и государством, да ещё и подменяя идеологическую подоплёку противостояния политической.

Своим непониманием Введенский не раз делился с паствой, и нет ничего удивительного, что узнали об этом непонимании и в спецслужбах – ЧК ГПУ. В начале 20-х годов Введенский знакомится с секретарём Комиссии по проведению Декрета об отделении церкви от государства ЦК РКП(б) Евгением Тучковым.

И Тучков (одновременно возглавлявший один из отделов ГПУ) даёт Введенскому совет поговорить с патриархом Тихоном, чтобы окончательно прояснить для себя: намеренно ли тот разжигает противостояние с властями или непреднамеренно? Введенский едет на Троицкое подворье, где под домашним арестом содержится Тихон.

Их бурная беседа, больше напоминавшая, по словам очевидцев, ссору, заканчивается отречением Тихона. Но после отъезда Введенского патриарх вдруг «прозревает» и от своего отречения отказывается. А Введенского отлучают от церкви (правда, чуть позже аннулируют отлучение).

Не желая больше играть в политику с коллегами-духовниками, Введенский создаёт Союз общин древнеапостольской церкви и активно участвует во II Всероссийском поместном священном Соборе. Поместный Собор лишает сана патриарха Тихона, окончательно на тот момент заигравшегося в политику. На следующий день «разжалованного» патриарха перевезли из Троицкого подворья в Донской монастырь.

Скандал с разводом серьёзно испортил репутацию

После смещения патриарха в российском православии настал период двоевластия, но церковного раскола как такового удалось избежать.

«Обновленцы» служили молебны в одних церквах, представители «гонимой» Московской патриархии (МП) – в других, а паства, не разбиравшаяся в перипетиях противостояния духовников, молилась и в тех, и в других. Возможно, подобная ситуация сохранялась бы и дальше, когда бы не два скандала.

Первый из них вызвал повторный брак Введенского в 1935 году. Дело в том, что свой первый брак «первоиерарх православных церквей в СССР» (так официально звучал титул Введенского) расторг в гражданском загсе, но такие разводы православная церковь не признаёт.

И, таким образом, выходило, что Введенский как бы дважды женат. Чуть ли не сам Сталин предупреждал Введенского о возможных последствиях его неосторожного решения жениться вторично, но реальных последствий не могли представить себе ни тот ни другой.

Лидер «обновленцев» стал самопровозглашённым патриархом

А второй скандал привёл к тому, что «обновленцы» потеряли остатки влияния в руководстве страны. Долгое время в России не было патриарха – после устранения Тихона Собор епископов созывать не стали. В октябре 1941 года Введенский, не поставив в известность руководство СССР, объявляет себя патриархом и проводит интронизацию.

И вот тут-то самоуправству «первоиерарха» возмутились все – от Сталина, которому на тот момент было не до распрей духовников, до церковных иерархов МП. Введенского отправляют в эвакуацию в Ульяновск, тем временем подыскивают кандидатов на замещение вакантного места патриарха – и Введенский в число соискателей не входит.

В 1943 году определилась кандидатура: это митрополит Сергий. С этого момента началась ликвидация «обновленчества». Введенский пытается «запрыгнуть в последний вагон» и обращается в Московскую патриархию с предложением объединиться.

Оттуда приходит ответ: «первоиерарх» может быть принят лишь «мирянином» и занять место сотрудника «Журнала Московской Патриархии». Воссоединение не состоялось, Введенский тяжело заболевает и умирает.

Да, не исключено, что именно Александр Введенский и стал бы первым советским патриархом, не начни он самоуправствовать. Симпатизировали ему очень многие – и Сталин, и академик Павлов, и многие другие представители элиты СССР.

Что же касается влияния Введенского на современную церковную жизнь, то оно намного сильнее, чем может показаться. Идейным наследником Введенского считался, к примеру, протоиерей Александр Мень – а был ли в «перестроечном» СССР более популярный священник? И сегодня некоторые идеологические посылы Введенского вызывают симпатию.

Скажем, такой: «Власти достоин лишь тот, кто трудится, нельзя идти против власти трудового народа».

Источник: https://versia.ru/pochemu-obnovlencam-ne-udalos-stat-oficialnoj-sovetskoj-cerkovyu

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector