Почему кутузов дал сбежать наполеону из россии

Знания об истории черпаются из документов, анализируются при помощи логики, а выводы сравниваются с тем, что мы понимаем из собственного опыта.

Я всю жизнь исследую тему войны 1812 года, участвовал в десятках научных конференций, а также в ток-шоу на ТВ и радио: и данную статью постараюсь написать в предельно простых и ясных выражениях, используя исключительно первоисточники, а не «воду» и домыслы (чем славятся мои «оппоненты»).

Надо констатировать: среди ученых сегодня нет двух мнений — Бородинское сражение — это поражение русской армии и победа Наполеона.

Некоторые зависимые от бюджета товарищи еще пытаются демагогическими средствами называть ее «не совсем полным разгромом русских», или «лишь тактической победой Наполеона», но русская армия потеряла почти половину регулярных войск, вскоре после боя совсем разложилась (тысячи мародеров, которые грабили собственные деревни и первыми разграбили Москву), а «святыню»-Москву были вынуждены сдать без боя на милость победителю. Армия М.И. Кутузова бежала так быстро, что там бросили около 30 000 русских раненых (после чего собственный генерал-губернатор Ф.В. Ростопчин сжег город, причем, сам Кутузов этому способствовал, приказав вывезти пожарный инструмент). Почасовая (!) история сожжения города уже описана мною в прошлом документальном исследовании, а сейчас мы рассмотрим источники, касающиеся целей, планов и оценок самого М.И. Кутузова относительно Бородинского боя (то есть исключительно его прямую речь в личных письмах и в официальных документах штаба, не французские источники и не позднейшие тексты).

Я процитирую первоисточники, документы: они должны навсегда похоронить бредни дешевых демагогов, которые, пользуясь незнанием простых читателей, вешают им лапшу на уши, пытаясь внушить, что Кутузов с самого начала не хотел защищать Москву (хотя был назначен с обязательством это сделать).

В то же время, сразу подчеркну: мало ли что бездарный генерал не хотел защищать: его обязанность выигрывать бои и защищать родную землю, тем более пункт колоссального материального, политического и морального значения.

Кроме того, вы узнаете собственный критерий Кутузова в отношении оценки Бородинского сражения как победы или поражения русских.

Итак, в день прибытия к армии (17 августа по старому стилю — 29го по новому) главнокомандующий русской армией М.И. Кутузов писал Ф.В. Ростопчину: «По моему мнению, с потерею Москвы соединена потеря России» (М.И. Кутузов. Сборник документов. М., 1955, т.4, ч. 1, с. 90).

На следующий день Кутузов письменно заверил фельдмаршала Н.И. Салтыкова и самого царя в том, что даст бой Наполеону ради спасения Москвы. Еще через день он пишет командующему Молдавской армией (с недавнего времени она стала называться Дунайской) адмиралу П.В. Чичагову: «Настоящий мой предмет есть спасение Москвы».

И.И. Марков (начальник Московского ополчения) за день до Бородинской битвы передал Ф.В. Ростопчину такое определение Кутузова: «Нельзя его (Наполеона) допустить до Москвы. Пустя его, вся Россия будет его» (Народное ополчение в Отечественной войне 1812 г.: Сборник документов. М., 1962, с. 71).

Более того, будто бы специально для историков, Кутузов лично сформулировал собственный критерий поражения, неудачи — и это отступление.

В официальной диспозиции от 5 сентября (24 августа по старому стилю) он писал: «Не случай неудачного дела несколько дорог открыто, которые сообщены будут гг.

главнокомандующим (Барклаю и Багратиону) и по коим армии должны будут отступать» (М.И. Кутузов. Сборник документов… с. 129).

Я настоятельно повторю единственный документально заверенный критерий оценки итогов сражения, сформулированный лично Кутузовым, причем, официально и письменно: «…ежели буду побежден, то пойду к Москве, и там буду оборонять Столицу» /из письма Ростопчину от 3 сентября — 22 авг. по ст. стилю/ (Москва в 1812 году. Воспоминания, письма и официальные документы из собрания отдела письменных источников Государственного исторического музея. М., 2012, с. 297).

Продолжим анализ итогов битвы. Многие русские военные, оставившие нам письменные свидетельства, признали Бородино поражением своей армии — и победой Наполеона. Среди них, к примеру, храбрый и принципиальный А.П. Ермолов, заявивший: «неприятель одержал победу» (Отечественная война и русское общество. 1812 — 1912. М., 1912, т. IV, с. 29).

Вскоре после боя адъютант Владимира Ивановича Левенштерна (1777-1858) офицер Фадеев писал А.Д. Бестужеву-Рюмину «Неприятель непременно войдет в Москву, потому что наша армия совсем погибла». Генерал-губернатор Москвы Ростопчин сообщал: «Я написал записку министру полиции, что я не понимаю этой победы, потому что наши армии отступили к Можайску…» (Там же).

А кто же заявил о «победе» русских? Кто положил начало формированию совершенно психически и фактически неадекватного мифа о «победе», после которой потерявшая половину армия бежит к Москве, сдает Москву, а потом растворяется и еле собирается в далеком лагере? Ответ прост: это все тот же «кофейник Зубова», «проспавший» всю битву, человек, на котором во многом лежит ответственность в страшном поражении — Кутузов. Он весьма и весьма хитро (в духе царедворца восемнадцатого века) отписал царю красивую реляцию со словами «неприятель нигде не выиграл ни на шаг земли» (что, как мы уже знаем, было абсолютной, стопроцентной ложью). Таким образом, в Петербурге успели обрадоваться, рассудили, что Наполеон остановлен, что Москва спасена! (Отечественная война и русское общество…. с. 29).

Царь на ложных радостях пожаловал Кутузову фельдмаршальское определение и 100 000 рублей! Однако, когда вскоре обман про «победу» выяснился, Кутузов всего этого не вернул (хотя царь и писал ему раздраженные письма!)…

Почему Кутузов дал сбежать Наполеону из РоссииРусская служба BBC18.06.2015Le Monde19.06.2015ИноСМИ02.06.2017Le Figaro16.08.2015День16.05.2012Проанализируем теперь важнейшие документы очевидцев — письма военнослужащих армии Наполеона, отправленные непосредственно после сражения: «Артиллерист голландской армии Ф.Ш. Лист выражал надежду, что после поражения на Москве-реке (так называли Бородинское сражение французы — прим. мое, Е.П.) и фактического уничтожения русской армии император Александр I должен скоро запросить мира». И далее: «…генерал Ж.Л. Шерер в своем письме утверждал: «Сражение 7 сентября стоило русской армии как минимум 50 000 человек (поразительно точная оценка, подтверждаемая русскими архивными ведомостями — прим. мое, Е.П.). И это несмотря на укрепления и очень хорошую позицию», а шеф батальона 17-го полка Ж.П.М. Барье писал, что русские потеряли в битве 40 000. Музыкант 35-го полка Ж. Эйхнер утверждал: «Русские более не в состоянии вести кампанию против нас, так как им никогда не найти позиции, как под Смоленском и Можайском. (…) капитан старой гвардии К. Ван Бекоп, хотя и признавал, что французы понесли большие потери в Бородинском сражении, утверждал, что по его подсчетам, которые он произвел непосредственно на поле битвы, русские потеряли в шесть раз больше…. Су-лейтенант Л.Ф. Куантен насчитал 8 погибших русских на одного француза. (…)…лейтенант интендантского ведомства 25-го полка П.О. Паради, который в двух письмах — мадемуазель Женевьеве Боннеграс от 20 сентября и отцу от 25 сентября — утверждал, что лично насчитал 20 погибших русских на одного француза» (Промыслов Н.В. Французское общественное мнение о России накануне и во время войны 1812 года. М., 2016, с. 149; 154-155).

Но главным следствием Бородина — была катастрофа капитуляции Москвы! Вскоре уже упомянутый командир батальона 17-го линейного полка Ж.П.М. Барье сообщал в письме к жене: «14-го (сентября, прим. мое, Е.П.) вступили в Москву.

Взяли в городе много пленных. Их армия более не существует. Их солдаты дезертируют, не желая сражаться, все время отступая и видя себя битыми во всех случаях, когда они решаются противостоять нам» (Земцов В.Н. Битва при Москве-реке. М.

, 2001, с. 265).

Этот документ безапелляционно свидетельствует о состоянии полного разгрома и разложения русской армии после Бородина.

Сведения о массовом дезертирстве мы находим и во множестве русских официальных армейских документов.

Когда мы знаем свидетельства русских, французов и сторонних наблюдателей, зададимся вопросом: как же оценивал битву сам Наполеон? У нас есть ряд документальных свидетельств.

Первое — официальное: в восемнадцатом бюллетене Великой армии, в котором было представлено описание Бородинской баталии как блестящей победы французов («Война перьев»: официальные донесения о боевых действиях 1812-1814 гг.

: сб. документов. СПб., 2014, с. 332-334).

Второе свидетельство — сугубо личное, интимное. В письме жене Марии-Луизе Наполеон сообщил (непосредственно после сражения), что «побил русских» (Кастелло А. Наполеон. М., 2004, с. 318).

А что касается липовой фразы, которую печатали в советских пропагандистских агитках, и которая перекочевала в мусорную Википедию (про «одержан наименьший успех»), то эту фальсификацию еще три десятилетия назад разоблачил доктор исторических наук Н.А.

Троицкий (Троицкий Н.А. 1812. Великий год России. М., 2007, с. 295-296).

Почему Кутузов дал сбежать Наполеону из РоссииИноСМИ04.09.2012Среди прочих записей, сделанных со слов Наполеона уже на о. Св. Елены, есть и такая (о русских под Бородино): «…я одержал над ними победу в большом деле при Москве-реке; с девяноста тысячами напал я на русскую армию… и я разбил ее наголову. Пятьдесят тысяч русских остались на поле битвы. Русские имели неосторожность утверждать, что выиграли сражение, и, тем не менее, через восемь дней я входил в Москву» (Гроза двенадцатого года. М., 1991, с. 563).

Откуда же взялась обратная фразочка Кутузова «с потерею Москвы не потеряна армия»? А очень просто: ее на совете в Филях произнес Барклай де Толли (Ермолов А.П. Указ соч., с. 205), который понимал, что если давать новый бой, то уже.

разгромленная армия будет уничтожена подчистую, и всем генералам светит или смерть, или трибунал.

Это услышал Кутузов — и с большой радостью за подобное уцепился, просто солидаризировавшись с Барклаем: и переложив на него всю ответственность. Причем, решение об оставлении Москвы, Кутузов, произнес по-французски.

Проигравший всё, погубивший армию генерал просто пытался демагогией прикрыть свой позор — но при поддержке государственной пропаганды ему это удалось.

А теперь поговорим о Смысле. В России многое просто теряет смысл. Да, да — обратите на это внимание.

Вы можете выиграть все сражения (как в 1812 году), но не добьетесь исполнения Тильзитского мира от лысого и полуглухого шизофреника, потому что у него есть необъятное бессмысленное пространство и разбросанное по нему население крепостных рабов (которые бунтовали против властей — но были разобщены именно пространством).

Вы можете быть великой поэтессой Мариной Цветаевой — но закончите в нищете, в петле — и даже могилы не найдут. Вы можете быть великим ученым Н.И. Вавиловым — но вы подохните в сталинской тюрьме (а Сталин, как известно и был создателем мифа о Кутузове — до 1940-х годов его историки не ценили и не вышло ни одной монографии о нем!).

Всем прекрасно понятно, что, к примеру, на митинги, собираемые Навальным, приходят люди в основном из-за смысла, а на обратные сборища — бюджетники по обязаловке или маргиналы за 300 рублей. Но смысл все равно не побеждает: огромная территория, все разобщены, потом морозы, а если надо и бронетехникой смысл закатают в асфальт.

Как вы знаете (легко проверить в Youtube), я победил на всех ток-шоу, опубликовал все документы в монографии (еще в 2004 году), в десятках статей, но машина пропаганды может печатать агитки-учебники миллионными тиражами — и ложь завалит правду количеством. Кроме того, рабская бессмысленная биомасса априори ненавидит правду.

Кто же может вякать «в итоге выиграли»? Только ущербное закомплексованное существо может ценить не талант, не честь, не открытый бой, а самосожжение, обман, ужасный климат и бессмысленное пространство.

Только живущие, простите, в дерьме могут завистливо ненавидеть тех, кто подарил цивилизацию.

Сравним, как жили и живут россияне с тем, как живут европейцы в странах, из которых формировалась Великая армия Наполеона? Сравнили? И так будет до тех пор, пока здесь не научатся уважать и ценить смысл и талант, а не ложь, не самосожжения и т.д.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Источник: https://inosmi.ru/history/20170911/240246662.html

Бегство Наполеона: фатальное невезение и "генерал Мороз"

Почему Кутузов дал сбежать Наполеону из России

24 ноября 1812 года отступавшая армия Наполеона достигла реки Березины в Белоруссии, за которой лежала Европа.

На тот момент, по данным аналитиков французского штаба Шамбре и Фена, она насчитывала около 40 тысяч солдат и офицеров.

Наиболее боеспособными были 8-тысячная старая гвардия, 9-тысячный корпус Удино, стоявший всю войну в Белоруссии, и 10-тысячный корпус Виктора, прибывший из Франции в сентябре и также не ходивший на Москву.

Таким образом, из 100 тысяч военнослужащих, выведенных Наполеоном из Москвы, до Березины добрались, включая гвардию, чуть больше 20 тысяч человек.

При армии находились до 40 тысяч раненых, больных и гражданских лиц.

Историки указывают, что на протяжении всего похода в Россию Наполеону фатально не везло.

На пути от Москвы до Смоленска его армию беспощадно косили морозы, но в Белоруссии температура оказалась недостаточно низкой, чтобы сковать Березину, по которой лишь плыли отдельные льдины.

Через реку, ширина которой составляла порядка ста метров, пришлось наводить два моста. Почти все французские понтонеры, работавшие по плечи в ледяной воде, умерли от воспаления легких.

Последний бой

  • Русское командование хотело пленить остатки французских войск и самого императора.
  • Согласно плану, 34-тысячная армия адмирала Чичагова, дислоцировавшаяся на Украине и высвободившаяся благодаря бездействию формально находившихся в союзе с Наполеоном австрийцев, и 35-тысячная армия Витгенштейна, все войну прикрывавшая петербургское направление, соединялись на Березине, отрезая французам путь на запад, а с востока должен был ударить Кутузов, следовавший от Москвы с остальными силами.
  • Чичагов распространил в войсках словесный портрет Наполеона вкупе с приказом «для вящей надежности ловить и привозить ко мне всех малорослых».
  • Однако Кутузов и Витгенштейн не поспели к месту событий, и вся тяжесть боев, протекавших с 26-го по 29 ноября, легла на плечи Чичагова.

В результате Наполеону удалось оторваться от преследования и вывести в Польшу около 10 тысяч боеспособных войск. В сложившейся ситуации военные эксперты считают это большим успехом.

Гвардия с Наполеоном прошла посреди казаков наших, как 100-пушечный корабль между рыбачьими лодкамиДенис Давыдов

Денис Давыдов оставил впечатляющее описание отступления старой гвардии.

«Я никогда не забуду свободную поступь и грозную осанку сих всеми родами смерти испытанных воинов. Осененные высокими медвежьими шапками, в синих мундирах, белых ремнях, с красными султанами и эполетами, они казались маковым цветом среди снежного поля.

Сколько ни покушались мы оторвать хоть одного рядового от этих сомкнутых колонн, они, как гранитные, оставались невредимы, отгоняя нас ружейными выстрелами и издеваясь над нашим вокруг них бесполезным наездничеством.

Гвардия с Наполеоном прошла посреди казаков наших, как 100-пушечный корабль между рыбачьими лодками», — вспоминал он.

По уточненным данным французского интендантства, собранным через три дня после окончания боев, численность армии составила около 9 тысяч человек.

Военный историк Клаузевиц оценил потери французов убитыми и пленными в 21 тысячу человек, еще 10 тысяч человек утонули и замерзли при переправе или дезертировали. Кутузов в донесении царю назвал цифру в 29 тысяч человек. Были убиты и ранены 13 генералов. Пришлось бросить почти всю артиллерию и обозы.

  1. По данным офицера штаба Чичагова Алексея Мартоса, французам удалось спасти примерно 30 из 40 тысяч раненых и гражданских лиц.
  2. К 21 декабря, когда подтянулись отставшие и частично вернулись в строй раненые и больные, во французской армии насчитали 33316 солдат, офицеров и генералов, плюс около шести тысяч человек в корпусах Ренье и Макдональда, действовавших на других направлениях.
  3. Русские потери составили около шести тысяч.
  4. 29 ноября французский офицер Серюрье с командой саперов по приказу командования взорвал мосты.
Читайте также:  Генерал лебедь: как он навел порядок в приднестровье в 1992 году

Image caption Березина стала предтечей Ватерлоо

Поскольку стратегический замысел не удался, в советскую эпоху операцию на Березине объявили провальной.

Критиковать «гениального полководца» и «национального героя» Кутузова не полагалось, так что всю вину возложили на Чичагова, заклеймив его «сухопутным адмиралом» и «бездарью».

В мае 1812 года, после заключения мира с Турцией, Чичагов сменил Кутузова во главе Молдавской армии. Неизвестно, по каким соображениям Александр I назначил адмирала командовать пехотой.

Сразу после сражения Кутузов направил царю доклад, в котором обвинил Чичагова в многочисленных ошибках. Иван Крылов высмеял Чичагова в басне «Щука и Кот».

  • Однако такой авторитетный командир, как Денис Давыдов, находившийся в гуще событий, утверждал, что Чичагов руководил войсками не так уж плохо, и для пленения Наполеона ему просто не хватило сил.
  • Давыдов был склонен винить, скорее, Кутузова, который в решающий момент отстал от французской армии на целых 115 километров.
  • Он предполагал, что Кутузов сделал это сознательно, испытывая к Чичагову личную неприязнь: тот ранее пытался разоблачить некие финансовые нарушения, якобы допущенные Кутузовым в период командования Молдавской армией.
  • Защитники Кутузова уверены, что он замедлил движение войск, потому что жалел людей.
  • Современная «Википедия» в статье о битве на Березине говорит о «победе русских».
  • С учетом соотношения французских и русских потерь, большинство исследователей склонны считать ее итог — также как и сражений при Бородино и Малоярославце — ничейным.

Как шли на битву партизаны

После отступления Наполеона из Москвы Кутузов сознательно избегал крупных сражений и массового пленения французов, в том числе потому, что, по его словам, «к корпусам пленных пришлось бы отрядить дивизии конвоя». Он полагал, что уничтожение неприятеля довершит естественный ход событий, под которым имел в виду два основных фактора: партизанское движение и морозы.

Image caption «Не замай, дай подойти!»

С легкой руки Льва Толстого «дубину народной войны» принято считать едва ли не главной причиной поражения Наполеона в России.

Партизаны действительно внесли огромный вклад в победу. Однако, как указывают историки, здесь имеет место терминологическая путаница.

«Партизанами» в начале XIX века называли регулярные воинские части, сражающиеся в тылу врага в отрыве от основных сил — по-современному, десантников или спецназ. Гражданские лица, взявшиеся за оружие, именовались «повстанцами» или «инсургентами».

  1. Давыдов, Фигнер, Сеславин, Дорохов и другие прославленные партизанские командиры являлись кадровыми офицерами, под началом которых находились казаки и гусары.
  2. Широкое использование партизанской тактики было, несомненно, новаторской находкой и важной заслугой Кутузова.
  3. «Народная дубина»
  4. С собственно «народной войной» дело обстояло не столь однозначно.

Дворянство в 1812 году было действительно преисполнено патриотического энтузиазма. Сложнее судить о том, что думали простые люди, особенно крестьяне, не оставившие мемуаров и литературных памятников.

О том, как народ, особенно на начальном этапе войны, «горел желанием» сражаться, свидетельствует красноречивый факт.

12 июля Александр I приехал в Москву и выступил в Кремле перед дворянами и купеческой верхушкой. Рядовые москвичи заполнили цитадель, надеясь поглядеть на царя. Кто-то крикнул, что сейчас ворота закроют и всех, оказавшихся внутри, заберут в ополчение. Кремль и прилегающие улицы мгновенно опустели.

Солдат Назаров, призванный после начала войны и взятый в плен французами, заявил, что никто у них в деревне служить не хотел.

В губерниях, затронутых нашествием, помещики, как правило, эвакуировались вместе с российской армией. В отличие от гитлеровцев, французы в 1812 году не размещали в каждом селе гарнизон.

Крестьяне устанавливали общинное самоуправление и стремились жить без всякого начальства.

Достаточно долгое время не было никакой внешней власти в Борисовском уезде Минской губернии, Гжатском и Сычевском уездах Смоленской губернии и подмосковной Вохонской волости.

Имели место и антиправительственные выступления. Толстой в «Войне и мире» описал такой бунт в имении князей Болконских.

Правда, к своим и к чужим крестьяне относились по-разному. Стоило вооруженному дворянину Николаю Ростову гаркнуть классическое: «Шапки долой!», и мужики тут же покорились, а французских фуражиров поднимали на вилы.

Начало «народной войне» положили французские реквизиции продовольствия и фуража, сначала за предварительно напечатанные фальшивые рубли, потом без всякой компенсации.

Трудно сказать, чего здесь было больше: «чувства обиды за терзаемую родину», о котором писал советский историк Евгений Тарле, или элементарного желания защитить свое добро, а на финальном этапе войны, когда французы оголодали и утратили боеспособность, и безнаказанно пограбить.

Крестьяне никогда не составляли целых больших отрядов. Они собирались небольшими группами, ловили отстающих французов и беспощадно избивали ихЕвгений Тарле, историк

Пленных мужики продавали всем желающим по рублю за голову.

Живя в сталинскую эпоху, Тарле не мог не отдать дань патриотической риторике, но, как добросовестный ученый, опиравшийся на документы эпохи, свидетельствовал: «В России крестьяне никогда не составляли целых больших отрядов, как это было в Испании, где случалось так, что крестьяне без помощи испанской армии сами окружали и принуждали к сдаче французские батальоны. Крестьяне собирались небольшими группами, ловили отстающих французов и беспощадно избивали их».

По словам Кутузова, «тысячи врага истреблены крестьянами».

При этом из четырех наиболее известных и успешных «народных» партизанских командиров 1812 года двое — Федор Потапов (Самусь) и Ермолай Четвертаков — являлись отставшими солдатами регулярной армии.

Герасим Курин был сыном отставного капрала, лично знакомого с Кутузовым со времен русско-турецких войн. Во время пребывания Наполеона в Москве он по приказу отца явился к Кутузову, заручился его поддержкой и в дальнейшем действовал под руководством командующего Владимирским ополчением князя Голицына. Отряд Курина получал армейское снабжение, а его главную силу составляли приданные казаки.

Подлинно стихийное народное движение представляла только знаменитая старостиха Василиса Кожина, организовавшая отряд после того, как французские фуражиры убили ее мужа, пользовавшегося большим авторитетом у односельчан.

Замерзшая армия

Большинство исследователей сходятся во мнении, что с наполеоновской армией покончила, прежде всего, суровая зима. По французским данным, 80% потерь за время отступления составили умершие от холода.

Здесь Бонапарту, опять-таки, фатально не повезло. Перед началом войны он изучил данные о погоде за последние 50 лет и убедился: сильные морозы приходят в Россию не раньше декабря. Выходя из Москвы 18 октября, он был уверен, что успеет. Но в 1812 году 25-градусный мороз ударил на три недели раньше.

Полярный исследователь Руаль Амундсен утверждал, что предельная температура, которую человек может вынести, находясь на открытом воздухе больше нескольких часов в день — минус 15 градусов.

«Нужно отдать должное Наполеону. Он сделал все, чтобы обеспечить успешное выполнение своего нового плана. Для него это был обыкновенный стратегический марш, ибо армия не была разбита.

И она не должна была быть разбита, если принять во внимание соотношение сил Кутузова и Наполеона, если бы не ранние морозы.

Довершили его сокрушение стихийные обстоятельства, которые трудно было предвидеть», — указывал российский историк-наполеоновед Алексей Дживилегов.

«Во время пребывания в Москве было три градуса холода, и французы переносили его с удовольствием, — вспоминал Наполеон. — Но во время пути температура опустилась, и почти все лошади погибли.

Мы принуждены были кинуть почти всю артиллерию. Ни боевые запасы, ни провиант нельзя было дальше везти. Мы не могли ни делать разведки, ни выслать кавалерийский авангард, чтобы узнать дорогу.

Солдаты падали духом, ложились на землю и, сонные, умирали».

«Сто тысяч несчастных»

Image caption Колоссальные потери в войне с Россией предопределили окончательное поражение Наполеона

Мемуары французских участников похода полны душераздирающих сцен.

«Вообразите, если сможете, сто тысяч несчастных с сумой на плечах, опирающихся на длинные палки, обряженных в самые гротескные лохмотья».

«В этом царстве смерти все продвигались, как жалкие тени. Глухой и однообразный звук наших шагов, скрип снега и слабые стоны одни нарушали гробовое молчание.

Как только измученные люди останавливались хоть на минуту, зима, наложив на них ледяную руку, схватывала свою добычу.

Умирающие шатались, как пьяные; скоро они начинали ползти на четвереньках, головы их несколько минут раскачивались направо и налево, потом они падали в снег».

«Из остатков корпусов сформировалось множество мелких отрядов, состоявших из восьми-десяти человек. Эти маленькие общины вели изолированное существование и отторгали от себя все, что не являлось частью их самих.

Горе тому, кто потерял свою ячейку: нигде и ни в ком не находил он сочувствия. Лучшие солдаты уже не уважали себя. Не было больше братства по оружию, не было никакой связи между людьми, невыносимые мучения притупили всех.

Малейшее движение, вызванное состраданием, становилось великим подвигом».

«Люди отмораживали себе тело до такой степени, что, как только они приближались к огню, тело начинало мокнуть, распадаться, и они умирали».

«Зарево привлекло несчастных, которые с адским хохотом бросались в костры и погибали. Таковы были последние дни Великой армии».

  • Армия Кутузова находилась у себя дома и была более привычна к русскому климату, но и она жестоко страдала и несла огромные потери.
  • В фильме «Гусарская баллада» зрители видят румяных довольных жизнью людей в щегольских полушубках. Но вот как описывал преследование Наполеона генерал Александр Муравьев:
  • «Ноги мои болели ужасным образом, у сапог отваливались подошвы, одежда моя состояла из каких-то шаровар и мундирного сюртука, коего пуговицы были отпороты и пришиты к нижнему белью, и все это прикрывалось солдатской шинелью с выгоревшими на бивуаках полами, подпоясался же я французской кирасирской портупеей, поднятой мною на дороге».

«Погода страшно холодная — 25 градусов мороза. От русской армии почти ничего не осталось», — отметил в дневнике незадолго до битвы на Березине британский представитель при ставке Кутузова Роберт Вильсон.

Выступая на запад, армия Кутузова насчитывала 130 тысяч человек. До Вильно дошли 27 тысяч.

«И после этого находятся люди, считающие, что вовсе не мороз погубил французов!» — пишет современный российский исследователь Александр Никонов.

Источник: https://www.bbc.com/russian/russia/2012/11/121122_napoleon_berezina_frost

18 октября 1812 года Наполеон сбежал из Москвы, роняя кал и теряя личный состав по экспоненте (PIPL)

Этот день в истории:

Русская армия после оставления Москвы отходила по Рязанской дороге. 6 (18) сентября русская армия дошла до Подольска. С целью введения в заблуждение Наполеона Кутузов приказал арьергарду демонстрировать отступление на Рязань. Основные же силы армии 7 (19) сентября перешли на Калужскую дорогу. 

Это было выполнено настолько блестяще, что командующий авангардом французских войск Себастиани лишь 10 (22) сентября донес Наполеону, что он потерял из виду главные силы русской армии. Наполеону с трудом удалось установить, где находится русская армия. Следом за ней он двинул Мюрата и Понятовского. Кутузов приказал отступать к Тарутину.

Этот маневр Кутузова имел исключительно важное стратегическое значение в осуществлении его плана подготовки разгрома Наполеона. Он обеспечивал возможность получения подкреплений для русской армии.

Одновременно Кутузов прикрывал дорогу не только на Калугу, в хлебородные, не разоренные войной районы, но и на Тулу, являвшуюся главным арсеналом русской армии.

После обоснования в Тарутине Кутузов заявил: «Теперь ни шагу назад». Кутузов готовился к разгрому Наполеона.

Он усиленно стягивал пополнения в армию из ополченцев, срочно готовил новые резервы, лично сам наблюдал за созданием народного ополчения, а также за его боевым обучением.

В короткий срок военные силы, стянутые Кутузовым в район Москвы, стали превышать по численности армию Наполеона в два с половиной раза.

Наполеон при выходе из Москвы имел в своей армии немного более 100 тыс. солдат. Между тем Кутузов, пополнив армию за счет резервов, довел общую ее численность до 240 тыс. Результаты деятельности Кутузова вскоре сказались.

6 (18) октября под Тарутином на реке Чернишня разгорелся бой русских войск с большим отрядом французских войск под командованием Мюрата. Мюрат отступил.

Сражение было выиграно русскими частями, хотя большая часть их не успела подойти к месту боя.

6 (18) октября французы начали покидать Москву, пробыв в ней 36 дней. Мстя за свое поражение, Наполеон отдал маршалу Мортье варварский приказ взорвать Кремль, имеющий громадную историческую ценность.

Мортье заложил мины под стены и здание Кремля. В ночь с 8 на 9 октября были взорваны три кремлевские башни и арсенал. Дальнейшее разрушение Кремля предотвратили дождь, промочивший фитили, и самоотверженность жителей Москвы.

Читайте также:  «сказка о рыбаке и рыбке» и другие произведения, которые пушкин «позаимствовал» на западе

Заложенные под колокольней Ивана Великого и Спасскими воротами мины были обнаружены населением и обезврежены. За 100-тысячной наполеоновской армией, вышедшей из Москвы, тянулся обоз в 40 тыс. повозок с имуществом, награбленным в Москве. Граф Сепор писал, что хвост армии Наполеона походил на татарскую орду, совершившую счастливый набег.

О характере, награбленного имущества можно судить по воспоминаниям одного французского сержанта, который писал: «Я имел много фунтов сахара, риса, немного бисквитов, полбутылки ликера, шелковый костюм китаянки, шитый золотом и серебром, много золотых и серебряных вещей, среди которых находился кусок креста с колокольни Ивана Великого.

Я также имел парадную форму, черный бархатный женский плащ, две серебряные ризы… Кроме того, много медальонов и плевательницу какого-то русского князя. На мне самом был одет на рубашку жилет на вате из желтого шелка… а поверх воротник из двойного горностая, затем сумка, в которой находились многие вещи и среди них распятие из золота и серебра, а также маленькая китайская ваза».

Об оставлении французами Москвы Кутузов узнал из донесения Дорохова, но более точные и достоверные сведения он получил партизана Сеславина, наблюдавшего с дерева отступление французской армии. Сеславин видел с дерева, на котором укрывался, самого Наполеона.

«Я стоял на дереве,- пишет Сеславин,- когда открылось движение французской армии, которая тянулась у моих ног, где находился сам Наполеон в карете. Несколько человек, отделившиеся от опушки леса и дороги, были захвачены и доставлены светлейшему (Кутузову) в удостоверении в таком важном для России открытии, решающем судьбу отечества, Европы и самого Наполеона».

Наступил решающий момент в осуществлении Кутузовым своего плана разгрома наполеоновской армии. Нужно было преградить Наполеону путь на юг, заставить его отступать по старой разоренной смоленской дороге и истребить его армию.

В соответствии со своим планом Кутузов дал распоряжение о переходе русской армии от Тарутина к Малоярославцу, прямо лежавшему на пути движения Наполеона на Калугу и Тулу.

Это имело очень большое значение, так как этим маневром Кутузов преградил Наполеону дорогу на юг.

12 (24) октября развернулся бой под Малоярославцем. Наполеон хотел прорваться, но жители города с боем задержали его до подхода войска Кутузова. Сражение под Малоярославцем носило ожесточенный характер; город восемь раз переходил из рук в руки.

Но силы русской армии были уже значительно больше сил Наполеона, который в результате потерпел жестокое поражение. Кутузов придавал очень большое значение этой победе русской армии.

В своем донесении царю Кутузов писал: «Сей день есть день из знаменитейших в сию кровопролитную войну, ибо потерянное сражение при Малоярославце повлекло бы за собой пагубнейшее последствие и открыло бы путь неприятелю через хлебороднейшие наши провинции».

Наполеон вынужден был отказаться от попытки прорваться на юг и повернул на старую смоленскую дорогу. Кутузов, преследуя по пятам армию Наполеона, наносил ей удары с тыла и с фланга.

Под Колоцким монастырем Наполеон потерял 500 человек. Под Вязьмой в бою Наполеон потерял 6 тыс. человек убитыми и ранеными и 2500 человек пленными.

Такие потери были постоянными, так как партизанские отряды и другие части армии Кутузова непрестанно нападали на французские войска. В результате этого из 100-тысячной армии Наполеона к Смоленску подошло только 60 тыс. В Смоленске не оказалось серьезных запасов продовольствия, и голодная армия Наполеона двинулась дальше.

При переправе через реку Вопь Наполеон потерял 7 тыс. человек, под Красным было уничтожено 8 тыс. французских войск и т. д.

Всякая попытка Наполеона свернуть с разоренной Смоленской дороги на юг пресекалась действиями русских войск, следовавших параллельно французским с левого фланга.

Наряду с регулярными армейскими частями по-прежнему постоянные удары наносили по французским войскам партизаны.

Кутузов заявлял по этому поводу следующее: «Можно без преувеличения сказать, что многие тысячи неприятеля истреблены крестьянами».

Таким образом, главные силы наполеоновских войск были истреблены благодаря блестяще осуществленному Кутузовым плану разгрома врага. Вдобавок начались жестокие морозы, что также ухудшало положение французских войск, однако не являлось главной причиной их разгрома.

К Березине подходило около 25 тыс. вооруженных, боеспособных войск. Да в хвосте плелось до 30 тыс. безоружных, отставших от своей армии солдат.

При Березине Кутузов рассчитывал полностью захватить наполеоновскую армию. Витгенштейн с севера, а Чичагов с юга должны были замкнуть кольцо в районе Борисова и отрезать для Наполеона всякую возможность переправы через Березину. В таком случае наполеоновской армии угрожал окончательный разгром, так как по пятам за ней шел Кутузов.

Но Наполеон обманул Чичагова. Он демонстрировал свое стремление переправиться у Борисова, а сам наводил в это время мосты у Студянки. 16 (28) ноября он начал переправу по двум наведенным мостам. Во время переправы мосты обрушились и многие солдаты утонули в Березине.

Паника началась, когда, спасаясь от казаков, на мосты бросились толпы отставших французов. Спасая мосты и порядок, Наполеон, уже переправившийся через реку, приказал корпусу Виктора отбиваться от толпы, нагрянувшей на мост, и казаков.

Затем 17 (29) ноября Наполеон, опасаясь преследования, приказал сжечь мосты, не считаясь с тем, что большая часть корпуса Виктора и несколько десятков тысяч отставших солдат были еще на другом берегу Березины.

Переправа превратилась в катастрофу. Бросавшиеся в воду французы тонули и замерзали в реке. Около Березины было подобрано свыше 24 тыс. трупов. При переправе погибло свыше половины людей, и после Березины у Наполеона осталось всего-навсего 30 тыс. человек. Но и их не удалось спасти Наполеону.

Через границу вернулась в Европу только тысяча с лишним человек. В плену оказалось около 100 тыс. человек. 600-тысячная армия Наполеона перестала существовать. Она погибла полностью, если не считать 20 тыс.

перешедших границу с южного направления, Наполеон передал командование Мюрату, а сам срочно ускакал в Париж.

Наполеоновское нашествие было ликвидировано. Русский народ разгромил считавшуюся непобедимой армию Наполеона. 

Почему Кутузов дал сбежать Наполеону из России

Источник: https://aftershock.news/?q=node/798873&full

Почему Кутузов дал сбежать Наполеону из России

Большинство историков отмечают, что в ходе преследования отступающей армии Наполеона в 1812 году русские неоднократно могли окружить и пленить основные ее силы с самим императором во главе. Почти все современники — соратники Кутузова — отмечали, что фельдмаршал действовал крайне вяло, причем нарочно. У многих сложилось впечатление, что Кутузов намеренно дал возможность Наполеону уйти из России с остатком армии.

Верить ли свидетельству Вильсона?

При штабе Кутузова находился официальный английский резидент полковник Роберт Вильсон. Он служил также личным осведомителем царя Александра I о настроениях и действиях Кутузова. По его свидетельству, однажды Кутузов разоткровенничался с ним и объяснил, почему не желает энергично преследовать Наполеона и брать его в плен.

«Лучше построить неприятелю золотой мост, чем пытаться поймать его в петлю. Кроме того, я не уверен, что полное уничтожение Наполеона и его армии станет уж таким благодеянием для всего света.

Его место займет не Россия и не какая-нибудь другая континентальная держава, но та, которая уже господствует на морях, — добавил Кутузов, явно указывая на Англию, к вящей досаде Вильсона, — и в таком случае ее владычество будет нестерпимым».

С этим свидетельством перекликаются и слова, якобы сказанные Кутузовым генералу Леонтию Беннигсену: «Мы с тобою никогда не согласимся. Ты думаешь только о пользе Англии, а по мне: если этот остров сегодня или завтра утонет, то я не огорчусь».

Но и Вильсон, и Беннигсен были известны как ярые недоброжелатели Кутузова. И хотя Кутузов также был хорошо известен как недоброжелатель Англии, возникает сомнение: не сгустили ли они краски?

Инертность Кутузова

22 октября (4 ноября) 1812 года авангард русской армии под командованием генерала Михаила Милорадовича настиг под Вязьмой и отрезал от французской армии корпус маршала Даву. На помощь окруженным повернули свои корпуса маршал Богарне и польский генерал Понятовский. Милорадович схватился с тремя корпусами неприятеля.

Двое суток продолжался бой. Кутузов в это время с главными силами армии отдыхал в селе Быкове в шести верстах от Вязьмы.

По воспоминаниям командующего артиллерией русской армии, генерала барона Карла Левенштерна, фельдмаршал «мог слышать звуки канонады так явственно, как будто она происходила у него в передней.

Но, несмотря на настояния всех лиц главной квартиры, он остался безучастным зрителем боя».

Под Вязьмой русской армии представилась возможность отрезать и уничтожить значительную часть неприятельских войск. Вместо этого Кутузов не двинул ни одного полка на помощь Милорадовичу, дал возможность вырваться Даву из окружения и соединиться с Наполеоном.

Под Красным, к западу от Смоленска, в русское окружение попал корпус маршала Нея. На этот раз сам Кутузов предписал генералу Милорадовичу перехватить пути отхода французской армии у Красного. Однако, когда до него дошли известия о начавшихся боях, он снова впал в вялое и безразличное состояние.

Генерал Алексей Ермолов вспоминал, что с 3 ноября он настойчиво предлагал Кутузову двинуть на помощь Милорадовичу главные силы и довершить разгром неприятеля. Однако Кутузов три дня простоял на месте, изучая обстановку.

5 ноября уже все чины штаба Кутузова настаивали на выступлении главных сил. Характерен был ответ Кутузова: надобно сперва разведать, нет ли тут Наполеона, и если его собственной персоной нету, только тогда можно атаковать.

Потери французов под Красным были большими, но маршал Ней с остатком корпуса прорвался, а Наполеон за это время успел уйти еще дальше на запад.

Совершенно классическим считается «опоздание» Кутузова на реке Березине, когда открылась блестящая возможность прижать всю армию Наполеона к вскрывшейся ледяной реке и уничтожить. О событиях на Березине написаны сотни книг и десятки тысяч статей.

Многие наши историки, обеляя Кутузова, пытаются возложить ответственность за опоздание на генерала Витгенштейна и адмирала Чичагова, которым надлежало отрезать пути Наполеона к отходу.

Однако это не может перечеркнуть реального факта того, что приказом Кутузова главные силы русской армии в решающие дни, когда происходила переправа Наполеона через Березину, оказались прикованы к месту и не двигались.

Поневоле можно поверить в версию Вильсона и Беннигсена о преднамеренном «золотом мосте», построенном Кутузовым Наполеону. В 1990-е историк Владлен Сироткин предположил, что всему причиной — «масонский заговор»: масон Кутузов не мог причинить зла более высокому по рангу масону Бонапарту.

Боялся ли Кутузов проиграть Наполеону?

Вряд ли Кутузов не осознавал, что если Наполеону удастся вырваться из России, то война на этом не кончится.

Еще прольются реки крови, и России придется воевать, чтобы окончательно низвергнуть владычество Наполеона над Европой. Дело было не в Англии, но в упорстве Наполеона.

А пленение или ликвидация Наполеона позволяли разом закончить всю войну. Поэтому в глубокий политический замысел Кутузова, позволившего Наполеону спастись, не верится.

Не логичным оказывается и предположение, что Кутузов, предвидя конечное истребление неприятеля, стремился беречь жизни русских солдат, не утомлял их форсированными маршами, не бросал в кровопролитные бои. Факты говорят об обратном. Русская армия, вяло преследовавшая Наполеона, на долгом пути от Тарутино до Немана понесла потери почти такие же, как и неприятель.

По совокупным данным разных источников, приведенным историком Николаем Троицким, из примерно 140—150 тыс. человек, находившихся в русской армии в начале преследования, а также влившихся в нее во время марша, в строю к моменту прихода на западную границу оставалось не больше 30 тыс. человек.

Самые большие потери русская армия понесла на последних этапах марша, во время суровых морозов. Весьма вероятно, что более раннее генеральное сражение избавило бы русскую армию от столь тяжелых потерь.

Таким образом, никакого глубокого полководческого таланта в медлительности Кутузова на заключительном этапе войны не просматривается.

Кутузов никогда не страдал манией величия и адекватно оценивал свои полководческие способности ниже способностей Наполеона.

Царский указ о назначении его главнокомандующим он встретил словами: «Дай Бог не победить, но обмануть Бонапарта!».

Князь находился уже в преклонных годах, его здоровье было расшатано, он готовился в скором времени предстать перед Всевышним Судией (что и случилось уже весной 1813 года).

Встретиться с Наполеоном в открытом бою Кутузов боялся панически. Неудачно проведенное (данное им против воли) Бородинское сражение только подтвердило эти опасения. Он понимал также, что доведенный до крайности Наполеон будет отчаянно сопротивляться.

И какая память останется о Кутузове у россиян, если он вдруг потерпит поражение на пороге окончательной победы и изгнания Наполеона из России? Журавля в небе — перспективе пленения Наполеона с риском самому быть битым — Кутузов явно предпочел синицу в руках: вечную славу избавителя России от нашествия «двунадесяти языцев».

Источник: https://zen.yandex.ru/media/cyrillitsa.ru/pochemu-kutuzov-dal-sbejat-napoleonu-iz-rossii-5da6211c9515ee00ad92f35a

Бородинское сражение сентября 1812

«РУССКИЕ СТЯЖАЛИ СЛАВУ БЫТЬ НЕПОБЕЖДЕННЫМИ»

После сражения под Смоленском отступление русской армии продолжилось. Это вызвало открытое недовольство в стране. Под давлением общественного мнения, Александр I назначил М.И. Кутузова главнокомандующим русской армией.

В задачу Кутузова входило не только остановить дальнейшее продвижение Наполеона, но и изгнать его из российских пределов. Он также придерживался тактики отступления, однако армия и вся страна ждали от него решающего сражения.

Читайте также:  Почему московское государство часто враждовало с великим новгородом

Поэтому он отдал приказ искать позицию для генеральной битвы, которая была найдена у с. Бородино, в 124 километрах от Москвы.

Русская армия подошла к селу Бородино 22 августа, где по предложению полковника К.Ф. Толя была выбрана плоская позиция протяженностью до 8 км. С левого фланга Бородинское поле прикрывал труднопроходимый Утицкий лес, а на правом, проходившем по берегу р. Колочи, были воздвигнуты Масловские флеши — земляные стреловидные укрепления.

В центре позиции также были выстроены укрепления, получившие разные названия: Центральной, Курганной высоты, или батареи Раевского. На левом фланге были возведены Семеновские (Багратионовы) флеши. Впереди всей позиции, с левого фланга, у деревни Шевардино, также начал строиться редут, который должен был играть роль передового укрепления.

Однако подошедшая армия Наполеона после ожесточенного боя 24 августа сумела им овладеть.

Расположение русских войск. Правый фланг занимали боевые порядки 1-й Западной армии генерала М.Б. Барклая-де-Толли, на левом фланге стояли части 2-й Западной армии под командованием П.И. Багратиона, а Старую Смоленскую дорогу у деревни Утица прикрывал 3-й пехотный корпус генерал-лейтенанта Н.А.

Тучкова. Русские войска занимали оборонительное положение и были развернуты в форме буквы «Г». Такое положение объяснялось тем, что русское командование стремилось контролировать ведущие к Москве Старую и Новую Смоленские дороги, тем более что возникло серьезное опасение обходного движения противника справа.

Вот почему на этом направлении оказалась значительная часть корпусов 1-й армии. Наполеон же решил нанести свой главный удар по левому флангу русской армии, для чего ночью 26 августа (7 сентября) 1812 г. перевел основные силы через р.

Колочу, оставив для прикрытия собственного левого фланга лишь несколько кавалерийских и пехотных частей.

Начало сражения. Сражение началось в пять часов утра атакой частей корпуса вице-короля Италии Э. Богарне на позицию лейб-гвардии Егерского полка у с. Бородина. Французы овладели этим пунктом, но это был их отвлекающий маневр. Свой главный удар Наполеон обрушил против армии Багратиона. Корпуса маршалов Л.Н. Даву, М.

Нея, И. Мюрата и генерала А. Жюно несколько раз атаковали Семеновские флеши. Части 2-й армии героически сражались против превосходящего по численности противника. Французы неоднократно врывались на флеши, но всякий раз после контратаки оставляли их.

Лишь к девяти часам наполеоновские армии окончательно овладели укреплениями русского левого фланга, а попытавшийся в это время организовать очередную контратаку Багратион был смертельно ранен. «Душа как будто отлетела от всего левого фланга после гибели этого человека», — говорят нам свидетели.

Ярое бешенство, жажда мести овладели теми солдатами, которые были непосредственно в его окружении. Когда генерала уже уносили, кирасир Адрианов, прислуживавший ему во время битвы (подававший зрительную трубу и пр.

), подбежал к носилкам и сказал: «Ваше сиятельство, вас везут лечить, во мне уже нет вам надобности!» Затем, передают очевидцы, «Адрианов в виду тысяч пустился, как стрела, мгновенно врезался в ряды неприятелей и, поразив многих, пал мертвым».

Борьба за батарею Раевского. После захвата флешей основная борьба развернулась за центр русской позиции — батарею Раевского, которая в 9 и 11 часов утра подверглась двум сильным атакам противника.

Во время второй атаки войскам Э. Богарне удалось овладеть высотой, но вскоре французы были выбиты оттуда в результате успешной контратаки нескольких русских батальонов, возглавляемых генерал-майором А.П. Ермоловым.

В полдень Кутузов направил казаков генерала от кавалерии М.И. Платова и кавалерийский корпус генерал-адъютанта Ф.П. Уварова в тыл левого фланга Наполеона.

Рейд русской конницы позволил отвлечь внимание Наполеона и на несколько часов задержал новый штурм французами ослабленного русского центра. Воспользовавшись передышкой, Барклай-де-Толли перегруппировал силы и выставил на переднюю линию свежие войска.

Лишь в два часа дня наполеоновские части предприняли третью попытку овладеть батареей Раевского. Действия наполеоновской пехоты и конницы привели к успеху, вскоре французы окончательно захватили и это укрепление. В плен к ним попал руководивший обороной раненый генерал-майор П.

Г. Лихачев. Русские войска отошли, но прорвать новый фронт их обороны противник так и не смог, несмотря на все усилия двух кавалерийских корпусов.

Итоги сражения. Французы смогли достичь тактических успехов на всех основных направлениях — русские армии были вынуждены оставить первоначальные позиции и отступить примерно на 1 км. Но прорвать оборону русских войск наполеоновским частям так и не удалось.

Поредевшие русские полки стояли насмерть, готовые отразить новые атаки. Наполеон же, несмотря на настоятельные просьбы своих маршалов, так и не рискнул бросить для завершающего удара свой последний резерв — двадцатитысячную Старую гвардию.

Интенсивная артиллерийская перестрелка велась до самого вечера, а потом французские части были отведены на исходные рубежи. Победить русскую армию не удалось. Вот, что писал отечественный историк Е.В. Тарле: «Чувство победы решительно никем не ощущалось. Маршалы разговаривали между собой и были недовольны.

Мюрат говорил, что он не узнавал весь день императора, Ней говорил, что император забыл свое ремесло. С обеих сторон до вечера гремела артиллерия и продолжалось кровопролитие, но русские не думали не только бежать, но и отступать. Уже сильно темнело. Пошел мелкий дождь. «Что русские?» — спросил Наполеон.

— «Стоят на месте, ваше величество». — «Усильте огонь, им, значит, еще хочется, — распорядился император. — Дайте им еще!»

Угрюмый, ни с кем не разговаривая, сопровождаемый свитой и генералами, не смевшими прерывать его молчания, Наполеон объезжал вечером поле битвы, глядя воспаленными глазами на бесконечные груды трупов.

Император еще не знал вечером, что русские потеряли из своих 112 тысяч не 30 тысяч, а около 58 тысяч человек; он не знал еще и того, что и сам он потерял больше 50 тысяч из 130 тысяч, которые привел к Бородинскому полю.

Но что у него убито и тяжко ранено 47 (не 43, как пишут иногда, а 47) лучших его генералов, это он узнал уже вечером. Французские и русские трупы так густо устилали землю, что императорская лошадь должна была искать места, куда бы опустить копыто меж горами тел людей и лошадей. Стоны и вопли раненых неслись со всех концов поля.

Русские раненые поразили свиту: «Они не испускали ни одного стона, — пишет один из свиты, граф Сегюр, — может быть, вдали от своих они меньше рассчитывали на милосердие. Но истинно то, что они казались более твердыми в перенесении боли, чем французы».

В литературе встречаются самые разноречивые факты о потерях сторон, спорным является до сих пор и вопрос о победителе. В этой связи необходимо отметить, что ни один из противников не решил поставленных перед собой задач: Наполеон не сумел разгромить русскую армию, Кутузов — защитить Москву.

Однако огромные усилия, предпринятые французской армией, оказались, в конце концов, бесплодными. Бородино принесло Наполеону горькое разочарование — исход этой битвы нисколько не напоминал ни Аустерлиц, ни Иену, ни Фридланд. Обескровленная французская армия была не в силах преследовать противника.

Русская же армия, воюя на своей территории, за короткий срок смогла восстановить численность своих рядов. Поэтому в оценке этого сражения точнее всего был сам Наполеон, сказав: «Из всех моих сражений самое ужасное то, которое я дал под Москвой. Французы в нем показали себя достойными одержать победу.

А русские стяжали славу быть непобежденными».

РЕСКРИПТ АЛЕКСАНДРА I

«Михаил Илларионович! Настоящее положение военных обстоятельств наших действующих армий хотя и предшествуемо было начальными успехами, но последствия оных не открывают мне той быстрой деятельности, с каковою бы надлежало действовать на поражение неприятеля.

  • Соображая сии последствия и извлекая истинные тому причины, нахожу нужным назначение над всеми действующими армиями одного общего главнокомандующего, которого избрание, сверх воинских дарований, основывалось бы и на самом старшинстве.
  • Известные достоинства ваши, любовь к отечеству и неоднократные опыты отличных подвигов приобретают вам истинное право на  сию мою доверенность.
  • Избирая вас для сего важного  дела, я прошу всемогущего Бога, да благословит деяния ваши к славе российского оружия и да оправдаются тем счастливые надежды, которые отечество на вас возлагает».

ДОНЕСЕНИЕ КУТУЗОВА

«Баталия 26-го числа бывшая, была самая кровопролитнейшая из всех тех, которые в новейших временах известны.

Место баталии нами одержано совершенно, и неприятель ретировался тогда в ту позицию,  в которую пришел нас атаковать; но чрезвычайная потеря, и с нашей стороны сделанная, особливо тем, что переранены самые нужные генералы, принудила меня отступить по Московской дороге.

Сего дня нахожусь я в деревне Наре и должен отступить еще навстречу к войскам, идущим ко мне из Москвы на подкрепление. Пленные сказывают, что неприятельская потеря очень велика и что общее мнение во французской армии, что они потеряли ранеными и убитыми 40000 человек.

Кроме дивизионного генерала Бонами, который взят в плен, есть другие убитые. Между прочим Давуст ранен. Арьергардные дела происходят ежедневно. Теперь, узнал я, что корпус вице-короля Италианского находится около Рузы, и для того отряд генерал-адъютаната Винценгероде пошел к Звенигороду, дабы закрыть по той дороге Москву».

ИЗ МЕМУАРОВ КОЛЕНКУРА

«Еще никогда мы не теряли в одном сражении столько генералов и офицеров… Пленных было мало. Русские проявляли большую отвагу; укрепления и территория, которые они вынуждены были уступить нам, эвакуировались в порядке. Их ряды не приходили в расстройство… они храбро встречали смерть и лишь медленно уступали нашим отважным атакам.

Еще не было случая, чтобы неприятельские позиции подверглись таким яростным и таким планомерным атакам и чтобы их отстаивали с таким упорством. Император много раз повторял, что он не может понять, каким образом редуты и позиции, которые были захвачены с такой отвагой и которые мы так упорно защищали, дали нам лишь небольшое число пленных…

Эти успехи без пленных, без трофеев не удовлетворяли его…»

ИЗ РАПОРТА ГЕНЕРАЛА РАЕВСКОГО

«Неприятель, устроив в глазах наших всю свою армию, так сказать, в одну колонну, шел прямо на фронт наш; подойдя же к оному, сильные колонны отделились с левого его фланга, пошли прямо на редут и, несмотря на сильный картечный огонь моих орудий, без выстрела головы оных перелезли через бруствер.

В тоже самое время с правого моего фланга генерал-майор Паскевич с полками атаковал штыками в левый фланг неприятеля, за редутом находящегося.

Генерал-майор Васильчиков то же самое учинил на их правый фланг, а генерал-майор Ермолов, взяв батальон егерей полков, приведенных полковником Вуичем, ударил в штыки   прямо на редут, где истребив всех, в нем находящихся, взял генерала, ведущего колонны в плен.

Генерал-майоры Васильчиков и Паскевич опрокинули в мгновенье ока неприятельские колонны и гнали оные до кустарников столь сильно, что едва ли кто из них спасся.

Более действием моего корпуса описать остается мне в двух словах, что по истреблении неприятеля, возвратясь опять в свои места, держался в оных до тех пор против повторных атак неприятеля, пока убитыми и ранеными приведен был в совершенное ничтожество и уже редут мой занял г. генерал-майор Лихачев. Вашему Превосходительству самому известно, что генерал-майор Васильчиков собрал рассеянные остатки 12-й и 27-й дивизий и с Литовским гвардейским полком удерживал до вечера важную высоту, на  левой конечности всей нашей линии находящуюся…»

ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЕ СООБЩЕНИЕ ОБ ОСТАВЛЕНИИ МОСКВЫ

«С крайнею и сокрушающею сердце каждого сына Отечества печалию сим возещается, что неприятель сентября 3-е число вступил в Москву. Но да не унывает народ российский. Напротив, да поклянется всяк и каждый воскипеть новым духом мужества, твердости и несомненной надежды, что всякое наносимое нам врагами зло и вред оборотятся напоследок на главу их.

Неприятель занял Москву  не от того, что преодолел силы наши или бы ослабил их. Главнокомандующий по совету с первенствующими генералами нашел за полезное и нужное уступить на время необходимости, дабы с надежнейшими и лучшими потом способами превратить кратковременное торжество неприятеля в неизбежную ему погибель.

Сколь ни болезненно всякому русскому слышать, что первопрестольный град Москва вмещает в себе врагов отечества своего; но она вмещает их в себе пустая, обнаженная от всех сокровищ и жителей.

Гордый завоеватель надеялся, вошед в нее, сделаться повелителем всего Российского царства и предписать ему такой мир, какой благорассудит; но он обманется в надежде своей и не найдет в столице сей не только способов господствовать, ниже способов существовать.

Собранные и отчасу больше скопляющиеся силы наши окрест Москвы не престанут преграждать ему все пути и посылаемые от него для продовольствия отряды ежедневно истреблялись, доколе не увидит он, что надежда его на поражение умов взятием Москвы была тщетная и что поневоле должен он будет отворять себе путь из ней силою оружия…»

Источник: https://histrf.ru/lenta-vremeni/event/view/borodinskoie-srazhieniie

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector