Правда ли, что лев толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты

Прозаик и царь реформировали мир за счет наследства, оставленного отцами

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты

Николай I и Александр II. На портрете сын и отец стоят рядом. Александр — еще просто великий князь

Хотя в заголовке читателю бросятся в глаза, прежде всего, имена знаменитого писателя и не менее знаменитого царя, отменившего крепостное право и впервые внедрившего в России «гласность», но речь в этой статье пойдет в основном об их родителях — императоре Николае I и графе Николае Толстом.

Лев Толстой и Александр II Освободитель были современниками. Автор «Войны и мира» родился в 1828 году. А августейший автор манифеста об освобождении крестьян — в 1818-м. Считается, что люди, родившиеся в одном десятилетии, принадлежат к одному же поколению.

Царь был старшим современником Толстого. А Толстой — младшим современником царя.

Да и в своей семье Александр II был первенцем — самым старшим из братьев, почему и стал наследником престола, а Лев Толстой — самым младшим, которому достался наиболее скромный «удел» — Ясная Поляна.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты

Николай Толстой. Отец классика в мундире кавалерии

РЕФОРМАТОРЫ. Оба — и писатель, и царь — оказались выдающимися реформаторами. Первый из них, открыв жанр «романа-эпопеи», реформировал не только русскую, но и мировую литературу. А заодно — еще и разрушил стереотип писателя-аристократа.

Граф-литератор не боялся одеваться «а-ля мужик», спорить с царем и церковью, давать быку в своем поместье прозвище Вронский (по имени главного героя «Анны Карениной») и шокировать Чехова фразой: «Вы, как насчет женщин? А я был в молодости неутомим!».

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты

Лев Толстой. Снял мундир раз и навсегда

Второй — наворотил столько реформ, что они его, в конце концов, под своим грузом и погребли.

Реформа юридическая (введение открытого суда присяжных), военная (переход на всеобщий призыв), университетская (дарование высшим учебным заведениям самоуправления и создание первых вузов для женщин — так называемых «высших женских курсов», расплодивших стриженых курсисток), частичная отмена черты оседлости для евреев (право свободного расселения получили купцы, выпускники университетов, врачи, юристы и «лица свободных профессий этой национальности»). И, наконец, а, точнее, во-первых (с этого Александр II начал), смягчение цензуры. Хотел еще и самодержавие (то есть самого себя) ограничить и Конституцию ввести — да не успел, народовольцы бомбу в царя бросили и на куски разорвали. Чтобы, не дай Бог, бомбу революции своими реформами окончательно не разрядил!

Даже поверхностного взгляда достаточно, чтобы увидеть, сколько сходства было между царем и прозаиком. Тот тоже всю жизнь «самоограничивался» и мучил себя собственноручно написанной персональной «конституцией» — дневником, в котором запрещал себе предаваться плотскому разврату, впадать в гневливость и отходить от заветов Христа. Но и впадал, и предавался, и отходил.

Как и царь. Кстати, оба они еще и ограничили предел собственных владений. При Александре II Российская империя впервые за всю историю ее существования стала меньше: в 1867 году за 7,2 млн долларов продали Северо-Американским Соединенным Штатам (так тогда они назывались) будущий самый северный их штат — землицу Алясочку, которую давно бы пора выкупить за ту же сумму.

А Толстой тоже учудил: дом огромный, прекрасный, величественный — настоящий дворец, в котором родился, который сам же называл «сувениром», проиграл в карты.

Два дня и две ночи играл и таки продул! Сосед-помещик по фамилии Горохов забрал его на вывоз, чтобы было чем молодому графушке заплатить «долг чести», приобретенный за зеленым столом — 5000 рублей ассигнациями.

И разобрали дворец по кирпичику, погрузили на телеги и отвезли за 35 верст, чтобы восстановить его на новом, чужом, месте.

Вот так чудили и самореформировались два Николаевича, не так прирастая, как разоряясь. Отцы же их — Николаи — поступали с точностью до наоборот! Ибо в переводе с греческого Николай означает «победитель народов». А имя свое оба оправдали в полной мере.

Были они погодками и принадлежали к так называемому «поколению 1812 года». Отец Льва Толстого родился в 1795 году. С 17-ти лет добровольцем оказался в армии. Участвовал в войне с Наполеоном — видел места, «верст на десять засеянные телами».

Служил в том самом Павлоградском гусарском полку, который его сын опишет в «Войне и мире», и вышел в отставку всего в 24 года, но в чине уже подполковника! (Лев дослужится только до поручика, превзойдя папеньку в другом — на литературном поприще.

)

В своем романе Толстой-младший запечатлел не только отцовский полк, но и самого отца. Помните Николеньку Ростова? Это и есть Николай Толстой. Для своего произведения писатель возьмет все основные черты отцовской биографии.

Литературный Николай Ростов женился без любви, по расчету, на богатой наследнице — княжне Марии Болконской. Реальный Николай Толстой точно так же вступил в брак с Марией Волконской — дочерью генерала, который в «Войне и мире» станет «старым князем Болконским».

Толстой будет менять только буквы в фамилиях своих пращуров, забавляясь литературной игрой еще больше, чем карточной.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты

Дом в Ясной Поляне. Лев Толстой проиграл его в карты за два дня. Дом разобрали по кирпичику и перевезли за 35 верст в имение соседа

ЛИХОЙ ГУСАР-ОТЕЦ. Прославленную сыном-писателем Ясную Поляну граф Николай Толстой взял именно как приданое жены. Собственный его отец не оставил бравому гусару ничего, кроме долгов. Зато имением супруги Толстой-старший распорядился самым лучшим из возможных способов.

Он не играл в карты. Не ездил по заграницам, однажды прогулявшись до самого Парижа вместе с русской армией и сочтя знакомство с европейской жизнью «достаточным». Не тратился на импортных портных, художников и музыкантов, предпочитая отечественные таланты — из собственных крепостных.

Два этажа дома в Ясной Поляне Николай Толстой надстроил, не прибегая к услугам турок или китайцев. Это сделали русские мужики из его имения. Причем, сделали замечательно.

Они же смастерили всю мебель и вообще почти все, что было в толстовском дворце, кроме рояля. Смастерили бы и рояль, да только в яснополянских лесах не водились слоны, кость которых идет на клавиши этого музыкального инструмента.

Поэтому Толстой-отец счел более разумным привезти уже готовый рояль из покоренного Парижа.

Подобно романному двойнику, Николай Толстой прославился как замечательный хозяин. Впоследствии мужики в Ясной Поляне рассказывали Льву Николаевичу, как было в имении при его батюшке. А было патриархально, но хорошо. Граф не разорял своих мужиков. Не требовал от них лишнего.

Следил за нравственностью. Не допускал кабаков. Он считал, что нищий, злой мужик — это в перспективе беда помещика. Звучит странно, но Николаю Толстому удавалось поддерживать и гармонию крепостной жизни, и прибавлять к своим владениям новые земли.

Каким-то удивительным образом он совмещал умение наказывать и поощрять. Да и умер отец Толстого, надорвавшись на своем помещичьем поприще.

Поехал по судебным делам из Москвы в Тулу, преодолел за день на лошадях 161 версту, посетил несколько присутственных мест и, вдруг, рухнул замертво, скончавшись от кровоизлияния в мозг в неполных 43 года.

Император Николай I родился позже отца Льва Толстого всего на год. Вместо поместья у него была целая Россия — уходить в отставку было некуда. Поэтому всю жизнь император служил. И служил хорошо. И просто офицером, и бригадным командиром в гвардии, и царем. Хотя царствовать, как известно, он не собирался. Наследником считался его старший брат Константин.

Но когда тот отказался от престола, а декабристы попытались вырвать у молодого императора скипетр, 29-летний Николай с корнем вырвал все революционные сорняки, показав, кто в стране будет хозяином. Поведение его на Сенатской площади безупречно. Личная храбрость не вызывает сомнений. А распорядительность — внушает только уважение.

14 декабря 1825 года Россия получила своего самого порядочного и недооцененного до сих пор лидера.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты

Справа — Николай I, слева — Александр II. Еще один парный портрет отца и сына. В жизни у них тоже были замечательные отношения

СМАЗЫВАТЬ И ПОДТЯГИВАТЬ! Николай Павлович полагал, что государственный механизм империи замечателен, но несколько разболтан бездельниками и говорунами и нуждается, прежде всего, не в парламенте и конституции, а в защите «от дурака». Не всякому можно лезть в него немытыми лапами и, тем более, хвататься за рычаги.

Царь крепил вертикаль власти, подбирал в помощники энергичных людей и заставлял все вокруг себя работать. Адмирал Лазарев строил при нем Черноморский флот и «растил» Нахимова и Корнилова — будущих героев Севастополя. Фельдмаршал Паскевич — побеждал Персию и усмирял Польшу. Воронцов — покорял Кавказ. Гоголь создавал «Ревизора» и «Мертвые души». Глинка — «Жизнь за царя».

А декабристы — сидели на каторге.

Собственно говоря, кроме декабристов и еще нескольких мрачных личностей с подсознательной склонностью к самоубийству, недовольных в империи не было.

Николай I так же свободно разгуливал без охраны по своей столице, как Николай Толстой — по Ясной Поляне. И, подобно графу, много строил. Крепости и мосты. Железную дорогу из Петербурга в Москву. Тайную полицию.

И систему международной политики, твердо базировавшуюся на принципах контрреволюционного интернационала императоров и королей.

Чтобы все это работало, бодрому монарху приходилось много и быстро передвигаться в имперском пространстве и за его пределами. На лошадях он «летал» на Кавказ, в Крым и в Киев(наш город, к примеру, Николай посетил семнадцать раз — больше, чем любой другой царь или генеральный секретарь). На пароходе — в Британию.

И на собственных ногах в кавалерийских ботфортах — от жены императрицы Александры Федоровны к любовнице, ее фрейлине Нелидовой. Обе дамы жили в полном согласии. И с царем. И друг с другом. Между прочим, у смертного одра мужа и любовника рыдали на плече одна у другой. Но общественности об этом знать не следовало.

Как истинный джентльмен Николай никогда не афишировал постельные победы, в отличие от военных.

Точно так же вел себя на амурном фронте и отец Льва Толстого. Смолоду, в гусарах, изведав в этой области многое, он женился по расчету на некрасивой, но доброй девушке и за девять лет брака сумел сделать с ней пятерых детей.

Брак с единственной наследницей князя Волконского принес ему долгожданное богатство. Но он не растратил его, а преумножил. Женихов у Марии Николаевны, падких на ее капиталы, было много.

Но именно этот лихой гусарский подполковник сумел взять «крепость» хозяйки Ясной Поляны умелой осадой.

Впоследствии Николаю Толстому удавалось совмещать семейную жизнь со страстными, но всегда тайными увлечениями. Достоверно известно только об одном из них — с соседкой по имению Огаревой.

Когда любовница ему изменила, граф даже приказал вырубить рощу, где они встречались. Но никто при жизни Толстого-старшего не знал об этом романе.

Все выяснилось только после его смерти — из записок Огаревой.

Отцы оставили детям богатое наследство. Один — целую империю, которую не смогла повалить европейская коалиция в Крымскую войну.

Другой — ТАКОЕ имение, владея которым, Лев Толстой однажды признался, что не хотел бы поменяться местами даже с царем. Сыновьям было ЧТО реформировать, так как отцы на славу потрудились над строительством зданий.

Правда, критики утверждали, что это НЕ ТАКИЕ здания. Но какие нужно, не знали ни критики, ни сами «реформаторы».

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты

Усмиритель Польши генерал Михаил Муравьев: «Я не из тех Муравьевых, которых вешают. Я из тех, которые вешают»…

ЛИБЕРАЛЫ И КОНСЕРВАТОРЫ. Между тем, именно наследство помогало им жить и удивлять мир оригинальными поступками. В критические минуты Александр Второй прибегал не к краснобаям, которых породил, а к деятелям, взращенным в духе своего отца. А иногда и просто к отцовским «кадрам».

Стоило вспыхнуть восстанию в Польше, как понадобились не «реформаторы», а «консерваторы». И был призван не паркетный шаркун князь Суворов — внук знаменитого фельдмаршала, всплывший при Александре только благодаря приятной внешности и благородным манерам, а грубый, крепкий, похожий на бульдога генерал Муравьев.

Этот был из поколения отцов — он начинал еще в ту войну 1812 года и не понимал, почему его родина, победившая Наполеона, должна капитулировать перед какой-то Польшей? Муравьев говорил о себе: «Я не из тех Муравьевых, которых вешают, а из тех, которые вешают», намекая, что не похож на своего казненного родственника-декабриста. И вешал.

Но в духе Николая — только тех, кто действительно заслуживал виселицы.

Лев Толстой тоже запасся от предков не только фамильными преданиями, из которых вышли его литературные герои, но и возможностью чувствовать себя свободным. Иногда литература приносила доход. Иногда — убытки. Но пашня в Ясной Поляне родила всегда.

Читайте также:  9 баллов в ялте: как крымское землетрясение в 1927 году приняли за извержение вулкана

Граф мог кутить, играть, путешествовать, гулять с цыганами, заниматься благотворительностью и даже не делать ничего (а бывало и такое!) только потому, что по счастливому стечению обстоятельств оказался наследником своего отца.

Он никогда не был прикован к писательскому «станку», как нищий Достоевский, вынужденный писать, наплевав на стиль, — лишь бы заработать. А в тяжелую минуту всегда мог надеяться на критикуемое им же «самодержавное» государство.

Показательно, что даже в 1905 году — во время первой революции — Ясную Поляну будет охранять специально присланный правительством военный отряд. Дабы классику не сделали зла те, кого он как «зеркало русской революции» защищал.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты

Памятник Николаю I в Петербурге. Одна из самых знаменитых конных статуй в мире. Жеребец царя стоит только на двух ногах

Но было и то лучшее, что и Александр, и Лев взяли у своих отцов. Они тоже были люди военные и бесстрашные. Никто не усомнился бы в отваге Толстого на Малаховом кургане. Но еще большее восхищение вызывает человеческое бесстрашие императора-освободителя.

Террористы совершили на него восемь (!) покушений. В царя стреляли. Царя взрывали. А он выходил из этого дыма и пламени целый и невредимый и упорно продолжал гнуть свою линию, пытаясь сверху предотвратить взрыв снизу.

Меня всегда поражала не НАСТОЙЧИВОСТЬ террористов, а УСТОЙЧИВОСТЬ Александра II. В этом он был похож на своего отца. Только его Сенатская площадь растянулась на всю жизнь.

Вплоть до последнего покушения 13 марта 1881 года на том месте, где теперь в Петербурге стоит красивый храм в старорусском стиле. Александр II, как и Николай I, умер на посту. Только не успел сдать караул, в отличие от отца.

Граф Лев Николаевич Толстой, как и граф Николай Ильич Толстой, умер в дороге. Правда, у отца это была деловая поездка. А у сына — бегство от отцовского наследства. Запоздалое бегство в 82 года. Лев держал путь на Кавказ — в страну своей молодости, где он когда-то, еще не сочинив учение «о непротивлении злу насилием», громил горцев из пушки, мечтая о первом офицерском чине.

Думается, и писатель, и царь понимали, что своими яркими и свободными жизнями они обязаны своим дисциплинированным жестким отцам. Именно те накопили энергию, так щедро выплеснувшуюся в детях. Наверное, этот главный конфликт эпохи лучше всех почувствовал еще один их современник — вечный соперник Толстого Иван Тургенев, оставивший произведение с названием-символом — «Отцы и дети».

Впрочем, и мы, так беззаботно — от олигарха до последнего бомжа — проматывающие советское наследие, делаем это только благодаря поколению дедов и отцов.

Источник: https://buzina.org/publications/583-dva-velikih-nikolaevicha.html

Тройная бухгалтерия Льва Толстого — Журнал "Коммерсантъ Деньги" — Издательский Дом КоммерсантЪ

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты

       150 лет назад, 18 сентября 1852 года, увидел свет номер выходившего под редакцией Николая Некрасова и Ивана Панаева журнала «Современник», в котором дебютировал молодой писатель, скрывшийся за инициалами Л. Н. Повесть называлась «Детство».        Дальнейшая литературная биография Льва Толстого известна. Но не все знают, как складывалась у графа жизнь материально-денежная. Его называли «бессребреником, презирающим деньги» — но и «расчетливым скопидомом». Деньги были для него то «гадкой вещью», то мерой семейного благополучия, а то и великим грехом. О сложных взаимоотношениях Льва Николаевича с пятой стихией рассказывает НИНА НИКИТИНА.                В молодости Лев Толстой кутил и в пух и прах проигрывался в карты, не забывая, однако, при этом вести «Журнал для слабостей», в котором ругательски ругал себя за молодечество и пустую жизнь. После чего отправлялся на очередную партию в штос.        Остепенившись, стал расчетливым помещиком, владельцем восьми тысяч десятин земли, с которым отчаянно соревновался помещик Шеншин (Афанасий Фет) и которому отчаянно завидовал горожанин Достоевский, лишь в канун смерти выбравшийся из долгов покойного брата Михаила и кабалы собственных издателей.        К концу жизни Лев Толстой стал равнодушен к благам земным; стремление к обогащению считал ничтожным, а гонорары свои отдавал духоборам, собиравшимся эмигрировать от преследований правительства в Канаду.        

Культ предков

       Люди, хорошо знавшие Льва Николаевича и его семью, его предков, считали, что важнее всякой наследственности и наследства для него был самый настоящий культ предков. Недаром писатель считал себя «произведением предшествующих людей», среди которых выделялись дед по отцовской и дед по материнской линиям.        И в самом деле, в молодости, до женитьбы, Лев Толстой вел себя так, будто стремился подражать деду по отцу — Илье Андреевичу Толстому. Илья Андреевич был человеком довольно ограниченным, но веселым и мягким. Владел 1,2 тыс. крепостных, 4 тыс. десятин земли, 3 винокуренными заводами, поставлявшими вина на российский рынок. Этот легендарный сибарит и мот запросто посылал слуг на юг Франции за свежими фиалками, а за настоящей стерлядью — в Астрахань. Белье свое отсылал стирать в Голландию (впрочем, как веком позже и князья Куракины, убедившиеся на горьком опыте, что русские прачки так и не научились тонкой работе с дорогой тканью). Промотав полумиллионное состояние, Илья Андреевич Толстой на исходе жизни стал губернатором в Казани. Молодого Толстого поражала естественная способность и всегдашняя готовность деда жить en grand (на всю катушку), и похоже, именно Илья Андреевич стал прототипом старого графа Толстого в романе «Война и мир».

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты
Толстой (стоит слева) зарабатывал больше Ивана Тургенева (сидит второй слева) и был категорически не согласен с ним в том, что истинный художник не может заниматься материальными вопросами

Став же человеком семейным, солидным и знаменитым писателем, Лев Толстой, по всеобщему убеждению, больше всего напоминал деда по материнской линии — князя Николая Сергеевича Волконского, для которого подлинным богом был порядок (в романе «Война и мир» он послужил для создания образа старого князя Болконского). Вспоминали и прадеда Льва Николаевича, Николая Ивановича Горчакова, обладателя огромного состояния, человека чрезвычайно скупого. Любимым его занятием, которому старик Горчаков мог предаваться целыми днями, было пересчитывание денег, хранившихся в заветной шкатулке. Слепой старец перебирал мятые бумажки, даже не подозревая о том, что слуга, прощелыга и вор, давно половину их подменил газетной бумагой.        

«Самый пустяшный малый»

       В апреле 1847 года между братьями и сестрой Толстыми состоялся раздел наследственного родительского имущества. Льву достались деревни Ясная Поляна, Ясенки, Ягодная, Пустошь Мостовая Крапивенского уезда и Малая Воротынка Богородицкого уезда Тульской губернии. В общей сложности он получил 1,47 тыс. десятин земли и 330 душ мужского пола. В «дополнение выгод» братья выделили ему 4 тыс. руб. серебром.        Земля в Ясной Поляне была «плодовитая, хлеб и покосы средственные, лес дровяной, крестьяне на пашне». Иными словами, средненькая усадьба. Да вдобавок заложенная родителями в Опекунском совете. И первым делом Лев Толстой попытался вызволить имение из опекунства в полную свою собственность. А заодно озаботился проектом лесонасаждения в России и освобождения яснополянских крестьян от барщины. Подумывал, и всерьез, о службе в Министерстве иностранных дел, открыл школу для крестьянских детей…

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты
Доставшаяся Льву Толстому в наследство Ясная Поляна отличалась плодовитой землей и дровяным лесом. Однако уже была заложена в Опекунском совете

Как и следовало ожидать, все его усилия шли прахом, а проекты оставались на бумаге. Спасали карты. Живший «безалаберно, без службы, без занятий, без цели», он целиком отдался «проклятой страсти» к игре. Проигрыши становились все более впечатляющими: 850 руб., 3 тыс., 5 тыс. руб… Чтобы расплатиться с долгами, спустил Малую Воротынку за 18 тыс., Ягодную за 5,7 тыс. руб… При этом за гроши отдавал на ярмарках породистых лошадей, швырял деньги в самых дорогих ресторанах и у самых модных портных. Старшие братья и вынесли вердикт: «пустяшный малый».        Ясная Поляна к тому времени пришла в полный упадок. Сказывалась не только неопытность молодого помещика, но и «бессовестный грабеж» со стороны управляющего и старосты («дурака набитого»). Будучи не в силах справиться с ворьем, Толстой возвращался за карточный стол. Безуспешно, разумеется.        

Писатель и хозяин

       Восемь лет он то и дело ставил в своих дневниках вопрос: «На что я назначен?». Между картами, конными ярмарками и гульбой он выкраивал часы для собственно литературного творчества. Но лишь 7 марта 1851 года записал в дневнике: «Заняться для завтра… роман». И начал писать, увлекся — и довел до конца повесть «Детство».        А уже 2 июля 1852 года Толстой написал письмо редактору журнала «Современник» с просьбой о публикации «Детства». Втайне мучился, бросаясь от отчаяния к надежде. Решил: напечатают — значит, поощрят к сочинительству, и тогда изменится вся его жизнь, а нет — так сжечь все, что уже было начато. Рукопись была принята, и Толстой радовался «до глупости». Отклики редакции были лестными, и дебютант ответил адекватно — в категорической форме потребовал высылки гонорара: в тот момент он остро нуждался в деньгах. С первых же шагов на новом поприще Лев Толстой рассматривал писательство не как барскую прихоть, но как профессию со всеми экономическими вытекающими. В переписке с издателями выяснилось, что «Современник» дебютов не оплачивает, но Некрасов пообещал Толстому за последующие произведения «лучшую плату» — 50 руб. серебром за печатный лист.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты
Будущий писатель родился в классной комнате родительского имения и неплохо выучился считать. Написанную в яснополянском кабинете «Войну и мир» он продал по 500 руб. за лист

Толстой был напрочь не согласен, например, с Иваном Тургеневым, утверждавшим, что подлинный художник не способен заниматься материальными вопросами. «Нет человека,— писал Толстой,— который мог бы обойти материальную сторону жизни». И только усиливал давление на Некрасова. После «Записок маркера» Толстому платили уже 75 руб. серебром за лист, а после «Набега» и «Святочной ночи» — 100. Дело дошло до того, что за лист статьи на педагогическую тему Лев Николаевич выбил сначала 150, а вскоре и 250 руб. Чтобы привязать Льва Толстого к «Современнику», Некрасов стал выплачивать писателю процентные отчисления от доходов издания. Однако молодой автор, назвав дивиденды «неладными», вышел из журнала.        Лев Толстой считал себя профессионалом, полагая литературу не только способом «мысль разрешить», но и деньги заработать, памятуя о брошенной кем-то еще в XVIII веке фразе: «Все, кроме завзятых болванов, всегда писали только из-за денег». Он никогда не скрывал от издателей своего намерения «драть сколь можно больше».        В 50-е годы Лев Толстой успевал договариваться с издателями и книгопродавцами об издании своих произведений в сборнике «Для легкого чтения» — «Военных рассказов», «Записок маркера»; поручал им выпуск «Детства» и «Отрочества», выговаривая для себя 10% с выручки.        

Семьянин и писатель

       В 1862 году 34-летний Лев Толстой женился на 18-летней Софье Берс.        Он был влюблен и счастлив. И, наверное, прав Владимир Набоков, считавший вершиной мирового романа «Анну Каренину» хотя бы только за страницы, посвященные семейной жизни, ее позитивным ценностям.        Семейную жизнь Лев Толстой начал с поправки расстроенного состояния, чему способствовали и растущая слава, и гонорары писателя. Он стал прикупать земли вокруг Ясной Поляны, а затем и в Самарских степях. Оставшиеся после карточных проигрышей родительские 750 десятин спустя несколько лет увеличились в 6 раз.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты
Возможно, Льва Толстого так не бросало бы из стороны в сторону, если бы не предки. Потому что дед по отцу, Илья Толстой (слева), был сибарит и мот, а дед по матери, Николай Волконский (справа),— скопидом и аккуратист

В 60-е годы Лев Толстой — богатый и рачительный барин, содержащий хозяйство в идеальном состоянии. Около трехсот свиней, десятки коров, сотни породистых овец, тьма-тьмущая птицы. Плюс пасека, винокурня и огромный фруктовый сад. Он затеял маслобойню, продукция которой бойко шла на московских рынках по 60 коп. за фунт. Избавившись от путающегося под ногами и бестолкового управляющего, он доверил контору и кассу самой серьезной помощнице — жене.        Но главным источником доходов оставалась, конечно, литература. Если Достоевскому с трудом удавалось выбивать из редакторов журналов и книгоиздателей по 150-250 руб. за печатный лист, то Лев Николаевич в полном соответствии со своей доктриной «драть» продал «Русскому вестнику» эпопею «Война и мир» по 500 руб. за лист и сам занялся подготовкой ее отдельного издания. Он лично вел учет затрат типографии, контролировал деятельность издателя, продажу книг и их состояние и движение на складах. Он рассчитал тираж, стоимость отдельного экземпляра и «свое спокойствие», стоившее ему, как он считал, лишних 5%. Согласно калькуляции Толстого, издатель получал при этом 10% с издания, книгопродавцы — 20%.        В это время Лев Толстой ни на минуту не забывал о семье, в которой уже было 13 детей, и обслуживающем семью персонале — учителях, гувернерах (которым выплачивалось ежемесячно 30 и более руб.), прислуге, конюхах, кучерах и т. д. Его дворники и повара получали по 8 руб. наличными в месяц, а людям преклонного возраста граф платил пенсии.        

Читайте также:  Второй том «мертвых душ»: где он может сейчас находиться

Хозяин и писатель

       Для содержания этого организма нужны были немалые средства. Толстой спешил заключить выгодный договор на издание своих сочинений в 11 частях. Получив за это 25 тыс. руб. чистыми, причем вытребовав их вперед, он первым делом погасил долг за купленный на Волге участок земли площадью 4,028 тыс. десятин. Отдал сразу 20 тыс., остальное выплачивал 2 года из расчета 6% годовых. Внакладе не остался, поскольку земля была куплена по низкой (по меркам того времени) цене — 10 руб. 50 коп. за десятину. Затраты на обработку земли и уборку урожая вполне окупались выручкой от продажи пшеницы — до 3 тыс. руб. в год.        Еще более успешной стала сделка в Самарской губернии, где Толстой приобрел 1,8 тыс. десятин земли из расчета 8 руб. за десятину.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты
В 1892 году Лев Толстой передал все имущество жене и детям. Себе он оставил лишь самое необходимое для путешествия в вечность

Оперируя суммами, которые не снились ни Гоголю, ни Достоевскому, ни даже Тургеневу, Лев Толстой вступал в договоры и сделки с издателями как автор жесткий, неуступчивый и предельно прагматичный. Ни о каком соглашении и речи быть не могло, если, например, в нем не предусматривалась выплата гонораров вперед, авансом. Лев Толстой диктовал размеры гонораров, отказывался от прежних обязательств («разрывал союзы»), если бывал недоволен условиями или расчетом причитающихся ему дивидендов. «Что наш расчет и дивиденд?» — сухо вопрошал автор «Войны и мира», торопя издателя «прислать то, что следует, в Москву».        Некоторые назовут циничной его игру с Катковым и Некрасовым, которым — обоим — он пообещал рукопись объемом в 20 листов. И даже отдав уже рукопись Каткова «Русскому вестнику» (500 руб. за лист, причем 10 тыс. руб.— вперед) и оставив за собой все права на печатание романа отдельной книгой, он продолжал игру: «манил надеждой» Некрасова, прекрасно понимая, что такие условия слишком тяжелы для «Современника».        Впрочем, собственно издательские дела Толстого шли неважно: книгопродавцы, по его мнению, оказывались плутами, из-за них «книжки продавались, но не слишком».        

Бессребреник и отшельник

       Еще раз подчеркнем: Лев Толстой любил деньги, но отношение к ним у него со временем менялось. В период семейного счастья, например, он был твердо убежден в том, что писательский труд должен хорошо оплачиваться; высоко ценил брэнд «Лев Толстой»: повесть «Детство» публично оценивал не ниже «Илиады» Гомера.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты
Уже отдав редактору «Русского вестника» Каткову рукопись «Войны и мира», Лев Толстой продолжал обещать ее Некрасову, хотя и знал, что «Современнику» его творчество не по карману

В 80-е годы начинается духовный поиск — или кризис? — писателя, приведший к переоценке многих критериев, которыми он прежде руководствовался. Жизнь в условиях избытка материальных ценностей стала казаться ему невыносимее жизни какого-нибудь бродяги. Близкие вспомнили о его матери, которая до замужества была склонна к шокирующим жестам: могла, например, подарить подруге-компаньонке десятки тысяч рублей в качестве приданого. Покойная матушка была, конечно, ни при чем. Толстой изменился радикально, и это было экзистенциальное изменение — в глубинах души, на уровне мировоззрения. Если Фет, например, по прочтении мрачного Шопенгауэра написал самые светлые стихи в своей жизни, то Лев Толстой почерпнул у немца лишь отвращение к жизни во всех ее «гадких» проявлениях. В 1883 году он выдал жене доверенность на ведение всех имущественных дел, а спустя 9 лет «подписал и подарил то, что давно уже не считал своим». По раздельному акту вся недвижимость, оцененная в 550 тыс. руб., перешла жене и детям.        Его собственный ежегодный доход составлял в те последние годы от 600 до 1,2 тыс. руб.— это был гонорар, получаемый им от Императорских театров за спектакль «Плоды просвещения». Кроме того, на черный день он берег около двух тысяч рублей.        Он жил уже вне этих — материальных по большей части — отношений, может быть, изредка вспоминая Вольтера, которого вообще-то недолюбливал: «С большим багажом в вечность не уходят».                

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/340984

Как Лев Толстой отчий дом проиграл

«Лев Толстой» и «Ясная Поляна» в сознании наших соотечественников неразделимы. Ясная Поляна — родовое имение графов Толстых, здесь великий писатель родился, как он сам утверждал, «на кожаном диване», здесь находится могила Льва Николаевича Толстого, великого русского писателя с мировым именем.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в картыЛев Толстой

Однако в истории Ясной Поляны, как и в биографии Толстого, есть один эпизод, о котором биографы и исследователи творчества писателя или стыдливо умалчивают, или упоминают его вскользь.

Дело в том, что тот барский дом, который сейчас стоит в музее-усадьбе Ясная Поляна, и в котором жил и работал писатель, был построен уже в те годы, когда Лев Толстой женился и привёз в имение молодую жену, Софью Андреевну. А отчий дом, в котором стоял тот самый кожаный диван, в 1854 году, в разгар Крымской войны был продан.

По распоряжению самого Льва Николаевича, находившегося в действующей армии, в Севастополе. Дом купил сосед Льва Толстого, купец Горохов, разобрал и перевёз в село Долгое, неподалёку от Ясной Поляны.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в картыМемориальный камень в Ясной Поляне

Лев Толстой известен в русской и мировой литературе как великий морализатор и обличитель пороков. Однако в молодые годы он и сам был далеко не безгрешен, и никогда этого не скрывал. Отчий дом был продан из-за огромного карточного долга.

В Севастополе шли жестокие бои, в которых молодой граф Толстой показал себя храбрым офицером и был награждён орденом. А в период затишья офицеры азартно играли в карты, так тогда было принято.

Не устоял перед соблазном и крупно проигрался и Толстой, после чего, для выплаты «долга чести», был вынужден написать управляющему своим имением и распорядиться о продаже дома. По воспоминаниям людей, близко знавших Толстого, он до самой смерти укорял себя за эту «ошибку молодости».

А в дневнике, сразу после проигрыша яснополянского дома, писатель сделал беспощадную запись: «я себе до того гадок, что желал бы забыть про своё существование».

Справедливости ради нужно добавить: пагубное пристрастие к азартным играм — отнюдь не редкость среди классиков отечественной литературы. Огромная сумма карточных долгов почти всю жизнь «висела» на Александре Пушкине, а Николай Некрасов проиграл два имения. Карточная игра была бичом русского общества в 19 веке, а великие писатели — тоже живые люди….

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в картыИгровой стол

  • Кстати, дом купил сосед, разобрал и увез.
  • Владимир Царан
  • Подписывайтесь на нас в «Яндекс Новости» и «Яндекс Дзен«

Источник: https://dontimes.news/kak-lev-tolstoj-otchij-dom-proigral/

Краткое содержание романа "Война и мир" Толстого — том 2 часть 1

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты
Дуэль Пьера Безухова и Долохова.
Иллюстрация Д. Шмаринова

В этой статье читайте краткое содержание романа «Война и мир» Толстого — том 2 часть 1. Эта часть состоит из 16 глав и охватывает следующие события:

Смотрите: 
— Краткое содержание других томов и частей
— Краткое содержание романа (наиболее сжатое)
— Все материалы по роману «Война и мир» I
(начало 1806 г.)

Николай Ростов приезжает в отпуск с фронта вместе со своим другом Василием Денисовым. Василий гостит у Ростовых некоторое время.

II

Начало марта. 3 марта в Москве дается обед в честь Багратиона. На обед тратятся тысячи рублей. Организовывает обед старый граф Ростов. Общество принимает Багратиона как героя, несмотря на его поражение под Аустерлицем. А Кутузова, наоборот, все осуждают.

III
На обеде присутствуют также Ростов, Денисов, Долохов, Пьер Безухов, Несвицкий. Николай Ростов недавно знаком с Долоховым и дорожит его знакомством. Приезжает князь Багратион. Он ведет себя робко и застенчиво. Граф Ростов представляет Багратиону своего сына Николая Ростова. Багратион узнает Ростова, который служил ему в Аустерлице. IV
Пьер видит на обеде Долохова. Пьер знает, что в обществе ходят слухи о его жене и Долохове: говорят, что Элен изменяет Пьеру с Долоховым. Но Пьер не хочет верить слухам. Однако Долохов на обеде оскорбляет Пьера своим поведением. Пьер вызывает Долохова на дуэль. Николай Ростов выступает как секундант Долохова. На следующее утро в Сокольницком лесу проходит дуэль. Несвицкий – секундант Пьера, предлагает ему извиниться перед Долоховым. Но Пьер и Долохов отказываются мириться. V
На дуэли Пьер ранит Долохова. Долохов велит везти его к матери. Мы узнаем, что у Долохова есть мать и горбатая сестра, которых он очень любит. VI
На следующее утро Элен Безухова говорит Пьеру, что согласна расстаться. Но она просит у Пьера его состояние. Пьер передает Элен большую половину его состояния и уезжает в Петербург. VII

2 месяца спустя после Аустерлицкого сражения о судьбе Андрея Болконского ничего не известно. Все считают его убитым. Но это скрывают от беременной жены Андрея — Лизы Болконской.

VIII
У Лизы начинаются роды. В это время неожиданно домой приезжает князь Андрей. IX

Лиза рожает ребенка и умирает в родах. Через три дня княгиню Лизу отпевают. Еще спустя пять дней крестят новорожденного мальчика — Николеньку (Николая Андреевича Болконского). Крестным отцом выступает старый князь Николай Болконский. А крестной матерью – княжна Марья Болконская.

X
Николай Ростов получает место адъютанта московского генерал-губернатора. Долохов поправляется после ранения на дуэли. Николай Ростов и Долохов все больше дружны.

(осень 1806 г.)

Друг Ростова, Денисов, по пути на фронт останавливается в доме семьи Ростовых. Николай Ростов снова собирается на войну вместе с Денисовым. Но пока он развлекается в обществе в Москве.

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты
Васька Денисов.
Художник А. В. Николаев

XI
На третий день Рождества у Ростовых – официальный прощальный обед с Николаем Ростовым. Долохов делает предложение Соне, но Соня ему отказывает несмотря на то, что Долохов для нее — отличная партия, так как она — бесприданница. Соня любит Николая Ростова. Но Николай еще молод и не может обещать ей жениться. XII

На бал у Иогеля приезжают Ростовы, Долохов, Денисов. Наташа Ростова танцует в первой паре со своим учителем Иогелем. Наташа – его лучшая ученица. После этого Наташа приглашает Денисова, который отлично танцует мазурку. Он весь вечер не отходит от Наташи.

XIII
Обиженный отказом Сони, Долохов решает отомстить Николаю за то, что девушка предпочитает его. Долохов предлагает Ростову сыграть в карты. XIV
Николай Ростов проигрывает Долохову 43 000 рублей. Долохов спрашивает, когда можно получить деньги. Ростов разочарован в своем друге Долохове, который оказывается жестоким, хладнокровным человеком. XV
Николай Ростов приезжает домой после ужасного проигрыша. XVI
Николай Ростов просит у отца денег. Добрый отец, граф Ростов, говорит, что поможет сыну, хотя такие деньги ему трудно достать.
Наташа признается матери, что Денисов сделал ей предложение. Но графиня-мать отказывает Денисову, потому что желает для Наташи лучшей партии. Наташе жаль милого Денисова.
На следующий день Ростов провожает Денисова, который уезжает из Москвы после отказа Наташи. Вскоре Николай выплачивает Долохову долг. В конце ноября Николай уезжает в полк в Польшу.

  • Конец части.
  • Таково краткое содержание романа «Война и мир» Льва Толстого — том 2 часть 1.
  • Смотрите: 

— Краткое содержание других томов и частей
— Краткое содержание романа (наиболее сжатое)
— Все материалы по роману «Война и мир»

Источник: http://www.literaturus.ru/2015/09/kratkoe-soderzhanie-roman-vojna-i-mir-tom-2-chast-1.html

Семь мифов о Толстом

Правда ли, что Лев Толстой проиграл отданные на хранение офицерские деньги в карты 9 сентября 1828 года, в Крапивенском уезде Тульской губернии, в наследственном имении матери — Ясной Поляне родился граф Лев Николаевич Толстой . Он один из наиболее известных русских писателей и мыслителей, один из величайших писателей мира.

Образ Льва Николаевича Толстого окутан множеством тайн и легенд. Но все ли из этого правда? Музей-усадьба «Ясная Поляна» составил подборку самых популярных мифов о писателе на основе вопросов, которые посетители задают экскурсоводам.

Миф №1. Лев Толстой проиграл усадебный дом в карты

Реальность

Осенью 1854 года большой трехэтажный дом, в котором родился Лев Толстой, был про­дан на своз сосед­скому помещику Горохову. Причина этого — отсутствие у Льва Николаевича средств на его содержание и ремонт, а также необходимость в улучшении своего финан­сового положения.

«Есть ли он простоит без всякого ремонта еще не­сколько лет (а ре­монт оного довольно значительный), то он действительно будет только годен как сувенир, ты же, есть ли будешь с деньгами когда либо, всегда можешь построить новый, а жить еще, слава богу, есть где», — советует Льву Николаевичу старший брат Сергей в одном из писем.

На момент продажи дома писатель находился в армии, принимая участие в Крымской войне, и сделкой по дове­ренности занимался его троюродный брат Валериан Петрович Толстой.

Читайте также:  Могут ли православные есть мясо с кровью: мнение церкви

5000 рублей ассигнациями (≈1500 серебром), вырученные за дом, для сохранности были положены в Приказ общественного призрения на случай экстренных хозяйственных рас­ходов. Когда в Крыму Лев Николаевич вместе с группой офицеров задумы­вает издание жур­нала для сол­дат, день­ги пересылают ему.

Однако издание запрещено пра­ви­тель­ством, и в ян­варе 1855 года Толстой использует присланную ему сумму для уплаты карточного долга. Если говорить об усадьбе в целом, писатель никогда не имел намерения ее продать.

Миф №2. У Толстого было много внебрачных детей — как до, так и после женитьбы

Реальность

В молодости, до своей женитьбы, Толстой регулярно упоминает в дневниках женщин — крестьянок, цыганок, знатных дам, будив­ших в нем страсти и чув­ствен­ность, за которые он себя по­рицал на про­тяжении всей жизни.

Самым мучи­тельным для писа­теля эпи­зодом стала его связь с 23-летней заму­жней крестьянкой Аксиньей Базыкиной, начавшаяся в 1858 году. В 1860 году Аксинья родила сына Тимофея, который, как признавал сам Толстой, был его внебрачным ребенком.

Через два года после этого писа­тель же­нился на Софье Андреевне Берс.

Опыт своей добрачной жизни Толстой отражает в повести «Дьявол» (1889), породившей среди общественности слухи о невер­ности графа жене.

Однако сюжетная основа этого произведения отражает реальные события из жизни совсем другого человека — тульского судебного следователя Н.H.

Фридрихса, который через три месяца после женитьбы на девушке-дворянке застрелил крестьянку Степаниду Муницыну, с которой у него ранее была связь. В дневнике Толстого повесть «Дьявол» называлась «исто­рией Фридрихса» (или «Фредерикса»).

Будучи женатым человеком, писатель никогда не нарушал супружеской верности. Сви­де­тельство об этом мы встречаем в его «Тайном дневнике» 1908 года, в котором писатель предельно откровенен.

После 25-летней годовщины свадьбы в до­вери­тельной бе­седе со своим другом Павлом Бирюковым Толстой говорит, что «ему при­ят­но созна­вать, что ни с его стороны, ни со стороны его супруги не было ни малейшей неверности, и они прожили честную и чистую семейную жизнь» (П.И. Бирюков. «Биография Л.Н.Толстого»).

Миф №3. Софья Андреевна не просто переписывала произведения мужа, а была их соавтором

Реальность

Софья Андреевна была одаренной женщиной, написавшей несколько литературных произведений малой формы, кри­ти­чес­ких эссе и мемуары.

Она с большим удовольствием и воодушевлением переписывала про­из­ве­де­ния мужа, по­лу­чая от этого эстети­ческое удовольствие.

«Меня восхищала эта жизнь мысли, эти изгибы, не­ожи­дан­нос­ти и не­постижи­мые разно­образ­ные формы его творчества» (С.А. Толстая. «Моя жизнь»).

Случалось, что в процессе внесения поправок в свои про­из­ве­дения Толстой прислушивался к со­ветам же­ны, при­зна­вав­шейся, что она «всей ду­шой» вни­ка­ла в пе­ре­пи­сы­ваемый материал.

Однако то, что глав­ным ре­дак­то­ром своих произведений являлся сам Лев Николаевич, со­мне­ваться не при­ходится: «А то при­дешь с готовой переписанной работой к Льву Николаевичу, укажешь ему поставленные мной кое-где, в маржах* знаки вопроса, и спросишь его, нельзя ли такое-то слово поставить вместо другого или выкинуть частые повторения того же слова или еще что-нибудь. Лев Николаевич объяснял мне, почему нельзя иначе…» (С.А. Толстая. «Моя жизнь»)

Миф №4. Лев Толстой не любил своих детей

Реальность

Семейный проект был для молодого Толстого главной, преимущественной целью. Рано осиротев, он с юных лет меч­тал о соб­ствен­ной семье, в ко­то­рой непременно будут дети. В 1862 году писатель же­нит­ся, и один за дру­гим у не­го появляются сыновья и дочери.

Семья была большой — из три­над­ца­ти ро­див­ших­ся детей до совершеннолетия дожили восемь. Наравне с Софьей Андреевной Лев Николаевич принимал участие в вос­пи­та­нии детей, их образ­ова­нии, про­во­дил с ни­ми мно­го вре­мени, при­ду­мы­вал для них иг­ры.

Он пре­крас­но на­хо­дил с де­тьми об­щий язык, но был сдер­жан во внеш­них про­яв­ле­ни­ях люб­ви и неж­ности. «За всю мою жи­знь ме­ня отец ни ра­зу не при­лас­кал. Это не зна­чит, что­бы он ме­ня не лю­бил.

На­про­тив, я знаю, что он лю­бил ме­ня, бы­ва­ли пе­ри­оды, ко­гда мы бы­ли очень близ­ки друг дру­гу, но он ни­ког­да не вы­ра­жал сво­ей люб­ви откры­той пря­мой лас­кой и всег­да как бы сты­дился ее проявления» (И.Л. Толстой. Мои воспоминания).

Любовное описание еще ма­лень­ких де­тей и оте­чес­кие на­став­ления под­рос­шим де­тям, жизнь ко­то­рых Тол­стой, бы­ва­ло, не одоб­рял, но ко­то­рых все же лю­бил, про­не­се­ны че­рез его днев­ники и пись­ма. «Стар­ший [Сергей] бе­ло­курый, — не дурен.

Есть что-то сла­бое и тер­пе­ли­вое в вы­ра­же­нии и очень крот­кое. Когда он сме­ется, он не за­ра­жает, но ког­да он пла­чет, я с тру­дом удер­жи­ваюсь, что­бы не пла­кать Илья, тре­тий. Ни­ког­да не был бо­лен. Ши­ро­ко­кост, бел, ру­мян, си­яющ.

Учит­ся ду­рно.

Всегда ду­ма­ет о том, о чем ему не ве­лят ду­мать. Иг­ры вы­ду­мы­вает сам. Акку­ра­тен, бе­ре­жлив: «мое» для него очень важ­но. Го­ряч и violent*, сей­час драться; но и не­жен и чув­стви­те­лен очень Илья по­гиб­нет, ес­ли у не­го не будет стро­гого и лю­би­мого им ру­ко­во­ди­теля.

Летом мы ездили купаться; Сере­жа вер­хом, а Илью я са­жал к се­бе за сед­ло. Выхожу утром, оба ждут. Илья в шля­пе, с про­стыней, ак­ку­рат­но, си­яет, Сережа от­куда-то при­бе­жал, за­пы­хав­шись, без шля­пы. «Най­ди шля­пу, а то я не возь­му». Сережа бе­жит ту­да, сюда. Нет шляпы. «Нечего де­лать, без шля­пы я не возь­му тебя.

– Тебе урок, – у те­бя всег­да все потеряно». Он готов плакать. Я уезжаю с Иль­ей и жду, бу­дет ли от не­го вы­ра­жено со­жа­ление. Ни­ка­кого. Он си­яет и рас­суж­да­ет об ло­ша­ди. Же­на застает Сережу в сле­зах. Ищет шляпу – нет. Она до­гадыва­ется, что ее брат, ко­то­рый по­шел рано утром ловить рыбу, надел Сережину шляпу.

Она пишет мне записку, что Сережа, ве­ро­ят­но, не вино­ват в про­паже шля­пы, и при­сы­лает его ко мне в кар­тузе. (Она уга­дала.) Слы­шу по мос­ту ку­паль­ни стре­ми­тель­ные ша­ги, Сережа вбегает. (Дорогой он по­те­рял за­пис­ку.) И на­чи­нает ры­дать. Тут и Илья то­же, и я не­множ­ко» (Письмо к А.А.

Толстой от 26 октября 1872 года).

Миф №5. Любым средствам передвижения Толстой предпочитал ходьбу пешком

Реальность

Любовь к пешим прогулкам Лев Николаевич сох­ра­нял на про­тя­же­нии всей жиз­ни и не остав­лял ее даже в по­след­ние го­ды в Яс­ной По­ля­не.

Извест­но, что триж­ды он со­вер­шал пешие пере­ходы из Мос­квы в Яс­ную Поля­ну, а так­же пешее палом­ни­чество в Оптину Пустынь.

Цель этих путе­шествий – «уви­дать, как живет мир божий, большой, настоящий, а не тот, ко­то­рый мы устро­или себе и из ко­торого не выхо­дим» (письмо С.А.Толстой от 11 июня 1881 года).

Однако с не меньшей лю­бовью он отно­сился и к верховым прогул­кам, а в 67 лет осво­ил вело­сипед. Если же гово­рить не о прогул­ках, а о пере­мещени­ях на ближ­ние и даль­ние рас­стоя­ния, то здесь писа­тель пред­по­чи­тал сов­ре­мен­ные ему виды транспорта — коля­ску, почтовую каре­ту, желез­ную доро­гу.

  • «Каждый день езжу верхом» (Дневник, 22 ноября 1895 года)
  • Миф №6 Лев Толстой ходил босиком и носил крестьянскую одежду
  • Реальность

В 1891 году Илья Репин исполнил этюд Толстого, стоящего на молитве в лесу. По этому этю­ду спус­тя десять лет он соз­дал по­лотно «Л.Н. Толстой бо­сой», в сво­еобраз­ной ма­не­ре отражав­шее стрем­ле­ние пи­са­теля к опроще­нию.

По сви­де­тель­ству стар­шего сы­на Толстого Сергея Львовича, «отец был недо­волен тем, что Репин изобра­зил его бо­сым. Он ред­ко хо­дил боси­ком и го­во­рил: «Ка­жет­ся, Репин ни­ког­да не ви­дал ме­ня бо­сиком. Не­до­ста­ет толь­ко, что­бы ме­ня изобра­зили без пан­та­лон» (С.Л. Толстой. «Очер­ки бы­лого»).

Эти сло­ва ока­за­лись про­ро­чес­кими – в 1903 го­ду на вы­став­ке санкт-петербургского об­ще­ства ху­дож­ни­ков в Пасса­же вни­ма­ние пуб­лики прив­лекла кар­тина Н.Н. Бунина «Рыбная лов­ля», на ко­торой Толстой и Репин были изобра­жены ловя­щими ры­бу в од­них ру­ба­хах.

Сам писа­тель на воп­рос кор­рес­пон­дента га­зе­ты «Новое время» по по­во­ду его мне­ния об этой ра­боте от­ве­тил: «Я дав­но уже дос­то­яние об­ще­ства и по­тому не удив­ляюсь ни­чему».

Что касается простой одежды, Лев Николаевич надевал ее для фи­зи­чес­кой ра­бо­ты, а так­же во вре­мя своих пе­ших пу­те­шествий — что­бы встреч­ные не приз­на­ли в нем барина. Его домашняя одежда, кото­рую он но­сил в Ясной Поляне, бы­ла очень де­мо­кратична, одна­ко исклю­чала ассоци­ации с крестьян­ским плать­ем.

«Одеж­да Толстого была всег­да оди­накова – блуза, под­поясан­ная рем­нем; зимой – темная, летом – белая, па­ру­си­но­вая. Эти блу­зы ши­ли Толстому его же­на и де­ре­вен­ская портни­ха. В одеж­де Толстой лю­бил опрят­ность и чис­тоту, но не щеголь­ство и элегант­ность» (Н.Н. Гусев. «Лев Толстой – человек»).

Ши­рокие блу­зы с по­ясом со вре­менем ста­ли назы­вать тол­стов­ками – в честь графа.

Евро­пейское платье – сюртук, накрахма­ленные рубаш­ки, паль­то и шля­пу – писа­тель наде­вал, когда ез­дил в Мос­кву и Петер­бург, бы­вал в свет­ском об­ществе. Мно­гие из его ве­щей были сши­ты у хоро­ших порт­ных или куп­лены в до­ро­гих ма­га­зи­нах.

«Пом­ню я, как папа иногда ездил по де­лам в Мос­кву. В те вре­мена он еще но­сил в Мос­кве сюр­тук, сши­тый у луч­шего в то вре­мя фран­цуз­ского порт­ного Айе» (И.Л. Толстой. Мои вос­по­ми­на­ния).

В мо­ло­до­сти же Лев Нико­лаевич стро­го при­дер­жи­вал­ся обще­принятых пра­вил, касав­ших­ся пове­дения и внеш­ности мо­ло­дых аристо­кра­тов: «Не толь­ко с Ка­за­ни, но еще преж­де я за­ни­мался сво­ей наруж­ностью: ста­рался быть свет­ским, comme il faut*» (Л.Н. Толстой. «Воспоминания (Автобиография»).

Миф №7. Лев Толстой был предан анафеме

Реальность

В последние два десятилетия жизни Л. Н.

Толстой, будучи верующим человеком, крещен­ным в право­славии, в ря­де произве­дений яс­но пока­зал, что не при­ни­ма­ет ряд важ­ней­ших догматов православной цер­кви и рез­ко крити­кует ее де­ятель­ность. Фактически он перестает быть чле­ном Русской право­слав­ной церк­ви по соб­ствен­ной воле. Цер­ковь офици­аль­но объяв­ляет об этом в фев­рале 1901 года.

24 фев­раля в жур­нале «Церков­ные ведо­мости», издава­емом при Святей­шем правитель­ствующем сино­де – орга­не, ведав­шем дела­ми Русской право­слав­ной цер­кви, публикуется текст Определения Святей­ше­го си­но­да от 20-22 фев­раля 1901 года №557, «с пос­ла­нием вер­ным ча­дам Православные Грекороссийские Церкви о Гра­фе Льве Толстом». Этот документ сви­де­тельству­ет об от­па­де­нии пи­са­теля от цер­кви. Ана­фе­ма же Толстому ни в од­ном из хра­мов Российской импе­рии не про­воз­гла­шалась, и де­тали сю­жета извест­ного рас­ска­за Александра Куприна «Анафема» (1913) явля­ют­ся ху­до­же­ствен­ным вы­мыслом.

Источник: https://www.livelib.ru/articles/post/29939-sem-mifov-o-tolstom

Мифы

Семейный проект был для молодого Толстого главной, преимущественной целью. Рано осиротев, он с юных лет меч­тал о соб­ствен­ной семье, в ко­то­рой непременно будут дети. В 1862 году писатель же­нит­ся, и один за дру­гим у не­го появляются сыновья и дочери. Семья была большой — из три­над­ца­ти ро­див­ших­ся детей до совершеннолетия дожили восемь.

Наравне с Софьей Андреевной Лев Николаевич принимал участие в вос­пи­та­нии детей, их образ­ова­нии, про­во­дил с ни­ми мно­го вре­мени, при­ду­мы­вал для них иг­ры. Он пре­крас­но на­хо­дил с де­тьми об­щий язык, но был сдер­жан во внеш­них про­яв­ле­ни­ях люб­ви и неж­ности. «За всю мою жи­знь ме­ня отец ни ра­зу не при­лас­кал. Это не зна­чит, что­бы он ме­ня не лю­бил.

На­про­тив, я знаю, что он лю­бил ме­ня, бы­ва­ли пе­ри­оды, ко­гда мы бы­ли очень близ­ки друг дру­гу, но он ни­ког­да не вы­ра­жал сво­ей люб­ви откры­той пря­мой лас­кой и всег­да как бы сты­дился ее проявления» (И.Л. Толстой. Мои воспоминания).

Любовное описание еще ма­лень­ких де­тей и оте­чес­кие на­став­ления под­рос­шим де­тям, жизнь ко­то­рых Тол­стой, бы­ва­ло, не одоб­рял, но ко­то­рых все же лю­бил, про­не­се­ны че­рез его днев­ники и пись­ма. «Стар­ший [Сергей] бе­ло­курый, — не дурен. Есть что-то сла­бое и тер­пе­ли­вое в вы­ра­же­нии и очень крот­кое.

Когда он сме­ется, он не за­ра­жает, но ког­да он пла­чет, я с тру­дом удер­жи­ваюсь, что­бы не пла­кать Илья, тре­тий. Ни­ког­да не был бо­лен. Ши­ро­ко­кост, бел, ру­мян, си­яющ. Учит­ся ду­рно.

Всегда ду­ма­ет о том, о чем ему не ве­лят ду­мать. Иг­ры вы­ду­мы­вает сам. Акку­ра­тен, бе­ре­жлив: «мое» для него очень важ­но. Го­ряч и violent*, сей­час драться; но и не­жен и чув­стви­те­лен очень Илья по­гиб­нет, ес­ли у не­го не будет стро­гого и лю­би­мого им ру­ко­во­ди­теля.

Летом мы ездили купаться; Сере­жа вер­хом, а Илью я са­жал к се­бе за сед­ло. Выхожу утром, оба ждут. Илья в шля­пе, с про­стыней, ак­ку­рат­но, си­яет, Сережа от­куда-то при­бе­жал, за­пы­хав­шись, без шля­пы. «Най­ди шля­пу, а то я не возь­му». Сережа бе­жит ту­да, сюда. Нет шляпы.

«Нечего де­лать, без шля­пы я не возь­му тебя. – Тебе урок, – у те­бя всег­да все потеряно». Он готов плакать. Я уезжаю с Иль­ей и жду, бу­дет ли от не­го вы­ра­жено со­жа­ление. Ни­ка­кого. Он си­яет и рас­суж­да­ет об ло­ша­ди. Же­на застает Сережу в сле­зах. Ищет шляпу – нет.

Она до­гадыва­ется, что ее брат, ко­то­рый по­шел рано утром ловить рыбу, надел Сережину шляпу. Она пишет мне записку, что Сережа, ве­ро­ят­но, не вино­ват в про­паже шля­пы, и при­сы­лает его ко мне в кар­тузе. (Она уга­дала.) Слы­шу по мос­ту ку­паль­ни стре­ми­тель­ные ша­ги, Сережа вбегает. (Дорогой он по­те­рял за­пис­ку.

) И на­чи­нает ры­дать. Тут и Илья то­же, и я не­множ­ко» (Письмо к А.А. Толстой от 26 октября 1872 года).

*violent (франц.) – вспыльчив

Источник: http://mythsabouttolstoy.tilda.ws/

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector