Шельмование: почему это было самое унизительное наказание для русских дворян

Когда в 1801 году умерла помещица Дарья Салтыкова, одной кровавой фигурой в Российской империи стало меньше, ибо Салтычиха за свою жизнь зверски замучила многих крепостных.

Дарья Салтыкова

Так, дворовую свою Максимову она собственноручно била скалкой по голове, жгла волосы лучиной.

Девок Герасимову, Артамонову, Осипову и вместе с ними 12-летнюю девочку Прасковью Никитину помещица велела конюхам сечь розгами, а после того едва стоявших на ногах женщин заставила мыть полы. Недовольная их работой, она снова била их палкой.

Когда Авдотья Артамонова от этих побоев упала, то Салтыкова велела вынести ее вон и поставить в саду в одной рубахе (был октябрь). Затем помещица сама вышла в сад и здесь продолжала избивать Артамонову, а потом приказала отнести ее в сени и прислонить к углу.

Там девушка упала и больше не поднималась. Она была мертва. Агафью Нефедову Салтычиха била головой об стену, а жене своего конюха размозжила череп железным утюгом.

Дворовую Прасковью Ларионову забили на глазах помещицы, которая на каждый стон жертвы поминутно выкрикивала: «Бейте до смерти»! Когда Ларионова умерла, по приказу Салтычихи ее тело повезли хоронить в подмосковное село, а на грудь убитой положили ее грудного младенца, который замерз по дороге на трупе матери.

Всего на совести Дарьи Салтыковой не меньше 138 погубленных жизней. За это она и попала под суд Екатерины II. Преступницу-дворянку приговорили выставить на один час к позорному столбу с вывеской на груди «мучительница и душегубица», а затем заключить в оковы и отвезти в женский монастырь, где содержать до смерти в специально для того устроенной подземной камере без доступа дневного света.

2. Александра Козловская

Поведение с крепостными людьми другой дворянки, княгини Александры Козловской, и вовсе было таково, что, по замечанию Шарля Массона, помещица «олицетворяла в себе понятие о всевозможных неистовствах и гнусностях».

Кроме того, что наказания, которым Козловская подвергала своих слуг, носили часто извращенный характер, они отличались просто патологической жестокостью: в частности, она приказывала раздевать людей при себе догола и натравливала на них собак.

Массон писал о том, как она наказывала своих служанок: «Прежде всего, несчастные жертвы подвергались беспощадному сечению наголо; затем свирепая госпожа, для утоления своей лютости, заставляла класть трепещущие груди на холодную мраморную доску стола и собственноручно, со зверским наслаждением, секла эти нежные части тела.

Я сам видел одну из подобных мучениц, которую она часто терзала таким образом и вдобавок еще изуродовала: вложив пальцы в рот, она разодрала ей губы до ушей…».

3. Николай Струйский

Потомственный дворянин коллекционировал орудия пыток. Коллекцию он держал в подвале усадьбы, время от времени спускаясь туда и устраивая суд «понарошку» над одним из своих крепостных.

Приговор в данном случае был далеко не «понарошечный». Как правило, «подсудимого» приговаривали к такому наказанию — замучить до смерти с помощью любовно собранных со всей Европы орудий пыток.

Николай Струйский

Еще одно «увлечение» Струйского — домашний тир, где крепостных заставляли бегать в ограниченном пространстве, а хозяин вел по ним огонь из ружей и пистолетов. В кровавых забавах помещика-садиста погибли более двухсот крестьян, причем окончательная цифра так и неизвестна.

Струйского никто не судил за его «забавы», и умер он в преклонном возрасте в своем богатом имении.

После смерти помещика крепостные крестьяне разнесли по кирпичикам барский дом, в подвале которого хранилась пыточная коллекция садиста-графомана. Причиной неуязвимости Струйского были огромные богатства, которые достались ему благодаря бунту Пугачева.

Дело в том, что в Пензенской губернии восставшие вырезали под корень многочисленную родню Струйского, который и унаследовал их имения.

4. Лев Измайлов

Лев Измайлов

А вот страстью помещика Измайлова была охота. У него на псарне только в одной усадьбе, при селе Хитровщина, содержалось около 700 собак. И жили они в куда лучших условиях, чем измайловские дворовые слуги. Каждая собака имела отдельное помещение, отменный корм и уход, в то время как крепостные скучивались в смрадных тесных помещениях, питались несвежей пищей и годами ходили в истрепанной от времени одежде, потому что барин не велел выдавать.

Как-то за обедом Измайлов спросил прислуживавшего ему старого камердинера: «Кто лучше: собака или человек?» Камердинер на свою беду ответил, что даже сравнивать нельзя человека с бессловесной неразумной тварью, за что барин в гневе тут же проткнул ему руку вилкой, и, обернувшись к стоявшему рядом дворовому мальчику, повторил свой вопрос. Мальчик от страха прошептал, что собака лучше человека. Смягчившийся помещик наградил его серебряным рублем.

Выезд помещика Измайлова на охоту был для крестьян беспокойным временем. За удачную травлю зверя барин мог щедро наградить, но за ошибки и промахи следовала немедленная кара. За упущенного зайца или лису крепостных пороли прямо в поле, и редкая охота обходилась без суровых наказаний.

Звериная травля не всегда была основной целью помещика. Часто охота заканчивалась грабежом прохожих на дорогах, разорением крестьянских дворов, насилием над их домашними, в том числе женами.

Общеизвестный факт, что Измайлов содержал гарем из дворовых девушек, многие из которых были малолетними. Число наложниц помещика-самодура было постоянным и по его капризу всегда равнялось тридцати, хотя сам состав постоянно обновлялся.

Девушек барин не только развращал, но и жестоко наказывал: их пороли кнутом, одевали на шею рогатку, ссылали на тяжелые работы.

Казалось бы, после такого Измайлов не мог избежать наказания. Однако Сенат оказался чрезвычайно милостив к помещику, учредив над ним опеку.

5. Виктор Страшинский

Пятьсот с лишним женщин и девушек изнасиловал и дворянин Виктор Страшинский из Киевской губернии.

Причем многие из его жертв были не его собственными крепостными, а крестьянками дочери, Михалины Страшинской, владелицы имения в селе Мшанец.

По свидетельству настоятеля мшанецкого храма, помещик постоянно требовал присылать в свою усадьбу, село Тхоровка, девушек и жен для плотских утех, а если присылка почему-либо задерживалась — приезжал в село сам.

Против Страшинского возбуждали четыре судебных дела, однако расследование тянулось беспрецедентно долго. От первых обвинений до приговора прошло без малого 25 лет.

А мера наказания, избранная императором Александром II, как и в случае с Измайловым, привела в изумление русское общество: «1) Подсудимого Виктора Страшинского (72 лет) оставить по предмету растления крестьянских девок в подозрении.

2) Предписать киевскому, подольскому и волынскому генерал-губернатору сделать распоряжение об изъятии из владения Страшинского принадлежащих ему лично на крепостном праве населенных имений, буде таковые окажутся в настоящее время, с отдачею оных в опеку…».

Источник: https://www.factroom.ru/istoriya/russian-landlords

Шельмование — это… что такое шельмование?

  • шельмование — обговаривание, опозоривание Словарь русских синонимов. шельмование сущ., кол во синонимов: 2 • обговаривание (9) • …   Словарь синонимов
  • ШЕЛЬМОВАНИЕ — в русском праве в 1716 1766 вид позорящего наказания для дворян, приговоренных к смертной казни, вечной ссылке и т. п. Заключалось в объявлении виновного вором (шельмой) и в преломлении над его головой шпаги. Сопровождалось лишением дворянства и… …   Большой Энциклопедический словарь
  • шельмование — ШЕЛЬМОВАТЬ, мую, муешь; ованный; несов., кого что. Позорить, бесчестить. Ш. чьё н. честное имя. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949 1992 …   Толковый словарь Ожегова
  • ШЕЛЬМОВАНИЕ — ШЕЛЬМОВАНИЕ, в русском праве в 1716 66 вид позорящего наказания для дворян, приговорённых к смертной казни, вечной ссылке и т. п. Заключалось в объявлении виновного вором (шельмой) и в преломлении над его головой шпаги. Сопровождалось лишением… …   Русская история
  • Шельмование — в русском праве в 1716 1766 вид позорящего наказания для дворян, приговоренных к смертной казни, вечной ссылке и т. п. Заключалось в объявлении виновного вором (шельмой) и в преломлении над его головой шпаги. Сопровождалось лишением дворянства и… …   Политология. Словарь.
  • ШЕЛЬМОВАНИЕ — в России в 1716 1766 гг. вид позорящего наказания для дворян, осужденных на смертную казнь или вечную ссылку. Ш. введено Воинским уставом Петра I в 1716 г., перешло затем в практику общегражданских судов. Процедура Ш. заключалась в преломлении… …   Юридическая энциклопедия
  • шельмование — см. Шельмовать. * * * шельмование в русском праве в 1716 66 вид позорящего наказания для дворян, приговорённых к смертной казни, вечной ссылке и т. п. Заключалось в объявлении виновного вором (шельмой) и в преломлении над его головой шпаги.… …   Энциклопедический словарь
  • Шельмование — (от нем. schelmen шельмовать, объявлять подлецом)         в России в 1716 66 вид позорящего наказания для дворян, осуждённых на смертную казнь или вечную ссылку. Ш. введено Воинским уставом Петра I в 1716, перешло затем в практику общегражданских …   Большая советская энциклопедия
  • Шельмование — см. Вне закона …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона
  • ШЕЛЬМОВАНИЕ — в России в 1716 1766 гг. вид позорящего наказания для дворян, осужденных на смертную казнь или вечную ссылку. Ш. введено Воинским уставом Петра I в 1716 г., перешло затем в практику общегражданских судов. Процедура Ш. заключалась в преломлении… …   Энциклопедический словарь экономики и права

Источник: https://dic.academic.ru/dic.nsf/lower/19358

Что для русских мужчин было самым страшным унижением

Сильный пол

Речь, разумеется, о мужчинах. Женщины в силу того, что жили, по большей части, затворницами, публичным наказаниям подвергались намного реже мужчин. И в силу тех же причин любое наказание для женщины было унизительным и позорным.
Какие же наказания для мужчин были самыми унизительными?

Телесные наказания

Во всех культурах мира телесные наказания бытовали (а в иных и бытуют до сих пор) с незапамятных времен, и всюду они считаются не только болезненными, но и крайне унизительными.
В России до XVIII столетия подвергнуть телесному наказанию могли человека любого сословия.

Бояр били кнутом прилюдно так же как и людей простого звания, все зависело от воли царя, перед которым все были в равной степени холопы – и знать и крестьяне. При этом если человеку наносили удары по телу, прикрытому одеждой, то урона чести в этом не было никакого, так, отеческое вразумление. А вот обнажение хоть на городской площади, хоть в застенке, бесчестило человека.

Речь, разумеется, о людях дворянского и боярского сословия, поскольку у простого («подлого») народа никакой чести не было по определению.
Телесные наказания могли производиться публично, на торговой площади. Тогда они так и назывались – «торговая казнь». Наказание кнутом иной раз означало смертную казнь, настолько тяжелыми и калечащими были удары кнутобойца.

Наказание плетьми или розгами было легче, здесь речь шла, как правило, именно о публичном унижении человека.
Телесные наказания для дворян были отменены Екатериной II.

Лишение бороды

Одно из самых страшных действий против русского человека, безусловно, лишающего его чести, было выдирание или отрезание у него бороды.
Судебные кодексы первых русских князей, называемые «Правды», предусматривают очень суровое наказание за покушение на бороду. При Ярославе Мудром за это полагался штраф в 12 гривен.

Такой же, как за удар, нанесенный батогом, чашей или тыльной стороной оружия. Как видим, речь идет не о серьезных увечьях, а именно об унижении, нанесении урона чести. Согласно «Псковскому судебнику» XIV века за ущерб, нанесенный бороде, полагался штраф 2 рубля, в то время, как за убийство человека – 1 рубль.

Не зря бытовала поговорка «Режь наши головы, не тронь наши бороды», в том именно смысле, что честь дороже жизни.

«Петр I стрижет бороды боярам». Картина Дмитрия Белюкина, 1985 год.
Не случайно царь Иван Грозный, обожавший издеваться над знатным боярством, практиковал такой способ «отеческого поучения» подданных, как таскание за бороду. При нем же был в ходу и такой способ экзекуции: провинившемуся выдергивали бороду волосок за волоском. Длилось это иногда часами, человек испытывал при этом не столько физические, сколько нравственные страдания.
Весьма унижающим актом было и плюнуть кому-либо в бороду. Такое применялось, по большей чести, в частных стычках. После плевка следовал удар во всю силушку, поскольку только таким образом можно было смыть оскорбление. Стерпевший плевок лишался чести и всякого уважения.
Если так тяжело переносилось одно лишь покушение на целостность и красоту бороды, то каково же было русскому мужчине ее лишиться? Неудивительно, что требование Петра сбривать бороды вызвало настоящий шок в русском обществе. Это воспринимали, как настоящую кару. Многие предпочитали платить немаленькую «бородовую пошлину», лишь бы не лишиться этого символа мужской чести.

Читайте также:  Почему князь дмитрий пожарский называл себя козьмой

Калечащие казни

До конца XIX столетия в России были распространены унизительные калечащие казни, навсегда лишающие человека уважения в порядочном обществе. Это рвание ноздрей и клеймение.
Первоначально ноздри рвали в наказание за курение, но впоследствии сделали эту процедуру общей для всех каторжников-рецидивистов.

Рваные ноздри лучше любого документа сообщали о статусе человека. То же касается и клеймения. Осужденному на каторгу человеку выжигали на лбу букву «В», а на щеках «О» и «Р», что означало «вор». Такое «украшение» на лице навеки позорило человека и выводило его из круга порядочных людей.

При этом, женщин, даже осужденных на каторжные работы, клеймению не подвергали.

Позорящие казни

Специальные процедуры, направленные на публичное унижение, стали применять к дворянам с XVIII столетия, то есть, с тех пор, как появилось осознание того, что с дворянством нельзя поступать так же, как с прочим народом.

Осужденного привозили на специальных «позорных» черных дрогах к позорному столбу, ставили рядом со столбом на колени. После этого палач преломлял над его головой шпагу, лишая, тем самым, дворянской чести.

При этом, в зависимости от приговора, перед тем, как сломать шпагу, палач мог ударить коленопреклоненного преступника по лицу.

При Петре I бытовало «шельмование» — «тяжелое чести нарушение, которого имя на виселице прибито, и шпага его от палача переломлена, и вором (шельм) объявлен будет».
После этого осужденный, как правило, отправлялся на каторгу. Подобные казни были совершены над декабристами, Чернышевским и т.п.
Публику попроще тоже могли наказать позором, заковав в кандалы или в колодки, и выставив на всеобщее обозрение. Колодки для этих целей были в каждой деревне и хранились у церковного сторожа. Бражников, картежников, непослушных слуг и других мелких преступников могли выставить в таком виде в зависимости от тяжести правонарушения на несколько часов или на сутки.
Отсюда: bravedefender.ru

Доверительное управление квартирами и домами в Калининграде по сдаче в аренду на vk.com/dom39_kaliningrad.   Собственник отдыхает, а мы следим за его жильем и перечисляем ему арендную плату от арендаторов.

Грузоперевозки, услуги грузчиков Калининград — vk.com/gruz39bb — Перевозка мебели, бытовой техники. Перевозим диваны, стиралки, холодильники, мелкие личные вещи.

Источник: http://vyshen.ru/chto-dlya-russkih-muzhchin-bylo-samym-strashnym-unizheniem/

Жестокий век

Как менялись преступления и наказания от Петра I до Павла I

Подготовил Виталий Рыжов

Кремль и наказания. Гравюра Адама Олеария из «Описания путешествия Голштинского посольства в Московию и Персию». Шлезвиг, 1647 годИллюстрация из российского переиздания книги «Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно» 1906 года. © booksite.ru

XVIII век в России был веком развития уголовного права. Власти пересматривали свое отношение к преступлениям, вводились новые нормы, в том числе смягчающие наказание.

Тем не менее в документах, заменявших в то время Уголовный кодекс, можно найти наказания за проступки, которые сегодня выглядят по меньшей мере странно, необычно или несоразмерно.

Хотя для того времени подобные наказания и преступления были в порядке вещей.

Петр I

При Петре функции Уголовного кодекса выполнял Воинский устав 1716 года. Несмотря на изначальную его подготовку в качестве нормативно-правового акта для армии, положения устава, касающиеся наказаний, применялись начиная с апреля 1716 года и в судах общего производства, то есть для всех.

Правда, далеко не все положения устава могли быть применимы к гражданским лицам, а потому суды руководствовались специальными выборками из основного уголовного закона того времени.

Стоит отметить, что по сравнению с также действовавшим в то время Соборным уложением 1649 года устав существенно расширил список преступлений, за которые полагалась смертная казнь или членовредительство.

Преступления против государя

Артикул воинский. Параллельное издание на русском и немецком языках. 1753 год © dic.academic.ru

Артикул воинский 1715 года, в числе других документов входящий в состав Воинского устава, был главным источником уголовного права того времени и захватывал широкий круг преступлений. Уже с самых первых строк документ предписывал наказания за преступления, которые сегодня преступлениями не являются. Среди них — колдовство, чернокнижие и идолопоклонство, которые наказывались заключением в кандалы и шпицрутенами, а в особо тяжелых случаях, когда колдовство причинило ущерб, они могли привести на костер. Участь колдуна могла быть смягчена, если ему удавалось доказать в суде, что он хоть и колдовал, но ни в какие отношения с дьяволом не вступал.

Особое внимание в законодательстве XVIII века уделялось охране монаршей особы. Даже брошенные в адрес государя «непригожие речи» уже считались преступлением, так как слову все еще приписывалась магическая сила.

Одно неосторожно или умышленно сказанное о государе или государыне злое слово или, того хуже, угроза в их адрес расценивались как попытка покушения на жизнь монарха и карались соответственно: кнутом, ссылкой в Сибирь, смертной казнью.

Нередко доходило до курьезов. В 1703 году дмитровского посадского Михаила Большакова сурово наказали за опрометчиво брошенную своему портному фразу относительно введенной царем одежды: «Кто это платье завел, того бы я повесил». Тщетно пытался доказать Большаков следствию, что под «заводчиками» платья он имел в виду немцев, а вовсе не государя Петра Алексеевича.

Быть врачом при дворе в XVIII веке было так же опасно, как и несколькими столетиями раньше. В 1740 году казнили придворного лекаря Вахтлера, который недостаточно заботился о здоровье императрицы.

Наказание палками. Иллюстрация из «Путешествия по России». 1731 год © Bridgeman Images / Fotodom

Наказание полагалось не только тем, кто бросался пустыми угрозами. Уже после смерти Петра, в 1744 году, Аксаков, придворный шут Елизаветы Петровны, решил порадовать и насмешить императрицу, принеся ей в шапке ежика.

Царица же испугалась, а шута отправили под следствие. Причем Елизавета Петровна допускала, чтобы к шуту были применены пытки.

Следствие постановило, что Аксаков с помощью ежа пытался напугать царицу, подорвав ее здоровье вызванным страхом.

Даже оговорка могла стать причиной для наказания. В 1729 году в Ярославле купец Пастухов, который в ссоре пригрозил своему сыну кнутом. Сын вполне резонно ответил, что без указа государева кнутом наказывать не полагается.

Отец ответил: «Ваш то-де Пилат в Москве, а я-де дома». Как потом он показывал на следствии, вместо «Пилат» он хотел назвать титул — «инпилатор», да не выговорил. Несмотря на подтверждение его слов двумя свидетелями, наказания избежать купцу не удалось.

Купец Пастухов был бит кнутом.

Много внимания уделялось тем, кто распевал «непристойные песни». При этом содержание их варьировалось от действительно скабрезного до вполне невинного, но рассказывающего о жизни монарших особ. Таких певцов сначала жестоко пытали на следствии, а затем отправляли в ссылку в Сибирь, часто уже без языка.

Преступлением против власти государя считалось приравнивать себя к царю, пусть даже иносказательно, в пьяном запале или в шутку, или, что еще хуже, ставить себя выше царя. Людей приговаривали к различным наказаниям и за «название своего житья царством», как это отмечалось в юридических документах того времени.

Наказание без преступления

Наказанию в XVIII веке можно было подвергнуться, даже не совершая преступления: достаточно было подозрения, которое являлось вполне официальным юридическим термином той эпохи.

Людей наказывали только за то, что они могли совершить преступление или состояли в дружеских или родственных связях с преступником.

Показателен случай Андриса Фалька, слуги лифляндца Стакельберга, сосланного в Оренбург только за то, что он мог слышать крамольные речи своего господина, ранее отправленного в ссылку в Сибирь. Расследование в таких случаях проводилось поверхностно либо не проводилось вовсе.

Подданный, какого бы сословия он ни был, считался собственностью государя, а потому даже самоубийство было провинностью, за которую следует наказывать. «Ежели кто сам себя убьет, то подлежит тело его палачу в бесчестное место отволочь и закопать, волоча прежде по улицам или обозу», — гласил Воинский устав. Курьезно, что за попытку самоубийства полагалась смертная казнь.

Человек — государственная собственность

Отношение императора к своим подданным как к собственности особо распространялось на солдат и офицеров, и любые попытки ее «испортить» жестко пресекались. Любая драка или дуэль были прямым покушением на государственную собственность.

При этом наказания для солдат применялись средневековые. За угрозу другому оружием провинившемуся могли отсечь руку, за участие в поножовщине — пробивали руки насквозь ножом или гвоздями.

Воровство казенного имущества, грабеж и разбой карались архаичными способами: отсечением ушей и носа, колесованием и смертной казнью. Хотя можно было отделаться и заключением в кандалы или ссылкой — все зависело от степени тяжести преступления.

Наказывали офицеров и солдат и за «все непристойные, подозрительные сходбища и собрания воинских людей, хотя для советов каких-нибудь (хотя и не для зла) или для челобитья, чтоб общую челобитную писать»  Артикул воинский, 1715 год.. Подобное поведение расценивалось как попытка бунта и каралось смертной казнью. К попытке поднять бунт приравнивалось даже высказанное вслух недовольство не выплаченным вовремя жалованьем.

Для проштрафившихся офицеров, помимо таких привычных наказаний, как арест, лишение жалованья и чина, предполагались и более экстравагантные меры.

Например, за брань или легкие побои, нанесенные другому офицеру, преступнику, помимо прочего, предписывалось «у обиженного, стоя на коленках, прощения просить и в готовности быть от обиженного равную месть принять».

То есть сохранялся древний принцип талиона  Lex talionis (лат.) — закон возмездия. — закон равного воздействия, «око за око, зуб за зуб».

Дуэли, согласно Воинскому уставу, были под строжайшим запретом. Наказанию за один только вызов могли подвергнуться и сам инициатор дуэли, и принявший его, и даже слуга, это послание доставивший. Последний, впрочем, освобождался от ответственности, если не знал о содержании письма.

Если же дуэль все-таки состоялась, но никто не был ранен или убит, наказание за подобное предполагалось одно — смертная казнь, в том числе и для секундантов и свидетелей дуэли.

Погибшего же на дуэли приговаривали к посмертному повешению вместе с оставшимися в живых дуэлянтом и свидетелями.

Недонесение о преступлении также было серьезным преступлением. Так, услышавший богохульство из уст другого, но не сообщивший об этом подвергался такому же наказанию, как и сам богохульник. Подобная норма действовала и в отношении тех, кто знал о готовящейся измене, сношениях с неприятелем, призывах к бунту и ряде других тяжких преступлений против государства.

Наказание кнутом. Иллюстрация из «Путешествия по России». 1731 год © Bridgeman Images / Fotodom

После Петра I

Во время правления Анны Иоанновны и Елизаветы Петровны продолжали действовать петровские законы и, соответственно, наказания.

Особенно широко их применяли при Анне Иоанновне, которая вошла в историю как жестокая правительница.

 Казнили при Анне Иоанновне не только за преступления против государственной власти — так же продолжали преследовать за переход в другую веру, старообрядчество, чернокнижие и колдовство.

При Елизавете членовредительские наказания и каторга стали применяться более широко вместо смертной казни, отмененной императрицей.

Сделано это было из-за обета Елизаветы Петровны, которая зареклась лишать кого бы то ни было жизни в случае, если взойдет на престол.

Однако в самом начале правления Елизаветы смертная казнь все-таки применялась за некоторые государственные преступления. Согласно указу от 13 марта 1742 года смертная казнь полагалась «перебежчикам в Швецию».

Екатерина II

Эпоха Екатерины II характеризовалась смягчением уголовного наказания за преступления. Смертная казнь применялась редко, а орудия пытки и наказания, за исключением кнута, были запрещены.

Читайте также:  Зачем в 1764 году сибири дали право чеканить собственные монеты

Также появилось разделение преступлений на «вредные» (или «важные») и совершенные без умысла, в нетрезвом виде или по неосторожности.

За последние тоже полагалось наказание, но цели его были не карательные, как раньше, а воспитательные.

Тем не менее даже в воспитательных целях можно было получить свою долю ударов плетью, и список таких проступков был обширным.

В их числе — называть себя «государем» или «императором», называть императорский указ «воровским», сквернословить или не снимать шапки при чтении указа, отказываться без уважительной причины от прослушивания государева указа, вслух сочувствовать преступникам, не праздновать торжественных дней без уважительной причины, отказ выпить за здравие государя и ряд других. За подобные проступки раньше можно было подвергнуться жестокой экзекуции или вовсе лишиться жизни. Теперь же в качестве меры наказания избиралось «посечение плетью».

Похвала розге. Лубок из собрания Дмитрия Ровинского. 1881 годАтлас «Русские народные картинки», том I, лист 240.  © grafika.ru/Fotodom

Павел I

Следующий виток назначения суровых наказаний за проступки и преступления, которые сегодня таковыми не выглядят, начался после вступления на престол Павла I.

Новый государь старательно начал уничтожать все наследие своей матери, в том числе и в сфере наказаний.

Как писал литератор и государственный деятель Дмитрий Николаевич Блудов, «это была ломка всего екатерининского, порывистые проявления безумия и своеволия — работа страшная и непрестанная!».

Из попытки восстановить расшатанное, как ему казалось, матерью самодержавие вытекали многочисленные анекдотические запреты Павла I. Среди них такие, как запрет на фраки, ботинки со шнурками, вальс, на круглые шляпы и многое-многое другое.

Сохранилась записка царя Петру Палену  Петр Алексеевич Пален (1745–1826) — сподвижник Павла I, генерал кавалерии, правитель Рижского наместничества, генерал-губернатор Курляндии и военный губернатор Петербурга. Позднее возглавил заговор против Павла I.

: «Офицера сего нашел я в тронной у себя в шляпе. Судите сами. Павел». Какая конкретно шляпа навлекла на себя гнев государя и что стало с проштрафив­шимся офицером — неизвестно.

Но учитывая, что едва ли не каждое брошенное Павлом I слово принималось окружением как приказ к действию, судьбе провинившегося вряд ли можно позавидовать.

После опубликования указа о том, что всем служащим необходимо появляться в общественных местах исключительно в положенном по должности мундире, многие попросту не успевали или не имели возможности пошить себе новый костюм.

Доходило до курьезов: чтобы избежать наказания за неисполнение царского указа, люди закалывали булавками круглые шляпы на манер треуголок, подворачивали длинные брюки до колен, напудривали волосы и прикалывали сзади накладную косицу, чтобы создавалось впечатление парика.

Для надзора за выполнением царского указа по улицам ходили солдаты и мушкетеры, которые палками сшибали с людей неуставные головные уборы, а неподобающую одежду разрывали в клочья прямо на владельце.

Под запрет попали не только предметы гардероба, но и некоторые слова: из словарей вычеркнули «клуб», «общество», «гражданин», так как они были тесно связаны с Французской революцией. Соответственно, употребление этих слов в разговоре, нарочно или случайно, приравнивалось едва ли не к попытке поднять мятеж.

В столице был введен комендантский час: в девять вечера приказывали гасить огни, а перекрытые рогатками улицы патрулировались солдатами.

Бунтарские идеи, попытки обратиться к «просвещению» Павел I не мог простить даже собственному сыну.

Однажды, обнаружив на столе у старшего сына — будущего императора Александра I — пьесу Вольтера «Брут», царь молча поднялся в свои покои, нашел в библиотеке книгу о жизни Петра I, отметил страницу с описанием суда над царевичем Алексеем, пыток над ним и казни и велел передать фолиант Александру.

Больше всего доставалось обласканному в екатерининское время дворянству и придворным.

Согласно воспоминаниям Федора Головкина, церемониймей­стера при дворе Павла I, государь очень любил разнообразные церемонии, нарушителей которых карали достаточно строго.

Так, Павел требовал, чтобы «государеву руку целовали и становились перед ним на одно колено при всяком случае, и не так, как раньше, только для вида; требовалось, чтобы государь слышал стук колена об пол и чувствовал поцелуй на своей руке».

Немецкая муштра, которую ввел Павел I в армии, проявлялась и в усиленном внимании к поведению офицеров. Наказать могли за пьянство, за «нерадение», за «упущение по службе».

Нередко случалось, что провинившихся в чем-то офицеров прямо со смотра отправляли в ссылку в отдаленные полки.

Нормой того времени стало, что, собираясь на парад или смотр, офицеры брали с собой крупную сумму денег, чтобы не остаться без средств в случае внезапной ссылки.  

Источник: https://arzamas.academy/materials/794

История "наказаний" на Руси и способы исполнения некоторых из них

Телесные наказания распределялись на три категории:1.Членовредительные (изувечивающие) – лишение человека какой-либо части тела или ее повреждение (ослепление, вырезание языка, отсечение руки, ноги или пальцев, отрезание ушей, носа или губ, кастрация).2.

Болезненные — причинение физического страдания путем нанесения побоев различными орудиями (кнут, плети, батоги (палки), шпицрутены, розги, кошки, линьки).3.

Осрамительные (позорящие) — наибольшее значение имеет опозорение наказываемого (например, выставление у позорного столба, клеймение, наложение оков, бритье головы).

Первая группа привнесена в Россию из Византии вместе с распространением христианства, вторая впервые законодательно установлена в Судебнике 1497 года, третья упоминается в тексте Двинской уставной грамоты 1397 года.

Клеймение введено указом царя Михаила Федоровича: в 1637 году на щеке у преступников стали клеймить слово «вор», позже замененное на одну большую букву «В». Использовались и другие варианты: бунтовщиков 1662 года (знаменитый «Медный бунт») клеймили литерой «Б».

Отсечение рук и пальцев.

По Уложению 1649 года руки лишались те, кто: в присутствии государя замахивался на кого-нибудь оружием, ранил другого на государевом дворе, при насильственном въезде на чужой двор или судью в приказе. Эта кара назначалась вору за кражу лошади на службе либо укравшему в третий раз на государевом дворе.

Кроме того, подьячему за подлог (неправильное составление судного списка) и площадному подьячему за написание заочно земной кабалы. Один палец отсекали за легкую рану, два пальца левой руки — за татьбу (воровство) в первый раз.

Левую руку по запястье — за две кражи, за нанесение тяжелой раны, за покушение на своего господина и за третью кражу рыбы из садка или пруда. Левую руку и правую ногу отрубали за один разбой, за церковную кражу, за убийство в драке в пьяном виде с ограблением убитого и за второй грабеж.

В 1653 году смертная казнь для воров и разбойников заменили членовредительным наказанием. Руки, ноги, пальцы отрубали также за корчемство (содержание питейных заведений), фальшивомонетничество (выделку воровских медных денег).

Кнут.

Наказание кнутом требовало большого искусства. Палач отходил на несколько шагов от преступника, взмахивал кнутом обеими руками над головой и с громким криком быстро приближался, опуская кнут на спину. К телу прикасался только хвост кнута. Линия одного удара не могла пересекать линию другого.

Ударив, палач смахивал с ремня кровь и кожу; кнут размягчался, и после десяти ударов его сменяли.Наказание совершалось медленно, «ударов 30 или 40» в час. Многие умирали под кнутом. Исход зависел не столько от количества ударов, сколько от их силы.

Иногда наказываемые выдерживали и 300 удары, а иногда первый же удар ломал позвоночник.

Батоги.

Более легким наказанием считалось битье батогами, т.е. палками или толстыми прутьями с обрезанными концами. Ими выколачивали подати и недоимки; господа били ими слуг, а служилые люди — подчиненных. По суду их назначали за воровство, дурные слова про царя, за ложное слово и дело.

«Был бит батогами крестьянин Иван Григорьев за то, что пьяный назвал своего сына государевым семенем.При наказании виновного клали на землю лицом вниз; один палач садился ему на ноги, другой на голову, обхватив коленями его шею.

Каждый брал по два прута толщиной в мизинец и били виновного по спине и ниже до тех пор, пока распорядитель наказания не прекращал его или пока не ломались батоги. Побои по животу, бедрам и икрам считались беззаконием.

Во время производства экзекуции преступник должен был кричать «виноват», а по окончании кланяться палачам в ноги. Если он этого не делал, то его били до тех пор, пока он не закричит «виноват».

Закапывание в землю «живьем» завершает варварский цикл пенитенциарной системы рассматриваемой нами эпохи, точнее — цикл регламентированных телесных наказаний. В русском уголовном праве использовалось также колесование, подвешивание за ребро, заливание горла металлом (для фальшивомонетчиков).

Но это скорее история смертной казни. Закапывание в землю так, чтобы торчала только голова, применялось к женщинам, отравительницам своих мужей. К казнимым приставляли надсмотрщика, который не позволял давать им ни есть, ни пить.

Иногда несчастных откапывали еще живыми и отдавали в монастырь на вечное заточение.

Эпоха Петра Первого.

При Петре Великом применение кнута («торговая казнь») назначалась или самостоятельно, или как составная часть процедуры политической смерти, в последнем случае вместе с клеймением.

В начале царствования Петра клеймили наложением орла на щеку («заорлить в щеку»), а позднее в двух видах: для тяжких преступников — вырезанием ноздрей,для менее важных — клеймением буквой «В».

Торговая казнь признана по Уставам воинскому и морскому и по Генеральному регламенту лишала наказанного чести и даже права служить солдатом. Для солдат и матросов в эпоху Петра I введены новые виды телесных наказаний — шпицрутены и кошки соответственно.

Шпицрутены.

Немецкие шпицрутены — гибкие прутья длиной около сажени и несколько меньше вершка в диаметре (2,1 м в длину и менее 4,5 сантиметров в диаметре). Процедура наказания была крайне жестокой.

Обнаженного до пояса осужденного проводили сквозь два длинных ряда солдат, у каждого в руке был шпицрутен. Чтобы осужденный не мог уклониться, его руки привязывали к ружью, повернутому к нему штыком.

Наказание полагались за воинские преступления, за чернокнижничество, чародейство и идолопоклонство, за поношение Божьей Матери и святых, за прелюбодеяние и пр.

Кошки и линьки.

Кошки — четырехвостные плети с узелками на концах, введены в Морском уставе (1720) для наказания матросов. При Анне Иоанновне кошками стали сечь и проституток (ранее их наказывали батогами и кнутом), а также укрывателей беглых крестьян и преступников. Линьки представляли собой куски каната с узлами, ими били только матросов за дисциплинарные провинности.

Эпоха Екатерины Второй.

Екатерина Великая в своем Наказе объявила телесные наказания допустимыми, за исключением тех, «которыми тело человеческое изуродовать можно» — калеки были обузой для государства.

Следуя за западными мыслителями, Екатерина II отрицала взгляд на наказание как на возмездие и развивала мысль, что главная цель наказания состоит в ограждении людей от преступлений и в уменьшении общественного вреда последних.

Наказания, направленные против жизни, здоровья и имущества правонарушителей, постепенно уступали место наказаниям, ограничивавшим их свободу, — тюремному заключению, ссылке и каторге. Новые тенденции получили свое дальнейшее развитие в XIX веке.

В 1785 году от телесных наказаний были освобождены дворяне, именитые граждане, купцы первой и второй гильдий, в 1801 году — священники, затем — лица других сословий при наличии образования. Однако к учащимся начальной и средней школ, среди которых преобладали представители привилегированных сословий, розги широко применялись вплоть до 1860-х гг.

В начале XIX века вышел из употребления кнут, ограничивалось число ударов. Уложение о наказаниях 1845 года установило высший предел наказания плетьми и розгами в 100 ударов.

Смягчалась кара для больных и старых, исполнение приговора не производилось при сильном морозе и ветре, 1851 года при наказании присутствовал врач. В 1863 году, после упразднения крепостного права и судебных реформ Александра II, телесные наказания были в основном отменены.

Читайте также:  Остров даманский: почему китайцы хотели отобрать его у ссср

Женщины вообще от них освобождались, а для мужчин они сохранились в пяти оговоренных в законе случаях:

  • 1) допускалось наказание крестьян по приговору волостных судов до 20 ударов розгами. Освобождались лица с образовательным цензом в объеме среднего образования, лица, занимавшие общественные должности, служившие в армии, страдавшие определенными болезнями и достигшие 60 лет;
  • 2) разрешалось наказание арестантов розгами до 100 ударов с санкции губернатора за нарушение общественного порядка;
  • 3) ссыльнокаторжные и ссыльнопоселенцы за проступки могли наказываться розгами — соответственно до 100 и 30 ударов;
  • 4) плети (до 100 ударов) могли назначаться ссыльнокаторжным при совершении нового преступления;
  • 5) допускалось наказание корабельных служащих хлыстом до 5 ударов и учеников ремесленников до 5-10 ударов розгами.

Официальная советская педагогика с 1917 года считала телесные наказания детей недопустимыми. Они были запрещены во всех типах учебных заведений, но в семье оставались нередким явлением.

Источник: http://clubklad.ru/blog/article/10512/

Что для русской женщины считалось самым унизительным?

Жизнь женщин на Руси определялась, во-первых, христианскими канонами, во-вторых, системой традиций. Существовали вещи, которые являлись для русской женщины унижением или использовались в качестве наказания за те или иные прегрешения.

Хождение с непокрытой головой

Незамужние девушки имели право ходить с непокрытой головой, а вот замужние женщины – нет. Обычно женщина заплетала волосы в косы, укладывала их вокруг головы, а сверху надевала головной убор – это могли быть платок, кокошник или кичка. Обычай закрывать волосы возник еще в глубокой древности.

Крестьяне считали, что женщина с непокрытыми волосами может притянуть в дом несчастья: болезни, неурожай, падеж скота… Если женщина по какой-то причине появлялась на людях с непокрытыми волосами, это было верхом неприличия.

Считалось, что этим она позорит и себя, и мужа, и родителей, которые не внушили ей нормы морали. За это ее могли даже избить, что вообще на Руси являлось нормой. Между прочим, снять с замужней женщины головной убор считалось страшным оскорблением.

Так поступали с женщиной, когда хотели ее опозорить. Отсюда и пошло выражение «опростоволоситься» — опозориться.

Острижение волос

Обрезание женщинам и девушкам кос практиковалось по самым разным поводам. Помещики до отмены крепостного права приказывали обрезать косы служанкам за различные провинности. Состричь волосы могли родные или муж женщины за блуд или измену.

Общение с посторонними

Если в эпоху языческого славянства жизнь у женщин была достаточно вольная – они могли участвовать в играх, плясках, хороводах, да и на плотские утехи до замужества наши предки славяне смотрели сквозь пальцы, то после прихода христианства русским женщинам (во всяком случае – представительницам высшего сословия) предписывалось целыми днями сидеть в теремах и заниматься, к примеру, рукоделием. Им запрещалось без позволения мужа вступать в разговоры с посторонними людьми, скажем, принимать у себя в тереме гостей, брать от них подарки. Это считалось страшным позором.

Утрата целомудрия

Если в дохристианской Руси физической девственности не придавали особого значения, то с приходом христианства все изменилось. Конкретные наказания за добрачный грех практиковались редко (разве что порка согрешившей девки3 отцом или братом). Но вот ворота дегтем в доме «блудницы» мазали во многих российских регионах.

Общественное порицание считалось худшим позором для девушки. В Западной Сибири добрачное сожительство не осуждалось, но унизительным для девицы считалось, если грех нельзя было «покрыть венцом», то есть если ее любовник, согрешив, не мог или отказывался жениться.

К наличию или отсутствию девственности в большинстве российских регионов относились очень строго, ведь только если он был у жены первым, мужчина мог быть уверен в своем отцовстве. Также целомудрие считалось гарантией того, что женщина будет верна в браке.

Даже на царских свадьбах было принято демонстрировать собравшимся гостям наутро после первой брачной ночи окровавленную рубашку новобрачной. Например, так поступил русский царь Федор Алексеевич, женившись в 1679 году на Агафье Грушецкой, о которой пустили было слух, что она якобы «нечиста».

Женщин, вступавших в брак не девственницами, ожидала печальная участь в семье супруга: их всячески унижали, заставляли выполнять самую черную работу. Кроме того, мужья часто периодически их избивали «за позор» и никогда не забывали их греха. 

Источник:  russian7.ru

Источник: http://russiantourism.ru/secrets/secrets_20927.html

истории происхождения некоторых бранных слов

Шаромыжник

Да, да, почтеннейший мой книжник!

Заткни фонтан и не рюмиВедь косолапый шаромыжникПроизошел от cher ami.(В. Князев)1812 год… Ранее непобедимая наполеоновская армия, измученная холодами и партизанами, отступала из России. Бравые «завоеватели Европы» превратились в замерзших и голодных оборванцев.

Теперь они не требовали, а смиренно просили у русских крестьян чего-нибудь перекусить, обращаясь к ним «сher ami» («любі друзі»). Крестьяне, в иностранных языках не сильные, так и прозвали французских попрошаек «шаромыжники».

Не последнюю роль в этих метаморфозах сыграли, видимо, и русские слова «шарить» и «мыкать».

Шваль

« …С тобой она будет не такая, и сама, пожалуй, этакому делу ужаснется, а со мной вот именно такая. Ведь уж так. Как на последнюю самую шваль на меня смотрит». (Ф. Достоевский «Идиот»)

Так как крестьяне не всегда могли обеспечить «гуманитарную помощь» бывшим оккупантам, те нередко включали в свой рацион конину, в том числе и павшую. По-французски «лошадь» cheval (отсюда, кстати, и хорошо известное слово «шевалье» рыцарь, всадник). Однако русские, не видевшие в поедании лошадей особого рыцарства, окрестили жалких французиков словечком «шваль», в смысле «отрепье».

«Смирнов, как и многие из тогдашнего общества, говорил по-французски дурно. Он был охотником до лошадей и часто употреблял слово «cheval», которое дурно произносил, так что Цуриков говорил ему: «Сам ты шваль!» (А. Дельвиг)

Шантрапа

« …Он только и мечтает, как бы скорей попасть в каталажку и начать объедать полицию! Это не настоящий преступник, а шантрапа с пустыми карманами. Что с него возьмешь, когда у него даже на обед денег нет?..» (Н. Носов «Незнайка на Луне»)

Не все французы добрались до Франции. Многих, взятых в плен, русские дворяне устроили к себе на службу. Для страды они, конечно, не годились, а вот как гувернеры, учителя и руководители крепостных театров пришлись кстати. Присланных на кастинг мужичков они экзаменовали и, если талантов в претенденте не видели, махали рукой и говорили «Сhantra pas» («к пению не годен»).

Подлец

Слово польского происхождения, которое означало «простой, незнатный человек». Так, известная пьеса А. Островского «На всякого мудреца довольно простоты» в польских театрах шла под названием «Записки подлеца». Соответственно, к «подлому люду» относились все не шляхтичи.

Д. Ушаков в своем толковом словаре указывал, что слово «подлец» первоначально означало: принадлежащий к крестьянскому, податному сословию и употреблялось как термин, без бранного оттенка».

Впрочем, чего уж там таить все основания для такой эволюции были (ни для кого не секрет, как относилось любое дворянство к простому люду). Сначала слово проникло на территорию Украины, а после присоединения в XVIII в.

части Польши к России прочно вошло и в русский язык.

«Гнусно дворянину завидовать благополучию подлейших себя». (А. Кантемир)

«Изменник помог Пугачеву вылезть из кибитки, в подлых выражениях (льстивых, унизительных С.К.) изъявляя свою радость и усердие…».

«…Целуй руку, целуй руку, говорили около меня. Но я предпочел бы самую лютую казнь такому подлому унижению». (А. Пушкин «Капитанская дочка»)

Когда же к середине XIX века либеральная интеллигенция увлеклась народническими идеями, слово «подлый» применительно к простонародью стало считаться оскорбительным и за ним стало закрепляться хорошо ныне известное второе значение «низкий», «бесчестный». Уже в журнале «Северный вестник» 1804 г.

писали: «Выражение подлый язык есть остаток несправедливости того времени, когда говорили и писали подлый народ; но ныне, благодаря человеколюбию и законам, подлого народа и подлого языка нет у нас! А есть, как и у всех народов, подлые мысли, подлые дела.

Какого бы состояния человек ни выражал сии мысли, это будет подлый язык, как, например: подлый язык дворянина, купца, подьячего, бурмистра и т. д.».

Хотя в то время слово «подличать» обозначало «заискивать, унижаться, выслуживаться» (например, в грибоедовском «Горе от ума» Софья говорит Молчалину, ползающему перед ней на коленях: «Не подличайте, встаньте»), а отнюдь не совершение какой-то гадости втихомолку, как понимается ныне.

Шельма

«Дай Бог тебе в женихи доброго человека, не ошельмованного изменника». (А. Пушкин)

Шельма, шельмец слова, пришедшие в нашу речь из Германии. Немецкое schelmen означало «пройдоха, обманщик». Чаще всего так называли мошенника, выдающего себя за другого человека. В стихотворении Г.

Гейне «Шельм фон Бергер» в этой роли выступает бергенский палач, который явился на светский маскарад, притворившись знатным человеком. Герцогиня, с которой он танцевал, уличила обманщика, сорвав с него маску.

(5) В нашей литературе типичный образ шельмеца мы можем видеть в образе гоголевского Хлестакова.

Особое значение это слово приобрело, когда в 1716 г. Петр I Воинским уставом ввел в практику шельмование — особый вид позорящего наказания для дворян. Процедура шельмования происходила на эшафоте.

К виселице прибивалась табличка с именем провинившегося, затем над его головой ломалась шпага, как символ лишения всех дворянских прав, с военных срывали погоны.

С этого момента бывшего дворянина могли повесить, сослать в Сибирь или, на худой конец, высечь, как простого смертного.

Хотя в 1776 г. слово «шельмование» исчезло из русского законодательства и было заменено термином «лишение всех прав состояния», суть наказания не особо изменилась (вспомним гражданскую казнь революционера Н.

Чернышевского в 1864 г.).

С тех пор слово «шельма» мы употребляем в изначальном немецком значении, а под «шельмовать» подразумеваем публично опозорить, оклеветать человека, подвергнуть публичному осуждению и травле.

Мымра

«Мы называем ее «наша мымра» (из к/ф «Служебный роман»)

Смысл этого слова, претерпев небольшую трансформацию, ныне практически вернулся к изначальному. «Мымра» коми-пермяцкое слово и переводится оно как «угрюмый».

Попав в русскую речь, оно стало означать прежде всего необщительного домоседа (в словаре Даля так и написано: «мымрить» — безвылазно сидеть дома»). Постепенно «мымрой» стали называть и просто нелюдимого, скучного, серого и угрюмого человека.

Именно в этом значении адресовал его своей начальнице герой к/ф «Служебный роман».

честно «украдено» с сайта http://www.accent-style.ru

Источник: https://2pricolisty.ru/comments/42136071516/page

Ссылка на основную публикацию