Что стало с первыми китайцами в русском государстве

Что стало с первыми китайцами в русском государстве Что стало с первыми китайцами в русском государстве Курс валют предоставлен сайтом old.kurs.com.ru

Сегодня отношения России и Китая во многом определяют геополитическую карту мира. 330 лет назад две державы впервые посмотрели друг на друга, схватившись в жестоком бою за маленькую крепость Албазин, стоявшую на берегу Амура.

Хотя соседями две великие державы стали только во второй половине XVII века, какие-то представления друг о друге у русских и китайцев имелись до того. В XIII-XIV веках они были подданными одной огромной монгольской империи. Пленные русские десятками и сотнями угонялись в Китай.

Мастеровые люди с Владимирщины, Рязанщины и Киевщины находили применение своим умелым рукам на Пекинщине и Шанхайщине. Пленные ратники русских княжеских дружин на берегах Хуанхэ служили новым хозяевам. В 1331 году в Китае было создано даже отдельное подразделение из славянских иноверцев, получившее пышное название: «Охранный русский полк, прославившийся верноподданностью».

Русские женились на китаянках, постепенно ассимилировались, растворяясь в огромном населении Поднебесной Империи.

На Руси о Китае знали гораздо меньше. Бухарские купцы привозили диковинные товары из далекой страны, а их рассказы о Китае передавались из уст в уста, искажаясь до неузнаваемости.

Тобольчанин Семен Ремезов в конце XVII века записывал подобные россказни: «Китайское царство имеет тринадцать углов и в каждом углу по тринадцать тысяч городов.

Там по аршину в день растёт трость коленцами, там живут львы и «облезьяны», там печи топят чёрными камнями, а пшено хватают из тарелок спичками.

Там бог — болван Барахман, и есть Далай, который живёт по луне: месяц — он дитя, полная луна — он муж, луна убудет — он умирает, а потом снова воскресает».

К тому времени русские землепроходцы уже освоили Сибирь и появились на берегах Амура. О существовании земли Даурии, богатой пушниной, серебром и золотом, впервые услышал от тунгусов письменный голова якутской канцелярии Еналей Бахтеяров в 1641 году.

Сам он до тех краев не добрался, но уже через три года Василий Поярков с казаками проплыл по Амуру. Дауры неласково встретили непонятных русских, требовавших от них дани-ясака. Зимой 1645 года они осадили острожек с зимовавшими там казаками. В поярковском отряде начался голод и мор.

Отчаявшиеся казаки начали поедать трупы врагов, что не добавило им популярности среди местного населения. Тем не менее, позднее Поярков заявлял, что заставил нескольких местных князьков присягнуть на верность русскому царю, и забрал у них пушнину в качестве дани.

Понимали ли сами вожди дауров и гиляков под чем именно их заставляют расписываться и для чего отбирают добытые меха — неизвестно.

Неудивительно, что когда в 1650 году по Амуру прошел слух о появлении новых русских под командой Ерофея Хабарова, дауры просто бросили свои городки и убежали в окрестные леса.

Хабаров три года гулял по Амуру, грабя запасы разбежавшихся аборигенов. В конце концов он так разошелся, что начал притеснять собственных казаков.

Те арестовали его и в цепях отправили сперва в Якутск, а затем в Москву.

Что стало с первыми китайцами в русском государстве

 Памятник Ерофею Хабарову в Хабаровске. Источник: wikipedia.org

Неудивительно, что к китайцам, которые вели себя более цивилизованно, дауры относились уважительнее. Воины императора появились на берегах Амура почти одновременно с русскими.

В 1640 году они подавили сопротивление дауров и эвенков, казнили их вождя Бомбогора и признали побережье Реки Черного Дракона (так называли в Китае Амур) еще одной частью Империи. Присоединение было проведено с соблюдением всех китайских церемоний, дауры понимали, кому, за что и сколько они обязаны платить.

После присоединения Амура к Китаю новые набеги русских казаков не могли не спровоцировать межгосударственного конфликта. Во избежание этого Россия попыталась установить с Китаем дипломатические отношения.

Подобные попытки предпринимал еще Иван Грозный, но его посольства просто не добрались до границ Поднебесной. Первым до Пекина доехал посланник царя Алексея Михайловича Фёдор Байков. В 1656 году он пытался добиться аудиенции у императора Шуньчжи, но столкнулся с неожиданной дипломатической проблемой.

Правители Поднебесной считали всех жителей земли своими подданными и требовали от иностранных послов, чтобы те подползали к трону императора на коленях и троекратно бились лбом об пол у ног владыки.

Гордый россиянин справедливо счел, что такой церемониал станет унижением для его государства и его царя и отказался ползать на брюхе перед богдыханом.

Китайцы очень удивились нежеланию варвара исполнить элементарный обряд коу-тоу, посадили Байкова на несколько месяцев в тюрьму, а когда он там так и не одумался, отправили его обратно в Москву ни с чем. С таким же плачевным результатом окончилось и следующее русское посольство в Китай под руководство Николая Спафария в 1675 году.

Что стало с первыми китайцами в русском государстве

Обряд Коу-тоу на монументе Самджеондо в честь присоединения Кореи к Китаю, 1639 год. Источник: en.wikipedia.org

Развитие событий в Приамурье тонкости дипломатического протокола остановить не могли. К тому времени там уже возникли базы, с которых русские лихие люди совершали ясачные набеги на приамурских туземцев. В 1653 году был основан Нелюцкий острог, а чуть позже на островке при впадении реки Кумары в Амур поднялся Кумарский острог.

Разорение дауров и гиляков стало более планомерным. Но они к тому времени уже были подданными Империи, которая не замедлила нанести ответный удар. Сперва сами китайцы не хотели марать руки, воюя с северными варварами. На эту грязную работу они отрядили данника — тунгусского князя Гантимура.

Тот сжег Нелюцкий острог и перегнал окрестных земледельцев-дауров южнее, под защиту китайской крепости Нингута.

Русские намёка не поняли и не унялись. Они возродили спаленный острог, дав ему новое название Нерченский, и даже попытались захватить китайскую крепость. При неудачной осаде много казаков полегло под огнём китайских пушек, однако наглость северян заставила неповоротливую Империю присмотреться к ним повнимательней.

В 1655 году десятитысячное китайское войско под командованием Пён Гыпа осадило Кумарский острог.

Казакам удалось бы дольше отсидеться за его валами, если бы не нехватка продовольствия — своего хлеба лихие люди не сеяли, провиант они отбирали у туземцев, не делая больших запасов.

Оголодав, казаки бросили острог и ушли в Якутск. Китайцы уничтожили следы пребывание русских на своей территории и тоже отошли от Амура.

Русские отсиживались в Якутске недолго. Вскоре они вернулись на Амур и заново отстроили маленький, основанный еще Ерофеем Хабаровым Албазинский острог. Наученные горьким опытом казаки уже не злодейничали как раньше и сосуществовали с китайскими подданными довольно мирно.

Шло время, к Албазину потянулись русские переселенцы. К концу 1660-х годов вокруг острога появились два десятка слобод и монастырь. При этом русские власти как будто не замечали казачьего форпоста в Приамурье.

Албазинцы исправно посылали в Якутск пушную дань, но не получали в ответ даже благодарности. Только в 1682 году русские власти признали Албазин своим и прислали туда воеводу Алексея Толбузина.

С того момента Приамурье официально стало спорной территорией Китая и Русского государства. В XVII веке подобные споры решались с помощью оружия.

Что стало с первыми китайцами в русском государстве

Гравюра с изображением осады Албазина из книги Н. Витсена «Северная и Восточная Тартария». Амстердам, 1692. Источник: wikipedia.org

В июне 1685 года к Албазину по Амуру приплыло трехтысячное войско под командованием Лантаня. Еще не пристав к берегу, китайцы потопили несколько плотов, на которых спешили под защиту бревенчатых стен острога крестьяне окрестных слобод.

Высадившись, воины Империи расставили вокруг стен Албазина тяжелые пушки и начали обстрел. Острог предназначался максимум для обороны от туземцев, вооруженных луками, и к планомерной осаде был не готов. Тяжелые ядра пролетали его насквозь, пробивая обе стены.

Запылали хлебные амбары, церковь с колокольней, дома албазинцев. Тем не менее четыреста защитников острога сдаваться не собирались. Им удалось отбить первый штурм китайцев, потеряв при этом больше сотни человек.

Лантань стал готовиться ко второму штурму, а Толбузин знал, что вновь отбиться не удастся: кончались запасы пороха. Воевода вступил в переговоры с китайским командующим и выторговал право беспрепятственно уйти вверх по Амуру в Нерчинск.

В конце июня китайцы сравняли с землей опустевший Албазин и, сочтя свою миссию выполненной, ушли на юг, даже не уничтожив посевы вокруг городка. На пепелище тут же вернулись русские. Еще до холодов они успели вновь отстроить Албазин.

Его гарнизон увеличился до 514 служилых людей, под командованием того же Толбузина. Огневую мощь острога теперь составляли 12 разнокалиберных орудий.

Под руководством заместителя воеводы, бывшего немецкого офицера Афанасия Бейтона, вокруг бревенчатых стен насыпали земляные валы с бастионами по последнему слову европейской военной науки.

Всё это не укрылось от внимания возмущенных китайцев. В апреле 1656 года император Канси принял Лантаня и приказал ему вновь захватить Албазин, но не уничтожать его, а превратить в китайский оплот для дальнейшего завоевания восточной Сибири.

В новый поход снарядили пятитысячную армию на 150-ти речных судах. При приближении этого войска все крестьяне окрестных деревень и промысловики с ближайших заимок собрались в Албазине.

Восемь сотен защитников поклялись оборонять острог до последней возможности.

Не дожидаясь начала осады, русские предприняли первую вылазку. Бейтон во главе трех сотен казаков напал на высаживавшихся с кораблей китайцев, а пушки со стен Албазина подожгли несколько кораблей.

Постоянные вылазки защитники острога предпринимали и позже. Китайцы насыпали вокруг крепости несколько курганов и с их высоты обстреливали Албазин. Во время первой такой бомбардировки 16 июня был смертельно ранен воевода Толбузин.

Командование обороной принял Бейтон.

Осада затянулась на год. Защитники прятались от огня в ямах, которые плохо скрывали их от зажигательных ядер. В огне сгорело несколько амбаров с припасами, но голод русским не грозил. А вот от цинги умерли многие. К весне в живых осталось всего полторы сотни албазинцев. Трудно пришлось и осаждавшим.

На столь долгую осаду Лантань не рассчитывал и о запасах продовольствия не позаботился. В его войске начался голод. Китайцы несли большие боевые потери, русским удалось уничтожить до половины осаждавшего войска. Взять дальневосточный орешек не помогли ни бомбардировки, ни подкопы под стены, ни осадные агрегаты.

В августе 1697 года Лантань отступил, не зная, что внутри развалин и обгоревших стен к тому времени могли держать оружие лишь 25 человек.

Пушки смолкли, настало время для дипломатических переговоров. Царевна Софья направила посольство в Китай еще в 1686 году. Однако возглавлявший его боярин Фёдор Головин не мчался на край земли сломя голову.

По дороге он погостил у отца, тобольского воеводы, подолгу задерживался в каждом из попутных городков, так что к Амуру посольство добралось лишь через три года. Переговоры начались в августе 1689 года в Нерчинске. В нескольких саженях от бревенчатых стен острога поставили два шатра, причем русский выглядел явно богаче.

Зато делегация от Императора была куда представительней, её возглавлял дядя богдыхана князь Сонготу. За его спиной находилось двадцатитысячное войско, сильно нервировавшее Головина.

Переговоры осложнила языковая проблема: русско-китайских толмачей не нашлось. Пришлось общаться на латыни, которой не владели ни китайский, ни русский послы.

Речи Головина переводил на латынь поляк Андрей Белобоцкий, а два монаха-иезуита, испанец Томас Перейро и француз Жан Франсуа Жербильон, перетолковывали латынь на китайский. Затем процедура повторялась в обратном порядке.

Первым делом русские сунули в лапу иезуитам несколько дорогущих соболей, надеясь, что те после этого будут переводить «по-правильному». Но это помогло слабо. Переговоры затягивались. Ни одна сторона не хотела уступать Приамурье соседу.

Тогда Сонготу устроил демонстрацию силы. Его армия спокойно окружила Нерчинск, направив на острог и шатёр русского посла жерла многочисленных пушек. Трусоватый Головин сломался и пошел на уступки китайцам. 

Границу между двумя государствами провели по реке Аргунь и вершинам Станового хребта. Правый берег Амура остался китайским, а левый был признан ничейным. Головин также согласился на полное разорение упорного Албазина. Нерчинский договор был составлен на трёх языках и скреплен печатями двух государств.

Впоследствии оказалось, что из-за недостаточной разведанности дальневосточных краёв русские и китайцы Становым хребтом считали разные горы, то есть границу они представляли по-разному. И в Москве, и в Пекине договором остались недовольны.

Тем не менее, Нерчинский договор действовал 170 лет до заключения более подробного Айгунского договора 1858 года.

Читайте также:  Расстрел николая ii: почему рпц не признаёт подлинность останков царской семьи

Забавно, как оценивали договор 1689 года в XX веке. Его оценки колебались синхронно с изменениями советско-китайских отношений. Когда СССР и КНР крепко дружили, историки обеих стран писали, что Нерчинский договор — справедливый и разумный.

Как только советско-китайские отношения обострялись, те же самые историки начинали утверждать, что проклятые китайцырусские еще в XVII веке навязали простодушным русскимкитайцам крайне невыгодный Нерчинский договор.

Но каковы бы ни были оценки дипломатических достижений Головина и Сонготу, героизм защитников крохотной Албазинской крепости никем не оспаривался.

Источники:

Иванов А. Зайцева Ю. «Дебри», 2016

Алексеев А. «Освоение русскими людьми Дальнего Востока и Русской Америки. До конца XIX в». 1982.

  • Оригинал 
  •  
  • «Неприятель с великою потерею был прогнан». Отчет о штурме Вильно, 1794
  • Последний звонок. Трагедии в учебных заведениях

Писатели Толстые. О ком идет речь? 

Источник: https://echo.msk.ru/blog/diletant_ru/2298546-echo/

Китайцы с русскими именами — МК

Внимали лекциям Сталина и Троцкого

К Пушкинской площади приписан четырехэтажный дом бывшей 1-й женской гимназии, дававшей выпускницам аттестат учительниц. С 1921 по 1937 год ее этажи заполняли люди явно восточного происхождения, их выдавал разрез глаз и смуглая кожа.

В доме, где учились до революции гимназистки, нарком национальностей Иосиф Сталин до избрания Генеральным секретарем ЦК партии основал Коммунистический университет трудящихся Востока, названный через два года его именем. Эту кузницу кадров для среднеазиатских советских республик и коммунистических партий Азии из поля своего зрения Иосиф Виссарионович не упускал.

Обучение длилось три года. Лекции читали члены правительства Ленина, известные ученые-востоковеды, какие всегда водились в царской России.

Не было особого секрета, что студентов-иностранцев «готовили к борьбе за установление коммунизма в своих странах, организации восстаний и революций». Бывшие подпольщики, конспираторы, боевики учили тому, что сами хорошо усвоили в схватках с полицией и охранкой.

С большим докладом по случаю четырехлетия со дня основания университета выступил в его стенах учредитель.

Спустя два года Сталин прислал приветствие студентам, с удовлетворением констатируя, что «университет посылает сейчас в огонь борьбы новые кадры борцов», вооруженных идеями ленинизма, когда империализм пытается «схватить за горло китайскую революцию». Китаю в Кремле придавали особое значение, как гаранту грядущей мировой революции.

Что стало с первыми китайцами в русском государстве

В числе студентов оказался 23-летний сын сельского учителя Лю Шаоци, старательно изучавший русский язык, труды Маркса и Энгельса. Подобно детям состоятельных родителей, он не отправился получать образование в Париже, а приехал в Москву. Слово «шаоци» в имени означает «человек редкостной необычайной судьбы». Так оно и вышло.

Вернувшись на родину, Лю устраивал забастовки, демонстрации, партизанил, ночевал с другом Мао в одной палатке, воевал и побеждал, стал вторым человеком в партии и государстве — Китайской Народной Республике. Все рухнуло после Культурной революции, аналога нашего Большого террора.

Официального наследника Мао заклеймили «китайским Хрущевым», «контрреволюционером», чьих преступлений достаточно для смертного приговора. Его молодую жену хунвейбины изнасиловали и выбросили в окно.

Дацзыбао, стенные газеты «красногвардейцев», лгали о ее попытке самоубийства: «Каппутчистка Мэй (так называли тех, кого считали сторонниками капитализма) сломала две свои собачьи ноги». В песне Высоцкого «Мао Цзэдун — большой шалун» эти слова процитированы в песне, где описываются злодеяния жены Мао:

…Уже трепещут мужнины враги!

  • Уже видать концы —
  • жена Лю Шаоцы
  • Сломала две свои собачьи ноги.

Мао не дал ему вернуться в родную деревню, чтобы жить крестьянином. Засадил в тюрьму, где он в полной изоляции спустя год то ли умер, то ли был умерщвлен.

Что стало с первыми китайцами в русском государстве

Другому вождю Китая — Дэн Сяопину, учившемуся в молодости в Москве, «повезло» больше. В окно с третьего этажа выбросили его сына, детей отправили в лагеря по перевоспитанию, с женой, младшей дочерью и парализованным сыном держали в ссылке. Как пишут биографы, Дэн и жена утром отправлялись на тракторный завод рабочими.

Дэн Сяопин выращивал овощи и зелень, дыни, рубил дрова, заготавливал уголь, жена стирала и убирала. По вечерам Дэн читал парализованному сыну книги по истории и литературе. Мао вернул его к власти, чтобы спасти Китай после «огня по штабам», сжегшим и опалившим миллионы душ.

Раньше всех в руководстве Дэн высказался после провала попытки построить коммунизм «Большим скачком» — домнами во дворах и тотальной гибелью воробьев: «Не важно, какого кот цвета — черный он или белый. Хороший кот такой, который ловит мышей». Дэн преуспел в возрождении страны. Однако незадолго до смерти «великий кормчий» решил окончательно расправиться с ним.

Чему воспротивились генералы: скрывшийся Дэн жил под охраной военных в безопасности до тех пор, пока Мао не отправился, по его выражению, «на свидание с Марксом».

Третий раз с Дэном безуспешно пыталась покончить вдова Мао. Дэн Сяопин вернулся к власти и на восьмом десятке начал «Пекинскую весну»: распустил в деревне «коммуны», землю отдал крестьянам в долгосрочную аренду, разрешил частную торговлю, открыл «свободные экономические районы». Ему принадлежит политическая формула: «Одна страна — две системы».

Когда в мае 1989 года Михаил Горбачев с лучшими побуждениями прибыл в Пекин, над морем голов на главной площади виднелись плакаты: «Горбачеву — ура!», «За нашу и вашу свободу!».

Дэн понимал, «перестройка» по его методу приведет к развалу Китая. После отъезда Горбачева площадь окружили танки и пролилась кровь.

Но Китай в отличие от СССР выстоял и стал второй экономикой в мире и первым — в Олимпиадах.

…Дэн не пил крепкую китайскую водку «Маотай» с охранниками, не оставил мемуаров, не назначал детей своими советниками. Убеждал преемников не держаться до смерти за власть. Не пожелал покоиться рядом с Мао и не предлагал его вынести из мавзолея.

Завещал развеять свой прах над океаном. Умер в 1997 году, увидев крах партии и развал страны, где учился в молодости коммунизму под псевдонимом Дроздов.

Такому человеку надо бы в Москве в знак дружбы между Россией и Китаем установить мемориальную доску на доме, где он учился в 1926 году.

Когда я жил в общежитии Московского университета на Стромынке, одну из десяти коек занимал Лю Сяо с экономического факультета.

В полночь китаец приносил гору книг по экономике на русском языке, на котором, постоянно улыбаясь, с трудом говорил.

Когда по радио в комнате транслировали оперу «Кармен», я спросил у него, нравится ли ему музыка Бизе. Он переспросил: «Бюджет?» Первым китаец просыпался. Последним приходил ночевать.

Китайцы занимались на всех факультетах МГУ. В институтах Москвы, цехах лучших заводов они учились всему, пытаясь покончить с вековой отсталостью. Тогда, в 1950-е годы, в Китае всего треть населения могла читать и писать. Теперь вот я выстукиваю эти строчки на ноутбуке, сделанном в Китае.

…Под псевдонимом Николая Владимировича Елизарова учился в Москве другой выдающийся китаец, будущий президент Республики Тайвань, острова, отделившегося от континентального Китая после победы Мао и бывших московских студентов над армиями генералиссимуса Чан Кайши.

Задолго до этих событий три месяца Чан Кайши жил в Москве. После удачных переговоров в Кремле он прислал сына учиться в Коммунистическом университете.

15-летний Цзян Цзинг жил у старшей сестры Ленина Анны Ильиничны Ульяновой, по мужу Елизаровой, на Манежной улице в доме напротив Кремля, где ей посвящена мемориальная доска. Вдова, живя в большой квартире, была рада квартиранту.

Выбирая себе псевдоним, как полагалось студентам, он стал Елизаровым в честь Анны Ильиничны, а имя и отчество позаимствовал у ее брата Владимира, подписывавшего сочинения — Николай Ленин.

В 1925 году, когда приехал Цзян в СССР, в Москве открыли еще один университет, рассчитанный исключительно на китайцев. Туда и поступил Николай Елизаров. Где находилась эта школа революционеров? Напротив храма Христа Спасителя на Волхонке, 16.

В старинном здании бывшей Первой мужской гимназии, основанной при Александре I, прозвенел звонок в аудиториях Коммунистического университета трудящихся Китая имени Сунь Ятсена. За парты сели триста студентов с китайскими именами и русскими псевдонимами.

В одно время с Елизаровым занимался в Москве коммунист Дроздов, его будущий непримиримый враг Дэн Сяопин.

Возглавил университет Карл Радек, при Ленине член ЦК партии, адепт мировой пролетарской революции. Он перевел с немецкого книгу Гитлера «Майн кампф» — «Моя борьба» для узкого круга партийцев.

Радек слыл среди большевиков сочинителем анекдотов и эпиграмм.

Когда друг Сталина нарком обороны Клим Ворошилов в пылу борьбы за власть упрекнул Радека, что он «плетется в хвосте у Троцкого», то удостоился такой эпиграммы:

  1. Ах, Клим, пустая голова,
  2. Навозом доверху завалена!
  3. Не лучше ль быть хвостом у Льва,
  4. Чем задницей у Сталина?

В университете в число основных предметов входило военное дело, умение стрелять. Лекции читали вожди большевиков Сталин, Бухарин, Троцкий, тогда еще не высланный из Москвы, другие «пламенные революционеры». Под влиянием таких наставников Николай Елизаров стал активным комсомольцем.

После университета учился в Казанском танковом училище, Ленинградской военно-политической академии. Ему нравилось жить в Советском Союзе, где он получил гражданство. Под влиянием индустриализации стал к станку на заводе «Динамо», в годы коллективизации оказался в подмосковном колхозе.

Когда Чан Кайши круто разошелся с коммунистами, сын публично в «Правде» отрекся от отца.

После чего Николая Елизарова направили на Уральский машиностроительный завод.

Там кандидат в члены ВКП(б) работал помощником начальника крупнейшего механического цеха, редактировал многотиражную газету «За тяжелое машиностроение».

На «Уралмаше» Николай влюбился в 16-летнюю комсомолку, токаря Фаину, женился на ней. В семье родился сын, в коммунальной квартире молодожены встретили с друзьями новый, 1937 год.

Все складывалось как нельзя лучше. Николай Владимирович говорил на русском языке почти без акцента. Рабочие считали его своим парнем, приняли единогласно в члены ВКП(б), народ избрал в районный Совет депутатов трудящихся.

Но все рухнуло весной: жизнерадостного китайца увольняют с завода, исключают из партии, арестовывают. Что с ним — никому на заводе неизвестно. Как вдруг Цзян Цзинг оказывается в Москве без паспорта и денег с женой и сыном в посольстве Китая. Там власть захватил его отец Чан Кайши.

От него пришла телеграмма послу: «Пожалуйста, найдите моего сына и верните его». Отец от сына не отказался.

В Китай Цзян Цзинг вернулся с прививкой от коммунизма. Тех, кто его рекомендовал в партию, расстреляли. Москву вновь бывший гражданин СССР и член ВКП(б) увидел в 1946 году. 3 января его, личного представителя Чан Кайши, принял в Кремле Сталин.

Беседа длилась полтора часа в присутствии министра иностранных дел Молотова и посла Китая. Сталин тогда назвал Мао «странным человеком» и «своеобразным коммунистом».

Но поддержку Красная Армия оказала не генералиссимусу, а «своеобразному коммунисту», который основал КНР, где власть возглавили многие воспитанники московских коммунистических университетов.

Что случилось дальше — общеизвестно. Чан Кайши отступил на Тайвань, где образовалась Китайская Республика под защитой Тихоокеанского флота США. Обученный в СССР военному делу, Цзян Цзинг возглавлял тайную полицию, министерство обороны, правительство.

После смерти отца его избрали президентом и за два срока пребывания на посту, неистово «искореняя коммунизм», сын генералиссимуса во многом преуспел, превратил остров в процветающее государство.

Бывший коммунист отличался открытостью и демократизмом, не принятыми на Востоке среди глав государств и правительств. Постоянно встречался с народом, ходил в дешевой куртке, носил бейсболку. Не стремился к обогащению, отличался кристальной честностью.

Его русская жена, первая леди Цзян Фаньлян, бывшая работница «Уралмаша» Фаина, родила ему четверых сыновей, дочь и умерла, почитаемая китайцами, в 2004 году.

В 1937 году, когда каждый иностранец стал вызывать подозрение в шпионаже, Коммунистический университет трудящихся Востока ликвидировали. Здание на Пушкинской площади, 5, занял Всесоюзный радиокомитет, место это сотрудники называли «на Путинках», поскольку их дом выходил в Большой и Малый Путинковский переулки.

В этот радиокомитет приняли стажером 17-летнего юношу, обладавшего громокипящим голосом, за который его в детстве называли Трубой. Он родился во Владимире в семье Берка Левитана, преуспевавшего портного, желавшего, чтобы его Юдка-Юрка стал инженером.

Но сын мечтал быть таким, как артист Художественного театра Василий Качалов, обладавший очаровательным тембром голоса. Окающего, как все уроженцы Владимира, Юрия в актеры не приняли. Случайно увиденное объявление о наборе в группу дикторов определило профессию гения эфира. Его учили правильно и красиво говорить актеры московских театров.

Читайте также:  Какая была истинная роль куликовской битвы в истории россии

Чтобы достичь совершенства, профессионализма, он читал учебные тексты, стоя вниз головой на руках.

Левитану поручали технические передачи: ночью медленно зачитывать материалы завтрашнего выпуска газеты «Правда», которые записывали, слушая радио далеко от Москвы, в городах СССР для последующей утром трансляции.

Заслушался однажды такой технической передачей не спавший перед выступлением в Кремле на XVII съезде партии Сталин. В ту ночью решилась судьба Юрия Левитана. Сталин позвонил в радиокомитет и попросил, чтобы текст его доклада непременно прочел услышанный им диктор.

Что тот и сделал за 5 часов без единой ошибки, оговорки и запинки. Ему тогда шел 20-й год.

  • Штатский с виду, близорук.
  • В студию войдет он, соберется.
  • Взяв листки, преобразится вдруг.
  • И в эфире — голос полководца!

Поэта вдохновил голос диктора, читавшего в дни войны трагические сводки Советского информационного бюро. Когда немцы подошли к Москве, радиокомитет эвакуировали в Свердловск, Левитан вел передачи из подвала здания, жил в бараке, его охраняли.

Согласно легенде, «диктора Сталина» намеревались захватить агенты Гитлера. Чарующим голосом этого человека, читавшего приказы о салютах в честь Красной Армии, известия о взятии Берлина и Победе, народ и после войны заслушивался полвека. То был голос Советского Союза.

Но жена, ее иронично звали Мадам приказ, от Юрия Левитана ушла, оставив мужа и дочь. С ней и тещей, души в нем не чаявшей, одинокий Юрий Борисович жил в доме на улице Горького, 8.

Звание народного артиста СССР получил на закате жизни и умер в 1983 году на встрече с ветеранами Курской битвы от разрыва сердца.

Что стало с первыми китайцами в русском государстве

На стройке МГУ я вечерами приходил в радиоузел и с диктором-женщиной читал «Последние известия», мечтая о славе Левитана. Не знал, что передачи, которые записывались на магнитофоны, повторялись днем громкоговорителями, развешанными на столбах среди бараков строителей на Ленинских горах.

Но когда на улице услышал сам себя, то ужаснулся и понял: это не мое. В исполнении Левитана слышал в клубе-кинозале стихи Маяковского.

Уникальный голос со сцены не захватывал так, как по радио, возможно, потому, что пафосные стихи не волновали подуставших рабочих «стройки коммунизма», какой считалось высотное здание МГУ.

Источник: https://www.mk.ru/moscow/2012/09/12/747804-kitaytsyi-srusskimi-imenami.html

Хронология развития российско-китайских отношений: основные даты

Подробности Категория: События Опубликовано: 06 сентября 2019 Что стало с первыми китайцами в русском государстве

3 сентября 2019 года в рамках Восточного экономического форума состоялась Международная научная конференция «Исторические и современные аспекты взаимоотношений России и Китая в свете 70-летия образования КНР». Совместно с Китайским клубом МГИМО предлагаем ознакомиться с основными датами 400-летней истории развития российско-китайских отношений.

При составлении хронологии использованы в том числе данные из книги «Россия и Китай: четыре века взаимодействия.

История, современное состояние и перспективы развития российско-китайских отношений», изданной под редакцией Александра Владимировича Лукина – доктора исторических наук, руководителя департамента международных отношений НИУ «Высшая школа экономики», директора Центра исследований Восточной Азии и ШОС МГИМО (У) МИД России, профессора Чжэцзянского университета (КНР).

  • Русь и Китай практически одновременно вошли в состав Монгольской державы.
  • Появление первого упоминания в китайских источниках о «русском полке» в составе столичной гвардии.
  • Приход к власти китайской династии Мин в результате антимонгольского восстания под руководством Чжу Юаньчжан.
  • Поездка в Китай казака Е. Вершинина.
  • Посольство Ф.И. Байкова, который оставил ряд подробных описаний и документов.
  • Осада китайскими войсками Албазинского острога.
  • Подписание Буринского трактата, установившего линию прохождения границы между Россией и Китаем от реки Аргунь до перевала Шабин-Дабага.
  • В Москве подписан секретный договор о союзе России и Китая против Японии и постройке Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД). Посланник Цинской империи в России Сюй Цзинчэн подписал с правлением Русско-Китайского банка контракт на постройку и эксплуатацию КВЖД со сроком действия 80 лет.
  • Россия строит первоначальную (наиболее прямую) линию Транссибирской магистрали, пересекающую Маньчжурию как Китайско-Восточная железная дорога.
  • Открыто движение по всей линии КВЖД.
  • Россия официально признала Китайскую республику. 25 июля 1919 г. – обнародовано «Обращение Правительства РСФСР к китайскому народу и Правительствам Южного и Северного Китая».
  • С территории Маньчжоу-го в СССР вторгаются японские войска.
  • Август – 1932 г., январь – переговоры в Китае миссии под руководством А.А. Иофф. 12 декабря 1932 г. – возобновление полных дипломатических отношений между СССР и Китайской Республикой.
  • 12 декабря 1932 г. – возобновление полных дипломатических отношений между СССР и Китайской Республикой.
  • При участии нескольких тысяч советских специалистов китайские рабочие построили 2925-километровую автотрассу через Синьцзян для доставки грузов из СССР.
  • Февраль – визит в Китай Председателя Совета Министров СССР А.Н. Косыгина и попытки наладить ухудшившиеся отношения.
  • 11 сентября 1969 г. – в пекинском аэропорту премьер Госсовета КНР Чжоу Эньлай провел встречу с Председателем Совета Министров СССР А.Н. Косыгиным с целью урегулирования крайне напряженных после вооруженных столкновений на восточных и западных участках китайско-советской границы отношений между двумя странами. Встреча положила начало постепенной нормализации советско-китайских отношений, на ней было решено вновь назначить послов и активизировать торговые и экономические связи.
  • Возобновление обмена студентами и стажерами (по 70 человек с каждой стороны).
  • Декабрь – открыты Генеральные консульства: китайское – в Ленинграде и советское – в Шанхае.
  • Визит в Китай советского лидера М.С. Горбачёва. На встрече Дэн Сяопин произносит слова о необходимости «закрыть прошлое и открыть будущее».
  • Визит в СССР премьера Госсовета КНР Ли Пэна.
  • 27 декабря 1991 г. – переговоры в Москве о принципах новых отношений Пекина с Москвой.
  • 17–19 декабря – визит в Пекин Президента Российской Федерации Б.Н. Ельцина. Подписана Совместная декларация об основах взаимоотношений между РФ и КНР.
  • Во время визита в КНР Б.Н. Ельцина в Шанхае подписано соглашение об укреплении доверия в военной области.
  • Цзян Цзэминь и Б.Н. Ельцин подписали в Москве российско-китайскую совместную Декларацию о многополярном мире и формировании нового международного порядка и соглашение о взаимном сокращении вооруженных сил в районе границы.
  • В Шанхае подписана Декларация о создании Шанхайской организации сотрудничества (ШОС).
  • Заключение Российско-китайского договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве; создание Шанхайской организации сотрудничества.
  • Ратифицирован договор об урегулировании спорных пограничных вопросов между двумя странами, проводятся первые совместные военные учения.
  • Год Российской Федерации в Китайской Народной Республике.
  • Год Китайской Народной Республики в Российской Федерации.
  • Программа сотрудничества между регионами Дальнего Востока и Восточной Сибири Российской Федерации и Северо-Востока КНР до 2018 гг.
  • Год русского языка в Китае.
  • Год китайского языка в России.
  • Год российского туризма в Китае.
  • Си Цзиньпин был наиболее влиятельным мировым лидером, посетившим Россию для участия в праздновании 70-летия Победы в Великой Отечественной войне 9 мая.

Возможно вам будет интересно:

  • Пленарное заседание Международной научной российско-китайской конференции на ВЭФ
  • «Наилучшие за всю историю». Интервью посла Российской Федерации в КНР Андрея Денисова
  • На ВЭФ открылась выставка «Россия – Китай. К 70-летию образования КНР»
  • На ВЭФ открылась Международная научная конференция
  • Александр Лукин: исследователям российско-китайских отношений надо уходить от политики

Источник: https://historyrussia.org/sobytiya/rossiya-kitaj-2.html

Первые русские

Первые люди с территории европейской части современной России появились на Дальнем Востоке за три с лишним века до первопроходцев — в эпоху Золотой Орды и монгольских завоеваний. Специально для DV историк Алексей Волынец расскажет, как и почему многим тысячам человек пришлось совершить невольное путешествие от берегов Волги и предгорий Кавказа на другой конец континента семь столетий назад.

Китай — одна из древнейших письменных цивилизаций на планете.

Сохранившиеся до наших дней китайские летописи многочисленны — впервые они упоминают русские земли в XIII веке в связи с завоевательными походами монголов.

Русских в китайских документах называют «Олосы», «Алосы», «Улусу» или «Улосы» — очень близко к современному китайскому языку, точнее, его столичному диалекту, в котором «русский» произносится как «э-луо-сы».

По итогам военных побед Чингисхана и его наследников Древняя Русь и Китай формально почти столетие входили в состав единого государства — великой Монгольской империи. И первые русские, как и другие выходцы из Восточной Европы, попали на земли Дальнего Востока уже во второй половине XIII века вместе с караванами монгольских трофеев.

Итальянский монах Плано Карпини, в 1246 году отправленный папой римским к монгольскому императору, в своих записках упоминает «некоего русского по имени Косма, бывшего золотых дел мастером у императора и очень им любимого». Мастер Косма (древнерусский вариант произношения имени Кузьма, Козьма) изготовил для покорившего Русь и Китай монгольского великого хана золотой императорский трон и печать.

Через несколько лет, в 1253 году, на Дальний Восток к монгольскому владыке отправился другой католический монах, Гильом де Рубрук. По поручению короля Франции он в течение восьми месяцев пересёк весь Евразийский континент и прибыл в столицу великого хана, где встретил немало русских мастеров и даже священников.

Смешение народов в результате монгольских завоеваний было настолько велико, что Рубрук в своих записках о путешествии рассказывает, например, о женщине-француженке, захваченной отрядом монголов в Венгрии, отправленной на другой конец континента и вышедшей в плену замуж за русского мастера, строившего дома в столице потомков Чингисхана.

Завоевательные походы монголов тогда породили невиданное ранее смешение людей и культур. Например, все мы знаем про берестяные грамоты древнего Новгорода. Куда меньше известно, что такие грамоты находили в Москве, Твери, Смоленске, в единичных экземплярах на территории Украины и Белоруссии.

Но есть и берестяная грамота, обнаруженная на месте одного из городов Золотой Орды (ныне окраина Саратова) на берегу Волги, и записаны на ней «старомонгольским письмом» с использованием уйгурских слов лирические стихи! Некто на берегу Волги семь веков назад на бересте подражал китайской «поэзии сунского стиля»…

Империя Сун тогда занимала всю южную часть современного Китая. Отличаясь многолюдностью и высокоразвитой культурой, она оказала долгое и упорное сопротивление монгольским завоеваниям. Именно тогда, более семи веков назад, китайские пленники могли оказаться на берегах Днепра и Волги, а русские — на берегах Хуанхэ и Янцзы.

Русские княжества стали вассалами Золотой Орды, которая в свою очередь была автономной частью огромной Монгольской империи, простиравшейся от Чёрного моря до Тихого океана. Если земли от Волги до Днепра монголы подчинили во время нашествия хана Батыя в 1237–1240 годах, то завоевание более многолюдного Китая растянулось на долгие десятилетия.

Для покорения десятков миллионов китайцев монголам требовались многочисленные войска, которые они набирали и среди ранее завоёванных народов. Во второй половине XIII века русские летописи сообщают об участии отрядов русских князей в походах монгольских ханов и о периодическом появлении на Руси монгольских отрядов, насильно забиравших людей в армию завоевателей.

Потомки Чингисхана давали своим пленникам и покорившимся врагам возможность в обмен на верную службу делать успешную карьеру в их армии, без каких-либо различий по национальному и религиозному признаку. Тот же итальянский монах Плано Карпини отмечает среди населения монгольской столицы множество русских воинов и священников.

Читайте также:  Какие ругательства были в ходу у казаков

Некоторые из историков предполагают, что первыми на службу к монголам пошли те на Руси, кто ещё сохранял языческие верования. В отличие от христианских князей, монголы тогда отличались демонстративной веротерпимостью и разрешали любое вероисповедание.

В монгольской армии, покоряющей Китай, тогда оказались не только русские, но и другие выходцы из европейской части современной России.

Например, средневековые китайские летописи подробно рассказывают о князьях из народа «а-су» с Северного Кавказа, служивших монголам при завоевании Южного Китая.

Именем «а-су» китайцы называли народ аланов, заселявших в XIII веке земли от Дона до Кавказа, — именно они являются предками осетин и многих иных северокавказских народов, от ингушей до карачаевцев и балкарцев.

Монголы хана Батыя подчинили аланские княжества примерно в те же годы, что и Русь. С тех пор аланские воины служили в монгольской армии, в том числе на землях Китая.

Благодаря китайским летописям мы знаем, что крупным отрядом в монгольских войсках командовал один из аланских князей — «Е-ле ба-ду-ар», то есть Илья-богатырь.

Многие аланы тогда исповедовали православие и носили христианские имена.

Среди монголов аланский князь Илья заслужил уважение тем, что как-то поймал за язык тигра, неожиданно напавшего на него, и убил хищника кинжалом. В 1275 году Илья-богатырь погиб при штурме монголами китайского города Чжэньчао. Двое его сыновей также служили в монгольской армии и участвовали в завоевании Южного Китая.

Другой аланский князь «Не-гу-лай», то есть Николай, командовал отрядом в монгольской армии во время покорения Юньнани — сегодня это провинция на самом юго-западе Китая, а тогда было самостоятельное царство.

Аланский князь Николай тоже погибнет в бою с китайцами, его сыновья и внуки продолжат службу в придворной гвардии монгольского императора — при этом внуки северокавказского князя будут носить уже монгольские и китайские имена…

Монголы в итоге подчинят не только Русь и весь Китай, но и многие другие земли, в том числе современное Приморье и оба берега Амура. В конце XIII века они даже совершат успешный поход на Сахалин — их кавалерия переправится на остров по льду замёрзшего пролива, ныне называемого Татарским.

В 1264 году завоеватели перенесли столицу своей великой империи на территорию, где ныне располагается город Пекин, — так монгольский хан стал китайским императором династии Юань. Вместе со свитой императора в новую столицу, тогда именовавшуюся Ханбалык или Дайду, перевезли и многочисленных пленных ремесленников, в том числе русских.

Однако наиболее подробные сведения китайских летописей о большой русской диаспоре в столице Китая относятся к 1330 году, когда впервые упоминается о создании в Пекине отдельного русского полка в составе гвардии, охранявшей дворец императора.

В завоёванном монголами Китае тогда проживало свыше 100 млн человек — монголов и родственных кочевых народов просто не хватало для удержания в повиновении такой огромной массы населения. И здесь завоеватели осознанно проводили политику опоры на «цветноглазых».

«Цветноглазыми», в китайском произношении «сэму», называли всех некитайцев, преимущественно европеоидов, чьи голубые, серые и зелёные глаза так разительно отличались от привычных в Поднебесной карих.

Цветноглазых «сэму» монголы вербовали в Восточной Европе и привозили в Китай, где они становились чиновниками и воинами, безраздельно преданными монгольской династии в силу того, что были страшно далеки от многомиллионных масс китайцев.

Например, знаменитый путешественник венецианский купец Марко Поло в 1284 году был назначен ханом Хубилаем (первым монгольским императором из «китайской» династии Юань) губернатором города Янчжоу, недалеко от устья великой реки Янцзы.

Итак, в 1330 году после череды дворцовых переворотов на троне в Пекине сидел монгольский хан Туг-Тэмур, считавшийся китайским императором по имени Тяньли.

Чтобы надёжнее охранять китайского властителя от китайских подданных, при нём в составе императорской гвардии был создан новый отряд, сформированный из русских воинов, — «Сеаньчжу улосы хувэй цзиньцзюнь», в переводе с китайского: «Охранный полк из русских, прославляющих (доказывающих) верноподданность». Другой вариант перевода со средневекового китайского — «Вечно верная русская гвардия».

Полк русской гвардии подчинялся непосредственно высшему военному совету императора и располагался в лагере-поселении на северной окраине Пекина. Для русских гвардейцев выделили земельные и охотничьи угодья — кроме охраны в их обязанности входила поставка дичи для императорского дворца.

Инициатором создания «русского полка» в пекинской гвардии стал монгол по имени Баян. Он запретил китайцам владеть любым оружием, лошадьми и даже кожаными кнутами. Все эти строгости помогли Баяну удержать в повиновении китайцев, однако не спасли от заговора в собственном окружении.

По предсказанию монгольской шаманки, Баян должен был погибнуть от руки китайца, но в итоге покончил жизнь самоубийством, когда против него организовали заговор родной брат и племянник.

Но сформированный Баяном «русский полк» остался в Пекине и следующие три десятилетия успешно охранял монгольских императоров Китая.

Известно, что те годы в столицу Золотой Орды шла дань не только с княжеств Руси, но и с трёх далёких провинций на севере современного Китая: Цзиньжоу, Пинъянфу и Юнчжоу.

Если вся Владимиро-Суздальская Русь платила Орде дань размером в полторы тонны серебра, то с берегов реки Хуанхэ на берега Волги ежегодно отправлялось серебра в два раза больше.

Сидевший в Пекине монгольский император таким образом поддерживал своих осевших на Волге родичей, в том числе расплачиваясь и за присылаемых в Китай русских пленников.

Благодаря китайским летописям мы знаем, что в середине XIV века «русским полком», охранявшим дворец императора в Пекине, командовал учёный, знаток конфуцианской философии Иляньчжэнь Бань. По национальности он был тангутом (ныне исчезнувший народ, родственный тибетцам).

Империей Юань, объединявшей Монголию, Китай, Корею, Вьетнам и приамурские земли, тогда правил настоящий интернационал — монгольских монархов охраняла гвардия из среднеазиатских тюрков, северокавказских аланов и русских под командованием разноплемённых офицеров, а большинство высших чиновников были выходцами из мусульманских народов Центральной Азии.

Китайцы, естественно, были недовольны таким засильем чужаков, и в середине XIV столетия страну охватило грандиозное восстание Красных повязок. Монгольская династия после жестоких боёв была окончательно свергнута китайцами за 12 лет до того, как на Руси московский князь Дмитрий Донской в ходе Куликовской битвы разгромил армию Мамая.

Под ударами китайских повстанцев монгольский император бежал из Пекина к северу, на земли современной Внутренней Монголии и Маньчжурии. Вместе с ними отступили и уцелевшие императорские гвардейцы, в том числе северокавказские аланы и русские.

Спустя сто с лишним лет, в XVI веке, португальский путешественник Мендиш Пинту встречал среди монголов их потомков.

Некоторое время правнуки русских и кавказских «гвардейцев» составляли отдельный род среди монгольских племён, пока окончательно не растворились среди них.

Русские люди вновь достигли границ Китая спустя два с лишним века после падения монгольской династии в Пекине. К тому времени наши предки и китайцы, забыв былые контакты, почти ничего не знали друг о друге.

Например, московские цари долгое время считали, что Китай — это очень маленькое государство: в Москве слышали о Великой Китайской стене, но не могли представить её размах, искренне считая, что оградить кирпичной стеной можно только небольшую страну.

Например, в 1617 году боярин Фёдор Шереметев на переговорах с английским послом о возможностях торговли с Дальним Востоком рассуждал так: «А Китайское государство, сказывают, невелико, около всево ево стена в один кирпич, а будто объехати можно кругом в 10 дён, а подлинно ж неведомо…»

Однако боярин Шереметев мог и лукавить, не желая, чтобы англичане добрались до богатств Китая раньше русских купцов. Ведь со времён путешествий Афанасия Никитина на Руси слышали о самых ценных китайских товарах.

Как писал сам знаменитый тверской купец в своей книге «Хождение за три моря»: «…

страна называется Хатай или Китай, добраться до неё реально посуху за шесть месяцев, дёшево можно купить шёлк, фарфор же в Китае продают на вес…»

По мере продвижения русских первопроходцев на Восток границы нашего государства приближались к китайским владениям.

Существует легенда, что ещё за два десятилетия до первых походов Ермака в Сибирь столицу Китая посетили казачьи атаманы Иван Петров и Бурнаш Ялычев, отправившиеся на Дальний Восток по указу царя Ивана Грозного.

Однако ни в китайских, ни в российских архивах сведений о таком путешествии не сохранилось.

В реальности первого посланника в Китай попытался отправить сибирский воевода Василий Волынский — в 1608 году по его приказу из города Томска, которому тогда со дня основания было менее пяти лет, отправился на восток казак Иван Белоголов. Посланник должен был ехать «к монгольскому царю да в Китайское государство», но достичь цели ему не удалось из-за междоусобной войны монгольских племён.

Лишь спустя десятилетие в Китай снарядили новое русское посольство во главе с томским казаком Иваном Петлиным. Четыре столетия назад, в мае 1618 года, Петлин и шесть его спутников выехали из Томска. Почти четыре месяца через Алтай и Монголию при помощи двух буддийских монахов они добрались до границ Китая. И 1 сентября того года русские посланники впервые прибыли в Пекин.

Так начиналась новая эпоха наших отношений с Дальним Востоком. До появления русских первопроходцев на берегах Амура оставалось всего несколько десятилетий.

Иллюстрации Алексея Дурасова для DV

Источник: https://dv.land/spec/pervye-russkie

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector