Какого шайтана почитали ханты

В отчаянной попытке урвать по максимуму солнечные деньки нашего дождливого лета, в первые выходные июля мы выехали на поиск новых мест в окрестностях города.

Мы уже были на Аракульских Шиханах, Северке и несколько раз на Новой и Старой Линзе.

Почти случайно вспомнилось о Липовских карьерах и множестве интересных мест вокруг них, между Режом и Аяткой — деревней, в которой прошло почти всё моё детство.

Какого шайтана почитали хантыЛиповский карьер

Как ни странно, почти нигде кроме деревни (село Аятское Невьянского района) я толком и не была. Время пришло.

Какого шайтана почитали хантыКакого шайтана почитали хантыКакого шайтана почитали хантыКакого шайтана почитали хантыКакого шайтана почитали хантыКакого шайтана почитали ханты

Итак, Шайтан-камень. Совершенно случайно на сайте Нашего Урала нашла описание этого места. Его внешний вид и местоположение меня заинтриговали.

Огромный скальный массив стоит на берегу реки Реж, километрах в 20 от моей родной Аятки. По виду напоминает ровную каменную стену, выложенную полигональной кладкой.

Длина скального выхода 400 метров, а высота стены — около 40. Гранит.

Какого шайтана почитали хантыШайтан-камень на реке Реж

Место не самое известное, так как в интернете описаний совсем немного.

Воспользовавшись найденной информацией, мы доехали до села Октябрьское — там расспросили местных мужиков, как же добраться до камня? Один милый человек вызвался показать нам, где начинается тропа, а так же познакомить с Толиком из коттеджа, у которого лучше оставить машину, чтобы никто ее не разобрал в наше отсутствие.

На своей волге он сопроводил нас до места. Толик, как и товарищ на волге, тоже оказался очень приятным человеком, который радушно предложил нам поставить тачку поближе к его воротам, чтобы наверняка. Мужчины показали нам тропу, по которой нужно было идти, не сворачивая около 3 км, найти реку и перейти ее вброд. Так мы и сделали.

Какого шайтана почитали хантыКакого шайтана почитали ханты

Дорогу до реки довольно легко пройти пешком (она помечена указателями), но практически невозможно было бы проехать даже на внедорожнике — кое-где глубокие лужи и очень большие скользкие грязевые ямы, на обратном пути мы наблюдали, как в одной из них застряли нива шевроле и ниссан.

Дорога к Шайтан-камню

Прогулка по летнему лесу освежает и бодрит. Хвойные запахи, щебет птиц, солнышко, выглядывающее из-за деревьев — круто. Правда, много комаров. Выходя из леса можно сразу увидеть Шайтан-камень на другом берегу реки Реж и впечатлиться.

По описаниям в интернете, есть несколько мест для перехода реки, везде глубину обещают по колено. Нам, довольно высоким людям, наверное, из-за обилия дождей, было по пояс. Речка была холодная, довольно шустрая и мощная, мы взяли палки для дополнительной опоры и перешли ее минут за 10.

Будьте аккуратнее — все дно состоит из наваленных камней разного размера с острыми краями. Мне было жаль мои ботинки, поэтому я пошла босиком — дно не видно, не знаешь куда поставить ногу, а ее сносит течением, и тебя заодно. В следующий раз пойду в обуви. А он обязательно будет, потому что место оказалось просто великолепным.

Можно взять с собой лодку и переправиться на ней.

Брод

Шайтан-камень является ботаническим и геоморфологическим памятником природы. Информации о нем ничтожно мало, но судя по названию, и атмосфере, царящей на вершине — это место, где по сей день обитают лесные Духи.

Слово «шайтан» имеет тюркское происхождение и в мусульманстве означает «злой дух» или «дьявол». Есть мнение, что этим словом тюрки-мусульмане и русские переселенцы называли места языческих поклонений, таким образом показывая свое негативное отношение к дохристианским верованиям.

Таким образом, можно предполагать, что когда-то коренные жители этих мест поклонялись здесь своим богам. Доказательством этого являются сохранившиеся по сей день наскальные рисунки древних на подножии скалы. Хотя Шайтанская писаница неоднократно исследовалась местными учеными, возраст ее так и не установлен.

Мы ее не увидели, потому что гуляли в основном по гребню не спускаясь вниз.

Здесь тихо, невероятно красиво, нет комаров, и кроме нас не было людей. Открывающийся вид восхищает и захватывает дух. В голове не укладывается, как такая мощь могла породиться сама по себе — не оставляет ощущение аккуратно сложенных каменных блоков нашими предками-великанами или существами из других измерений.

Посреди стены есть вертикальный разлом с говорящим названием «Ведьмино ущелье». Здесь можно спуститься к реке.

За Ведьминым ущельем Духи этого места неожиданно показались нам в образе двух соколят и будто следили за нами своими серьезным оценивающими глазами.

Сначала мы даже подумали, что это взрослые птицы, но они предпочитали пищать и не двигаться с места, пока я их снимала, а позже, уже на фотографиях, мы заметили на них остатки детского пушка. Вокруг валяются разобранные останки других птиц — у ребят хороший аппетит.

Считаю знаком свыше и настоящей удачей возможность так близко увидеть этих созданий. С давних времен сокол считался символом небесной стихии, скорости и силы.

В Древнем Египте его почитали как олицетворение бога Гора — бога Неба, Солнца и продолжения рода. В славянской мифологии с соколом были связаны божества огня и очага.

Надеюсь, местные незримые обитатели так показали нам свою благосклонность.

Еще из живности были замечены бурундук, лягушка и мелкие лесные птички.
И другой древнеегипетский священный символ Солнца вышел к нам на встречу — жук-скарабей (а точнее его западный родственник жук-навозник). Его, в отличие от соколят, удалось не только пофоткать, но и потискать.

Ближе к южной части стены встречаются полости типа дольменов, камни становятся более мшистыми и округлыми, больше напоминающие популярные Семь братьев или Чертово городище. На Шайтан-камне тоже занимаются скалолазы, а также иногда собираются роуп-джамперы. Внизу у реки есть места для стоянок и разведения костров.

Вот такое удивительное место. И сюда мы обязательно вернемся. С палаткой и на пару дней. Исследовать, общаться с пространством, наблюдать за обитателями.
У Анатолия мы обнаружили машину в целости и сохранности, а наш общительный сторож рассказал еще несколько баек про местных золотодобытчиков и лихие 90-е.

На обратном пути мы снова подъехали к берегу реки Реж, на этот раз в более широком ее разливе, около села Черемисское — там есть отличные места для рыбалки и отдыха. Единственный минус — место очень популярное у местных, много людей и кучи мусора.

Как добраться до Шайтан-камня

Доехать до Шайтан-камня на машине очень просто: можно по Режевскому тракту через Реж до села Октябрьское. До Режа идет прямая новая дорога, но вся усеяна камерами наблюдения, пешеходными переходами и ограничениями скорости до 40 км/ч, большой трафик. В Реже качество дорожного полотна оставляет желать лучшего.

Второй вариант — через Верхнюю Пышму, деревни Мостовское, Пьянково, Аятское, Корелы, Черемисское, Воронино, Октябрьское. Этот путь хоть и менее прямой, но за счет отсутствия особых ограничений и менее загруженной трассы мы проехали быстрее.

Адские пробки летом в выходные дни на выезде и въезде у поселка Балтым.

Ждем хорошую погоду и отправляемся за Уральскими приключениями!

http://nashural.ru

Вашу рекламу увидят тысячи людей в день

Интересно? Расскажи друзьям!

Нам нужна ваша помощь!

Проект «Наш Урал» долгое время существовал на деньги от продажи наших книг. К сожалению, бумажные книги пользуются с каждым годом все меньшим успехом.

Если вам хочется, чтобы в регионе был такой портал, как «Наш Урал», поддержите нас финансово.

Любая помощь от вас будет ценной, а из капелек дождя сначала образуются ручейки, а потом мощные реки, которые впадают в моря. Спасибо Вам!

Источник: https://nashural.ru/article/travel/shajtan-kamen-reka-rezh/

Колымские шайтаны: легенды и реальность

Какого шайтана почитали ханты : 22 Дек 2010 , Изучать не разрушая , том 35, №5

На берегу оз. Омук-Кюель Среднеколымского улуса Якутии обнаружено уникальное захоронение «шайтана». Шайтанами, т. е. злыми духами, в результате русской колонизации и христианизации Сибири стали называть идолов, покровителей рода и племени у аборигенов, а также все сакральные предметы, использовавшиеся в качестве фетишей. Согласно разрозненным сведениям, относящимся к XVIII-XIX вв., в их число входили также мумифицированные останки великих шаманов и шаманок. Найденное захоронение вполне может служить подтверждением этих почти легендарных сведений. Реконструировав события далеких лет, автор считает, что в нем погребены мумифицированные останки шаманки, умершей в одну из опустошительных эпидемий оспы XVIII в. Стараясь побороть смертельную болезнь, сородичи шаманки использовали их в качестве фетиша эмэгэт, однако, потерпев неудачу, они похоронили своего идола и покинули родные места

В русский язык арабское слово «шайтан» попало из тюркских языков. Согласно исламской традиции, шайтан – один из джиннов, злой дух, демон.

В процессе русской колонизации и христианизации Сибири шайтанами стали называть все сакральные предметы, использовавшиеся аборигенами в качестве фетишей, духов-хранителей рода и племени.

Существуют разрозненные сведения, относящиеся к XVIII—XIX вв., о том, что в их число входили даже мумифицированные останки великих шаманов и шаманок.

Какого шайтана почитали ханты

В 40-х гг. XVIII в. участник Второй Камчатской экспедиции Яков Линденау писал: «С костей [шамана] соскабливают мясо и кости собирают в скелет, одевают в платье как человека и почитают скелет как божество. Юкагиры помещают такие наряженные кости… в своих юртах, иногда 10–15 штук.

Если кто-нибудь подвергает даже незначительному поруганию эти кости, тот вызывает озлобление юкагиров… Во время путешествия и на охоте юкагиры возят эти кости в нартах, причем предназначают им лучшие нарты и лучших своих оленей.

Когда юкагиры собираются предпринять что-то грандиозное, они гадают при помощи этих скелетов – поднимают скелет вверх, и если он кажется им легким, то это означает благоприятный исход их предприятия… Эти скелеты юкагиры называют стариками, одаривают их лучшими мехами и сажают на постели, покрытые оленьими шкурами, всех в кружок, как живых» (Линденау, 1983, с. 155).

Две шапки для идола

В конце XIX в. известный исследователь аборигенной культуры В. И. Иохельсон отметил изменения, произошедшие в ритуале за полтора столетия. Так, высушенное на солнце мясо шамана юкагиры делили между собой, а потом помещали его в отдельных шалашах. Там же оставляли трупы убитых собак.

«Затем, – пишет Иохельсон, – они делили между собой кости шамана. Подсушивали их и заворачивали в одежду. Череп служил объектом поклонения. Его насаживали на ствол (туловище), вырезанный из дерева. Шили для него (для идола) кафтан и две шапки – зимнюю и летнюю.

Кафтан полностью расшивали вышивкой. На череп надевали особую маску с отверстиями для глаз и рта… Фигуру помещали в переднем углу дома. Перед приемом пищи сначала бросали кусочек в огонь, держа идола над дымом.

Такое кормление идола… совершалось перед каждым приемом пищи» (Иохельсон, 2005, с. 236—237).

Хранился идол у детей покойного шамана. Один из них еще при жизни отца посвящался в тайны шаман­ства. Перевозили идола в деревянном ящике. Иногда, сообразно обычаю воздушного погребения, ящик устанавливали на столбах или деревьях и вынимали оттуда фигуру только перед охотой или дальним походом, чтобы погадать об исходе намеченного дела.

Со временем в качестве оберегов юкагиры стали использовать деревянных идолов. Иохельсон отмечает, что к концу XIX в. они уже скептически относились к идолам и называли их «шайтанами». Так, под влиянием христианства почитаемый дух предка превратился в свой противоположный образ – злого духа, дьявола, сатану.

Читайте также:  Анна ахматова: почему поэтесса считала себя потомком чингисхана

Тунгусские «сайтаана»

В самом конце 1930-х гг. якутский этнограф А. А. Саввин собрал у эвенов (современное название тунгусов) Верхоянского района Якутии сведения о сайтаана. Так они называли мумифицированные трупы сильных шаманов или шаманок, использовавшиеся в качестве оберегов. По всей видимости, тунгусские «шайтаны» появились в подражание юкагирским.

Иногда это были одни головы или фигурки из трухлявого дерева.

Тогда проводился обряд «оживления»: идола натирали кусками сушеного человеческого мяса, обмывали кровью жертвенного оленя, надевали на него шаманскую одежду, давали маленький бубен. Он становился оберегом семьи.

Его почитали как покровителя охоты Байаная и боялись обидеть, поскольку он мог за это наказать. Хранили «шайтана» в кожаном мешке, кормили, окуривая дымом или паром от жертвенной пищи.

Сведений о том, что с ним происходило далее, совершался ли обряд погребения, долгое время не было, пока в 1995 г. житель отдаленного якутского села Алеко-Кюель не рассказал автору о том, что несколько лет назад он видел на берегу озера треугольный сруб, внутри которого сидел посаженный на кол «шайтан».

Эту ценную информацию никак не удавалось проверить, и только в 2009 г. представилась такая возможность.

На берегу Омук-Кюель

Жители с. Алеко-Кюель рассказали, что в старину в этой местности проживали омуки — так они называли эвенов. Большое озеро в 10 км от села носит название Омук-Кюель, что означает «озеро эвена».

На его лесистом берегу, на подушке из мха, ягеля и морошки и находится могила «шайтана». С виду это небольшой квадратный сруб, втиснутый меж двух старых пней, без которых он давно бы развалился. Сверху его покрывает настил из жердей. Под настилом – небольшая погребальная камера (0,45×0,45 м) с останками человека.

В одном углу лежат кости таза, в другом – кости нижних конечностей. Между ними – череп, с отсутст­вующей нижней челюстью и отверстием в затылочной кости.

Позвонки и ребра в относительном анатомическом порядке расположены на полу камеры между тазом и черепом. Верхние конечности и лопатки отсутствуют.

Вероятно, их унесли сородичи умершего, чтобы использовать в качестве талисманов или гадальных предметов.

Какого шайтана почитали ханты Какого шайтана почитали ханты

Расположение останков говорит о том, что человек был погребен в сидячем положении, с сильно подогнутыми к груди ногами. Судя по длине конечностей, рост его составлял не менее 1,6 м. Лицом он был обращен к югу.

Кроме человеческих останков, в камере обнаружены подношения: коробок спичек, сигареты, завернутый в фольгу чай. Также в могиле находится деревянный кол со сгнившим концом. Второй кол стоит снаружи прислоненным к срубу. Оба кола плоские, у обоих острие не менее 2—3 см, так что насадить на них труп невозможно. Об этом же говорит и целостность копчика.

Учитель истории из с. Эбээх Второго Хангаласского наслега В. И. Ефимов сообщил, что в местности Дюенсэ когда-то в оградке сидел «шайтан», привязанный спиной к длинному колу. Проверить это невозможно, поскольку могилка, к сожалению, не сохранилась.

Гагара, бусины и жетоны

Под дерном, покрывающим пол камеры, найдены предметы, украшавшие некогда одежду умершего: железная фигурка гагары, бронзовый диск с ажурным солярным плетением, три латунных жетона с отвер­стиями и множество бусин синего, белого и черного цветов. Очевидно, все это атрибуты шаманского костюма: гагара крепилась на спине или плечах, солнечный диск висел на груди, жетоны украшали нагрудник, а бисер обильно покрывал одежду и обувь.

На одном из жетонов изображена корона и щит с лилиями, отчетливо читается надпись PFENNING. На другом жетоне такой же щит с лилиями, на обратной стороне – профиль мужчины в длинном парике, с жабо, по кругу идет надпись латинскими буквами. В фондах Якутского краеведческого музея хранятся латунные жетоны ХVIII в., извлеченные из погребения лошади. Два из них идентичны найденным.

Какого шайтана почитали ханты

Не исключено, что украшений было гораздо больше. По рассказам местных жителей, до начала 1980-х гг. могила и погребенные в ней останки оставались нетронутыми. Это подтверждает и заведующий Музеем мамонта Института прикладной экологии Севера П. А. Лазарев, работавший в то время на оз. Омук-Кюель.

В окрестности могилы не обнаружено никаких ритуальных сооружений. Только в 60 шагах к северу от захоронения имеется квадратное основание чума тордох – зимнего варианта жилища. Близость этих двух объектов дает основание предположить, что они составляли единый ритуальный комплекс, ориентированный по линии север–юг.

Старожилы села рассказали, что в полукилометре отсюда, у оз. Омук-Унгуохтаах, находится могила еще одного эвенского шамана, однако указать ее точное расположение они отказались.

Легенды и факты

По словам директора местного краеведческого музея Д. И. Винокурова, в старину над «шайтаном» был установлен чум, а по обе стороны от него в треугольных оградках находились два его помощника.

Когда омуки проезжали мимо, они останавливались и кормили «шайтана», вставляя ему в зубы зажженную трубку. Говорят, он делал затяжку и дым изо рта шел в верхнее отверстие чума. Раньше Дмитрий Ильич работал оленеводом и охотником, но на том месте «шайтана» никогда не видел.

Сельский коневод В. С. Бубякин рассказал, что в 1960- х гг. видел насаженного на кол «шайтана». Кол проходил через отверстия в позвоночных костях и втыкался ему в череп. Одежды на «шайтане» не было, лишь какие-то лохмотья. Лицом он был обращен к югу.

Какого шайтана почитали ханты

Сам Бубякин дружил с эвенским шаманом Н. Я. Слепцовым. Его похоронили около оз. Дьархатаах, в местности Лайылла. Когда Бубякин бывает там, кормит огонь, призывая своего друга по имени-отчеству. По его словам, гипноз шамана сохраняется 300 лет. Он до сих пор чувствует силу шамана.

Бывший директор краеведческого музея В. Д. Батюшкин сообщил, что в 1981—1982 гг. к ним из Якутска приезжал архитектор Серафим Бандеров. Он-то и раскопал «шайтана».

Батюшкин помнит фотографии, которые ему показывал Бандеров. На них были видны кости внутри треугольного сруба, а головы не было. Владимир Дмитриевич сказал, что жизнь архитектора после этого не сложилась.

Он считает, его ранняя смерть вызвана местью «шайтана».

В администрации Первого Хангаласского наслега нам показали книгу журналиста В. Е. Винокурова, в которой оказалась одна интересная легенда.

Когда-то давно эпидемия оспы истребила почти всех омуков. Несколько выживших сложили у воды трупы своих сородичей и ушли, забрав с собой тела трех женщин. Они их высушили, превратив в фетиши эмэгэт. С их помощью они надеялись спастись от страшной болезни, однако, убедившись в бессилии идолов перед оспой, оставили мумии на берегу, посадив в треугольные оградки.

Какого шайтана почитали ханты

Из тех могил сохранилась только одна. А омуки переселились в тундру Олюерэ. На рубеже ХIХ—ХХ вв. оттуда трижды приезжал шаман Ньукулачаан ойуун, чтобы провести обряд благословения духов своих старших теток (Винокуров, 2008, с. 22).

Отголоском старинной легенды, скорее всего, и является могила на берегу оз. Омук-Кюель. Похороненный в ней «шайтан» – умершая от оспы эвенская шаманка. Возможно, это была эпидемия черной оспы 1782 г.

Известно, что старые арангасы (могильные помосты) могут стоять до ста лет, а в условиях Севера и больше. Если в конце XIX в. сюда приезжали сородичи шаманки, то они могли поправить могилку, поставленную еще в предыдущем веке.

Косвенным доказательством того, что могила относится к дохристианскому периоду истории Якутии, т. е. до конца ХVIII – начала ХIХ в., является отсутствие креста.

Малые же размеры камеры и необычная поза костяка наводят на мысль, что захоронены останки некогда мумифицированного человека.

Солнечный диск и ориентировка «шайтана» на юг указывают на его связь с культом Солнца, что отрицает возможную принадлежность умершего к так называемому «черному» шаманству.

Литература

Васильев В. Е. Сайтаан // Культурное наследие народов Сибири и Севера: Материалы V Сибирских чтений. СПб.: МАЭ РАН, 2004. Ч. 2. С. 194–197.

Васильев В. Е. Юкагирские сайтаны (вопросы генезиса шаманских погребений) // Сибирский сборник—1: Погребальный обряд народов Сибири и сопредельных территорий. Кн. 2. Спб.: МАЭ РАН, 2009. С. 191—198.

Винокуров В. Е. Великое переселение: предания, мифы, легенды, статьи. Среднеколымск, 2008. 153 с. (На якут. яз.)

Иохельсон В. И. Юкагиры и юкагиризированные тунгусы. Новосибирск: Наука, Сиб. отд-ние, 2005. 675 с.

Линденау Я. И. Описание народов Сибири (первая половина ХVIII века): Историко-этнографические материалы о народах Сибири и Северо-Востока. Магадан: Кн. изд-во, 1983. 176 с.

Токарев С. А. Ранние формы религии и их развитие. М.: Политиздат, 1990. 662 с.

Работа выполнена в рамках Программы Президиума РАН «Историко-культурное наследие и духовные ценности России», блок «Духовная культура саха: традиции, современное состояние и перспективы развития»

Какого шайтана почитали ханты : 22 Дек 2010 , Изучать не разрушая , том 35, №5

Источник: https://scfh.ru/papers/kolymskie-shaytany-legendy-i-realnost/

Такая разная Шайтанка

Владислав Карелин — заслуженный путешественник России, мастер спорта по туризму, действительный член Русского географического общества, уральский краевед, автор более 500 статей, в том числе в журнале «Уральский Следопыт», начиная с 70-х гг. прошлого века.

Название «Шайтанка» широко распространено на Урале — от Приполярного до Южного.

Еще историк Г. Ф. Миллер, путешествовавший по Западной Сибири в середине XVIII века, в своих дневниках зафиксировал три реки с таким названием: одну на Северной Сосьве и две непосредственно на Оби. П.Кротов и А.

Зайцев, исследовавшие орогидрографию Среднего Урала в конце XIX века, сказывают реку Шайтанку, которая впадает с юга в озеро Иткуль. На карте района горы Неройки на Приполярном Урале, составленной геологом А.Н. Алешковым в 1937 году, нанесена река Шайтанка — левый приток реки Манси в верховьях Щекурьи.

На современных картах Шайтанка — приток реки Печоры. И это только некоторые «речные» примеры.

Какого шайтана почитали ханты

Какова же семантика потамонима Шайтанка?

Практически все авторы, рассматривающие этот топоним, согласно соотносят его с понятием Шайтан или идол. Вероятно, впервые это зафиксировал Г. Ф. Миллер в 1740 г.

Он сделал запись о том, что вогульское название Шайтанский мыс, означающее «святой нос», «возникло от того, что на этом мысу во времена язычества почитался идол».

В другом месте он отметил, что название Шайтан-ские юрты образовалось по причине нахождения здесь до христианства «знаменитого вогульского идола или шайтана».

Аналогичного мнения в XVIII веке придерживался и П.С.Паллас, считавший, что ручьи, горы и урочища под именем Шайтанка или Шайтанская известны так «понеже тамо вогульцы идолопоклонствовали, идолы их от россиян общим наречием шайтан назывались».

Позднее мнение о том, что понятия шайтан и идол якобы являются синонимами, высказывалось неоднократно. Так, например, П.М.Бурнашов в своем увлекательном рассказе о работе золотоискательской партии в вершинах реки Печоры в 1844 г.

считал шайтана скопищем идолов или жертвенным местом остяков и вогулов. М. В.Малахов в 1908 г. опубликовал в «Записках уральского общества любителей естествознания» статью под названием «Доисторические времена на Уральских горах».

Он отметил, что остяки и вогулы называют шайтанами капища или «собрания главных идолов, принадлежащих нескольким семействам одного рода», располагающиеся на вершинах гор, прибрежных скалах, высоких мысах, а также на реках и озерах. Такого же мнения придерживался и И.Я.

Кривощеков, опубликовавший в 1910 г. «Словарь Верхотурского уезда». Он писал, что жертвенные места вогулов и остяков «носили название Шайтанов».

Читайте также:  Как на самом деле появился крымский полуостров

Все выше упомянутые авторы понятие Шайтан связывали с вогулами (манси) и остяками (ханты). Однако в наше время А.К.

https://www.youtube.com/watch?v=F6B0mx72QO4

Матвеев в своей книге «Географические названия Урала/Топонимический словарь» совершенно справедливо отметил, что «само слово шайтан не мансийское, а тюркское (шайтан — злой дух, черт), восходящее в конечном счете к арабскому «шайтан» с тем же значением».

По мнению Матвеева, топонимы с основой «шайтан» отражают отношение тюрков-мусульман к местам религиозного поклонения язычников-манси, а «мансийское слово со значением «святой» передавалось в русском языке производными от «шайтан». Если с первой частью этого мнения в определенной мере можно согласиться, то вторая часть его настораживает по следующим соображениям.

Какого шайтана почитали ханты

К своим святилищам манси и ханты ты относятся с большим почтением. Перелистаем сочинение участника академической экспедиции  во второй половине XVIII века, который составил «Описание живущих г Сибирской губернии в Березовском уезде.

иноверческих народов остяков и самоедов,  сочиненное студентом Василием Зуевым». В этом описании он указывает, что свои святые места «остяки несказанно берегут — И далее пишет: «Все места, кои в лесу богам отведены, как дачи, или по притокам, или урочищам и горам.

в таком у них почтении пребывают, что не только ничего не берут, но травки  сорвать не смеют, ибо, по их мнению, надо неотменно того шайтана озлобить, если чему-нибудь в его дачах коснуться, чего ради ниже деревья рубят, ниже из реки воды против того места пьют, до тех пор, пока пределы его границ проедут с такою сторожкостью, чтоб и близко под берег не подъехать и веслом до земли не коснуться».

Спустя два века об аналогичном почтительном отношении манси к своим святилищам в книге «Канинская пещера» сообщает В. И.

Канивец: «Когда манси проплывают по Лозьве мимо [Ушминской] пещеры, они соблюдают предосторожности: женщины выходят из лодки и идут противоположным берегом, а мужчины проплывают вдоль того же противоположного берега, избегая смотреть на пещеру». И. Н. Гемуев и А. М.

Сага-лаев в работе «Религия народа манси» сообщают о том, что «в святом месте нельзя охотиться, рыбу ловить, ягоды брать, деревья рубить, босиком ходить, костер жечь». Мансийские святилища «как правило, не слишком далеко от жилищ, но в труднодоступном месте».

Участник североуральской экспедиции императорского русского географического общества Д. Юрьев, исследовавший Северный Урал в 1847 г., пишет о том, что остяки «предаются грубому идолопоклонству, отправляя в сокровенной глуши лесов и на высях гор жертвоприношения своим кумирам», располагая языческие капища «в глуши лесов».

Из приведенных сообщений следует однозначный вывод о том, что манси, ханты свои святые капища размещали в потаенных местах, пытаясь затруднить к ним доступ других людей.

С другой стороны, имеется ряд сообщений о совсем ином отношении к «святым» местам у манси и хантов.

У Г. Ф.Миллера читаем, что недалеко от Луликарских юрт в р. Северную Сосьву впадает речка Елпингя, которую остяки считают «святой». В районе этой речки во времена язычества «находились считавшийся вогулами священным, однако обычный, без фигуры и особого вида, камень, который называли идолом, а также считавшееся священным дерево.

Их почитали жертвованием оленей, а при прохождении мимо — выстрелом стрелой в дерево». Об аналогичном факте упоминает и В. Ф. Зуев, отмечая, что остяки поклоняются горам, коих «какую отменность видят от прочих, таким отдают почтение из луков стрельбою в какое-нибудь, также особливое дерево». Н. А.

Абрамов, в середине XIX века описывая Березовский край, сделал следующее замечание: «Остяки оказывали благоговение горам и деревьям, заключающим в себе что-нибудь особенное, возбуждающее в них чувство уважения… Ни один остяк не проезжал мимо тех чтимых ими предметов без того, чтобы сперва не выстрелить в них из лука.

Проезжая водою близ них, старался держаться средины реки, чтобы веслом не коснуться до берега… Томимый жаждою, не осмеливался ни напиться воды, обтекавшей обожаемое место, ни вырвать близ него травы, ни сломить дерево».

Какого шайтана почитали ханты

Шайтан-камень у с. Чусовского

В итоге вырисовывается противоречивая картина. С одной стороны, в почитаемых местах манси и хантов существуют строгие запреты: нельзя рубить деревья, даже травку сорвать не разрешается. А с другой — в святые березы можно стрелять из лука. Такое противоречие можно объяснить единственным способом: степень почитания таких мест должна быть различной.

Одни святые места предназначались для проведения религиозных обрядов. Другие — играли какую-то чтимую, но не запретную роль. К первым относились с величайшим почтением. Со вторыми можно было обращаться свободно и попросту. Первые были святилищами.

Вторые — какими-то полезными указателями отличия от других, себе подобных: возможно, какими-то реперами для ориентировки в пространстве, так как чаще всего такие реперы устанавливались в устьях небольших речек-притоков большой реки. И представляли собой приметные камни или деревья, о чем сообщает Г. Ф. Миллер.

Узрев такой репер, словесно известный ему заранее, человек убеждался в правильности своего передвижения к определенной цели. Это вызывало у него положительные эмоции, приводящие к выстрелу из лука.

Этого он не мог никогда сделать в священном месте: выстрелить стрелой в святого идола — величайшее кощунство.

Однако и те, и другие места: и святые, и обыденные, почемe-то называются одинаково — Шайтанами. Как такое могло случиться?

В качестве версии выскажем следующее: может быть, русские первопроходцы в контактах с манси не совсем точно восприняли слово Шайтан или Шайтанка.

В алфавите современного мансийского языка имеется буква Ш. Но откроем страницу мансийско-русского словаря на букву Ш и увидим, что на ней записаны слова, исключительно пришедшие из русского языка: шахматы, шахта, шкаф, школа, шофер и др. В старинном мансийском языке буква Ш отсутствовала в начале слов. В собственно мансийском языке букву Ш заменяла согласная буква С.

Тогда слово Шайтанка на мансийском языке могло звучать как Сайтанка.

Первая часть слова Сайтанка — Сайт — легко обнаруживается в мансийском языке и означает «толк, толковый».

Вторая часть слова — Анка — не находит прямого приемлемого объяснения. Но, может быть, в слове Сайтанка было две буквы Т — Сайттанка? А при переходе в русский язык эти две согласные буквы были восприняты как одна.

В этом случае слово Сайттанка можно раз-делить на две части: Сайттанка = Сайт — танка. Тогда вторую часть можно трактовать как сокращенное от тангхунгкве ’желать, хотеть' — танк (г) 'желание, хотение'. Конечная буква А является, скорее всего, русским добавлением.

В результате получаем — сайт-танк-а = 'толковое желание' или 'толковая и желаемая'.

Таким образом, потамоним Шайтанка можно трактовать как «толковая река, по которой желательно передвигаться», она удобна для прохождения, подхода по ней к легко проходимому перевалу.

При такой интерпретации становится понятным и тот факт, что именно в устье реки Шайтанки фиксируются какие-то отличительные предметы: характерные камни, особого вида деревья, пещеры и т.п.

Имея устные известия о таких отличительных предметах, человек, находя их на местности, убеждался в том, что по такому притоку (Шайтанке) можно удобно подняться к легкопроходимому перевалу через водораздел и попасть в смежную реку, удобную для прохождения.

Какого шайтана почитали ханты

Шайтан-камень у с. Арамашево

В заключение приведем еще примеры указателей в устьях рек Шайтанка.

Миллер сообщает, что вблизи устья речки Шайтанки, притока реки Туры, стояла почитаемая береза.

Две реки Шайтанки — одна при-ток реки Межевой Утки (на западном склоне Уральского хребта), другая — приток реки Тагил (на восточном склоне) — берут начало около горы с каменными останцами с современным названием Старик-Камень, который Кривощеков именует также Шайтаном.

На правом берегу реки Ивдель, около устья речки Шайтановки, имеется пещера, именуемая Шайтанской. Следует также отметить, что в ряде случаев в районе устья реки Шайтанки находится береговая скала или Камень, именуемые Шайтаном.

На правом берегу реки Режа, немного выше устья реки Ворониной (старое название река Шайтанка), расположен Шайтан Камень. На правом берегу реки Режа, напротив с. Арамашево, находится Шайтан Камень, а несколько ниже в реку Реж впадает река Шайтанка ит.д.

Итак, потамоним Шайтанка имеет чисто мансийское происхождение и означает «реку толковую и желаемую» для прохождения. Название это не имеет никакого отношения к тюркскому слову шайтан ’злой дух'. А при восприятии сложного мансийского слова 'сайттанк' русскими людьми получилось Шайтанка, ныне широко фигурирующая на географических картах и в литературе. 

  • Владислав Карелин
  • Фото Виктора Байдукова
  • Статья журнала «Уральский следопыт» №10 от октября 2011

Источник: https://oskolki.moy.su/blog/takaja_raznaja_shajtanka/2017-01-29-692

Какого шайтана почитали ханты

Описание древнего языческого культа Шайтана у остяков (хантов) первым в российской науке составил «недруг» академика Ломоносова, историк и географ, член Петербургской Академии наук, Герард Фридрих Миллер.

Этот ученый был немцем, прожившим в России большую часть жизни (он приехал в страну двадцатилетним юнцом), и главный труд, который он оставил потомкам – это «История Сибири». Участник Второй Камчаткой экспедиции (1733–1743 гг.

), так, впрочем, и не попавший на Камчатку, он объездил почти всю Сибирь и действительно дал науке множество открытий и первым описал народы, населявшие Азиатский континент от Урала до Берингова пролива.

Десять долгих лет ездил он по стране и внес вклад в развитие российской истории, систематизируя данные архивов сибирских городов и записывая рассказы очевидцев. Он открыл множество исторических документов, среди которых была и летопись Ремизова, и сохранил массу интереснейшей информации об обычаях народов Сибири.

Из Перми на Обь

О кровавом культе Шайтана Миллер упоминает в описаниях образа жизни хантов Нижнего Приобья. Миллер указывает, что самый большой и почитаемый язычниками идол Шайтана примерно в 1670 году был установлен хантами в районе Шайтанских юрт, а затем был увезен на реку Конду в Нагарчевские юрты, и там простоял еще несколько лет.

На реку Обь идол был привезен язычниками из Перми после того, как пермяки приняли крещение и отказались от почитания деревянного божка.

Произошло это, вероятно, на рубеже XVI–XVII веков, когда под Пермью началось мощное движение по основанию православных храмов и монастырей, – об этом в статье «Пермь Великая и первые века ее христианизации» указывает российский историк Георгий Николаевич Чагин.

Идол жил в «доме» и имел двух жен

  • Идол, стоявший на Шайтанских юртах был, по словам Миллера, «знатнейшим», и к нему на поклон съезжались даже сургутские и обдорские ханты.
  • Изображение божка было вырезано из дерева, лицо у него было «жестяное»; специальные шаманы-шайтанщики одевали деревяшку в богатую одежду из шелка и тонкого сукна, а на голову идолищу одевали соболью шапку с опушкой из огненной лисы.
  • Как рассказывали казаки, ханты называли божка Мастер-лунх, а русские называли Мастерковым – по имени шайтанщика Мастера, который и держал на своей земле изображение Шайтана.

Шайтан «жил» в особом лабазе – амбаре, обитом изнутри красным сукном.

По обе стороны от него стояли две женских фигуры, сделанные из вязанок березового хвороста. Очевидно, это были «жены» божка, которые были одеты в богатые женские одежды. В их одежу бесплодные хантыйские женщины в качестве приношений засовывали тряпичных кукол – просили детей.

Читайте также:  Самые плохие персонажы русской литературы. рейтинг

На стенах амбара висело множество приношений – шкур соболей и лисиц. Казаки свидетельствовали, что шайтанщики отнюдь не ждали, когда ханты сами принесут Шайтану пожертвования – они сами объезжали «подопечных» и собирали с них дань с в пользу идола. Через некоторое время после того, как шкуры повисят на стенах лабаза, шаманы продавали их, а деньги оставляли себе.

Отдавали все: и оленя, и рабыню

Однако ханты одаривали свое божество не только шкурками или деньгами, но и отдавали шайтанщикам лошадей, оленей и… девушек.

Шаман распоряжался подарком по собственному усмотрению, иногда он мог даже наделить рабыню приданым и выдать замуж.

Миллер сообщает, что достоверно известно, что у шайтанщика по имени Хауда была подобная рабыня. Она досталась ему в дар от одного ханта из Митькиных юрт.

У ханта смертельно заболела любимая жена, а приглашенный Хауда, покамлав, заявил, что Шайтан взамен на жизнь жены требует себе девушку-рабыню, которой хант владел.

Рабы у хантов были обычным делом: богатые ханты выкупали детей у бедных родителей.

Хант согласился на обмен и подарил девушку шайтанщику; однако это не помогло, и жена умерла в мучениях. Тем не менее, девушка осталась у шамана и была его собственностью до того времени, пока казаки не сожгли «поганое идолище», а местный архиерей не дал бедняжке вольную.

Чужую жизнь не жалко

Но Шайтан был еще более кровожадным: Миллер описывает обычай приносить в его честь жертвы – скот, а также женщин, девушек и молодых парней. Очевидно, делалось это в особых случаях, когда ханты хотели вытребовать у своего божка особые преференции – богатство, жизнь, здоровье.

Будущую жертву одевали в одежду, сшитую и украшенную металлическими побрякушками наподобие шаманских амулетов.

Затем их под оглушительные вопли шамана и всеобщее пение несколько раз обводили вокруг идола, а затем неожиданно били по голове топором и одновременно перерезали жертве глотку.

Любопытно, что подобным же образом приносили жертвы богам и древние кельты. Во время жертвоприношения считалось необходимым держаться за рукава идола руками.

Но это было еще не все. Послу убийства кровью жертвы мазали идолам рты, затем тела жертв разделывали. словно животных, а потом куски человечины варили и подавали на блюдах идолу. Миллер упоминал, что в последний раз подобный ритуал ханты пытались провести около 1700 года, однако жертвоприношение хантыйского юноши было остановлено казаками, примчавшимися из Березова.

Историк не уточнял, что ханты далее делали с мясом девушек и мальчиков, однако пишет, что мясо принесенных в жертву оленей, лошадей, быков и телят варили, выставляли перед идолами, а через несколько часов съедали сами.

Миллер уточнял, что даже крещеные остяки не оставляли своих кровавых верований. Кроме амбарных шайтанов, у хантов было множество вырезанных из дерева «болванов», которым они поклонялись, а если хант давал клятву, то для этого вырезал из дерева небольшого шайтана и кусал его.

Известно, что после того, как казаки сожгли идолище на Оби, «звание» шайтанщика еще долгое время переходило от шамана к шаману. Не помогало и крещение самих шаманов, так как они в душе оставались язычниками, и выдав казакам поддельного идола, старого оставили у себя и тайно поклонялись ему.

Источник: https://news.myseldon.com/ru/news/index/213577930

Ханты и манси тоже когда-то были мусульманами

Ислам пришёл в Сибирь более 600 лет назад. Старинные рукописи, хранящиеся в Тобольском городском музее-заповеднике, повествуют о приходе в 1394 году в Сибирь 366 суфиев тариката Накшбандия и 1700 воинов хана Шейбана из Средней Азии. На берегах Иртыша они «учинили великое сражение за веру».

Суфии несли Слово Аллаха

«Из самих шейхов триста стяжали мученический венец, павши, кто на суше, кто на воде, кто на болоте, – сообщает мусульманский проповедник Саид Ваккас Аллакулов. – После этого появилась здесь вера исламская, и открылись пути, так что вдоль Иртыша стали приходить караваны и наезжать сюда ради обучения вере ученые, ходжи и ишаны; большая часть их были люди, могшие творить чудеса».

Суфии несли Слово Аллаха всем сибирским народам, так как все они тогда придерживались язычества. Наиболее прочно он утвердился среди сибирских татар, а также среди проживающих в бассейне Иртыша и его притоков финно-угорских народностей, вогулов и остяков, больше известных сейчас как ханты и манси.

«Шейхи использовали реки в качестве основных транспортных путей, – отмечает доктор исторических наук Елена Михайловна Главацкая, – поэтому и направления распространения Ислама среди хантов и манси совпадали с руслами рек. Наиболее серьезному воздействию подверглись манси, жившие вдоль Туры и Тавды, и ханты бассейна Иртыша и его притоков».

Активная миссионерская деятельность исламских проповедников на протяжении длительного периода и тесные этнокультурные и экономические контакты с тюркскими народами, прежде всего с сибирскими татарами, привели к определённым религиозным изменениям в крае.

Так, в Сибирской летописи, составленной в 1636 г. Саввой Есиповым, дьяком Тобольского архиерейского дома, сообщалось о том, что «тотаровя» – население рек Туры, Тобола и Иртыша (в том числе ханты и манси), обозначенное общим этнонимом,– «закон Моаметов держат».

«Между тем, нельзя говорить о полной исламизации хантов и мансы, – поясняет Елена Михайловна, – только некоторые элементы Ислама проникли в их жизнь. И процесс этот начался достаточно рано, гораздо раньше, чем в Сибирь проникло Христианство».

Сейчас очень трудно восстановить процесс обращения в Ислам этих народов, потому что средневековых источников сохранилось крайне мало. Но, судя по всему, Ислам очень прочно вошёл в их жизнь.

Достаточно сказать, что в сражении при Искере, которое дали отряды хана Кучума дружине Ермака, вместе с сибирскими татарами воевали и вогулы и остяки. Это изображено даже на известной картине «Покорение Ермаком Сибири».

В сочинении, посвящённом этнографическому описанию, составленному в первой четверти XVIII века сосланным в Сибирь украинским полковником Григорием Новицким, участвовавшем в миссионерских поездках по краю митрополита Филофея Лещинского, можно найти интересные сведения. Новицкий сообщает, что ханты оказали вооружённое сопротивление православной миссии в районе Черных Юрт и Юрт Буреньковых, и, по словам автора, они «…начаша себе нарыцати бесурманы… и воздвигоша кличи».

«Бесурманами» в 18 веке называли мусульман, а «кличи» – слово украинского происхождения, в данном случае означающее минарет, с которого верующих призывали на моления. Судя по всему, это было небольшое возвышение, располагавшееся посреди юрт.

Как отмечают исследователи, из-за отсутствия источников очень трудно определить сейчас, как именно исповедовали Ислам эти северные народы. Дело в том, что свидетельства о религиозности и верованиях местного населения собирались представителями Христианства.

Для них было важно искоренить то, что они называли «язычеством». Понятно, что большого внимания на элементы Ислама они не обращали, поэтому сейчас трудно сказать что-то определённое.

Но вместе с принятием Ислама к южным хантам и манси пришли зачатки земледелия и животноводства, которому их обучили сибирские татары. Прослеживаются заимствования и в одежде, и в быту.

Благодаря активной торговле, которую вели государственные образования Сибири с мусульманскими странами Поволжья и Средней Азии, вогулы и остяки забросили гончарное ремесло, так как в каждой юрте появилась металлическая посуда.

Хотя, даже оказавшись в лоне передовой исламской культуры, ханты и манси продолжали вести традиционный образ жизни, основой которого были охота и рыболовство. Кстати, именно поэтому в 17 веке государство старалось удержать наиболее ретивых представителей церкви или общественности от миссионерской деятельности.

«Правительству важно было оградить хантов и манси от насильственной христианизации, – говорит Елена Главацкая, – здесь стояли экономические интересы государства. От этих народов в виде ясака власти получали драгоценную пушнину, которая была одним из основных элементов экспорта русского государства».

Аргументы правительства в пользу этой политики были сформулированы и приведены в грамоте 1685 г.

митрополиту Тобольскому Павлу: «…для того, что Сибирь Государство дальнее и состоит меж бусурманских и иных вер многих земель, чтоб тем Тобольских татар и бухарцов и иных земель приезжих иноземцов не ожесточить, и от Государской милости их не отгонять, и Сибирскому государству какого повреждения не учинить».

Стремлением сохранить ясачные волости в качестве поставщиков пушнины и не допустить возникновения конфликтов на почве различной религиозной принадлежности на некоторое время «законсервировало» религиозную ситуацию в Сибири. В то время интересы сохранения мира и стабильности государства ставились выше задач расширения границ христианского влияния.

Смена курса на христианизацию

Но оставаться мусульманами хантам и манси помешала геополитика и мировая экономики. В 18 веке сибирская пушнина стала цениться гораздо меньше, чем американская, появившаяся в это время на международном рынке. Кроме того, на Урале обнаружили залежи руд, а именно урало-сибирский металл спас Россию в войне со Швецией.

Поэтому начало 18 в. знаменовалось изменением политики правительства в отношении религиозных традиций коренного населения края. Фактически был взят курс на изменение религиозной ситуации – организована миссионерская кампания под руководством митрополита Филофея Лещинского с целью крещения народов Сибири, сохранивших религиозные традиции предков.

Значительное количество почитаемых мест аборигенов Сибири было разрушено, изображения почитаемых ими божеств сожжены, а над населением совершены обряды крещения во время миссионерских поездок митрополита Филофея и его соратников. С формальной точки зрения цель миссии была достигнута, однако реальные религиозные изменения требовали гораздо более длительного времени, с одной стороны, и изменения образа жизни – с другой.

Попытки использовать институт надзирателей для наблюдения за тем, как окрещенные соблюдают нормы Православия, и административные меры в отношении тех, кто продолжал придерживаться религиозных традиций предков, неизменно приводили к конфликтам и столкновениям, которые нередко трагически заканчивались для участников этого процесса. Что касается намерений митрополита распространить свою деятельность и на мусульман Сибири, то они не нашли поддержки в правительстве.

Просьба миссионера, адресованная Петру I, о подготовке указа, направленного против населения, исповедующего Ислам, «…чтоб в Тобольску мечетем татарским между церквами Божиими и житию их татарскому с христианы не быть, потому, что от мечетев церквам Божиим бывает перешкода…», не была поддержана. Однако мусульманам категорически запрещалось проповедовать Ислам.

Но тут необходимо отметить, что православные миссионеры не относили исповедовавших Ислам хантов и манси к числу мусульман, считая, что они язычники, заимствовавшие у татар лишь внешние атрибуты веры.

Таким образом, оставшись без духовной поддержки со стороны татар и других мусульман Сибири, с течением времени и под давлением церковных и светских властей, ханты и манси со временем отошли от Ислама, хотя достаточно долго сопротивлялись этому процессу.

«Помимо новой веры приносились и новые требования, новые налоги и новое давление, – поясняет Елена Главацкая, – и не только экономическое, но и идеологическое, шло активное вмешательство во внутренние дела аборигенов Сибири.

Стремление защитить свою мусульманскую веру было связано ещё и с желанием сохранить свой образ жизни.

Теперь трудно судить, были ли они глубоко верующими мусульманами, но основные элементы веры они восприняли, а новую веру, принесенную Москвой, принимать не хотели».

Алексей Старостин

Источник: http://islam.ru/content/history/30976

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector