Зачем чукотские эскимосы выкладывали «кучи» из черепов животных

?

Categories: Первая часть ЗДЕСЬАзат Миннекаев «Два моржа»Для начала – короткое чукотское героическое сказание, записанное В.Г. Тан-Богоразом, биография которого заслуживает отдельного описания… но не будем о нем. Сказание же таково:«Два человека с мыса Чаплина, один из них шаман, были унесены вьюгой в зимнее время на плавучем льду. Льдину пригнало к острову Лаврентия, к поселку Чибикак. Жители выбежали, убили одного из них, просверлив ему череп острым сверлом. Шамана оставили в живых, рабом сделали. Одну ночь только с ними переночевал, потом позвал своих моржей-духов. Много моржей пришли, стали в ряд так, чтобы он мог пройти по их головам. После многих приключений шаман вернулся на Чукотский мыс и рассказал людям, какая судьба постигла его товарища. Люди решили отомстить за него.

На следующее лето со всех поселков собрались на берегу воины. Сели в лодки. Много больших лодок отплыло к острову Лаврентия. На берегу они увидели поселок. Густой туман лежал на земле. Почти все воины сошли на землю, хотели напасть на врага. Несколько человек направились прямо к поселку, под прикрытием тумана. Сказал старик: «Подайте голос, завойте по-волчьи». Они завыли как волки. Другой старик, из жителей острова Лаврентия, сказал тогда: «О, они здесь». Молодые воины ответили: «Это не может быть! Ведь мы на острове». — «Ну да, да! Ответьте им». Тогда они заревели как моржи. В это время большой отряд нападающих медленно подходил к ним сзади. Неожиданно они набросились на островитян и стали убивать их. Женщины в страшном испуге стали давиться. Другие же резали моржовое мясо, чтобы угощать победителей. Большое побоище было! Много женщин увезли с собой на мыс Чаплина.

Через четыре года отправились островитяне мстить за нападение. Они пришли ночью, все люди спали. Они убивали людей, просто просовывая копья сквозь меховую стену полога. Один маленький мальчик, сирота, успел убежать от них, разбудил других. Нападавшие убежали к морю. На следующий год старики с острова Лаврентия сказали: «Довольно.

Пусть мир будет». Пришло лето, и на берегу сошлись много островитян. Они принесли очень много деревянных сосудов и отдали людям этой стороны. Сказал старик нашего берега: «Как ответить? Дайте им шкуры». Дали им мягкие шкуры. «Что за шкуры?» — «Оленьи шкуры». — «Что такое олени?» — «Они с рогами».

— «Что такое рога?» Тогда им показали голову оленя. Они смотрят, говорят: «О, как чудесно. Нос — как дыры в кожаном покрытии байдары». — «Попробуйте-ка лучше мясо». Сварили оленьего жиру. Потом они попробовали его: «О, это очень вкусно». Они ушли и оставили старика. Он был шаман.

Люди этого берега взяли его в плен так же, как островитяне взяли четыре года назад одного из наших людей.

В XV-XVI веках чукчи были оттеснены от своих прежних мест обитания далеко на восток юкагирскими племенами, вынужденными мигрировать под давлением тунгусов (тех в свою очередь теснили из бассейна Лены тюркские и монгольские предки якутов-саха). В поисках новых мест юкагиры заняли бассейн Анадыря, дойдя до Берингова моря и территориально разделив чукчей и коряков, связанных общностью происхождения.В юкагирском фольклоре сохранились предания о том, что юкагиров на местах их нынешнего обитания встретил некий древний народ, живший в основном охотой на лося, делившийся на «людей леса» и «людей моря»; они боролись с пришельцами-юкагирами, но те победили их, и аборигены вынуждены были отступить (а ареал лося захватывает верхнее и среднее течение Колымы, Индигирки и Анадыря).Чукчи же, отходя на восток, вступали на территории, заселенные азиатскими эскимосами, а тем подвинуть было уже некого и отступать некуда – пришлось потесниться. По причине ли давних связей двух народов, или потому что береговым чукчам с эскимосами делить было в общем-то нечего – морского зверя тогда хватало на всех – но это «уплотнение» проходило по большей части мирно. Чукотские роды часто просто подселялись в эскимосские стойбища – еще в конце XIX-начале ХХ веков было немало эскимосских населенных пунктов (Кивак, Чечин и др.), в которых жили чукчи. Население таких поселков говорило на смешенном чукотско-эскимосском жаргоне, либо, как в Уэлене конца XVIII века, на двух языках. Эскимосское население большинства смешанных стойбищ со временем было полностью ассимилировано – на стороне устремившихся на побережье чукотских охотников было численное превосходство, однако и по сей день многие места по берегам обоих океанов, заселенные исключительно чукчами, носят названия на основе эскимосских корней Ассимиляции способствовал и постоянный торговый обмен между береговыми и оленными чукчами: зверобоям нужны были кожи оленей и изделия из них, а оленеводам – ворвань и прочные ремни из шкур морских животных. Эскимосы же не имели материковых собратьев, так что владеть чукотским языком и иметь среди чукчей родню им было экономически выгодно. В языке чукчей полно эскимосских слов, в основном описывающих морской промысел, в языке же азиатских эскимосов заимствованы чукотские термины, отражающие оленеводческий быт. Многие имена у чукчей – эскимосского происхождения, и наоборот; подобному смешению немало способствовали бытовавшие у обоих народов представления о реинкарнации.

По иному развивались отношения чукчей с американскими эскимосами. Документы начала XVIII века отмечают нападения чукчей на население Аляски, захват имущества и угон в плен женщин и детей. Примерно с середины XVIII века появляются указания на то, что чукчи наряду с набегами ведут на Аляске и торговые дела: «Летом в тихую погоду на байдарах, зимою же по льду на оленях на лежащий почти в середине пролива остров Имоглин (о. Ратманова), а оттуда в Америку в один день переезжать можно, то чукчи нередко ту часть света посещают и торг там, а иногда и грабежи там производят».

Справа: эскимосский доспех из кожи моржа. Аналогичные чукотские ламинары — мэргэв — отличались только прямоугольной формой «крыльев»

В 1789 году сотнику И. Кобелеву удалось уговорить «увеленского острожка лутчего пешего человека Опрею» взять его с собой в такую торговую экспедицию на Укипень-остров (о. Кинг). Чукоч собралось полторы сотни человек на десяти грузовых байдарах.

Подъезжая к острову, чукчи остановили байдары, «оделись в куяки, в руках копье, луки и стрелы на тетивах так, как ратиться должно.

« То же проделали и «укипанцы» на берегу, как пишет Кобелев, «для примера» – мирные торговые связи к тому времени только начали налаживаться, и ни одна сторона полностью не доверяла другой.

Обмен часто проходил в виде «немого торга» – одна сторона оставляла свои товары и отходила. Представители другой стороны клали напротив нужной им вещи свои и тоже отходили.

Иногда, прежде чем удавалось «договориться», приходилось делать несколько встречных предложений, а любое недоразумение могло привести к кровавой развязке, после чего уцелевшие от проигравшей стороны могли организовать экспедицию с целью мести – попутно захватывая добычу и пленников.

В 1793 г.

в Сенате обсуждался рапорт капитана Биллингса, в одном из пунктов которого сообщалось, что «северо-восточные американцы, изъявив желание, имели дружественное с россиянами обхождение, испрашивают защищения от нападения и грабежа чукчей».

Американские эскимосы жаловались русским, что чукчи «почти ежегодно на байдарах приходя на их землю, истребляют их убийством, имение их грабят, а жен и детей берут в плен.»

В этих набегах участвовали не только береговые чукчи, но и их друзья азиатские эскимосы, и сухопутные чукотские оленеводы, не имевшие байдар. «Взаимодействие армии и флота» чукчей описывается в документе XVIII в.: «Оленные чукчи к сидячим чукчам на оленях приезжают и в зимние походы на коряк подымают тех сидячих на своих оленях, а, напротив того, сидячие чукчи оленных носовых и в дальних от моря местах в тундреных живущих летом возят их на своих байдарах по морю и по реке и дают им во взаимное дружество свои байдары, а от них оленных вместо байдар своих берут на платье себе разного звания кожи оленей.»

Эскимосы, надо сказать в долгу не оставались – попавших в плен чукчей они обращали в рабство или изощренно убивали.Специализированных боевых «драккаров» у чукчей не было – одни и те же байдары использовались и в мирное, и в военное время и применялись лишь для переброски сил, но не морских сражений.

Изредка случавшиеся столкновения на море сводились в основном к перестрелке из луков – на беспалубных судах с натяжной обшивкой полноценный абордажный бой невозможен. Зато против них была возможна «водолазная война», когда человек опускался под воду и разрезал обшивку, после чего байдара шла ко дну вместе с экипажем.

Такой способ борьбы с лодками противника применялся редко, в основном беглецами для спасения от преследователей, ибо был рискован и для водолаза, ведь чукчи и эскимосы, как правило, не умели плавать и вообще считали воду средой обитания кэле. Деления на гребцов и пехотинцев не существовало: главное было высадиться, а там и те, и другие равным образом участвовали в сухопутной схватке.

Описанная Кобелевым флотилия из десятка байдар и сотни-полутора воинов была достаточно типичной, однако он же упоминает о плавании на Аляску в более раннне времена сборных армад из сотни байдар и восьми сотен «десантников». Чукотские «викинги» в походах вдоль побережья иногда доходили до территории Канады (самыми ценными пленниками таких дальних экспедиций считались негритянки).

Ход самого налета со слов чукчей описал миссионер А. Аргентов: «Движимые чувством мщения за какие-то старые обиды и имея в виду корысть, чукчи задумали сделать набег. Это было в 1840 году.

В числе 70-ти человек пристали они к какому-то острову в туманную ночь; первым делом их было продырявить у туземцев байдары (чтобы те не бежали в море), затем они врасплох напали на сонных обитателей и многих перекололи. Испуганные гамом нападающих и отчаянными воплями своих, оставшиеся в живых кинулись было спасаться в своих байдарах: оттолкнулись на море и перетонули.

Все годные женщины и дети взяты в плен, а хилые, хворые, увеченные и престарелые убиты без остатка. „Для чего их жалких оставлять на мученье!» – прибавил рассказчик.» Прикончив оставшихся без кормильцев немощных членов племени, нападавшие проявили гуманизм без всяких кавычек: не позволив им умереть от голода, а убив оружием, как воинов, помогли уйти в верхний мир, к лучшей жизни.

Для защиты от взаимных нападений и чукчи, и эскимосы старались располагать поселения на возвышенности, выступающем в океан скалистом мысу или галечной косе, откуда удобнее было обороняться, а в мирное время легче разглядеть добычу в море. Рядом или между поселением и берегом сооружали укрепления, самыми простыми и быстровозводимыми из которых были стены из натянутых моржовых шкур, в которых копьем прокалывались небольшие бойницы. С целью затруднить подходы к жилью на дороге, по которой, как предполагали, пойдут враги, эскимосы могли устанавливать замаскированные колышки, калечившие ноги нападающих, или деревянные пластины с шипами, как на медвежьей охоте. Азиатские эскимосы в качестве полевого укрепления иногда строили снежную крепость, залитую для прочности водой. Водой поливались и подходы к крепости. Если крепости находилась на возвышении, то сверху над местами предполагаемого штурма могли привязывать сани, снабженные острыми кольями и утяжеленные для скорости и натиска камнями.Еще в 1931 г. жители Наукана традиционно обкладывали яранги почти до крыши камнем, превращая их в крепости.Существовали и капитальные стационарные каменные крепости (по-эскимосски «умкы»), с бойницами двух видов: для стрельбы из лука и скатывания камней. Вход закрывался каменной плитой. Рвом, правда, эти замки не обносили: в вечной мерзлоте копать каменными и костяными орудиями траншеи глубже полуметра затруднительно даже летом. На длительную осаду такие крепости рассчитаны не были, но арктические народы ее вести и не умели – обычно после непродолжительного интенсивного обстрела переходили к штурму. Но часто жителей поселка мог спасти сам факт наличия крепости (если речь не шла о мести именно данному конкретному роду) – нападающие обычно высылали вперед разведчиков, и если те видели, что в поселке возведена крепость, а жители готовы к обороне, то алчущие более наживы, чем ратных подвигов агрессоры могли обойти данное поселение стороной. О тактических приемах можно судить по сказаниям, подобным приведенному в начале поста: нападать стремились неожиданно: на рассвете, в утреннем тумане, или специально выбирали время, когда основная часть мужчин была на охоте и поселок оставался без защитников. Эскимосы же, уходя на охоту, иногда прибегали к хитростям: выставляли на видных местах кучи камней в рост человека, одетые в парки – разведчикам они должны были показаться часовыми. Часто упоминается, что флотилия при подходе к поселению врага разделялась: большая ее часть скрытно приставала к берегу и готовилась напасть с тыла, тогда как меньшая чалилась в виду поселения, отвлекая на себя внимание. Высадка могла происходить и в отдалении от вражеского стойбища, чтобы жители не сразу узнали о ней, а приплывшие могли отдохнуть от гребли.

Если война становилась затяжной и бесперспективной для обеих сторон, заключалось перемирие, постепенно завязывались торговые отношения – и хотя случаи чукотского межконтинентального бандитизма продолжались почти до конца XIX века, но становились все реже и реже; в начале ХХ века в разговоре с Богоразом чукотский торговец обрисовал ситуацию так: «Войны кончились. Пришло время мира. Каждый думает только о выгоде, и все племена и народы перемешались». В интернетах встречается упоминание о том, что последняя война чукчей с эскимосами произошла аж в 1947 году и окончилась победой чукчей, но упоминаний о первоисточнике этих сведений я найти не смог, поэтому подробностей (чем в это время занимались пограничники обеих сторон, насколько масштабная случилась перестрелка, каковы были международные последствия… и были ли они вообще, или это просто советские чукчи с советскими же эскимосами по пьяни подрались) сообщить не могу и поручиться за достоверность самого факта – тоже. UPD: nik_ratibor пишет: «Я тут запросил чукотских погранцов, дабы они вопрос про «войнушку» 1947 провентилировали у местных краеводов. Вот что мне ответили: «До войны дело не дошло, но конфликтуют они постоянно… Кстати, последнего кулака чукотского раскулачили где-то в 1959 году….»»

Продолжение следует

Источник: https://haritonoff.livejournal.com/137527.html

Как чукчи с эскимосами воевали

Чукчи вели бескомпромиссные войны с эскимосами, коряками и русскими, при этом обладая довольно эффективным, хотя и весьма экзотическим комплексом наступательно-оборонительного вооружения. Последняя война чукчей с эскимосами произошла в 1947 году и окончилась победой чукчей.

Берингов пролив, отделяющий побережье Азии от Америки, недостаточно широк, чтобы стать преградой для морских зверобоев. В больших байдарах, кожаные борта которых не боялись столкновения с ледяным краем, чукчи пересекали его студеные воды ради добычи и торга. Память об эскимосо-чукотских войнах крепко сохранилась в преданиях обоих народов.

Чукчи и эскимосы встречались, чтобы торговать. Моржовые кожи обменивались на редкую здесь деревянную утварь, мех и тюлений жир. Обмен всегда носил военный характер. В одной руке всегда держалось копье. Любое недоразумение могло приобрести кровавую развязку.

Очень часто обмен проходил в виде «немого торга». Одна сторона оставляла свои товары и отходила. Представители другой стороны клали напротив нужной им вещи свои и тоже отходили.

Иногда, прежде чем удавалось «договориться», приходилось делать несколько встречных предложений.

Обиды множились, лилась кровь. Набегами чукчей на жителей американского побережья двигала месть. Попутно захватывалась добыча и пленники. В тех случаях, когда война становилась затяжной и бесперспективной для обеих сторон, заключалось перемирие. Мирный договор скрепляли присягой солнцу и возмещением материального ущерба.

Чукчи использовали два основных типа доспеха: кожаный ленточный-ламинарный и пластинчатый- ламеллярный, а позднее — железный. Кожаные и железные доспехи представляли собой латы, закрывающие воина с головы до колен или даже до середины голени, тогда как костяной ламеллярный панцирь был полукирасой или кирасой, защищавшей корпус воина, иногда в сочетании с крыльями.

В 1793 г.

в Сенате обсуждался рапорт капитана Биллингса, в одном из пунктов которого сообщалось, что «северо-восточные американцы, изъявив желание, имели дружественное с россиянами обхождение, испрашивают защищения от нападения и грабежа чукчей». Американские эскимосы жаловались русским, что чукчи «почти ежегодно на байдарах приходя на их землю, истребляют их убийством, имение их грабят, а жен и детей берут в плен.»

В набегах участвовали не только береговые чукчи, но и их друзья азиатские эскимосы, и сухопутные чукотские оленеводы, не имевшие байдар. «Взаимодействие армии и флота» чукчей описывается в документе XVIII в.

: «Оленные чукчи к сидячим чукчам на оленях приезжают и в зимние походы на коряк подымают тех сидячих на своих оленях, а, напротив того, сидячие чукчи оленных носовых и в дальних от моря местах в тундреных живущих летом возят их на своих байдарах по морю и по реке и дают им во взаимное дружество свои байдары, а от них оленных вместо байдар своих берут на платье себе разного звания кожи оленей.»

Эскимосы, надо сказать в долгу не оставались – попавших в плен чукчей они обращали в рабство или изощренно убивали.

Специализированных боевых «драккаров» у чукчей не было – одни и те же байдары использовались и в мирное, и в военное время и применялись лишь для переброски сил, но не морских сражений.

Изредка случавшиеся столкновения на море сводились в основном к перестрелке из луков – на беспалубных судах с натяжной обшивкой полноценный абордажный бой невозможен.

Зато против них была возможна «водолазная война», когда человек опускался под воду и разрезал обшивку, после чего байдара шла ко дну вместе с экипажем.

Такой способ борьбы с лодками противника применялся редко, в основном беглецами для спасения от преследователей, ибо был рискован и для водолаза, ведь чукчи и эскимосы, как правило, не умели плавать и вообще считали воду средой обитания кэле. Деления на гребцов и пехотинцев не существовало: главное было высадиться, а там и те, и другие равным образом участвовали в сухопутной схватке.

Описанная Кобелевым флотилия из десятка байдар и сотни-полутора воинов была достаточно типичной, однако он же упоминает о плавании на Аляску в более ранние времена сборных армад из сотни байдар и восьми сотен «десантников». Чукотские «викинги» в походах вдоль побережья иногда доходили до территории Канады (самыми ценными пленниками таких дальних экспедиций считались негритянки).

Самые большие ополчения, которые выставлялись против русских, насчитывали около 3000 человек. Первые русские путешественники отмечали, что в бой чукчи шли под грохот бубнов, на которые была натянута человеческая кожа.

Собираясь в набег, чукчи брали основное оружие дальнего боя — лук, изготовленный из двух пород дерева: березы и лиственницы. Наконечники изготавливались из кости, клыка и камня, на тетиву шли нарезанные из тюленьей кожи ремни или сухожилия.

Колчан чукчи носили удобно, как ранец, за спиной. Свои меткие выстрелы чукчи и коряки «подкрепляли», смазывая наконечники ядом. В тундре растет неказистый лютик, корень которого вполне годился для изготовления смертоносного зелья.

Рана опухала, и через несколько дней человек умирал.

Защитить тело человека в бою должен был панцирь из моржовой кожи. Ровными полосами моржовая кожа опоясывала воина — нижний ряд нашивался на верхний. Панцирь расходился к низу широким раструбом, грудь прикрывала пластина из кожи сивуча.

Но самой «приметной» частью доспехов был щит, отброшенный за спину воина, словно он собрался подняться в воздух на дельтаплане. Спинная часть щита, состоявшая из широкой доски, обтянутой кожей, возвышалась над головой воина. Боковые «крылья» легко складывались на сгибах, закрывая в нужный момент грудь и лицо.

Чтобы приводить их в движение, на крыльях были петли. Требовалось время, чтобы освоиться с панцирем, имевшем целую систему ремней, петель и пряжек. Ленточный панцирь, который чукчи называли «мэргэв», имели не все воины. Он был все-таки тяжел и неудобен, как, впрочем, и любые доспехи.

Пожалуй, единственным неоспоримым удобством он обладал для убегающего — задняя часть щита надежно защищала спину и голову от стрел врага. Поэтому наиболее храбрые чукотские воины считали постыдным его носить, как явный знак трусости.

Тактические приемы северных войн: нападать стремились неожиданно: на рассвете, в утреннем тумане, или специально выбирав время, когда основная часть мужчин на охоте и поселок без защитников.

Эскимосы же, уходя на охоту, иногда прибегали к хитростям: выставляли на видных местах кучи камней в рост человека, одетые в парки – разведчикам они должны были показаться часовыми.

Часто упоминается, что флотилия при подходе к поселению врага разделялась: большая ее часть скрытно приставала к берегу и готовилась напасть с тыла, тогда как меньшая чалилась в виду поселения, отвлекая на себя внимание. Высадка могла происходить и в отдалении от вражеского стойбища, чтобы жители не сразу узнали о ней, а приплывшие могли отдохнуть от гребли.

Насколько серьезно подходили к подготовке воина, говорит метод, который практиковали коряки для вырабатывания у детей реакции на внезапную опасность. К ребенку подкрадывались и обжигали его острым, раскаленным предметом.

В результате добивались того, что ребенок от малейшего шороха или прикосновения отскакивал в сторону. Заканчивалось обучение тем, что отец отправлял сына с каким-нибудь заданием, а сам крался следом. Выждав удобный момент, он спускал с лука стрелу, целясь в сына.

Выдержавший экзамен оставался в живых, вовремя отпрыгнув в сторону. Проваливший — падал замертво.

Суровые законы жизни на Крайнем Севере, войны выработали у чукчей презрение к смерти. Побежденный в поединке не просил пощады, а просил смерти. Выработалась формула — равнодушное обращение к противнику с просьбой о смерти: «Что ж, если я стал для тебя диким оленем, торопись!» — то есть убей.

Первое упоминание о чукчах в письменных источниках относится к 1641г. в связи с тем, что в районе Колымы они напали на русских сборщиков ясака (подать пушниной, собираемая с аборигенов). Стоит обратить внимание, что это была агрессия со стороны чукчей, до их территорий русские в то время ещё не дошли.

Надо отметить, что к этому времени чукчи были местными экспансионистами и вели частые войны против соседних народов. Именно чукотский беспредел привел к тому, что коряки, ительмены и юкагиры с радостью и облегчением приняли русское подданство и ходили вместе с русскими в походы на чукчей. Эскимосы же старались устрашить чукчей жестокостью: например, убивали пленных, просверливая им головы.

Чукчи, не смотря на то, что могли противопоставить мушкетам и саблям лишь стрелы и копья с костяными наконечниками, оказали ожесточённое сопротивление. Они разгромили несколько отрядов с командиром, им удалось захватить оленей анадырского гарнизона, оружие, боеприпасы и снаряжение отряда, в том числе одну пушку и знамя.

События, развернувшиеся в 1730-1750-х гг. на Чукотке и Камчатке, были насыщены многочисленными сражениями, взятием русских и аборигенных крепостей-острогов, взаимным ожесточением и немалыми жертвами.

Источник: http://topru.org/39162/kak-chukchi-s-eskimosami-voevali/

Кереки: их осталось только четверо

Кереки — самый малочисленный народ не только на Камчатке, но и во всей России. По данным переписи 2010 г. кереками себя назвали лишь 4 человека. Одна из самых таинственных и малоизученных северных народностей с печальным историческим прошлым сегодня находится на грани полного исчезновения.

Название

Самоназвание народа «аӈӄалҕакку», или анкалгакку, означает «приморские люди». Второй вариант, породивший этноним «кереки», произошел от чукотского слова «кэрэкит». Исторически выделялись две группы кереков, различавшихся языковыми особенностями и территорией проживания:

  1. Северные, обитавшие вблизи Наваринской бухты. Известны также как мейныпильгынские, или наваринские. Самоназвание группы — ыйулалҕакку, что значит «верхние».
  2. Южные, занимавшие низовья реки Хатырки, известные также как хатырские. В качестве самоназвания использовали этноним «иутылалҕакку», что переводится как «нижние».

Где живут, численность

К XVII столетию кереки занимали обширные территории от устья реки Опуки в северо-восточной части современного Камчатского края до чукотского залива Анадырский лиман. Археологические исследования показали, что в древности зона расселения была еще больше, простираясь до мыса Олюторский на одноименном полуострове, служащем границей между Беринговым морем и Олюторским заливом. В связи с удаленностью и малой изученностью региона, точных данных о численности кереков не было до конца XIX века. Долгое время представителей народности записывали как коряков, считая их единым народом. Сохранившиеся сведения показывают, что с каждым годом число кереков неумолимо сокращалось:

  • 1897 г. — 600 чел.
  • 1927 г. — 315 чел.
  • 1959 г. — 53 чел.
  • 1970 г. — 25 чел.
  • 1975 г. — 13 чел.
  • 2002 г. — 8 чел.
  • 2010 г. — 4 чел.

В середине прошлого столетия большая часть представителей народности жила в селах Хатырка, Беринговский, Мейныпильгыно, относящихся к Беринговскому району Чукотского АО. В национальном чукотском селе Мейныпильгыно, сегодня входящем в Анадырский район Чукотского АО, проживают последние представители керекского народа.

Язык

Сегодня кереки в основном используют русский и чукотский языки. Национальный керекский язык, относящийся к чукотско-камчатской семье, сохранился лишь пассивно: в трудах исследователей народа и в памяти оставшихся его представителей. Ряд ученых относит его к числу диалектов корякского языка. В лексике зафиксированы также элементы эскимосского.

Впервые научное описание керекского выполнил советский ученый Петр Яковлевич Скорик. Серьезный вклад в изучение традиций, культуры, верований, фольклора, языка внес историк-этнограф Владилен Леонтьев после исследовательских экспедиций семидесятых годов прошлого столетия. Известно порядка 4 000-5 000 керекских слов, несколько десятков фольклорных текстов.

История

Кереки — древнейшее автохтонное население Чукотки. Археологические исследования указывают на существование древнекерекской археологической культуры во второй половине первого тысячелетия до нашей эры. Часть исследователей считает кереков, ительменов и ряд других палеоазиатских народов родственниками североамериканских индейцев. Об этом свидетельствует ряд генетических факторов, связанные элементы национального фольклора, в том числе сказки про ворона. В XVII столетии, в период кровопролитных войн за территорию между чукчами и коряками, кереки оказались под ударом обеих сторон. Более сильные и многочисленные соседние народы убивали и брали в рабство целые семьи, что привело к значительному сокращению численности народа, уходу с обжитых и освоенных территорий. Уменьшению численности способствовали смертоносные эпидемии конца XVIII века, резкое сокращение морской фауны из-за активной деятельности американских и японских китобоев в XIX столетии.

С приходом советской власти традиционный уклад жизни, в том числе проживание соседско-родовыми малыми общинами, уничтожены. Оставшихся кереков расселяли в более крупные села, где стали практиковаться ранее запрещавшиеся межнациональные браки, в основном, с чукчами. Это привело к утрате национальной самоидентификации, стремительными темпами продвигавшейся ассимиляции.

Одежда

Керекский традиционный костюм во многом схож с чукотским. Верхней мужской одеждой служила кухлянка: куртка-рубаха глухого, расширяющегося к низу кроя. Шилась из двух шкур оленя, сложенных мехом внутрь. Зимой поверх обычной кухлянки надевали утепленную: аналогичную по крою, но сшитую мехом наружу.

Рукава кухлянки кроили широкими в проймах, сужающимися к кисти. Низкий ворот и рукава оторачивали мехом собаки. Для тепла надевали воротник-шарф, завязывающийся под подбородком двойной меховой капор из шкур с лап выдры, собаки, росомахи.

Дополняли наряд меховыми штанами, поршневидной обувью из толстой кожи моржа, шедшей на подошву, и голенищем с передним швом.Традиционный женский керекский костюм — керкер, то есть меховой комбинезон. Летом надевали одинарный нательный керкер, зимой дополняли вторым аналогичным, сшитым мехом наружу.

Рукава и ворот декорировали собачьим мехом, глубокий вырез от шеи до груди затягивали шнурками. Комбинезон снабжали теплым меховым капюшоном, дополнительно надевали капоры.

Внешность

Как и другие палеоазиатские народы, кереки в большей степени относятся к арктической расе, возникшей из азиатского очага расселения. К отличительным особенностям внешности кереков относят необычайно маленький, даже для северных народов, рост: 140-145 см для представителей обоих полов, редко рост достигал 150 см. К другим особенностям внешности относят:

  • худощавое, сухое телосложение;
  • темные глаза с суженным горизонтальным разрезом;
  • смуглая кожа;
  • жесткие черные прямые волосы;
  • толстые губы;
  • острые высокие скулы;
  • нос, узкий в переносице.

Семейный уклад

Традиционным семейным укладом кереков был матриархат. Главой семьи выступала женщина, принимавшая все важные общественные, хозяйственные решения, занимавшаяся торговлей. Старшая женщина или жена любое действие мужчины предваряла советом, могла запретить совершение какого-либо поступка.

Главенствующая роль женщины отразилась в народном фольклоре. Перед совершением какого-либо поступка или началом дела герои обязательно спрашивают совета у бабушки или другой женщины. Например, такой сюжет есть в сказке про мужчину-зайца по имени Милуткалик.

Род вели по линии матери, живя большими семьями, управляла которыми старшая женщина. Летом род разбивался на малые семьи, отправляясь на промыслы. Орудия труда, добыча, запасы, скарб при этом оставались в общем пользовании.

Детей с ранних лет приучали в игровой форме к труду: мальчиков учили охотничьим приемам, обращению с собаками, девочек — хозяйственным домашним делам, изучению съедобных растений, трав, ягод.

Детей любили и баловали, верили, что в телах младенцев в мир живых возвращаются души предков. Появившегося на свет сына считали умершим отцом его матери. Рождение дочери означало реинкарнацию матери отца ребенка. Верование в возвращение душ предков нашло отражение в эпосе: в сказках дети всегда оказываются умнее взрослых людей.

Жилище

Традиционное зимнее жилище кереков представляло полуземлянку. В выкопанную полуметровую яму устанавливали толстые бревна, укрепляемые жердями. Пологую крышу утепляли травой, дерном, зимой дополнительно наваливали поверх снег. Дым выходил через светодымовое окошко в верхней части крыши. Интерес представляет керекская печь: сложенный из поставленных вертикально плоских камней очаг. Когда очаг прогревался, угли и золу вычищали, помещая вместо них мясо, рыбу, дичь, готовившиеся на теплых камнях.Покидали жилище при помощи боковых ходов. В одной землянке располагалось несколько родственных семей, пользовавшихся одним очагом, но имевших собственные спальные зоны. Летом жили в небольших шалашах из жердей, устанавливавшихся вблизи мест промысла.

Жизнь

Основными занятиями кереков выступали рыбалка, охота на морских зверей. Острогами, неводами из китовых жил, тупыми стрелами, дубинками ловили и глушили кету, нерку, горбушу, чавычу, корюшку, камбалу, палтуса.

Рыбу квасили, вялили над костром, сушили на ветру: запасы служили основной пищей в зимний период. Для морской охоты использовали так называемую керекскую спицу — подобие гарпунного устройства.Значительную роль играла охота на птиц, гнездовавшихся на морских скалах.

Для этого на скалу спускали сеть, в которой пугавшиеся присутствия человека птицы запутывались. Сети, петли на шестах использовали на морской поверхности для ловли бакланов. С помощью лука, дубинки охотились на медведей, волков, горных баранов, диких оленей, грызунов, выдр, росомах.

В прибрежных районах собирали морские водоросли, моллюсков, морскую капусту, на земле занимались сбором морошки, голубики, брусники, шишек.

Религия

Религию кереков относят к анимистическому пантеизму, распространено было шаманство. Верили в духов-хозяев окружающего мира, помогающих и вредящих людям. Народ считал, что у каждого животного есть душа.

Кости убитого зверя хоронили, а позвонки мужчины нанизывали на охотничий пояс. Чтобы задобрить душу убитого животного на могилу помещали юколу, вяленое мясо, шикшу. Возвращавшихся с охоты мужчин хозяйки дома встречали с обрядовыми песнями-благодарениями.

Чтобы с улицы в жилище не проникли злые духи, в приходящих охотников кидали горящие головешки.

Рядом с каждым поселением существовали молельные места, называемые камак, используемые также для жертвоприношений. Представляли собой врытый в землю деревянный высокий столб, вокруг которого размещали кучи черепов моржей, китовые челюсти, антропоморфные фигурки.

Жертвенными животными чаще других выступали собаки. Шаманы участвовали в промысловых обрядах, предсказывали погоду, занимались врачеванием. В их роли чаще выступали мужчины, женщины занимались магией, знали заговоры. Интерес представляет традиционный обряд погребения.

Единственные среди всех соседских народов, кереки тела погибших в зимнее время соплеменников выбрасывали в море. Умерших летом хоронили в земле, облачая в специально сшитый без образования узлов костюм. Отороченный белым собачьим мехом капор плотно затягивали на голове, открытым оставляя лишь нос.

Важно, чтобы в одежде не было дыр, прорех, иначе раны появятся у родственников покойного.

Чтобы отогнать беды, злых духов от потомков умершего, детей до похорон связывали, сажали на цепь, наподобие собаки. После завершения церемонии погребения их развязывали, заставляли лаять, стоя на четвереньках. Погибших детей хоронили у стен дома, считали это дурным знаком, поскольку кто-то из предков не пожелал вернуться в земной мир.

Видео

Источник: https://travelask.ru/articles/kereki-ih-ostalos-tolko-chetvero

Жующие сырое мясо

28 Май 2013

Название «эскимос» произошло от слова «эскиманцик» – «сыроед», «жующий сырое мясо, рыбу». Ещё несколько тысяч лет тому назад эскимосы расселились на довольно обширных территориях – от восточной границы Чукотки до Гренландии.

Сегодня их численность очень мала – примерно 2 тыс. человек. Язык свой – эскимосский. Исторически эскимосы тесно связаны с другими народами Чукотки и Аляски. Особое родство у эскимосов с алеутами.

Значительное влияние на их культуру оказало проживание в соседстве с чукчами.

Эскимосы – отличные китобои, некогда киты были для них основным источником пищи, но когда численность этих морских млекопитающих существенно сократилась, пришлось добывать больше тюленей и моржей.

Мясо эскимосы ели в мороженом и квашеном виде, вялили и варили. На воде эскимосы и сегодня охотятся старым дедовским способом – при помощи гарпуна. На каяках, а также на так называемых байдарах, на которых можно перевезти две дюжины человек или 4 т груза.

Вся добыча делится поровну между родственниками охотников.

Основное средство передвижения по суше – собачьи упряжки. Когда-то эскимосы добывали северного оленя и горного барана с помощью лука и стрел, но сегодня столь экзотический способ ушёл в прошлое. Одно время эскимосы мало интересовались пушным зверем (в основном били его, чтобы изготовить одежду).

Но в XIX в. спрос на мех вырос, а у «жующих сырое мясо» появилось огнестрельное оружие – вот и превратились эскимосы в непревзойдённых охотников. Равно как чукчи, приёмы добычи песца и лисицы у которых очень похожи на эскимосские.

Примерно в XVIII в. эскимосы переняли у чукчей технологию изготовления каркасных яранг, до этого они жили большими селениями в полуземлянках, пол в которых выстилали китовыми костями. Летнее жильё – лёгкая четырёхугольная постройка с односкатной крышей на деревянном каркасе, обтянутом моржовыми шкурами.

Когда-то одежда эскимосов шилась в основном из птичьих шкурок – перьями к телу. Впоследствии эскимосы стали выменивать у чукчей оленьи шкуры, из которых получалась куда более качественная одежда. Традиционная обувь эскимосов – меховые унты со вставной подошвой и косым голенищем. Христианство обошло эскимосов стороной.

Они верили и верят в духов, а также в родственные связи человека с животными и предметами. В каждом селении был свой шаман. Самое почитаемое животное – косатка, она считалась покровительницей морской охоты, а зимой якобы превращалась в волка и помогала охотникам в тундре. Особо чтили и моржа. Когда в конце июля наступал период штормов, охота временно прекращалась.

Тогда устраивали праздник моржа. Из ледника вытаскивали моржовую тушу, шаман начинал неистово бить в бубен, созывая жителей посёлка. Кульминацией ритуала было поедание моржового мяса, часть которого шаман бросал в воду – духи, как и люди, непременно должны были принять участие в трапезе.

Затем мясо распределяли между всеми жителями посёлка, а череп животного несли к жертвенному месту, им угощали главную покровительницу – косатку.

Если Вам понравилась наша энциклопедия или пригодилась информация на этой странице поделитесь ею с друзьями и знакомыми — нажмите одну из кнопок соц сетей внизу страницы или вверху, ведь среди кучи ненужного мусора интернете достаточно сложно найти действительно интересные материалы.

Источник: https://planete-zemlya.ru/zhuyushhie-syroe-myaso/

Жизнь чукчей и эскимосов. Почему чукчи враждуют с эскимосами

Чукчи являются древнейшими насельниками Чукотки. Их предки обо сновались здecь, вероятно, на рубеже IV-III тыс. до н.э. С того времени жизнь людей в регионе протекала в относительно постоянных природноклиматических условиях, в одном и том же окружении животного и растительного мира.

В этой естественно-географической среде формировались материальная и духовная культура чукчей, их мифология, мировоззрение, язык, развивались и закреплялись расовые особенности, складывались своеобразные общественные отношения, социальные нормы, характер бытового уклада. Почти неизменными оставались источники существования.

Лишь часть чукчей постепенно стала совмещать сухопутную охоту с морским промыслом, произошло это, однако, не ранее начала нашей эры.

Чукчи вместе с коряками, ительменами, эскимосами и алеутами
выделяются антропологами в особую арктическую расу. При этом чукчи, коряки и ительмены имеют между собой больше общих черт, чем с эскимосами. Антропологические исследования на Чукотке показали своеобразие арктической расы по сравнению с внутриконтинентальными монголоидами.
У чукчей и эскимосов находят ряд специфических признаков: интенсивную теплорегуляцию, высокие показатели содержания гемоглобина, обмена веществ, которые характерны для представителей арктической расы вообще. Их формирование происходило в экстремальных условиях Северо-Востока (Алексеева, Алексеев, 1973. С. 6-7), а сохранение признаков арктической расы могло осуществиться лишь в результате изоляции и весьма длительного пребывания ее носителей в этом регионе.
Таким образом, антропологические данные вполне могут быть увязаны с археологическими свидетельствами появления человека в центральных областях Чукотки в IV-III тыс. до н.э.
У чукчей, коряков, ительменов и эскимосов распространен своеобразный, известный только в регионе расселения этих народностей, вороний эпос.

В мифах ворон действует то как творец благ, какие дает природа людям, то как устроитель жизни. Он — создатель оленей, других животных, рек, гор, он добыл людям солнце, научил их жить в этих природных условиях. Следовательно, сложение мифов с их реалиями у чукчей протекало в арктической природной среде.

Даже в мифах о сотворении светил, земли и всего живого фигурирует только арктиче¬ская флора и фауна. В соответствии со сказанным находятся и астрономические представления аборигенов Чукотки.

Название ряда созвездий и отдельных звезд связано с главным жизнеобеспечивающим занятием — охотой на оленей. Звезда Капелла из созвездия Возничего — это олений бык, привязанный к саням человека, едущего на двух оленях.

Две звезды, находящиеся поблизости от созвездия Орла, называются «Оленья самка с теленком». Полярная звезда — Унпэнэр
(«Воткнутый кол звезда»). Все остальные звезды ходят вокруг, как олени на привязи.

Млечный путь — песчаная река с островами, на одном из которых пасутся дикие олени. Совершенно очевидно, что истоки этих представлений находятся все в том же древ¬нейшем занятии — охоте на оленей.

Как известно, названия месяцев отражают жизненно важные занятия людей и связанные с ними природные явления. Названия месяцев чукотского календаря связаны с жизнью дикого оленя в этих широтах, с его миграционными и биологическими особенностями.

Охота на диких оленей и соответствующий образ жизни определили содержание всех форм общественного сознания чукчей, в том числе и религиозного.

Все культовые отправления чукчей связаны с решающими в жизни охотников сезонами промыслов, во время которых люди обеспечивали себя запасами продовольствия, материалами для одежды, жилища, освещения.

Источник: https://slovarslov.ru/zhizn-chukchei-i-eskimosov-pochemu-chukchi-vrazhduyut-s-eskimosami.html

Чукчи — свирепые воины севера

?

Оригинал взят у matveychev_oleg в Чукчи — свирепые воины севераЧукчи вели бескомпромиссные войны с эскимосами, коряками и русскими, при этом обладая довольно эффективным, хотя и весьма экзотическим комплексом наступательно-оборонительного вооружения. Последняя война чукчей с эскимосами произошла в 1947 году и окончилась победой чукчей.

Эскимосо-чукотские войны

Берингов пролив, отделяющий побережье Азии от Америки, недостаточно широк, чтобы стать преградой для морских зверобоев. В больших байдарах, кожаные борта которых не боялись столкновения с ледяным краем, чукчи пересекали его студеные воды ради добычи и торга. Память об эскимосо-чукотских войнах крепко сохранилась в преданиях обоих народов.Чукчи и эскимосы встречались, чтобы торговать.

Моржовые кожи обменивались на редкую здесь деревянную утварь, мех и тюлений жир. Обмен всегда носил военный характер. В одной руке всегда держалось копье. Любое недоразумение могло приобрести кровавую развязку.Эскимосский доспех из кожи моржа. Аналогичные чукотские ламинары — мэргэв — отличались только прямоугольной формой «крыльев».

Очень часто обмен проходил в виде «немого торга». Одна сторона оставляла свои товары и отходила. Представители другой стороны клали напротив нужной им вещи свои и тоже отходили. Иногда, прежде чем удавалось «договориться», приходилось делать несколько встречных предложений. Обиды множились, лилась кровь. Набегами чукчей на жителей американского побережья двигала месть. Попутно захватывалась добыча и пленники.В тех случаях, когда война становилась затяжной и бесперспективной для обеих сторон, заключалось перемирие. Мирный договор скрепляли присягой солнцу и возмещением материального ущерба.Чукчи использовали два основных типа доспеха: кожаный ленточный-ламинарный и пластинчатый- ламеллярный, а позднее — железный. Кожаные и железные доспехи представляли собой латы, закрывающие воина с головы до колен или даже до середины голени, тогда как костяной ламеллярный панцирь был полукирасой или кирасой, защищавшей корпус воина, иногда в сочетании с крыльями.В 1793 г. в Сенате обсуждался рапорт капитана Биллингса, в одном из пунктов которого сообщалось, что «северо-восточные американцы, изъявив желание, имели дружественное с россиянами обхождение, испрашивают защищения от нападения и грабежа чукчей». Американские эскимосы жаловались русским, что чукчи «почти ежегодно на байдарах приходя на их землю, истребляют их убийством, имение их грабят, а жен и детей берут в плен.»В набегах участвовали не только береговые чукчи, но и их друзья азиатские эскимосы, и сухопутные чукотские оленеводы, не имевшие байдар. «Взаимодействие армии и флота» чукчей описывается в документе XVIII в.: «Оленные чукчи к сидячим чукчам на оленях приезжают и в зимние походы на коряк подымают тех сидячих на своих оленях, а, напротив того, сидячие чукчи оленных носовых и в дальних от моря местах в тундреных живущих летом возят их на своих байдарах по морю и по реке и дают им во взаимное дружество свои байдары, а от них оленных вместо байдар своих берут на платье себе разного звания кожи оленей.»Эскимосы, надо сказать в долгу не оставались – попавших в плен чукчей они обращали в рабство или изощренно убивали.Специализированных боевых «драккаров» у чукчей не было – одни и те же байдары использовались и в мирное, и в военное время и применялись лишь для переброски сил, но не морских сражений. Изредка случавшиеся столкновения на море сводились в основном к перестрелке из луков – на беспалубных судах с натяжной обшивкой полноценный абордажный бой невозможен. Зато против них была возможна «водолазная война», когда человек опускался под воду и разрезал обшивку, после чего байдара шла ко дну вместе с экипажем. Такой способ борьбы с лодками противника применялся редко, в основном беглецами для спасения от преследователей, ибо был рискован и для водолаза, ведь чукчи и эскимосы, как правило, не умели плавать и вообще считали воду средой обитания кэле. Деления на гребцов и пехотинцев не существовало: главное было высадиться, а там и те, и другие равным образом участвовали в сухопутной схватке.Описанная Кобелевым флотилия из десятка байдар и сотни-полутора воинов была достаточно типичной, однако он же упоминает о плавании на Аляску в более ранние времена сборных армад из сотни байдар и восьми сотен «десантников». Чукотские «викинги» в походах вдоль побережья иногда доходили до территории Канады (самыми ценными пленниками таких дальних экспедиций считались негритянки).

Коряко-чукотские войны из-за оленей

Чукотско-корякские войны, окончившиеся лишь в семидесятых годах XVIII в., отличались особой жестокостью, особенно среди оленеводов. Каждое племя находилось в состоянии потенциальной вражды друг к другу. Воевали из-за оленей. Чукчи, не имевшие больших оленьих стад, как у коряков, направили все свои усилия, чтобы стать хозяевами главного богатства тундры. За пятьдесят лет войны, с 1725 по 1773 г. им удалось отбить у коряков 240 000 голов этих животных.В том веке окончательно складывается у чукчей пастушеское оленеводство главным образом за счет насильственно отнятых стад у коряков. Многим корякам, обедневшим в войнах с чукчами, пришлось «сойти на берег» и заняться охотой и рыбной ловлей. В этой борьбе чукчи всегда были первыми. Их желание иметь стада подкреплялось воинским умением и неистощимой энергией. Отряд корякских воинов численностью в 50 человек не решался оказать сопротивление чукчам, если в их отряде было 20 бойцов. Собираясь на большие военные операции, чукчи могли выставить 200-300 бойцов. Самые большие ополчения, которые выставлялись против русских, насчитывали около 3000 человек. Первые русские путешественники отмечали, что в бой чукчи шли под грохот бубнов, на которые была натянута человеческая кожа.

  • Чукча на нартах
  • Оборонительные сооружения и крепости северных народов

Для коряков был традиционен костяной ламеллярный панцирь, который носили состоятельные воины. У бедных коряков доспехи были из нерпичьих, костяные же доспехи богатых коряков в первой половине XVIII в. постепенно вытеснялись железными.Собираясь в набег, чукчи брали основное оружие дальнего боя — лук, изготовленный из двух пород дерева: березы и лиственницы. Наконечники изготавливались из кости, клыка и камня, на тетиву шли нарезанные из тюленьей кожи ремни или сухожилия. Колчан чукчи носили удобно, как ранец, за спиной. Свои меткие выстрелы чукчи и коряки «подкрепляли», смазывая наконечники ядом. В тундре растет неказистый лютик, корень которого вполне годился для изготовления смертоносного зелья. Рана опухала, и через несколько дней человек умирал.Защитить тело человека в бою должен был панцирь из моржовой кожи. Ровными полосами моржовая кожа опоясывала воина — нижний ряд нашивался на верхний. Панцирь расходился к низу широким раструбом, грудь прикрывала пластина из кожи сивуча. Но самой «приметной» частью доспехов был щит, отброшенный за спину воина, словно он собрался подняться в воздух на дельтаплане. Спинная часть щита, состоявшая из широкой доски, обтянутой кожей, возвышалась над головой воина. Боковые «крылья» легко складывались на сгибах, закрывая в нужный момент грудь и лицо. Чтобы приводить их в движение, на крыльях были петли. Требовалось время, чтобы освоиться с панцирем, имевшем целую систему ремней, петель и пряжек. Ленточный панцирь, который чукчи называли «мэргэв», имели не все воины. Он был все-таки тяжел и неудобен, как, впрочем, и любые доспехи. Пожалуй, единственным неоспоримым удобством он обладал для убегающего — задняя часть щита надежно защищала спину и голову от стрел врага. Поэтому наиболее храбрые чукотские воины считали постыдным его носить, как явный знак трусости.Легкие маневренные нарты и оленья упряжка стали основным транспортом чукотско-корякских войн в отличие от эскимосо-чукотских военных кампаний, когда к вражескому берегу десант доставляли весельные байдары. И если отряд проскакивал в стойбище врага незамеченным, схватка, как правило, была короткой. Атака проводилась на рассвете. Часть воинов на лыжах окружала ярангу и разрушала ее, выдергивая стойки жилища. Именно для этой цели и были незаменимы арканы, метко набрасывать которые чукчи или коряки умели с детства. В это же время другие копьями протыкали покров яранги, стараясь перебить всех, кто находился в спальном пологе. Остальные на полном скаку подлетали на нартах к оленьему стаду и, поделив его на части, угоняли.Чукчи и коряки использовали нарты не только как транспорт, но и как незаменимое оборонительное сооружение. Нарты расставляли вертикально по кругу, связывая между собой накрепко ремнями. Сверху на них набрасывали моржовые кожи, закрепляя, где нужно ремнями. На пути врага вырастал «вагенбург», из-за которого лучники вели обстрел.Существовали и капитальные стационарные каменные крепости (по-эскимосски «умкы»), с бойницами двух видов: для стрельбы из лука и скатывания камней. Вход закрывался каменной плитой. Рвом, правда, эти замки не обносили: в вечной мерзлоте копать каменными и костяными орудиями траншеи глубже полуметра затруднительно даже летом. На длительную осаду такие крепости рассчитаны не были, но арктические народы ее вести и не умели – обычно после непродолжительного интенсивного обстрела переходили к штурму. Но часто жителей поселка мог спасти сам факт наличия крепости (если речь не шла о мести именно данному конкретному роду) – нападающие обычно высылали вперед разведчиков, и если те видели, что в поселке возведена крепость, а жители готовы к обороне, то алчущие более наживы, чем ратных подвигов агрессоры могли обойти данное поселение стороной.Еще в 1931 г. жители Наукана традиционно обкладывали яранги почти до крыши камнем, превращая их в крепости.Воспитание воиновПосле победы над врагом чукчи татуировали свое тело: обычай татуировать на руках изображение убитого врага очень древний. Как правило, победитель татуировал точку на задней стороне правого запястья. У опытных воинов такие точки сливались в одну сплошную линию, идущую от запястья по направлению к локтю.Корякские и чукотские женщины носили нож, которым в случае победы врага убивали своих детей, а потом и себя. Обычай предпочтения смерти плену очень древний. В тех случаях, когда человек попадал в плен, он становился рабом.Чукчи довольно редко применяли по отношению к пленным пытки. Но если им в руки попадал военачальник или знаменитый воин — ему приходилось туго.

  1. Русско-чукотские войны
  2. Источник

Источник: https://dambiev.livejournal.com/179573.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector