Что в православии называют «тайными молитвами»

— Алексей Сергеевич, прежде всего, давайте поясним читателям, что «тайные» в данном случае не означает «секретные». У Православной Церкви, как известно, есть Таинства, но нет тайн.

Любой прихожанин при желании может ознакомиться с текстами тайных священнических молитв и получить, наконец, представление о том или ином богослужении в целом.

Но почему, все же, принято произносить эти молитвы про себя?

— Процесс ухода части молитвословий из слышимых в неслышимые начался примерно в VI веке и закончился в VIII.

Это объяснялось охлаждением религиозного чувства и евхаристического рвения в верующих: люди переставали со вниманием слушать длинные молитвы пресвитеров, поэтому молитвы становились тайными.

VI веком датируется новелла императора Юстиниана, в которой он резко критикует зарождающуюся практику тайного чтения молитв Литургии. Тем не менее тайное чтение молитв в Церкви закрепилось и сохраняется.

— Значит, тайное произнесение молитв — своего рода икономия, снисхождение к духовной немощи верующих? Это непривычно: мы ведь уже имели достаточно случаев понять, что Церковь, напротив, сшита нам на вырост.

— Да, это уступка. И не единственная. Для примера: молитва Ефрема Сирина за великопостными службами когда-то совершалась с шестнадцатью земными поклонами, а теперь лишь с четырьмя. Все каноны на утрене когда-то принято было петь, теперь же мы поем лишь ирмосы и катавасии. Церковь идет навстречу людям, которым не под силу слишком напряженный и непрерывный духовный труд.

— Много ли теряют верующие, которым этот пласт богослужения — тайные молитвы — совершенно неизвестен?

— Конечно, и не имея представления о тайных молитвах, можно быть добрым христианином и участвовать в Таинствах. К тому же многознание не говорит еще о высокой духовности.

Но, если мы чувствуем потребность по-настоящему проникнуть в содержание Литургии, утолить свою жажду от ее неисчерпаемого источника — тогда мы должны видеть ее целиком, а не отчасти. И даже не только потому, что в этих молитвах содержатся важнейшие богословские смыслы.

Дело еще и в том, что слышимое нами во время Евхаристического канона — это во многих случаях обрывки фраз. Канон — это целостный текст, и лишь меньшая часть этого текста произносится иереем вслух. В результате мы зачастую не понимаем сути тех или иных слов.

Например, когда из-за закрытых Царских врат раздается «…победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще…» — что это, к кому это относится? Мы не ведаем, потому что не слышали предшествующего текста первой молитвы Евхаристического канона, а в нем говорится об ангельских силах, предстоящих Богу, а начинается фраза так: «Благодарим Тя и о службе сей, юже от рук наших прияти изволил еси, аще и (хотя и) предстоят Тебе тысячи Архангелов и тмы Ангелов, Херувими и Серафими… (…) победную песнь поюще, вопиюще, взывающе и глаголюще: «Свят, свят, свят Господь Саваоф, исполнь небо и земля славы Твоея…» — начиная со слова «победную» мы уже слышим.

— Все ли богослужения сопровождаются тайными молитвами?

— Не все. Часовые службы (кроме собственно часов, к этой категории относятся повечерие и полунощница) тайных молитв в своих последованиях не содержат. В вечерне и утрене их немного. Чинопоследование вечерни содержит семь светильничных молитв и одну молитву главопреклонения.

Светильничные молитвы читаются священником во время предначинательного 103-го псалма: священник символически изображает Адама, потерявшего Рай и испрашивающего теперь милости и прощения Божиего: «Господи, да не яростию Твоею обличиши нас, ниже гневом Твоим накажеши нас, но сотвори с нами по милости Твоей, врачу и исцелителю душ наших…». На утрене, во время второй части шестопсалмия, священник, стоящий лицом к Царским вратам, читает двенадцать утренних молитв: если определить их содержание сжато, то это просто утренняя молитва любого христианина. И священник в эти минуты молится как наш представитель, он за всех нас произносит эти молитвы перед Царскими вратами.

А вот за Божественной литургией священник читает много тайных молитв. Вот почему внешне (без учета тайных молитвословий) это центральное богослужение Церкви выглядит гораздо проще, чем оно есть на самом деле.

Литургия оглашенных содержит краткие молитвы антифонов: «Господи Боже наш, Егоже держава несказанна и слава непостижима, Егоже милость безмерна, человеколюбие неизреченно, Сам, Владыко, по благоутробию Твоему призри на ны и на святый храм сей и сотвори с нами и молящимися с нами богатыя милости…». Возглас «Яко благ и человеколюбец Бог еси…» — это продолжение тайной молитвы третьего антифона «Иже общия сия и согласныя даровавый нам молитвы…».

  • Уже после малого входа, во время пения тропарей и кондаков священник тайно читает молитву, предваряющую пение Трисвятого («Святый Боже, Святый Крепкий…»); это прошение ко Господу, чтобы Он принял от нас Трисвятую песнь так же, как Он принимает ее от Ангелов; мы дерзаем сравнивать себя с небесными силами: «…прими и от уст нас грешных Трисвятую песнь и посети ны благостию Твоею…».
  • Тайная молитва читается священником и перед чтением Евангелия; он просит о том, чтоб прочитанное в храме Евангелие осталось в сердцах, чтобы чтение не было бесплодным: «Возсияй в сердцах наших, человеколюбче Господи, Твоего боговедения нетленный свет…».
  • Во время прошения сугубой ектении «Помилуй нас, Боже» читается молитва прилежного моления: «Господи Боже наш, прилежное сие моление прими от раб Твоих, и помилуй нас по множеству милости Твоея, и щедроты Твоя ниспосли на ны и на вся люди Твоя, чающия от Тебе богатыя милости».

— А почему в тайных молитвах везде «мы», «нам», «нас»? Священник ведь молится про себя, один, мы даже не слышим.

— Это напоминает нам о том, что когда-то все эти молитвы читались вслух, и сейчас мы, церковный народ, призваны к соучастию в них. Тем важнее для нас их знать. Единственная молитва, читаемая от первого лица в единственном числе,— та, которую священник читает до великого входа — во время Херувимской песни — «Никтоже достоин…». Здесь священник молится только о себе.

Служение Богу, предстояние Ему настолько высоко, что иерей, грешный человек, недостоин совершать «великое и страшное и самим Небесным силам», и потому он просит Господа: «Сподоби принесенным Тебе быти мною, грешным и недостойным рабом Твоим, Даром сим. Ты бо еси Приносяй и Приносимый, и Приемляй и Раздаваемый».

Это очень красивая антиномия, она говорит о том, что Господь, давший нам всё, Сам приносит Себя в жертву.

— Есть ведь и тайная молитва об оглашенных — как бы на границе между Литургией оглашенных и Литургией верных…

— Да, священник читает ее про себя, в то время как диакон провозглашает «Оглашенныя, главы ваши Господеви приклонити…»: «…призри на рабы Твоя оглашенныя, подклоньшия Тебе своя выя и сподоби я (их) во время благополучное бани пакибытия (т. е. Крещения), оставления грехов и одежди нетления…»

Дальше — молитва во время просительной ектении перед Символом веры. Именно в ней начинается призывание Святого Духа.

В Литургии Василия Великого она длинней, чем в Литургии Иоанна Златоуста, и изобилует ссылками на ветхозаветные образы: священник просит Бога принять бескровную жертву, как Он принимал жертвы ветхозаветных праведников: «…

яко же приял еси Авелевы дары, Ноевы жертвы, Авраамова всеплодия, Моисеева и Ааронова священства, Самуилова мирная».

— И, наконец, Евхаристический канон…

— Когда пресвитер возглашает «Благодарим Господа», а хор поет «Достойно и праведно есть» — читается первая, благодарственная часть тайной молитвы Евхаристического канона «Достойно и праведно Тя пети». В ней перечисляются все действия Бога, начиная с сотворения мира и кончая ниспосланием Духа Святого.

Далее, когда хор поет «Свят, свят, свят», священник читает вторую часть этой молитвы — «С сими и мы блаженными силами», где происходит переход от благодарения к воспоминанию истории Искупления: «Иже мир Твой так возлюбил еси, якоже Сына Твоего Единородного дати, да всяк веруяй в Него не погибнет, но имать живот вечный». И завершается эта молитва тем, что Господь Иисус Христос «прием хлеб во святыя Своя и пречистыя и непорочныя руки, благодарив и благословив, освятив, преломив, даде святым Своим учеником и апостолом, рек…». Это то, что мы не слышим, а дальше мы слышим: «Приимите, ядите. Сие есть Тело Мое…». Это установительные слова Евхаристии.

После установительных слов и после «Твоя от Твоих…», когда хор поет «Тебе поем, Тебе благословим, Тебе благодарим…», священник читает молитву, которая называется эпиклеза — призвание Святого Духа: «Еще приносим Тебе словесную сию и безкровную службу, и просим, и молим, и мили ся деем (смягчаем свои сердца, делая себя «милыми»), низпосли Духа Твоего Святаго на ны и на предлежащия Дары сия».

Дальше — две молитвы: о тех, кто будет причащаться Святых Даров («Яко же быти причащающимся во трезвение души, во оставление грехов, в приобщение Святаго Твоего Духа…») и о «иже в вере почивших праотцех, отцех, патриарсех, пророцех, апостолех, проповедницех, евангелистех, мученицех, воздержницех и о всяком дусе праведнем в вере скончавшемся». Эта молитва переходит в возглас «…изрядно о Пресвятей, Пречистей, Преблагословенней Славной Владычице нашей Богородице и Приснодеве Марии».

— Тайное произнесение молитв — это ведь вопрос в Церкви чрезвычайно дискуссионный, он обсуждается…

Читайте также:  Демьян многогрешный: как украинский гетман подчинил бурят русскому царю

— Да, многие богословы и литургисты говорят — было бы хорошо, если бы все молитвы читались возгласно.

Но здесь нужно, наверное, согласиться с мнением архимандрита Киприана (Керна) о том, что к возгласному произношению всех молитвословий Литургии надо стремиться, но это не может быть решением только одного отдельно взятого пресвитера; поменять практику совершения Божественной литургии — это требует решения общецерковного, решения высшей церковной власти. Самочиние в Церкви всегда опасно, даже если исходит из благой идеи.

Источник: http://www.tald-blag.kz/node/6551

Для чего тайная молитва. Самая сильная молитва в мире

Полное собрание и описание: тайная священническая молитва для духовной жизни верующего человека.

Отсюда характер молитв священника. Они не о себе и не о частных нуждах (за исключением прошений на «Рцем вси»). Эти молитвы, от которых до слуха молящихся ныне долетают только возгласы, всегда говорят о «нас», а не обо «мне».

«Тебе славу воссылаем», – говорит Богу священник, имея в виду то, что не он от себя воссылает прославление, а «мы все, собранные здесь», воссылаем Богу славу, честь, поклонение и благодарение. Таковы все молитвы литургии: они приносятся Богу священником от лица всех и за всех.

Все, кроме одной. Это молитва Херувимской песни.

Эта молитва обращена не к Отцу, что обычно для литургии (приходим к Отцу через Христа во Святом Духе), а лично к Христу. И приносится она священником о себе самом, из глубины своей немощи и личного недостоинства. Это – единственная во всем чине литургии по-настоящему тайная молитва, достойная того, чтобы читать ее всегда шепотом, по памяти, про себя. Желательно – и со слезами.

На этом очень коротком тексте при желании можно было бы построить целый курс пастырского богословия. Здесь есть все, что наполняет внутреннюю жизнь внимательного к себе священника. А именно: не могу служить, не имею права, недостоин, но, тем не менее, должен, обязан и потому дерзаю.

Не только я, но и никто вообще не может быть достоин, поскольку все связаны плотскими «похотями и сластями», поскольку и небесным чинам предстоять Богу «велико и страшно». Единственное утешение и оправдание наших служб – то, что Он Сам вочеловечился и стал для нас Архиереем, Сам установил чин этой Пренебесной и Бескровной Жертвы.

И не только установил Сам чин, но всякий раз Он Сам и приносит Жертву и приносится в Ней, ибо приносит Себя, а не другого. И Сам принимает эту Жертву и нам раздает.

Ощущение Христа присутствующим на наших службах вменяется нам в обязанность, но этого, оказывается, мало. Нам вменяется в обязанность большее. Христос не просто присутствует на наших службах (чего, по правде, мы не ощущаем с желаемым постоянством), но Он Сам эти службы совершает.

Мы же прислуживаем Ему, помогаем, если можно так выразиться, как и в Херувимской песне мы исповедуем своем пение как «припевание». Пение собственно принадлежит херувимам и прочим бесплотным духам.

Нам же остается «припевание», то есть время от времени соучастие в непрестанном занятии иных умных существ.

Итак, молитва Херувимского пения есть действительно тайная молитва, что выражается, кроме прочего, отсутствием после нее громкого возгласа. Громкий же возглас обозначает изначальную практику чтения молитвы вслух и является, по сути, финальным славословием, теряющим смысл при утаенности предшествующего текста.

Но если бы мы захотели построить курс пастырского богословия на молитвенных текстах Требника и Служебника, то не смогли бы пройти мимо еще по крайней мере двух молитв. Это, во-первых, тайная молитва крещения, имеющая читаться после мирной ектении или во время ее, если крещение совершается с диаконом.

Эта молитва очень похожа по смыслу на молитву Херувимской. По силе слов и чувств она, возможно, даже более проникновенна и более располагает к смирению. Дух этой молитвы говорит нам о том, что крещение есть такое же, если не сказать – большее, священнодействие, как и литургия.

И действительно, крещение есть единственное таинство, упомянутое в Символе веры. Оно вводит человека в общение с Богом, делая возможными все будущие высоты озарений и освящений. Совершать его надо с той же внутренней собранностью и трезвением, какие характеризуют все лучшее в нашем отношении к Евхаристии.

Обратимся к словам молитвы.

Бог в ней именуется «истязующим сердца и утробы», то есть знающим весь внутренний наш мир, такой двоящийся и колеблющийся, такой ускользающий от детального анализа даже за несколько быстро пролетающих часов.

В молитве говорится, что перед Богом «вся нага и обнажена», значит, «обнажена» и вся внутренняя жизнь священника. Одетый благодатью, он все же остается простым человеком, мучимым страстями и отягченным условностями исчезающего бытия.

Мысль эта высока, и ее не хватает нам в повседневности. Мы редко исповедуем вслух ту простейшую и важнейшую истину, что Бог знает не только дела наши, но и тайные движения сердца нашего.

А ведь именно обнажение тайных наших сердечных движений рождает глубокое смирение и сокрушение. «Да не омерзиши мя, ниже лице Твое отвратиши от мене», – молится священник.

Мы, священники, совершаем таинства не только в силу однажды принятого таинства священства, но также и в силу постоянного напряжения внутренних сил, в силу постоянного умоления Бога не отвращать лица Своего от нас. Там, где нет «напряжения и умоления», там сама благодать скрывает свое действие, оставляя человека один на один с сухой механикой обряда.

Чувство недостоинства и личной слабости рождает подобные молитвы, и подобные молитвы движут Бога постоянно «восполнять оскудевающих и врачевать немощных».

Где нет воплей о помощи, но есть лишь уверенность в собственной благодатности, там умаляется сама благодать, там благодать угрожает полным отходом от горделивого молитвенника.

Имея дело с подобными текстами, мы имеем дело с выражением веры Церкви и с выражением «психологии священства», того внутреннего портрета пастыря, который мы снаружи опознаем в Златоусте, Василии Великом, Григории Богослове. Который можем изнутри постигать, благодаря подобным молитвам.

Дух церковной молитвы – это не только дух обладания небесным сокровищем, но и дух святого страха оттого, что ты лично этого не достоин, и дух страха эту благодать потерять. В таком внутреннем состоянии нужно совершать все вообще службы.

Вернемся к тайной молитве крещения. Вот некоторые из слов, в ней содержащихся.

  • «Презри моя прегрешения в час сей».
  • «Омый мою скверну телесную и скверну душевную».
  • «Всего мя освяти, да не свободу иным возвещая, сам, яко раб греха, неискусен буду».
  • «Низпосли мне силу с высоты и укрепи мя к службе таинства великого и пренебесного».

Моя бы воля, я бы рекомендовал эту молитву для заучивания наизусть всем ищущим священства. Она абсолютно тождественна по духу смирения молитве Херувимской песни, но выражения ее более сильные, более пронзительные и с большей силой исповедуют смирение священника, приступающего в очередной раз к «великому и пренебесному» таинству.

Это означает, кроме прочего, что крещение носит литургический, всемирный, всеохватный характер, подобный литургическому «о всех и за вся».

У нас очень давно уже нет оглашения, нет никого уходящего из церкви на словах: «Оглашенные, изыдите», – хотя множество случайно заходящих в храм людей по уровню отношения к Христу и Его Церкви ниже всякого катехумена. Масштабность проблем такова, что до конца не ясно, с какой стороны браться за их разрешение.

Но если браться со «стороны священника», никогда не ошибешься. И максимально серьезное отношение к таинству, вводящему человека в Церковь, есть лучшая точка опоры для благого переворота не в ту сторону перевернутого мира.

Совершать крещение с той же степенью внутренней собранности, с той же серьезностью и с тем же молитвенным настроем, как и Божественную литургию, есть требование эпохи и требование церковной жизни по существу.

Вторая молитва, которая уподобляется молитве Херувимской, это пятая молитва соборования. Она может быть рассмотрена в контексте первых двух потому, что ярко, неожиданно ярко для такого таинства, как соборование, выражает суть священства.

Выучить ее наизусть более проблематично, поскольку мать учения – повторение, а соборование не есть столь часто совершаемое таинство, чтобы многие повторы молитв были возможны.

Но все же рано или поздно Требник раскрывает свои глубины взыскующему уму, и сокровища обретаются там, где их не чаяли обрести.

Итак, священник молится, говоря о себе: «Меня, смиренного, грешного и недостойного, во многих грехах сплетенного и страстями сластей валяющегося, Бог призвал во святую и превеличайшую степень священства». Частое повторение слов о своей «грешности и недостойности» способно приносить противоположные плоды.

Вместо подлинного смирения эти повторы приносят некое «смиреннословие», рождают псевдосмиренный православный сленг, столь раздражающий там, где нет на поверку никакого особенного смирения и покаяния. Молитва вносит некую новую ноту.

Она называет нас «валяющимися в страстях сластей», и это действительно встряхивает душу.

Далее священник исповедует ту истину, что Бог ввел его «во святая святых, во внутренние завесы» (то есть в алтарь), куда «приникнуть святые Ангелы желают».

Ангелы действительно со страхом приходят туда, где мы, священники, зачастую привычно и по-домашнему ведем себя, – в святой алтарь.

Читайте также:  Кем был «чудом спасшийся» царевич алексеей

Ангелы любят эти святые места ради того, что там «слышится евангельский голос Господа Бога», там можно зреть «святое возношение», то есть Бескровную Жертву.

В эту молитву нужно вчитываться и вчитываться. Вся она составлена одним порывом глубокого понимания и исповедания сути священства.

Священник сподоблен «священнодействовать пренебесные Тайны, приносить Дары и Жертвы о наших грехах и людских неведениях, ходатайствовать о словесных овцах, да многим и неизреченным человеколюбием Господь грехи их очистит».

Священник просит Господа услышать его так, как Он слушает его в литургии. Служение литургии ставится в залог того, что Бог будет слушать просьбы пастыря «на всякое время и место; в сей час и в сей святой день».

Таким образом, литургия ставится во главу угла всего пастырского мышления и действования. Все виды предстояния, ходатайства, умоления и упрашивания Бога находят завершение в литургии. Оттуда рождается и смелость священника, именуемая дерзновением. Эта смелость смешана с осознанием внутреннего недостоинства, и это самое обстоятельство придает ей подлинную ценность и истинность.

«Не могу, но обязан», «недостоин, но Ты меня удостой», «сделай Ты то, что никто, кроме Тебя, не сделает». Это – сердцевина священнодействий, выраженная в тайных молитвах пастыря. В этом смысле крещение требует такого же молитвенного настроя, что и Евхаристия. А все прочие таинства питаются тем дерзновением, которое священник приобретает, служа службу служб – Божественную литургию.

На этих скупых и поэтичных текстах, ценность которых неизмеримо превосходит ценность многих пространных книг, можно действительно выстраивать курс пастырского богословия. Тем более что тексты эти созданы не для одностороннего умственного изучения ради сдачи зачета, а ради постоянной молитвенной практики и пастырской деятельности.

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • В четверг — лучшие тематические подборки, истории читателей портала, новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.

Тайные молитвы Евхаристии: почему их не читают громко?

Большинство прихожан никогда не слышали прекрасных и возвышенных молитв, которые произносит священник в самый важный момент Литургии. До людей, стоящих в храме, доносятся лишь возгласы, окончания молитв, читаемых в алтаре беззвучно или тихим голосом. А как обстояло дело в древности? Когда и почему возникла нынешняя практика?

Источник: https://www.dinskie.ru/dlya-chego-tainaya-molitva-samaya-silnaya-molitva-v-mire.html

Молитвы от врагов и злых людей. Молитва чтобы никто не узнал о тайне

Желание узнать правду сводит с ума? Вы готовы выведать необходимую информацию любым методом? Тогда прочтите заговор правды, может он поможет вам узнать то, что от вас скрывают.

Как говорит русская народная пословица: «Меньше знаешь – лучше спишь». Это правда. Но не во всех случаях. Иногда именно незнание правды не дает спокойно заснуть и даже жить полноценной жизнью. Желание узнать правду сводит с ума? Вы готовы выведать необходимую информацию любым методом? Тогда прочтите заговор правды, может он поможет вам узнать то, что от вас скрывают.

Если вам известно, что против вас.

Далеко не все могут позволить себе.

Как узнать правду во сне

Поститесь три дня, после которых вооружитесь длинной черной тканью и выложите из нее пентакль. Горящей свечкой начертите два круга, чтобы один находился в другом. В малом круге следует написать имя: Рафаэль. После по углам пентакля нарисуйте кресты.

Переверните тряпку и начертите на ней такие же круги, написав в маленьком круге свое имя, а по углам тряпки нарисовав крестики. До утра нельзя ни с кем разговаривать. Ложась спать, прочтите ниже представленное заклинание, а пентакль положите под подушку.

Важно! Спать следует одному. Заклинание:

  • «О, имя славное Господа Бога живого,
  • Которому от сотворенья времен.
  • Принадлежит все земное.
  • И я, Твой раб (имярек).
  • О, Предвечный Отец,
  • Молю Тебя ниспослать мне
  • Имя которого написано в круге,
  • Чтоб он показал мне все,
  • Что я желаю увидеть и узнать,
  • Через Господа нашего Иисуса Христа.

Да будет так. Аминь».

Чтоб человек сказал правду

Смотря переносицу человека нужно трижды повторить про себя такой заговор:

«Иди, Иуда, не хитри. Иди, Иисус, и меня храни, Голове раба Божьего (имярек) мякиш, Его наглости и хитрости кукиш. Хитри (имярек), я на это не куплюсь! Аминь».

Чтобы муж не врал

  1. Когда человек, скрывающий от вас правду уснет, встаньте подле него, и, крестя его рот, шепотом скажите заговор от вранья:
  2. «Крестным знаменьем вранье лечу,
  3. Крестным знаменьем (имярек супруга) от лжи отучу.

  4. Ни по утру, ни днем, ни в вечеру, ни ночью
  5. Не скажешь ты слова хитрого и неправедного.
  6. А если захочешь соврать,
  7. Пущай язык твой онемеет,
  8. А в глазах у тебя потемнеет.
  9. Сам Господь тебе будет судьей.

Во имя Отца, и Сына, и Святага Духа. Аминь».

Заклинание правды

  • «Для тех, кто желает знать правду,
  • Кто жаждет отворить сердца и умы.
  • Отныне и пока не закончится память.
  • Те, кто в сием доме,
  • Пусть слышат правду из других уст».

Как повысить способность распознавать правду

Трижды повторите следующий заговор, который поможет распознавать истинную природу человека и его деяний:

«Господь, сущий на небе, живущий во мне, отвори мое сердце, распахни мои очи ясные и сподобь увидеть в истинном свете то, что спрятано за завесой тьмы. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь».

Магический ритуал «Зеркало правды»

Этот ритуал помогает выявить причину ваших проблем и неприятностей, а также при наличии негативной программы полностью ее нейтрализовать.

Для ритуала вам понадобятся: зеркало без оправы (30 х 40 см), черная новая ткань по размеру немного больше зеркала, сухая полынь (2 столовые ложки), высушенный шалфей (1 столовая ложка), прядь собственных волос, свечка, металлический котелок, коробок новых спичек.

Обязательно используйте натуральную ткань

Начинать ритуал следует в полнолуние. Зажигается свеча, в котелок бросаются травы и волосы, которые сжигаются до пепла, при этом читается заговор:

«Гори свеча, гори трава, гори не тело, а черное дело. На виноватом шапка горит, зеркальце ж правду говорит. Именно!»

Зеркало равномерно покрывается пеплом, а указательным пальцем правой руки на нем рисуются весы с чашами в равновесии. После этого зеркало накрывается черной тканью и отражающей стороной поворачивается на восток и оставляется в таком положении на 9 дней, по истечении которых ткань снимается.

Если, открыв зеркало, вы видите весы в равновесии, на вас нет порчи, если же изображение изменилось, то порчу легко снять, просто вымыв зеркало. Если на зеркале появились дополнительные знаки, то именно вы являетесь причиной своих бед и несчастий, например, ваше постоянное вранье. Ищите ответы в символах и себе, это поможет открыть правду на состояние ваших дел сегодня.

Related posts:

Спасиба Вам! Это единственная моя надежда обращение к магии!

Водица-сестрица. Какая она вам матушка, не пишите ерунды не сбивайте с толку людей

Источник: https://www.sushihit.ru/molitvy-ot-vragov-i-zlyh-lyudei-molitva-chtoby-nikto-ne-uznal-o-taine/

Заамвонная молитва

ЗААМВОННАЯ МОЛИТВА.

Получившая свое название от места чтения (за амвоном, среди народа), заамвонная молитва является, по словам обширной редакции толкования на литургию Германа Константинопольского1, «печатью всех прошений» и кратким повторением главнейших и важнейших молитвенных воззваний и молитв, тихо читаемых архиереем или священником (Писания отцов и учителей церкви, относящиеся к истолкованию православного богослужения, I т., стр. 424). И действительно, ее первая половина до слов: «мир мирови Твоему даруй» однородна по форме и содержанию с прошением молитвы второго антифона. Слова: «мир мирови Твоему даруй» и т. д. воспроизводят прошение великой ектении, а воззвание: «яко всякое даяние благо, и всяк дар совершен» напоминает тайную молитву священника, в которой он благодарит Бога за все благодеяния, как ведомые, так и неведомые. Являясь повторением более ранних, предшествующих литургических молитв, заамвонная молитва была внесена в состав литургии под влиянием желания хотя отчасти ознакомить молящихся с тайными молитвами священника. «Так как иные, говорит вышепоименованное толкование, стоя вне алтаря, часто приходят в недоумение, спорят между собою и говорят: какая цель, мысль и сила тихо читаемых архиереем молитв, и желают получить об этом некоторое понятие, то св. отцы и начертали заамвонную молитву, как бы сокращение всего, о чем было просимо в продолжение литургии» (ibid. стр. 425). Сообразно с приведенным объяснением заамвонная молитва не отличается древностью: она появилась в то время, когда литургические молитвы читались не вслух всего народа, а произносились священником «тихо», про себя, т. е. после свв. Василия Великого и Иоанна Златоуста. В зависимости от этого она не может быть считаема произведением того или другого святителя. Подобный вывод находит подтверждение и в литургических списках. Так, в литургии Иоаина Златоуста по Севастьяновскому списку X—XI в. заамвонная молитва не входит в состав глав, надписываемых именем этого святителя, чем дается понять, что она составлена не им, а кем-либо другим (Красносельцев, Сведения, стр. 278, ср. стр. 241, 247; см. стр. 224—6). За сравнительно позднее происхождение заамвонной молитвы говорит и ее отсутствие в древнейших литургиях, какова, нaпp., литургия VIII кн. Апостольских постановлений, и появление в памятниках VIII—X в. — Барбериновом Евхологии, «Богослужении страстной и пасхальной седмиц в св. Иерусалиме по уставу IX—Х в.» (изд. Дмитриевского, стр. 51, 81, 107). Даже и в это, сравнительно позднее, время она встречается далеко не во всех литургиях. Так, она отсутствует в некоторых списках литургии ап. Иакова и св. Марка.

Читайте также:  В каких случаях мусульмане хоронят покойников в гробу

Примечание:

1. Краткая редакция того же толкования, принадлежащая VIII—X в., не знает объяснения заамв. молитвы, — Красносельцев, Сведения о некоторых литургических рукописях, стр. 323 и далее.

* Александр Васильевич Петровский, магистр богословия, преподаватель

Спб. духовной семинарии.

Источник текста: Православная богословская энциклопедия. Том 5, стлб. 611. Издание Петроград. Приложение к духовному журналу «Странник» за 1904 г. Орфография современная.

Источник: http://www.biblioteka3.ru/biblioteka/pravoslavnaja-bogoslovskaja-jenciklopedija/tom-5/zaamvonnaja-molitva.html

О силе поминовений на проскомидии

В связи с такой занятостью чтение имен, к сожалению, часто производится механически. Особенно трудно бывает священнику, служащему в единственном числе, без диакона или второго священника, когда во время самой литургии (до Херувимской песни) приносятся записки с именами, и священнику приходится их вычитывать между ектеньями и тайными молитвами. Как можно сосредоточиться в таких условиях? Вот и следует внушать прихожанам и богомольцам подавать помянники загодя, так, чтобы дать служащему возможность прочесть их на проскомидии, а не между ектеньями на литургии. И как важно, также, священнику молитвенно и сосредоточенно поминать имена на проскомидии.
Многие свидетельства из жизнеописаний святых угодников Божиих удостоверяют важность и необходимость поминовения здравствующих и усопших православных христиан за проскомидией. Приведем 4 таких свидетельства. Первое повествование берем из письма преп. Нила Синайского епископу Анастасию.

«Светило великой Византийской Церкви, или, лучше сказать, целого мира, дивный иерей Иоанн Златоустый, как прозорливый, многократно видел, что дом Господень во всякий почти час, особливо же во время Божественной и Бескровной Жертвы, не бывает оставляем ангелами или лишаем их попечения.

Почему, исполненный удивления и радости, наедине рассказывал о сем близким из духовных друзей своих.

Как скоро иерей, говорил он, начинает совершать святую проскомидию, внезапно блаженные Силы, во множестве сошедши с неба, облеченные в пресветлые некие ризы, с босыми ногами, с внимательным взором, с преклоненным долу лицом, в благоговении, великом безмолвии и молча, окружая жертвенник, предстоят до совершения страшного Таинства.

Потом, разошедшись по всему досточтимому храму, каждый из них здесь и там содействует, помогает и подает силы находящимся епископам, пресвитерам, и диаконам всем, раздающим Тело и честную Кровь.

Пишу же сие, чтобы, познав, сколько страшного в Божественной Литургии, и сами, утратив в себе сей божественный страх, не предавались нерадению, и кому-либо другому не дозволяли во время проскомидии беседовать и шептаться, или смело подавать знаки другим, или стоять, качаясь из стороны в сторону, туда и сюда озираясь, или беспечно и запросто ходить с места на место. Ибо Господь говорит Моисею, а чрез него и всем иереям: «Благоговейны сотворите сыны Исраилевы» (Левит. 15:31; Твор. преп. Нила ч. 3, кн. 2, п. 282).

Второе свидетельство заимствуется из книги преп. Нила Мироточивого, Афонского чудотворца.

«Во времена свят. Василия Великого жил один благочестивый иерей и, как человек, по разным своим обстоятельствам вошел в долги, и время от времени долги нарастали, а кредиторы начинали беспокоить иерея за долги, что заставило его обратиться и просить помощи у одного близкого ему знакомого купца.

Купец дал ему 500 золотых монет, которыми он уплатил свой долг, а в удовлетворение купца иерей обещался поминать его имя и сродников о здравии и о упокоении на проскомидии во всю жизнь.

Купец рассчитывал, что иерей долго будет жить и молиться о нем и его сродниках за каждой литургией и тем удовлетворит за деньги, то-есть — долговременным поминовением.

Иерей, получив 500 золотых, уплатил все свои долги, а затем успел отслужить только одну литургию, на которой и поминал своего благодетеля и сродников его, и вскоре после сего заболел и, после продолжительной болезни, умер.

Купец узнал о кончине иерея, весьма опечалился и скорбел о пропаже своих денег, ибо одна только литургия была совершена иереем, чего купец не ожидал, рассчитывая на многолетнюю жизнь иерея и его молитвы, для чего и вручил ему 500 золотых, поминать его и сродников за каждою литургиею. Купец стал беспокоить матушку покойного иерея возвратить ему деньги, оставив за одну литургию.

Матушка отвечает, что у нее денег нет, а если что и было, то потратила во время болезни иерея и ничего теперь не осталось. Купец, не внимая словам матушки, настойчиво требует деньги и грозит судом матушке. Делать нечего; она обращается к свят. Василию Великому, рассказывает ему о случившемся. Выслушав ее, свят.

Василий Великий сказал: «Я буду завтра служить литургию, приидите ко мне вместе с купцом и весами; взвесим одну частицу, вынутую из просфоры о здравии и спасении его сродников, и сколько будет весить частица на весах, столько золота положит купец на другую чашу весов, и тем золотом уплатит тебе за одну литургию, совершенную покойным иереем». Матушка идет к купцу и передает слова свят.

Василия. Купец обрадовался и на утро идет в храм, взяв с собою весы и золото. Свят.

Василий, совершая проскомидию, вынимает одну частицу о здравии и спасении рабов Божиих и кладет на весы, а купцу приказывает класть на другую половину весов золото, и сколько купец ни клал золота, одна малая частица все перевешивала, и чем больше купец клал золота на весы, тем ниже опускалась чаша на которой была положена частица, вынутая свят. Василием Великим из просфоры на проскомидии. Купец, видя сие великое и благодатное чудо, пришел в страх и умиление и затем просил прощения у свят. Василия и у матушки в Бозе почившего иерея и уже не требовал долга».

Третье повествование относится к прославлению свят. Феодосия, архиепископа Черниговского (1896 г.)

896 году вся Россия трепетно и радостно ожидала открытия мощей великого угодника Божия, более 200 лет нетленно почивавшего в Чернигове,— святителя Феодосия.

Задолго до этого события начали собираться со всех концов православные люди в скромный доселе город Чернигов, а ко дню самого открытия святых мощей — 9-го сентября — город принял вид волнующегося человеческого моря.

Прибыл в числе почётных гостей и митрополит Киевский Иоанникий. Его сопровождал о. Алексий.(Прп. Алексий Голосеевский .Шепелев)

В то время слава о его подвижнической жизни, даре прозорливости и удивительном смирении разнеслась далеко за пределы его родного города Киева.

О. Алексию, как одному из самых уважаемых и почётных гостей, было поручено переоблачить святые мощи. С великим благоговением совершив их переоблачение в пещере, где почивали они, старец погрузился в молитву — и тут ему, как бы в тонком сне, предстало дивное видение.

В великой славе предстал ему сам Угодник Божий и сказал: «Спасибо тебе за то, что потрудился для меня. Поминай на проскомидии моих родителей иерея Никиту и Марию».

«Святитель Божий,— отвечал поражённый старец,— как же я, грешный, дерзну молиться о них, когда сам ты пребываешь в такой славе у Господа?» — «Поминай их при принесении Бескровной Жертвы,— снова повторил Святитель,— ибо это — выше моих молитв». Видение закончилось.

Не чувствуя себя достойным подобного откровения и не доверяя себе, старец, несмотря на поздний час, поспешил к Владыке Митрополиту и, павши ему в ноги, поведал о бывшем с ним.

Внимательно выслушал мудрый архипастырь взволнованного старца и успокоил его, говоря: «Верю, что Господь устами святителя Феодосия поистине открыл тебе великую тайну безмерной Своей милости, даруемой Им людям через нас, недостойных пастырей, при совершении Божественной Литургии и принесении Бескровной Жертвы. До времени умолчи о бывшем тебе видении, молись, как заповедал тебе Угодник Божий, а там сам Господь имиже весть судьбами поможет тебе утвердиться в виденном».

Нужно же сказать, что ни память народная, ни история не сохранили имён родителей Святителя Феодосия.

Слова Владыки оказались пророческими. Прошло несколько лет, и в одном из самых древних киевских монастырей — Выдубицком — был найден Синодик из рода Углицких и в нём собственноручная запись святителя Феодосия, бывшего в том монастыре игуменом, имён его родителей: иерея Никиты и Марии.

И, наконец, четвертое свидетельство находим в одном из писем Иоанна Васильевича Киреевского к оптинскому старцу иеросхимонаху Макарию:

«Сегодня, перед тем, как хотел писать к вам, прочем в церковной истории, как свят. Григорий Двоеслов рассказывает, что у одного пленника свалились цепи в ту минуту, как за него в отдалении вынимали частицы на литургии.

Потому, припадая к стопам вашим, прошу вас помолиться за В. и вынуть за него часть. Ему очень трудно и тяжело и от положения своего, и от характера, и, может быть, от наших ошибок в воспитании…» (прот. С. Четвериков, «Оптина Пустынь..

.» стр. 136)

Источник: http://spravoslavia.ru/o-sile-pominovenij-na-proskomidii.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector