Какой должна быть жена православного священника

Недавно в нашу рубрику “Вопросы священнику” пришло письмо адресованное в большей степени даже не священникам, а их женам – матушкам:

«Не знаю, есть ли у журнала статьи на тему вроде этой: “Хочу быть матушкой”, снабженные советами и рекомендациями тех барышень, которые ими стали. И рекомендациями священнослужителей, которые их выбрали в жены. Если нет, то было бы здорово, чтобы появилось что-то на эту тему».

Мы попросили ответить на него нескольких матушек. Сегодня мы публикуем ответ матушки Анны Ромашко – супруги священника и матери восьмерых детей. 

Какой должна быть жена православного священника

Таких книг нет. И неспроста. Безобидная, на первый взгляд, инициатива девушки стать «матушкой» опасна, и барышня, которая хочет стать женой священника, в моем понимании, — это ни больше ни меньше одно из воплощений популярного Ждуна, которой, в отличии от реального добродушно-смиренного персонажа, предстоит стать депрессивной и вечно неудовлетворённой ЖдунИщей.

Объяснюсь. Если коротко, то лучше перефразировать это свое желание. Пусть оно звучит так: «Могу стать матушкой». А дальше — Господи, Твоя святая воля.

Хочу стать настоящей христианкой, хочу хранить чистоту, хочу быть помощницей будущему пастырю, готова помогать ему в любом месте (даже в глухой деревне), рожать всех детей, которых даст Бог, и видеть смысл жизни в том, чтобы достичь праведного жития, окружить любовью своих близких, быть скромной, терпеливой…

Одним словом, Господи, помоги мне стать Твоей овечкой, а дальше — как Ты захочешь, пусть так и будет.

В жизни, конечно, все по-другому, — возразит мне читатель. Со стороны жизнь священнических жён может выглядеть весьма уютной. Да, бывает, дорогие читатели, что у семьи священника есть какие-то материальные блага. Даже вызывающие у кого-то зависть.

Но вот судить мы не можем, потому что не знаем обстоятельств жизни.

Одну матушку осуждают, что она все по заграницам ездит… а она потеряла долгожданного ребенка во время беременности, едва не сошла с ума от горя… Прихожане храма решили отправить матушку на Святую Землю в паломничество.

А та, что на дорогой машинке ездит, — у нее церковный староста, между прочим, олигарх. Не только храм построил, но и машинами его снабдил, приходскими, разумеется.

А у полной диабет — с детства.

Материал по теме

Какой должна быть жена православного священника

Рассказ жены священника: “Исаие, ликуй!”

Сегодня я очень жду тебя из храма. Но много людей спешит к священникам за утешением, и мой ужин остывает, а я, сама искупав и уложив троих детей спать, молча глотаю слезы. На часах половина первого, последний поезд метро уже завернул в парк, сейчас раздастся твой тихий стук в дверь.
Главное, не встретить упреками.

И, опять же, это внешние вещи. А внутренняя жизнь священнических жён ведома одному Богу да близким людям! По моим наблюдениям, люди изменяются: каждая из нас идет весьма трудным путем. И никакой внешний уют не укроет душу от страданий и боли.

Мой супруг, священник Андрей, в течении пяти лет был духовником гимназии во имя свв. Кирилла и Мефодия г. Новосибирска, и, беседуя с детьми, не раз сталкивался с нереальными представлениями о жизни священнических семей.

Чтобы стереотипы исчезли, батюшке пришло в голову обратиться к старшеклассницам, которые в шутку называли себя «ХБМ» — «хочу быть матушкой» — с предложением создать клуб, в котором можно было бы пообщаться со мной в кругу нашей семьи, задать вопросы, вместе провести время.

  • Клуб просуществовал лишь два года в связи с тяжелым течением моей шестой беременности, но, как мне кажется, наше общение с девушками было в своем роде замечательным и запоминающимся.
  • Вот мысли, которые мы записали после одной из встреч клуба, и которые мы не раз обсуждали:
  • Привилегированность матушек — это миф.
  • Будущая супруга священника обязуется хранить себя в чистоте, чтобы понравиться Пречистой Деве, которая покровительствует служению матушки.

Матушка в Церкви — это, по сути, мирянка, такая же, как и прочие прихожанки храма. Ее права и обязанности — перед домом и мужем, перед Богом и Церковью вполне обыкновенны для замужней православной христианки.

Статус матушки обязывает хранить любовь к людям и никак не пользоваться своим положением в храме — это дурной тон. Нет на приходе ничего страшнее «матушки настоятельницы».

Церковная копейка дом прожжет — эта пословица весьма прозорлива! Матушка заботится о праведности мужа, ни в коем случае не подталкивая его к вульгарному зарабатыванию денег на святыне.

Матушка — всем слуга. Она служит тому, кто служит Богу. Следовательно, не имеет ничего своего: ни своего личного мужа, он — достояние Церкви, ни личного времени — оно все априори церковное, ни личных дел — они все перед народом и Богом прозрачны. Публичность матушки, прозрачность ее жизни — слава ее мужа.

Сказка — это когда муж и жена живут церковной жизнью. Как только в жизнь православной семьи прокрадывается мир, его соблазны, начинаются трещинки — ревность, обиды, ссоры.

Будущей матушке до брака необходим независимый от будущего мужа путь во Христе. Если муж ее тащит на закорках в Церковь, потом так же тащит ее на себе в браке, то все кончится печально. Нагрузка священническая слишком тяжела, ему нужна поддержка верующей жены. Будущей матушке надлежит сначала искать Христа, а потом — мужа.

Будущей матушке нужно быть готовой к тому, что жить она будет на милостыню — добровольные пожертвования прихожан. И ответ за то, как она тратит эти деньги, ей придется держать перед Богом еще во время своей земной жизни.

  1. Матушка — источник доброты и благородства.
  2. Матушка — молитвенница.
  3. Матушка — та, кто считает себя недостойной быть матушкой.

В заключение, возвращаясь к сравнению матушки с популярным Ждуном, хочу пояснить, что ждать приходится все время. Священник — это не ручной лев, не домашний.

И если нет понимания, что он — Божий прежде всего, приходской, а потом уж… в десятую очередь — семейный, то можно от всех забот, от мнимого одиночества, от постоянной, надоевшей уже самостоятельности так озлобиться и распуститься, что выйдет… фурия, а не матушка. Или несчастная женщина, которая так и не смогла в Церкви найти ни себя, ни своего личного Бога.

Анна Ромашко. Исаие, ликуй!

Люди в храме. Кто они?

Фото Владимира Дубровского

Источник: https://foma.ru/mogu-stat-matushkoy.html

Замужем за батюшкой. Как живут и в чем находят радость супруги священников

Замужем за батюшкой. Как живут и в чем находят радость супруги священников

Просмотров: 17458     Комментариев: 2

Какой должна быть жена православного священникаИдеальных браков, как и людей, не бывает. Хотя поначалу любой девушке, мечтающей о замужестве, кажется, что очень легко быть верной и послушной женой, заботливой матерью. Но на деле не всегда получается. Скандалы, взаимные претензии — и вот уже пара на грани развода. Сохранить семью — тяжелый труд, а вот развестись действительно легко. Но если муж — священник, об этом речи быть не может. И не только потому, что «нельзя». Пообщавшись с матушками, понимаешь: для женщин, нашедших свое, не мирское счастье, мысли на эту тему уже неуместны. «Меня часто спрашивают: ”Тяжело ли быть матушкой?,—- говорит моя собеседница, матушка Галина, супруга священника Валерия Генсицкого, настоятеля храма во имя святого апостола Андрея Первозванного в г.Марксе.— Скажу так: матушкой быть — это счастье. Тяжело тем, кто без Бога. Особенно женщинам, семьи которых разваливаются, а они не знают, что делать. Один монах в Санаксарах, когда я обмолвилась о трудностях, сказал мне: ”У тебя есть нерушимая опора — это Бог. Поэтому подумай лучше про тех, у кого ее нет”. Это истина, к которой нечего добавить, и мне кажется, все матушки должны быть счастливы. Просто, выходя замуж за семинариста, нужно думать не о мирских утехах и развлечениях, а понимать, что в Церкви совсем другая радость, которая не поддается описанию. В миру радости молниеносны, они приходят и уходят, а здесь радость вечная… И нужно помнить, что священник женится один раз. А если девушку мирское притягивает больше, то не стоит такой шаг делать и связывать свою жизнь со священнослужителем».

Матушка Надежда, супруга священника Илии Кузнецова, клирика саратовского храма во имя преподобного Серафима Саровского, о реалиях семейной жизни со священником знает не понаслышке.

Она родом из Челябинска, отец Илия — из Владимирской области, а их знакомство состоялось в Санкт-Петербурге, где будущая матушка училась в университете культуры и искусств, батюшка — в Духовной академии. По окончании учебы они оказались в незнакомом Саратове, куда направили служить мужа.

Как говорит матушка Надежда: «В отношениях супругов в семьях священников больше терпения, смирения друг перед другом. Мы же понимаем, что наш брак навсегда, и поэтому мелким неурядицам уже не придаем значения. Матушка как бы растворяется в муже, детях, живет их нуждами, и в этом ее счастье.

Мы понимаем, что у батюшки на первом месте служение Господу. Матушка должна быть тенью, которая ни в коем случае не мешает, но в то же время является надежным и верным тылом».

Правая рука

Вообще в какой-то мере доля священника перекликается с воинской службой: батюшки тоже часто не задерживаются надолго в одном храме, постоянно в переездах. У супруга матушки Галины, отца Валерия, например, в трудовой книге аж шестнадцать указов о переводах.

И преимущественно по Саратовской области, хотя сами супруги родом из украинского села близ Почаевской Лавры: «Первый приход у нас был в Хвалынске, куда мы попали еще молодыми и неопытными,— вспоминает матушка Галина.— Приезжаем впервые в чужую страну, в неизвестный городок, заходим в церковный дом, а там стол накрыт: наваристый борщ, тыквенная каша, пироги, и никого нет.

”Как так?” — поразилась я. А оказалось, сестры приготовили и сразу ушли, чтобы нас не беспокоить. Такой прием, конечно, поразил. В Хвалынске батюшка прослужил 11 месяцев. Нашей дочке было всего две недели, как его перевели в Вольск. Оттуда — в Новоузенск. Приобрели два дома, один для проживания, другой — под церковь. Но дома – громко сказано, это были две мазанки.

Первые годы очень непросто нам пришлось. Там пустыня была в душах человеческих. Учили людей всему — брать благословение, обращаться к батюшке «отец Валерий». Стоило мне только назвать его Валерием, как все говорили точно так же. Нужно было учить продавцов правильно себя вести в церковной лавке.

Ведь в храме распространение свечей, икон очень отличается от мирской торговли, где могут товар швырнуть на прилавок. И первое время, пока никто ничего не умел, и просфоры печь и всю работу хозяйственную в храме делать мне приходилось самой».

Как признается матушка Галина, она в то время хронически не высыпалась. Замесит тесто, затем поставит просфоры в духовку на пятнадцать минут, а сама ложится спать в кухне прямо на полу.

Понимала, что если ляжет в кровать, то уснет и просфоры сгорят. Но постепенно, с Божьей помощью, жизнь наладилась.

После восьми лет службы отец Валерий и матушка Галина оставили уже цветущий приход, а сами получили очередное назначение. Спрашиваю:

— Насколько тяжело давались все жизненные перипетии?

— Вы знаете, я очень люблю своего батюшку. У апостола Павла сказано про любовь, которая долготерпит, милосердствует, не превозносится. Прости, Господи, за эти слова, но мне кажется, моя любовь к нему такая и есть. И мне никогда не были в тягость переезды.

Я всегда думала: а как батюшка будет один?Если любишь человека, храм и Господа, то всё, что делаешь, не считаешь за тяжелый труд. Переезды все были на мне — батюшка на службе, у него нет свободного времени.

Дети тоже вырастают благодаря матушкам, потому что у их пап редко выдается свободная минутка. Особенно много забот, если батюшка — настоятель. Я порой пожалуюсь ему, что устала, а он в ответ просто скажет: «Тебя же матушкой называют». И как холодным душем обдаст.

Или скажу, что кто-то из прихожан, как мне показалось, неправильно поступил, а он мне говорит, что я должна прихожанам кланяться, а не осуждать их.

На приходе порой матушку любят не меньше, чем батюшку. Возможно, к священнику кто-то стесняется подойти, поэтому идут к его супруге,— она кажется мирянам более близкой, чем священнослужитель в рясе.

Не менее, чем помощь в хозяйственных нуждах, священнику важна молитвенная поддержка; как рассказывает матушка Галина, за отца Валерия молились вместе с детьми на коленях. Дети даже жаловались, что коленки болят. Но матушка была неуступчива, отвечала: «Пока папе не будет хорошо, будем молиться».

Читайте также:  Берсерки: кому был выгоден их дикий образ

И строгость в помощь

Какой должна быть жена православного священникаОтдельный разговор — воспитание детей. У матушки Галины и отца Валерия их двое, сын учится в духовной семинарии, дочь — студентка мединститута. С родителями они на «вы», так принято на Украине. Как привыкли с малых лет к такой форме общения, так и повелось, хотя никто из родителей на этом не настаивал. «Батюшка с детьми очень ласков, всегда выслушает, когда время есть. Я, наверное, скорее строгая мама,— улыбается матушка Галина.— Хотя сейчас дети говорят «спасибо», признаются, что теперь им легко идти по жизни. Но может это и правильно, когда один из родителей может побаловать, а второй более строг. Дети растут тогда более собранные, ответственные. Я сама росла в верующей семье. И когда приходило время молиться, нас, например, не спрашивали — устали мы или нет. Может это и жестко, но в ребенке много лени, и порой его просто нужно заставлять.Пусть и не в строгой форме, а с любовью. Детям нужно прививать любовь к Богу, к храму, молитве. Если у ребенка будет любовь к Богу — он в любой ситуации останется человеком».

В общем же, по словам матушки Галины, их детки росли, как все, ходили в детский сад, потом в школу. Разве что регулярно ходили на богослужения, причащались и еще совсем не болели. Когда матушка приходила с ними в больницу, врачи советовали другим мамам узнать у нее рецепт детского здоровья.

«К нам всегда, как к семье священника, приковано повышенное внимание, и благодаря нашим детям,— вспоминает матушка, — многие воспитатели, учителя впервые пришли впервые в храм.

Потому что по детям было видно, что семья живет в радости и здравии. Людей только собственным примером можно подтолкнуть сделать шаг навстречу Богу. Я когда перебираю в памяти события своей жизни, мне она кажется сплошным чудом, честно.

И мы никогда не ощущали ни в чем нужды, все, что нужно, нам дал Господь».

У отца Илии и матушки Надежды — двухлетний сынок, через несколько месяцев они ждут очередного пополнения в семействе.

Матушка Надежда рассказывает, что маленькому двухлетнему Арсению супруги стараются сейчас в первую очередь прививать послушание, особенно по отношению к папе. Чтобы следовал сказанному с первого раза.

Матушка считает, что женщина совсем необязательно должна работать.

Хотя она до замужества три года трудилась ризничной в храме и если ее помощь будет нужна, когда подрастут детки, готова при необходимости приступить к работе.

Но всё же считает — самое важное для женщины быть мамой, в этом ее призвание. А детишки должны быть обласканы, и как можно дольше, если есть такая возможность, воспитываться в семье, минуя детские сады.

«Стаж» супруги отца Илии как матушки пока небольшой, но главные выводы о своем «статусе» матушка Надежда уже сделала: «Главное — проявлять больше смирения, терпения и любви.

Быть женой священника — большая ответственность, важно не выглядеть и не вести себя вульгарно, не сказать лишнего, не вводить людей в заблуждение, помогать по мере сил и возможностей.

Но эта ответственность не угнетает, я счастлива в семье, и для меня большая радость помогать мужу и быть с ним рядом».

Виктория Федорова

«Взгляд-Православие»

Источник: https://eparhia-saratov.ru/Articles/article_old_6006

Книга про жен священников стала бестселлером

«Матушки» — книга, содержащая монологи жен священников, их рассказы о своей жизни, собранные журналистом Ксенией Лученко, набирает тиражи, становясь своего рода бестселлером. Об участи и миссии «матушек» наш разговор с автором.

Ксения, почему книга, которую вы написали, оказалась бестселлером?

Ксения Лученко: Интерес обеспечило пересечение «женской темы» и просто человеческих историй. Соединение жанра «Каравана историй» со свидетельствами эпохи. А недавний невероятный успех книги архимандрита Тихона Шевкунова «Несвятые святые» вызвал спрос и привычку что-то читать на религиозную тему.

Что вас натолкнуло на эту тему?

Ксения Лученко: Началось все с идеи делать программу, похожую на «Пока все дома» только в православных семьях, в семьях священников.

Но с этой идеей не сложилось, нам просто стало жалко редактора, который будет обзванивать батюшек, матушек и получать бесконечные отказы. Но мне хотелось показать живую жизнь церкви, мне казалось — люди ждали такого рассказа.

Мне всегда обидно представлять, что уходят люди, уходит эпоха, а у нас может ничего не остаться.

Разговаривая со многими знакомыми священниками, с которыми сложились теплые личные отношения, дружба, я часто ловила себя на мысли: вот, батюшка уже дал штук 30 интервью, а то, что говорит матушка, никто не слышал. А там такие интересные женские судьбы!

Кроме того, На волне общественного интереса к Церкви, этих бесконечных скандалов, стали забывать, зачем вообще все это. Мне кажется, такое свидетельство, как живут христиане — без всякого ложного пафоса, без того, чтобы рвать на груди рубашку и кричать «мы православные и не сдадимся», а просто показывать живую жизнь: как и зачем люди живут — в итоге оказалось востребованным.

Книга начинается с рассказа писателя Олеси Николаевой, жены протоиерея Владимира Вигилянского. Вам важно было представить в книге именно матушек образованных, творческих?

Ксения Лученко: Да, все мои героини с высшим образованием. Но и матушкам с яркой профессией, с самореализацией приходилось делать выбор между семьей и карьерой. И для всех них самым серьезным и важным моментом, вехой жизни было решение мужа стать священником.

Церковная семья — это что-то особенное?

Ксения Лученко: Эти браки, как правило, заключаются рано. Закончив семинарию, будущий священник должен определиться — монашество или брак, и выбрать невесту. Конечно, бывают счастливые браки, заключенные и в 18 лет. Но не обязательно. А священник разводиться не может.

У апостола Павла сказано, что он «муж одной жены».

Ксения Лученко: Теоретически да, и на практике это случается, священник может не жить с женой, но, будучи в сане, уже не может вступить во второй брак.

В церковной семье помимо совместной бытовой жизни, кому повезло — дружбы, есть еще и общая церковная жизнь. Это не только накладывает отпечаток на устроение совместного бытия, но и дает дополнительное взаимопонимание. Ну а вообще и церковные браки бывают трудные, и нецерковные люди могут жить душа в душу.

В современном мире довольно трудно жить такой уж традиционной жизнью. У нас же нет патриархального уклада, и никто сейчас не живет, как в книге Шмелева «Лето Господне». А церковная жизнь в некотором смысле этого требует. И вот эта состыковка напряженной современной жизни с совершенно другим ритмом богослужебного круга требует немало усилий.

На женских православных сайтах вроде «Матроны.ру» сейчас много пишут о проблемах православных семей, о трудностях поиска женихов. Много, например, инфантильных мужчин, которые любят перекладывать ответственность за принятое решение на духовника или кого-то еще.

Быть матушкой трудно?

Ксения Лученко: Да. Надо обладать большим тактом, чувством меры, помнить, что ты всегда на виду, что не можешь говорить от себя. По-моему, их положение в этом смысле сравнимо только с женами политиков.

От матушек ждут эталонного поведения?

Ксения Лученко: Да. Если во многие храмы мы уже можем прийти в брюках, то матушка этого себе позволить не может. По матушке часто судят и батюшку. Но в священный сан все-таки рукополагается только батюшка, матушка остается мирянкой. И брать на себя слишком много обязательств, решив во всем быть идеальной, так можно себя и до невроза довести.

Мне в книге хотелось развеять стереотип: мол, у священников в семьях нет проблем… Этот стереотип часто складывается у молодых девушек, только начинающих жить церковной жизнью. Знание, что где-то есть идеальный брак, идеальные жены, и они этому идеалу должны соответствовать, невротизирует их.

Мне хотелось честно показать, что в священнических семьях возникают те же проблемы, что они с ними справляются или не справляются… И нет готовых рецептов. И пути у всех разные. И личности.

Объединяет их только то, что их жизнь строится в соответствии с приоритетами мужей.

Большинство матушек, обладая яркой индивидуальностью, становятся опорой мужу, но не растворяются в нем, не теряют себя.

Сегодня чуть ли не треть заключенных браков распадаются. Вглядываясь в судьбы матушек, какой опыт можно предложить современной, трудно живущей семье?

Ксения Лученко: Мне кажется, нет рецептов для сохранения семьи. Ни одна семья не застрахована от распада. Поэтому, на мой взгляд, тут можно только молиться.

Каково материальное положение священнических семей?

Ксения Лученко: Оно разное. Кто-то живет очень скромно, а кто-то хорошо обеспечен. Но вообще примерно на среднем уровне, нет ни очень богатых, ни совсем нищих. Нормальное существование, без особых излишеств, но с некоторыми радостями.

Семьи православных священников часто многодетны…

Ксения Лученко: Но их статистически не так много, чтобы они серьезно повлияли на демографическую ситуацию. И мне трудно сказать, что мотивирует многодетность. Это тонкие интимные материи.

Как священнические семьи проходят испытания?

Ксения Лученко: У всех разные точки компромисса, точки баланса. Я знаю одну священническую семью, которую старец благословил никогда не разлучаться вообще.

Батюшка на важной встрече, а матушка ждет в машине, вместе едут в гости, вместе обедают. Исключение — в магазин возле дома, наверное, могут друг без друга пойти.

А у других, наоборот, есть обязательное частное пространство, и они куда-нибудь обязательно едут по одному — в дом отдыха или в гости к подруге.

Мнения

Ирина Языкова, искусствовед

— В нашей жизни, когда всех интересуют в основном скандалы, хочется нормы. Нормального, которое не зашкаливает ни в одну, ни в другую сторону. Здесь нет историй, когда «ох». Это нормальная, здоровая жизнь. Она разная. Каждая судьба человека достойна романа. Это роман, который пишет Бог вместе с нами. И здесь тоже маленькие истории, в которых открыта целая Вселенная.

Валерий Степанов, священник

— «Матушки» написаны одновременно легким и качественным русским языком.

В результате получился не сборник интервью, а полноценное литературное произведение, в котором кроме 9 героинь-матушек, возникает еще и образ 10-й героини — самой Ксении.

Через людей, которых она подобрала в своей книге, через вопросы, которые она ставит, на Ксению смотришь по другому. Оказывается, рядом с тобой вырос журналист и писатель с большой буквы.

Андрей Лоргус, священник

— Жизнь жен священников — тяжелая во многих смыслах. Дело даже не в физических лишениях и многодетности, а в специфике, которая накладывает тяжелые обязанности. Чисто организационно — у священника особый ритм жизни. Жена — не только участница этого особого ритма, она призвана ему способствовать, помогать священнику иметь время для молитвы, приготовления к службе, создавать особую тишину.

Семья священника поневоле оказывается изгоем. Она не вписывается в социальные мерки, в некий слой. Жена священника не может поделиться со своими подружками всеми проблемами, потому что это проблемы сугубо семейные, внутренние, а если она начинает с кем-то делиться, она тем самым делает свою семью и своего батюшку ущербным и зависимым.

Быть женой священника — почетно и радостно, но трудно. Потому девушкам, которые ищут брака с семинаристами и будущими священниками, можно сказать только одно: «Поостерегитесь!»

Из книги

Олеся Николаева, поэт, прозаик, эссеист, преподаватель Литературного института им. Горького, жена священника Владимира Вигилянского, мать троих детей

— Самой мне что-то мешало стать человеком церковным.

Это «что-то» было, как я теперь понимаю, усвоено мною из той же религиозной философии — во всяком случае, рассуждения Николая Бердяева о несовместимости смирения и творчества произвели на меня впечатление, и я искренне полагала, что надо выбирать что-то одно. Что историческая Церковь не для меня. Что у меня есть Церковь «внутренняя», «внутренняя молельня» по слову Владимира Соловьева.

Господь привел меня самым чудесным образом в Ракитное, райцентр Белгородской области, где служил в Никольском храме архимандрит Серафим (Тяпочкин), человек святой жизни. Я все богослужение стояла, не смея ни присесть, ни выйти из храма, потому что мне казалось, что именно сейчас решается моя судьба.

К вечеру Светлого Христова Воскресения отец Серафим умер. День и ночь в храме шли богослужения, иереи по очереди читали Евангелие над телом усопшего архимандрита. Мы исповедовались, причащались и незаметно влились в церковную жизнь.

Практически весь Великий пост я работала шофером у игуменьи Серафимы (Черной) — настоятельницы Новодевичьего монастыря. Тогда монастырю только-только отдали подворье недалеко от Домодедова. Возила туда и обратно матушку-игуменью, священников, послушниц, а также всякую живность — гусей, коз, которых жертвовали благочестивые миряне.

  • Анастасия Сорокина, регент, закончила Санкт-Петербургскую духовную академию, жена священника Александра Сорокина, мать двоих детей
  • — Состояние влюбленности, которое переживается в первые моменты совместного существования, — это самое сильное чувство, это такая вспышка, аванс на всю жизнь, это как рекламный ролик того, что могло бы быть, а потом начинается тернистый путь к тому, что должно бы быть.
  • Марина Митрофанова, закончила филфак Санкт-Петербургского университета, жена священника Георгия Митрофанова, мать двоих детей
Читайте также:  Почему наполеон отказался обещать русским крепостным крестьянам свободу

— Жена священника как любая жена, терпеть — терпит, работать — работает. Самое трудное, что человека вечно дома нет. Но ведь это не только про священников, таких профессий очень много.

Однажды я сидела на кухне Серафимовской церкви и ждала, когда о. Георгий выйдет из алтаря. А две бабушки что-то там готовят. Сидят и говорят между собой: «Хорошо быть матушкой — ничего делать не надо».

Я на всю жизнь это запомнила.

Мне близка фраза Набокова из книги «Другие берега»: «Любить всей душой, а в остальном доверяться судьбе». Я бы выразила чуть-чуть иначе: любить всей душой, а в остальном доверяться Богу».

На глазах столько повредившихся через любовь народную батюшек. Что первое время, как появился приход, я была в ужасе. На самом деле не столько батюшка воспитывает прихожан, сколько прихожане батюшку воспитывают. У нас очень хорошие прихожане — здоровые на голову, потому объяснять ничего не надо, и все попытки превратить батюшку в гуру пресечены самым решительным образом.

Ольга Ганаба, переводчик, закончила Институт иностранных языков им. Тореза, жена священника Александра Ганабы, мать четверых детей

— Любой женщине, и матушке, конечно, может быть и хотелось бы, знаете, чтобы муж, как слесарь на заводе, отработал смену и домой, к жене и детям. А тут — вся жизнь в храме и весь ритм жизни определяется богослужебным календарем. И это как раз то, что роднит семью мужа и мою: вся жизнь — это Церковь, служение Церкви.

Ольга Юревич, архитектор, жена священника Андрея Юревича, мать семерых детей

— Уехал и возвратился через пару недель — месяц уже верующим человеком. Это было явное рождение свыше. Я чуть с ума не сошла. Думала: был муж, было все, и вдруг совершенно чужой человек приехал с такими светящимися глазами… Работать он уже перестал.

Как-то быстро там стал пономарем, чтецом, вел воскресную школу. Я себя чувствовала брошенной. Меня бросили ради какой-то идеи, которую я совершенно не принимаю. Я понимала, что тогда модно было верить. Ну и что? Из-за этого нужно что-то менять в жизни? Для меня это было дико.

Мужа нет, денег нет, я одна с тремя детьми. Одна, удрученная, я решительно пошла к иконам (я помню, что была совершенно неверующей) и даже не со злостью, а с каким-то отчаянием уже сказала: «Знаешь, Господи, если Ты есть, то давай, являйся и мне».

И вот я не помню, в какой момент, но очень быстро я уверовала.

«Издательство «Никея» выпустило уже четвертое издание с тиражами 6, 10, 10 и 8 тысяч. «Но спрос остается, — рассказывает Ксения Лученко. — Недавно мне надо было купить книгу в подарок, в магазине ответили: закончилась».

Досье «РГ»

Ксения Лученко. Родилась 13 июня 1979 года в Москве. В 2001 году получила диплом журфака МГУ, параллельно окончив 3 курса факультета иностранных языков. С 2002 года — сотрудник Издательского совета Русской Православной Церкви, обозреватель газеты «Церковный вестник».

Участвовала в разработке многих интернет-проектов (среди них — «Соборность», «Орто-медиа.ру», «Церковный вестник», «Пасха.ру»). В 2004 — 2008 гг. — пресс-секретарь ряда церковно-общественных форумов, в 2006 — 2009 гг. — редактор телепередачи «Русский взгляд».

С ноября 2009 года — главный редактор интернет-издания «Татьянин день».

Кандидат филологических наук (в 2009 г. защитила диссертацию на тему «Интернет в информационно-коммуникативной деятельности религиозных организаций России»). Автор-составитель справочника «Православный Интернет». Лауреат конкурса «Православная инициатива» 2005 года.

Замужем, мать двоих сыновей.

-Я увлекаюсь «устной историей», записываю рассказы пожилых людей о жизни, о том, что они помнят, — рассказывает Ксения о себе. — Публиковала их в интернет-издании «Русская жизнь» у Дмитрия Ольшанского. История с матушками отчасти туда вписывается.

Источник: https://rg.ru/2013/06/27/matushki.html

Быть женой священника

Человеку неправославному трудно объяснить, какое место занимает и какую роль играет жена священника – в жизни мужа, в жизни его прихода.

Я перешел в православие из протестантизма, будучи уже женатым. Мы женаты сорок лет, тридцать пять из них я священник. И я не представляю ни своей жизни, ни своего служения без жены.

Женатые священники есть и в католической церкви, хотя по уставу католические священники должны соблюдать целибат. В православии же возможность для священников жениться была утверждена еще в VII веке, на VI Вселенском Соборе.

Дискуссии о том, может ли священник быть женат или он должен дать обет безбрачия, шли в католической церкви постоянно, но де-факто целибат для священников был узаконен только в XI веке, после григорианских реформ.

В Англии, например, священникам позволялось вступать в брак до нормандского завоевания страны в 1066 году – после этого целибат стал насаждаться повсеместно.

И одним из первых завоеваний Реформации стала отмена обета безбрачия для священников. Инициатор Реформации, Мартин Лютер был монахом и священником. Однако он был женат на бывшей монахине, у них было шестеро детей. Один из отцов английской Реформации, архиепископ Кентерберийский Томас Кранмер тоже был женат.

И в этом отношении я глубоко солидарен с отцами Реформации.  

В православных приходах женатые священники – совершенно обычное дело. От них требуется лишь, чтобы венчание состоялось до рукоположения, а также, чтобы для невесты священника это был первый брак.  И это брак – на всю жизнь.

Если жена священника умирает, то священник вдовствует. Об этом совершенно четко сказано в послании апостола к Титу: «аще кто есть непорочен, единыя жены муж» (Тит 1:6).

Бывает, конечно, что в приходах служат священники, давшие обет безбрачия, но это бывает относительно редко.

Таким образом, православной традиции венчания священников уже две тысячи лет. И это не нововведение и не приспосабливание к нуждам человеческого естества.

Когда я пришел к православию, я обнаружил, что фигура жены священника окружена обычаями и традициями – чего в протестантизме, например, не было. Эти обычаи и традиции отражают внутреннюю жизнь церкви. Например, у жены священника есть особое название – «матушка» в русской традиции, «пресвитера» в греческой и т.д.

Сам факт того, что для жены священника в православии есть особое название, указывает на ее роль и на почетность этой роли. Она не духовное лицо и не участвует в богослужении, но матушка всегда глубоко вовлечена в жизнь прихода.

Конечно, каждая проявляет себя по-своему, сообразно со своими талантами. Но в любом случае, она – не просто жена и мать. Она, в известной степени – духовная мать для прихожан, как священник – духовный отец своей паствы. И, подобно любым родителям, своих духовных чад они опекают по-разному.

Но редко бывает так, чтобы матушка не участвовала в жизни прихода.

Сам я за годы служения практически ни одного решения, не принял, не посоветовавшись с женой. Особенно, если речь шла о решениях важных. Ведь последствия этих решений отразятся и на моем служении, и на ее жизни.

И мудрость моей матушки – крайне важна: она ведь не только хорошо знает наших прихожан, но и прекрасно знает меня самого. И если я в чем-то заблуждаюсь, то именно она укажет на мои ошибки точнее, чем кто-либо еще.

Я думаю, что непочитание Богородицы в протестантизме связано с еще и с тем, что в нем жена священника – просто женщина. Во времена, когда я был англиканским священником, наблюдалась тенденция сделать священничество профессией.

И жена священника воспринималась просто как супруга, а дела церковные ее не касались. Мне это было не по душе. Но именно почитание Матери Божией открывает сердце тому, чем пренебрегают в том же протестантизме.

Я это вижу по своим прихожанам, хотя я долго не мог сформулировать, в чем же тут дело.

На Аляске очень почитают жену священника, отца Николая Майкла, матушку Ольгу. Почитают практически как святую. Она не канонизирована, хотя, думаю, будет. Матушка Ольга была для жительниц близлежащих деревень акушеркой, все знали ее безмерную щедрость, по ее молитвам совершались чудеса. Совершаются они и сейчас. Я с нетерпением жду, когда матушку Ольгу канонизируют.

7 октября я получил письмо с вестью о том, что ко Господу отошла матушка Катерина (Сисси) Йергер. Муж ее, священник Православной Церкви в Америке, служит в Клинтоне, Миссисипи.

Мы с женой несколько раз встречались с матушкой Катериной – еще до того, как мы перешли в православие. Она и ее муж, Пол,  являли собой живой пример истинно православной жизни.

Ее мягкий южный акцент, ее радушие и гостеприимство – все это делало православную веру родной для тех краев. Ее очень любили все, кто ее знал, и всем нам будет очень ее не хватать.

Повсюду в православном мире есть женщины, привносящие полноту бытия в жизнь прихода. Часто говорят – «приходская семья». И в этой семье роль матери столь же важна, как и роль отца. По размышлении я вдруг осознал, что никогда не думал об отце Поле Йергере отдельно от его матушки. И уже не буду. Я скорблю вместе с моими братьями и сестрами в Клинтоне. Царствие небесное матушке Катерине.

Источник

Перевод Анны Барабаш

Источник: https://www.pravmir.ru/byit-zhenoy-svyashhennika/

Кто может стать женой священника?

Я бы очень хотела стать женой священника. Что для этого нужно делать? Какие качества необходимо иметь жене священника, все ли девушки подходят для этого?

Ирина Войко

Отвечает иерей Алексий Яланский:

– Согласно требованиям канона, невеста будущего священника должна быть православной веры (14-е пр. IV-го Вселенского собора), а так же, равно как и он сам, должна сохранить целомудрие до брака, а потому она не может быть вдовой, разведенной или находиться в блудном сожительстве (18-е Апостольское правило; 3 пр. VI-го Вселенский собора).

Желание быть матушкой – супругой и спутницей жизни священника – без сомнения, желание похвальное. Без натяжки, его можно назвать подвигом.

Как бывший семинарист, я помню немало сложившихся браков между моими знакомыми семинаристами и девушками, которые мечтали стать матушками.

Но, к сожалению, часто такие браки строились на идеализации жизни будущих матушки и батюшки, а жизнь часто открывала совершенно иные реалии: необеспеченность, неустроенность, переезд с места на место и т. п.

Для многих молодых батюшек это было жизненной нормой, и только спустя несколько лет такие семьи добивались мало-мальски стабильного образа жизни. Честно скажу: бывали случаи, когда подобные трудности являлись для молодых матушек чем-то шокирующим, совершенно неожиданным, что приводило порой к трагическому распаду семей.

 А ведь после развода священник уже не имеет права жениться второй раз, и такие несчастные молодые люди становились целибатами поневоле.

Поэтому будущая матушка обязана не только быть готовой к несению всяческих трудностей и невзгод, но и быть ответственной за создаваемую семью, ведь из-за легкомыслия можно обречь будущего священника на одиночество.

Но и в стабильной, твердо ставшей на ноги семье священника у матушки не получится расслабиться: матушка всегда на виду и она должна помнить, что своими словами, поступками, и даже одеждой она может дать повод к пересудам и осуждению не только своей семьи, но и Православия в целом.

 Причем следить придется не только за собой, но и за своими детьми: в каких компаниях они вращаются, какими идеями живут. К сожалению, и в семьях священников дети часто попадают под каток искушений этого мира и теряют авторитет в лице Православия.

И здесь львиная доля борьбы за сохранение чистоты веры лежит именно на матушке.

И самое важное: будущая матушка должна быть образцом православной христианки не только вступив в брак с кандидатом на священство, но и до этого брака. Этого требуют церковные каноны.

И напоследок, личный совет от меня: далеко не все семинаристы планируют стать в будущем священниками, ведь Семинария сама по себе – подготовительное испытание перед священством, которое проходят не все. Присмотритесь к своему избраннику: действительно ли в нем горит жертвенный огонь пастырства, или такой человек уже избрал для себя в Церкви иной путь?

Читайте также:  Какие преступления совершили англичане на русском севере в гражданскую войну

Надеюсь, у вас с Божьей помощью все получится.

Источник: https://spzh.news/ru/vopros-svyashhenniku/62401-kto-mozhet-staty-zhenoj-svyashhennika

Замуж за священника: как живут современные матушки и какие они

Всегда в платочке, смиренная и не имеющая права голоса — такой представляют себе православную матушку люди, далекие от церкви. Между тем это всего лишь стереотип. Как на самом деле живут жены священников, рассказывают сами матушки.

Наталья Букреева, жена настоятеля храма святого благоверного князя Александра Невского (с. Игнатьево) священника Андрея Букреева.

Положение православной матушки, пожалуй, самый не-ожиданный оборот, который приняла судьба Натальи Букреевой. Со своим будущим мужем она познакомилась, когда устроилась на работу в рекламную компанию, которой руководил Андрей.

Если говорить о ее отношении к вере на тот момент, то проще сказать, что никакого отношения не было. Наталья была крещеной, но церковь не посещала (крестилась в 17 лет за компанию с соседкой).

У Андрея все было сложнее — несколько лет он посещал одну из религиозных организаций, однако разочаровался.

Жизнь сложилась так, что оба остались без работы, Наталья вскоре устроилась секретарем на кондитерскую фабрику, а Андрей… сторожем в церковь. «Познакомилась с директором, встречалась со сторожем, а стала женой священника», — впоследствии такие «сюрпризы» судьбы стали поводом для семейных шуток. Впрочем, процесс воцерковления Андрея и Натальи был не таким уж и быстрым.

— Муж начал проникаться православием, ходить на службы, а я за компанию. Мы все больше укреплялись в вере, стали исповедоваться и причащаться, потом Андрея ввели в алтарь, затем рукоположили в диаконы.

Ко всему этому я относилась спокойно, но когда речь зашла о том, что он может стать священником, я запаниковала. Я прекрасно понимала, что значит быть священником: принадлежать не себе, не семье, а Богу.

Признаюсь, я боялась ответственности, а еще мне было немного страшно за мужа, ведь ему предстояло отречься от мира и «прилепиться» к Богу, — рассказывает матушка Наталья.

Однако Андрей сделал свой выбор, и ей, как это заведено в православных семьях, не оставалось ничего иного, как идти за мужем. Батюшку отправили служить в Прогресс, затем в Талакан. Именно в Талакане Наталья по-настоящему ощутила себя матушкой — прихожане стали ее так называть.

— Сначала мне было непривычно слышать обращение «матушка», но потом это стало естественным. В Талакане я почти постоянно ходила в платке, с удивлением убедилась, что длинные юбки по удобству не уступают брюкам.

В Благовещенске, где мы сейчас живем, поскольку в селе Игнатьево, куда перевели батюшку, пока нет жилья, платки я ношу реже. Как и многие женщины, люблю красивую одежду, но стараюсь выбирать строгие фасоны.

В косметике, парфюмерии не испытываю потребности, это все отошло как ненужная шелуха, — делится Наталья.

Кстати, отношение к своему статусу у Натальи своеобразное.

— Я думаю, что статус матушки не выше и не ниже, чем у обычной женщины. Я не считаю нужным акцентировать внимание на своем положении. Меня смущает то, что благоговейное отношение к батюшке проецируется и на меня. Я одинаково ровно отношусь к обращению «матушка» и по имени, но когда слово «матушка» пишут с большой буквы, прошу так не делать, — выражает свою позицию Наталья Букреева.

Как признается матушка, самое сложное — во всем слушаться мужа, борьба с гордыней — процесс очень длительный. 

— Конечно, как и в обычных семьях, мы можем поспорить, но конфликт не доходит до точки возгорания, ссора не бурлит, а быстро затухает.

Выходных в привычном понимании у священника не бывает: суббота и воскресенье — самые напряженные дни: литургии, крещения и т.д. Нередко поесть в первый раз за день священник может только в четыре часа дня.

В приходских храмах обычно по понедельникам устраивают сандень, но отец Андрей приверженец мнения, что храм должен быть открыт всегда, и поэтому работает семь дней в неделю.

За десять лет семья Букреевых была в отпуске только два раза: один раз в Новосибирске и один раз за границей (любопытно, что и там батюшка посетил православный храм и служил службу).

Задумываясь о будущем своей дочери, Наталья склоняется к мысли, что ребенок сам выберет свой путь, когда повзрослеет.

— Когда дочь пошла в школу, я переживала, как будут реагировать одноклассники на то, что она из семьи священника. К счастью, проблем не возникло.

Дочь, как маленький миссионер, всем подружкам рассказывает о Боге, делает это убедительно, видимо, у нее есть дар рассказчика.

Примерно в семь лет она стала соблюдать пост вместе с нами, и это было ее осознанное решение, мы никоим образом к нему не подталкивали, — рассказывает Наталья Букреева.

Хотела стать актрисой

Анна Семерня, жена иерея кафедрального собора Благовещения Пресвятой Богородицы Евгения Семерни. 

Задорная и энергичная Анна меньше всего соответствует существующим стереотипам.

«Стаж» в качестве жены священника у нее совсем небольшой — всего полтора месяца, но за это время она привыкла и мужа называть «батюшкой», и откликаться на обращение «матушка».

Трудно поверить, но всего несколько лет назад Анна была совершенно далека от церкви, она училась в Хабаровском колледже искусств, увлекалась танцами и мечтала стать актрисой музыкального театра.

— В церкви я оказалась случайно, пришла послушать, как мой преподаватель поет в церковном хоре, и захотела попробовать сама, — вспоминает Анна.

Стоя на клиросе, девушка думала только о нотах, в тонкости происходящего не вникала. И лишь спустя два-три года Анна начала воцерковляться. Любовь к пению привела ее не только к вере, но и к замужеству: со своим будущим мужем она познакомилась на клиросе.

— Как-то раз хор остался без тенора, и Евгений, тогда еще семинарист, предложил помочь. Руководящий хором заметил: «Вы смотритесь как муж и жена». Мы тогда даже не были знакомы и лишь улыбнулись в ответ, — описывает молодая матушка.

Будущих супругов сблизило участие в благотворительном концерте, однако после этого их пути едва не разо-шлись: Анна поступила в Санкт-Петербургскую консерваторию. Но, видимо, Богу было угодно, чтобы разлука продлилась недолго.

— Я проучилась всего полгода и поняла — надо возвращаться, я не могу без этого человека. Мы решили пожениться. Кто-то считает, что я поступила опрометчиво, упустив большой шанс, а я, наоборот, благодарю Бога за то, что он всё так устроил, — убеждена Анна.

  • Евгений, в отличие от Анны, в церковь пришел давно: еще в детстве он после школы прибегал в храм, чтобы полюбоваться на свечи — вид пламени притягивал и завораживал.
  • Прежде чем вопрос о женитьбе был окончательно решен, Анне предстояло познакомиться не только с мамой Евгения, монахиней, но и с архиереем, чтобы получить его благословение.
  • — Для меня это было очень волнующе, но владыка искренне за нас порадовался, и все переживания вмиг рассеялись.
  • В августе молодожены обвенчались, отец Евгений поступил на службу в кафедральный собор, а Анне предложили стать регентом храма в честь святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии.

— Я батюшку сразу предупредила: не думай, что всегда буду ходить в платке, на что он только посмеялся, — улыбается Анна. — Конечно, за последние годы мой гардероб заметно изменился: раньше я могла выйти на улицу в драных джинсах, сейчас одеваюсь намного скромнее.

Брюки надеваю редко, в основном дома во время уборки. Раньше я активно пользовалась косметикой, сейчас лишь иногда подкрашиваю брови, ресницы, пользуюсь пудрой. Бывает, встанешь утром, а отражение в зеркале совсем не радует, тогда я позволяю себе немного подкраситься.

Батюшке это не очень нравится, но он понимает, что мне некомфортно чувствовать себя бледной.

Однако отказ от косметики Анна не считает большой жертвой, на личном опыте и примере подруг она убедилась, что кожа без «краски» отдыхает и выглядит даже лучше. Да и красота у верующего человека идет изнутри и не требует дополнительных штрихов.

— Меня часто спрашивают, как мне живется в условиях патриархата. Смею заверить — замечательно! Это очень приятно, когда за тебя всё решает муж. Хотя никакого деспотизма в нашей семье нет, важные вопросы всегда обсуждаем.

Супруги вместе молятся по утрам и перед сном, а также до и после еды, по вечерам читают Евангелие. В остальном же их жизнь не сильно отличается от жизни молодоженов: в свободное время они могут сходить в кино, покататься на велосипедах или роликах, Анна по-прежнему любит слушать музыку, особенно ей нравятся мюзиклы.

— Есть хорошая фраза: «Все мне можно, но не все полезно». Став женой священника, я отказалась лишь от того, что не полезно для души. И считаю, что потеря невелика, — заключает Анна. 

Послан Богом

Анастасия Король, жена настоятеля прихода в честь Святой Животворящей Троицы (г. Белогорск) Виктора Короля. 

Анастасию и ее будущего мужа свел Бог в самом что ни на есть прямом смысле. Еще будучи студенткой АмГУ, девушка посещала церковь. Однажды ее духовный наставник обратился к ней с необычным предложением… взять шефство над послушником по имени Виктор. Молодой человек хотел постричься в монахи, однако архиерей его не поддержал, а посоветовал… жениться и стать священником.

В качестве потенциальной супруги для Виктора выбрали Настю. На то, чтобы обдумать и дать ответ, девушке отвели три месяца.

Задача, поставленная перед молодой прихожанкой, была сложна вдвойне: ей полагалось не просто отважиться на роль матушки, но и выйти замуж за практически незнакомого человека, ведь свиданий как таковых у молодых людей почти не было, они виделись на службе и иногда общались по телефону.

— Самое интересное, в этот момент у меня вдруг стали появляться поклонники. До этого в личном плане было затишье, а тут — то один на свидание позовет, то другой, даже на улице стали подходить знакомиться. Признаюсь, я была ошеломлена таким вниманием со стороны парней. Но, подумав хорошенько, поняла, что это искушение, своего рода проверка, — рассказывает матушка Анастасия.

Разумеется, прежде чем сделать выбор, девушка посоветовалась с мамой. Та возражать не стала, единственное, что ее смутило, так это то, что дочь не успела окончить университет (Настя училась на четвертом курсе).

Девушка сомневалась до последнего дня, ведь от ее решения зависела не только ее судьба, но и судьба Виктора: в случае ее отказа он должен был принять монашеский обет.

— Я просила Бога подать мне какой-нибудь знак, но ничего похожего не происходило. Даже в назначенный день я была в нерешительности, но когда пришла в церковь, появился совершенно ясный ответ: «Да!»

Еще до того, как принять решение, Анастасия спрашивала у наставников: «Каково это — быть матушкой?», но те отвечали уклончиво: «Вот сделаешься и узнаешь». Сразу после рукоположения мужа в священники, молодая семья отправилась в Сковородино. Пребывание на новом месте оказалось настоящей школой жизни для новоиспеченной матушки.

Необходимость топить печь, носить воду, заниматься огородом для горожанки была серьезным испытанием, особенно во время ожидания первенца.

— Каждый месяц на целую неделю батюшка уезжал в район, поэтому мне приходилось топить печь не только в доме, но и две печи в церкви. Батюшка старался облегчить мою участь, сам приносил дрова. Потом нашелся добрый человек, который помогал растапливать печи в храме.

Были моменты, когда на глаза молодой матушки наворачивались слезы. Других священников поблизости не было, поэтому исповедоваться приходилось собственному мужу.

Спустя пять лет отца Виктора перевели в Белогорск, родной город Анастасии. Сейчас матушка помогает мужу при храме и занимается воспитанием двоих детей.

— Чем отличается жизнь матушки от жизни обычной женщины? Тем, что у нас есть вера. Мы сталкиваемся с теми же проблемами, что и все, но смотрим на них иначе, стараемся не роптать, просим помощи у Господа, — говорит Анастасия.

Как и большинство матушек, Анастасия не пользуется косметикой (изредка может позволить себе тушь), однако к стремлению других женщин выглядеть красиво относится положительно.Платок она надевает в храм и на домашнюю молитву, а юбки в пол вовсе не носит.

  1. — Главное, чтобы человек был благочестив внутренне, а то, что внешне, нередко бывает напускным, — уверена матушка. 
  2. Дарья ДРУЖИНИНА
  3.  Моя Мадонна

Источник: https://pravlife.org/ru/content/zamuzh-za-svyashchennika-kak-zhivut-sovremennye-matushki-i-kakie-oni

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector