Некрасовцы: что сделали с «непримиримыми противниками» царской россии

25 февраля 1856 года начал свою работу Парижский мирный конгресс по результатам неудачной для России Крымской войны.

Большая коалиция западных стран (прежде всего Англия, Франция, Пруссия, Австрия, Сардиния и Османская империя) хотели навязать России тяжелые условия мира. Союзники планировали лишить Россию южных территорий в Бессарабии, уничтожить целый город Николаев.

Предполагался отказ России от земель, приобретенных в Закавказье, и выплата большой денежной контрибуции. Но самым болезненным требованием стал пункт о нейтрализации Черного моря. Фактически Россия лишалась возможности защищать свои интересы в регионе с помощью флота.

Западные дипломаты просчитались, Российская империя никому никогда не платила контрибуций. Договор изменил международную обстановку и систему европейской дипломатии.

Но все же в начале 1870-х годов благодаря искусству русских дипломатов удалось вернуть России и Черноморский флот, и утраченные территории.

Враждебная коалиция

Посланникам Российской империи графу А. Ф. Орлову (представителю знаменитого дворянского рода) и Ф. И. Бруннову предстояло встретиться с целой коалицией дипломатов из государств, которые вели против нас Крымскую войну. Самыми непримиримыми противниками наших дипломатов, на начавшемся конгрессе стали ожидаемо представители Великобритании и Австрии.

Англичане прислали опытнейших интриганов – лорда Джорджа Вильерса Кларендона (дважды был главой МИД Британской империи) и Генри Уэлсли. От Австро-Венгрии выступал Карл Буоль, человек, некогда бывший послом в России и фактически нарушивший все свои обещания, данные ещё императору Николаю I, о возможной позиции Австрии в ходе войны.

Во многом из-за позиции Австрии Россия потерпела поражение в войне.

Некрасовцы: что сделали с «непримиримыми противниками» царской РоссииКарта Крымской войны. Источник: https://www.rsu.edu.ru

Человек он был довольно посредственный и по способностям, и по уму, и по образованию; был лишь дельным и усердным чиновником.

Никогда не знал он меры в своем низкопоклонстве перед силой, – сначала перед Николаем I, особенно когда побывал австрийским послом в Петербурге в 1848-1850 гг., потом перед Наполеоном III.

И никогда не умел держать себя в руках, когда им овладевала уверенность в своем положении и хотелось показать это противнику, которого он считал в данный момент слабым.

Историк Е. В. Тарле о Буоле

Со стороны Франции присутствовал граф Александр Валевский, который по настоянию Наполеона III, вопреки ожиданиям англичан, оказывал умеренную поддержку русским послам и всякий раз смягчал чрезмерные требования австрияков и британцев. Присутствовали представители Сардинии, Османской империи и Пруссии, но серьезной роли они не играли, занимали в целом соглашательскую с мнением англичан позицию.

От неприемлемых условий – к договору

Англия, первоначально вообще не желавшая столь скорого мира, теперь откровенно стремилась к ослаблению России в бассейне Чёрного моря и подрыву её позиций на Кавказе, настаивала на демилитаризации Аландских островов. При поддержке австрийцев англичане требовали даже полного срытия русских укреплений по черноморскому побережью.

Но Орлову при поддержке французов удалось вычеркнуть эти требования из договора. Принципиальным был и отказ от уплаты какой-либо контрибуции со стороны России. Австрия требовала отторжения от России всей Бессарабии и рассчитывала на присоединение к своим владениям Дунайских княжеств, но, не получив поддержки англичан, осталась ни с чем.

Османская империя покорно выполняла требования английских послов.

Некрасовцы: что сделали с «непримиримыми противниками» царской РоссииУчастники конференции. Источник: https://www.pinterest.se

Финальная версия договора, подписанного 30 марта 1856 года и получившего название «Парижского трактата», выглядела совсем не так, как рассчитывали наши враги.

России пришлось пойти на серьезные уступки, главной из которых была даже не потеря территории, а пункт о запрете иметь Черноморский флот. Он больно ударил по обороноспособности страны. В то же время турки свой флот сохраняли, что ещё больше усугубляло положение.

Помимо этого проливы Босфор и Дарданеллы закрывались для военных кораблей в мирное время (своего рода второй «замок» к черноморским дверям для России).

Кроме того, Россия отказывалась от укрепления Аландских островов; соглашалась на свободу судоходства по Дунаю; отказывалась от протектората над Валахией, Молдавским княжеством и Сербией, уступала Молдавскому княжеству свои владения в устьях Дуная и часть Южной Бессарабии, по ст.

III возвращала занятые у Турции город и цитадель Карс вместе с «прочими частями оттоманских владений, занятых российскими войсками». В прочие земли входили Баязет, Ардахан, Кагызман, Олты и позиции в 5,5 км от Эрзурума. В обмен на это в соответствии со ст.

IV Россия получала Севастополь, Балаклаву, Камыш, Керчь-Еникале, Кинбурн, «а равно и все прочие места, занятые союзными войсками».

Значение и последствия «Парижского трактата»

Император Александр II наградил вернувшихся в Россию Орлова и Бруннова за то, что они ценой немалых усилий смогли смягчить столь неприемлемые требования союзников по антироссийской коалиции.

Отныне ситуация в Европе менялась, в прошлое уходили положения Венского конгресса 1815 года, и вплоть до конца франко-прусской войны в 1871 году Европа жила по условиям «Парижского трактата».

Все усилия Российской империи, как военные, так и дипломатические были направлены на возвращение своего статуса на Черном море и на стратегическом юге страны.

Некрасовцы: что сделали с «непримиримыми противниками» царской РоссииИсточник: https://www.pinterest.se

Во многом неудачный исход Крымской войны заставил Россию двигаться вперед, искать новые пути во внутренней и внешней политике, в экономике. И эти усилия не прошли даром.

Уже в 1871 году в Лондоне выдающемуся русскому дипломату князю Горчакову удалось добиться решения о возвращении России возможности строить и иметь на Черном море сколько угодно боевых кораблей.

Чуть позже, после победы над Турцией, укрепился и суверенитет России над отторгнутыми по «Парижскому трактату» территориями, наметился и прирост владений Российской империи.

Обложка: Луи-Эдуард Дюбюф. Подписание Парижского мирного договора. Источник: https://www.pinterest.com/

  • Крымская война на Дальнем Востоке
  • Как Россию охраняли круглые корабли
  • Гибридная Крымская война: как это делалось в XIX веке

Никогда не проигрывал и никогда не отступал: непобедимый адмирал Ф. Ф. Ушаков

Как у Красной Армии появилась красная звезда

Источник: https://histrf.ru/biblioteka/b/rossiiskaia-impieriia-nikoghda-nie-platit-kontributsii-istoriia-parizhskogho-konghriessa-1856-ghoda

Некрасовцы: что сделали с «непримиримыми противниками» царской России

Летом 1707 года на Дону вспыхнуло очередное казацкое восстание, вызванное жестокостью царских войск, посланных в станицы для поиска беглых крестьян. Лидером восставших стал казачий сотник Кондрат Булавин.

Царские войска разгромили бунтарей, а 2000 наиболее непримиримых казаков увел на Кубань ближайший сторонник Булавина, атаман Игнат Некрасов. Через время к беглецам присоединилось еще 4000 казаков с Дона и Хопра, которых привел атаман Семен Селиванов.

На Кубани Некрасов объединился с казаками-староверами и принял подданство крымского хана. В тот период численность «некрасовцев» вместе с женщинами и детьми достигла 8000.

Новая родина

Казаки осели на Таманском полуострове, где основали городки Блудиловский, Голубинский и Чирянский. Для сохранения христианской старой веры и национального единства атаман составил свод правил, которые были обязательны для всех членов общины. В историю они вошли как «заветы Игната», которых было 170.

Высшая власть общины — казачий круг, на котором участвовали все мужчины возрастом от 18 лет. Атамана выбирали на год с правом избираться не более трех раз подряд. Любые финансовые взаимоотношения между казаками запрещались. Смертью карали за убийство общинника, грабеж, воровство, измену войску, избиение родителей, отказ от старой веры, брак с иноверцами. Однако главный «завет» Игната гласил: «Царизму не покоряться. При царях в Россию не возвращаться».

Против России

В 1711—1720 годах перебежчики активно участвуют в набегах крымского хана, в которых, как писал кубанский краевед Прокопий Короленко: «вымещают злобу против правительства и русского царя за прежние гонения и поражения раскольников». Особенно жестоко «некрасовцы» расправлялись с богатыми и «старожилыми» казаками, которых считали предателями дела Булавина.

Первые налеты были совершены на казачьи городки Дона и Хопра. В своих походах казаки-перебежчики доходили до Полтавы и Валуек.

В 1717 году вместе с ханскими войсками они грабят Воронежскую, Казанскую и Нижегородскую губернии.

По сообщению царского слуги Петра Салтыкова, на обратном пути часть орды разгромили донские казаки атамана Фролова. Пленные татары сообщили, что в войске был Некрасов и 200 его сторонников.

Ханские слуги

Летом 1733 года четыре сотни «некрасовцев» по приказу хана воюют против ногайцев, а в 1735 году вместе с крымчаками участвуют в походе против кабардинцев. Хан Менгли-Гирей, оценив верность и воинские качества русских, набирает из них отряд личной охраны.

Для обеспечения лояльности Некрасова его казакам обеспечена независимость в вопросе веры и отношений внутри общины. Правовой статус казаков-староверов не отличался от мусульманского. В военное время хан обещал снабжать «некрасовцев» оружием и провизией.

В 1737 году в возрасте 77 лет Игнат Некрасов погиб: по одной версии — в стычке с отрядом русских разведчиков, по другой — от рук царских агентов во время переговоров. Под натиском российских войск с 1740 года «некрасовцы» стали покидать Кубань.

В турецкой империи

Часть казаков осела на Дунае, откуда вместе с ханскими ордами в 1768 году грабила русские земли, а в 1770 году на стороне турок участвовала в Кагульской битве, в которой войска Румянцев разбили 150-тысячную османскую армию.

После переселения на Дунай запорожцев между казаками начались конфликты, вылившиеся в вооруженные столкновения. Закончилось противостояние штурмом запорожцами некрасовского городка Дунавец. Султан решил остановить кровопролитие и переселил «некрасовцев».

Часть осела в азиатской Турции возле озера Куш, а другая в восточной Фракии на берегу Эгейского моря.

В Османской империи русские беглецы относились к военным поселенцам и им сохранили самоуправление с выборными атаманами и старшинами. В военное время казаки получали за службу жалованье и фураж.

«Некрасовцам» запрещалось заниматься любым сельским хозяйством, кроме разведения лошадей. Для работы на земле переселенцы нанимали работников из болгар и турок.

Жили «некрасовцы» за счет рыбной ловли, коневодства, оптовой торговли.

Во время подавления бунтов в Египте и Греции турецкие власти требовали от «некрасовцев» участия в карательных акциях.

Русский генерал Сергей Тучков вспоминал, что «некрасовский» атаман Осип Гончар рассказывал ему о круговой поруке турецких чиновников и том, что его людей силой побоями и угрозами отправили против греков.

После переговоров атамана Гончара с графом Воронцовым часть турецких казаков возвращается в пределы Российской империи. Историк Анатолий Бачинский говорит о 7000 человек.

Конец турецкой общины

К крымской войне в армии Турции числится всего 4 казачьих эскадрона. Численность общины составляла 1500 семей, страдавших от притеснений местных властей, иноверного окружения и постоянных эпидемий, вызванных жарким климатом. Действовали мужской и женский монастыри. С 1911 года привилегии «некрасовцев» упразднены и их обязали отправлять призывников в регулярные части турецкой армии.

Российская империя согласилась принять казаков и для первой группы переселенцев выделили земли в Грузии, однако после 1918 года они снова оказались на Кубани, где «некрасовцев» зачислили в ряды кубанского войска.

Переселение возобновилась в 1962 году, 215 семей осели в Ростовской области, Краснодарском и Ставропольском крае. 224 «некрасовца» отказались ехать в СССР и эмигрировали в США. В Турции осталась только одна семья.

Видео дня. 90-летний ученый оказался рецидивистом: ловил на коноплю

Источник: https://news.rambler.ru/other/42193132-nekrasovtsy-chto-sdelali-s-neprimirimymi-protivnikami-tsarskoy-rossii/

Работал ли Сталин на царскую охранку

18 апреля 1954 года в Нью-Йорке на пресс-конференции выступила дочь Льва Толстого Александра Львовна. Она обнародовала некий документ, из которого следовало, что Иосиф Сталин с 1906-го по 1912 годы был агентом царской охранки.

Этот документ был опубликован в книге Исаака Дон Левина «Величайший секрет Сталина», которая увидела в свет в США в 1956 году.

В апреле того же года в журнале Life бывший видный работник ОГПУ-НКВД Александр Орлов (Лев Фельдбин), эмигрировавший на Запад, вновь озвучивает эту версию, ссылаясь на собственных информаторов. Так правда это или ложь?

Вот текст того самого документа, который является главным аргументом сторонников версии сотрудничества Сталина с охранкой.
«12 июля 1913 года. Совершенно секретно. Начальнику Енисейского охранного отделения А. Ф. Железнякову.

Милостивый Государь! Алексей Федорович! Административно-высланный в Туруханский край Иосиф Виссарионович Джугашвили-Сталин, будучи арестован в 1906 году, дал начальнику Тифлисского губернского жандармского управления ценные агентурные сведения.

В 1908 году начальник Бакинского Охранного отделения получает от Сталина ряд сведений, а затем, по прибытии Сталина в Петербург, Сталин становится агентом Петербургского Охранного отделения. Работа Сталина отличалась точностью, но была отрывочная. После избрания Сталина в Центральный комитет партии в г.

Праге Сталин, по возвращению в Петербург, стал в явную оппозицию правительству и совершенно прекратил связь с Охраной. Сообщаю, Милостивый Государь, об изложенном на предмет личных соображений при ведении Вами розыскной работы. Примите уверения в совершенном к Вам почтении. Еремин».

Это письмо Левин, по его собственным словам, получил от трех эмигрантов из России, которые после 1917 года находились в Китае.
В своей книге Левин повествовал о том, как он пытался найти живых свидетелей сотрудничества Сталина с охранным отделением. В 1950 году в Париже он встретился с бывшим генералом жандармерии Спиридовичем.

Тот узнал подпись своего коллеги Еремина и подтвердил, что шрифт письма вполне соответствует шрифту пишущих машинок, которые использовались в России до Первой мировой войны. Подтвердил генерал и личность адресата письма Железнякова. Далее Спиридович посоветовал Левину отыскать в Берлине некоего пономаря православной церкви Добролюбова по прозвищу «Николай Золотые очки».

Читайте также:  Была ли у карла маннергейма тайная русская жена

Добролюбов в России служил офицером охранного отделения и лично курировал агентурную деятельность Сталина. Однако, предприняв попытку найти Добролюбова, Левин отыскал лишь его могилу в Висбадене.
Орлов, в свою очередь, рассказывает не менее захватывающую историю.

В середине 30-х годов знакомый Орлова некто Штайн, служивший в НКВД, обнаружил в кабинете председателя ОГПУ Менжинского папку с агентурными донесениями Джугашвили-Сталина на имя вице-директора Департамента полиции Виссарионова. Штейн якобы рассказал о содержании папки своему начальнику Балицкому, который в 1934-1937 годах возглавлял НКВД Украины.

Тот поведал о папке Якиру, известному советскому военачальнику. Якир, в свою очередь, рассказал об этом Тухачевскому, что и послужило одной из причин известного «заговора Тухачевского».

В начале перестройки письмо Еремина было обнародовано в нашей стране. 30 марта 1989 года историки Г. А. Арутюнов и Ф. Д. Волков опубликовали в «Московской правде» статью, в которой был приведен текст этого документа.

Кроме того, сторонники версии предательства Сталиным дела большевизма приводят и другие аргументы:
1. Сталин вместе с революционером Камо занимались «экспроприациями» в Тифлисе. Но если честный Камо отдавал все награбленное в партийную кассу, то Сталин пользовался этими деньгами и в личных целях.

Камо якобы хорошо знал о художествах своего напарника и не раз укорял его в этом. В результате после гражданской войны в Тифлисе Камо погиб нелепой смертью, попав под машину. Памятник Камо, установленный в Тифлисе, Сталин приказал снести.
2.

Сталин несчетное количество раз сбегал из ссылки, а в условиях Сибири сделать это без поддержки властей невозможно.

3. По мнению некоторых участников событий, Сталин повинен в провале конспиративной квартиры в Тифлисе и подпольной типографии в Авлабаре (район Тифлиса), который имел место в 1908 году.

История, рассказанная Орловым о папке агентурных донесений Сталина, которая хранилась в НКВД, столь фантастична и не подкреплена вообще никакими доказательствами, что серьезные исследователи ее даже не рассматривают.

Именно так ее характеризует, например, доцент кафедры истории Санкт-Петербургского гуманитарного университета профсоюзов, доктор исторических наук А. В. Островский. Он является автором книги «Кто стоял за спиной у Сталина», опубликованной в 2002 году.

Косвенные свидетельства косвенными и остаются, поскольку они вообще ничего не доказывают, кроме, может быть, личной неприязни, которая возникла между Камо и Сталиным.

Относительно побегов доктор исторических наук Островский приводит интересное свидетельство заведующего особым отделом Департамента полиции Ратаева, утверждавшего, что «ссылка существовала только на бумаге, не бежал из нее только тот, кто этого не хотел, кому, по личным соображениям, не было надобности бежать».

Более существенным аргументом является письмо Еремина.
Но его подлинность неоднократно оспаривалась. Одними из первых, кто заявил о поддельности документа, были представители русской эмиграции, люди, которые являлись непримиримыми противниками Сталина и его режима. Так, русский эмигрант, экономист и историк Н. В.

Вольский в 1956 году писал своему другу, тоже историку Б. И. Николаевскому: «От документа, пущенного в обращение Дон-Левиным, за десять километров несет такой фальшью, что нужно быть просто слепым или дураком, чтобы ее не заметить.

Неужели департамент полиции не знал, что нет Енисейского охранного отделения, а есть Енисейское губернское жандармское управление? Ротмистр Железняков действительно существовал, но не был начальником несуществующего Енисейского охранного отделения.

В донесении полиции говорится побочно о Джугашвили (о Сталине тогда никто не слышал) и, конечно, не в том придуманном (глупо!) стиле, в каком составлен документик». В письме Николаевского Вольскому есть такие строки: «Сейчас здесь все только и говорят о провокаторстве Сталина.

Документ этот у меня был едва ли не с 1945 года, а знал я о нем еще со времен парижских. Меня просили напечатать его с ми, я отказался, заявив, что документ поддельный и только скомпрометирует. Это же думаю и теперь».

Действительно, псевдоним Сталин Иосиф Джугашвили стал использовать лишь в 1913 году. Упоминание ареста Сталина в 1906 году в Тифлисе – откровенная ложь, поскольку общеизвестным и неоднократно задокументированным фактом является участие Иосифа Джугашвили в это самое время в партийном съезде в Стокгольме.

Давать ценные сведения охранке в 1908 году в Петербурге Сталин также не мог, поскольку 25 марта 1908 года он был арестован в Баку. Восемь месяцев он сидел в бакинской тюрьме и в ноябре был выслан в Вологодскую губернию, откуда бежал 24 июня и вернулся в Баку, где пробыл на нелегальном положении до 1910 года.

По этой самой причине он не мог быть виновником провала типографии в Авлабаре.
Кроме того, версия Левина была подвергнута критике советологом Дэвидом Даллином.

 Вскоре после опубликования «письма Еремина» он выступил с критикой документа, отметив следующее: письмо датировано 12 июля 1913 года, когда сам Еремин уже не занимал пост в Санкт-Петербурге, а находился в Финляндии; полиция никогда не именовала революционеров по их партийным псевдонимам; отмечал Даллин и тот факт, что псевдоним Сталин принял лишь в 1913 году, а до этого полиция не могла знать его под этой кличкой. Даллин указывал на то, что Левин «не пытается объяснить, каким образом полицейский шпик превратился в революционера и почему полиция не помешала такому развитию событий».

К этой версии присоединились и авторы известных на Западе биографий Сталина — Вольф, Суварин, историк Аронсон и другие.

Они обращали внимание и на нестыковки с датами, и на обороты, не употребляемые в полицейской переписке царской России, и, наконец, на шрифт пишущей машинки, который нашли несоответствующим тем машинкам, которые применялись тогда в России.

Сокрушающий удар по этой скандальной версии был нанесен исследованиями российских ученых-архивистов З. И. Перегудовой и Б. В. Каптеловым.

Обратив внимание на все нестыковки с датами и именами, которые заметили и их западные коллеги, они подвергли тщательному анализу внешний вид письма и выяснили, что не соответствуют подлинным угловой штамп документа, штамп входящей документации, исходящий номер. Была установлена также поддельность подписи А. М. Еремина, поскольку российские ученые располагали возможностями работать с другими документами Департамента полиции.

Не менее интересным, чем вопрос о подлинности письма Еремина, является и выяснение обстоятельств, явивших эту фальшивку.
Даллин считал, что это письмо было сфабриковано в среде белой эмиграции в Харбине.

Он предположил, что автором фальшивки был человек, хорошо знакомый с деятельностью русской полиции, может быть, имевший в своем распоряжении образцы переписки такого рода. Зачем он это сделал? По мнению Даллина, автору фальшивки были нужны деньги, и он пошел на этот подлог ради наживы.

Перегудова и Каптелов, проведя серьезнейшую работу в архивах, сделали предположение, что автором фальшивки был ротмистр В. Н. Руссиянов. Этот человек действительно имел отношение к политическому сыску, работал в жандармском корпусе. Во время гражданской войны служил у Колчака, а затем эмигрировал в Китай.

Тот факт, что автором фальшивки является именно Руссиянов, удалось установить на основании почерковедческой экспертизы. В архивах сохранились несколько документов, подписанных его рукой.

Есть предположение, что сделал это Руссиянов по заказу британской разведки, но по очевидным причинам доказать эту версию в ближайшее время вряд ли получится.

Источник: https://russian7.ru/post/rabotal-li-stalin-na-carskuyu-okhranku/

Семь монархов, потерявших вместе с короной голову

8 февраля 1587 года по приказу английской королевы Елизаветы I была казнена ее шотландская «коллега» Мария Стюарт. Трагическая судьба Марии потрясла современников и вдохновила многих литераторов и кинематографистов. Но она была не первой казненной королевой. О самых драматичных судьбах монархов, окончивших свою жизнь на эшафоте, рассказывает «РГ».

Леонтий и Тиверий III, императоры Византии

Византийские императоры Леонтий и Тиверий III, несмотря на то, что остались в истории непримиримыми противниками, прожили похожие жизни.

Оба родились вдали от столицы, в семьях низкого происхождения, оба сделали прекрасную военную карьеру при императоре Юстиниане II, защищая границы империи от набегов арабов с юга и болгар с запада.

Оба, будучи популярными военачальниками, получили шанс захватить власть в Константинополе и оба после нескольких лет правления, были свергнуты.

На двоих они правили всего 10 лет, с 695 по 705 год. Сначала популярный в народе Леонтий совершил переворот и сверг жестокого императора Юстиниана II. Низложенного монарха оставили в живых, ограничившись тем, что ему отрезали язык и нос (в те времена изуродованный таким образом император лишался формальных прав на престол).

Но такая же судьба вскоре ждала и самого Леонтия: после трех лет правления его сверг очередной удачливый претендент — архонт Тиверий. Новый император привычно распорядился лишить носа своего предшественника и заточить в монастырь. Но и сам Тиверий III недолго наслаждался покоем. Через семь лет его сверг вернувшийся с болгарским войском безносый и безъязыкий Юстиниан II.

Мстительный Юстиниан решил не оставлять в живых своих неудачливых соперников и после долгих издевательств — Леонтия и Тиверия связанными провезли по Константинополю и по пути над ними жестоко измывалась толпа — отправил на казнь. Два императора-соперника были обезглавлены в один день, чего не было в истории не только Византии, но и, пожалуй, и других государств древности…

Конрад V, король Сицилии и Иерусалима

Конрад V — последний представитель знаменитого рода Гогенштауфенов, давшего миру Фридриха Барбароссу и еще множество королей, князей и герцогов. В разное время эта династия владела землями в Европе и на Ближнем Востоке, то собирая под свою руку огромные территории, то теряя их, поэтому неудивительно, что и юный Конрад ввязался в традиционную для его семьи борьбу за Италию.

После пыток, которым подверглись осужденные, Конрад даже не смог самостоятельно подняться на эшафот.

Противостояние за Рим с королем Сицилии Карлом Анжуйским закончилось для юного Конрада печально. После нескольких успешных битв он контролировал почти весь север Италии, включая и Вечный город, жители которого восторженно встретили потомка Фридриха Барбароссы, но после неожиданного поражения под Тальякоццо в 1268 году он попал в плен к своему противнику.

Вопреки распространенному мнению о галантности средневекового рыцарства, победивший в битве Карл Анжуйский велел казнить своего титулованного пленника вместе с несколькими его приближенными.

После затяжных пыток, которым подверглись осужденные, Конрад даже не смог самостоятельно подняться на эшафот.

На тот момент юному королю было лишь 15 лет, и потому в народной немецкой памяти он остался как Конрадин, «маленький Конрад».

Джейн Грей, королева Англии

Джейн Грей, одна из самых популярных в народной памяти английских королев, стоит особняком в длинном ряду британских монархов не только потому, что была казнена, будучи совсем юной. Правление 17-летней Джейн — с 10 по 19 июля 1553 года — одно из самых коротких в мировой истории. В Англии ее так и зовут «девятидневной королевой».

Читайте также:  Куда исчезли 11 посмертных масок пушкина

В Британии нашелся портрет казненной юной королевы

Строго по закону о престолонаследии реальных прав на корону у нее практически не было, но вмешался случай.

Перед смертью король-подросток Эдуард VI (нам он известен по повести Марка Твена «Принц и нищий») назначил свою двоюродную племянницу Джейн наследницей , обойдя при этом более реальных претенденток, двух своих сестер по отцу — Марию (будущую королеву Марию Католичку) и Елизавету (будущую Елизавету I).

В народной памяти Джейн осталась кроткой и милосердной красавицей,  превосходящей современников в образованности и уме.

Причин такого внезапного везения Джейн было две: нежелание большей части англичан видеть на троне ревностную католичку Марию и сильнейшее влияние на умирающего короля со стороны регента Джона Дадли.

Согласно историкам, именно регент, предусмотрительно женивший на Джейн своего сына Гилфорда, и пролоббировал кандидатуру юной принцессы.

Но семейное счастье Джейн и Гилфорда, как и их правление, было недолгим.

Несправедливо обойденная принцесса Мария подняла восстание, грозя стране гражданской войной, и вскоре юная королева с мужем были арестованы, а затем и казнены. Был казнен и отец Гилфорда, благодаря которому молодые супруги попали на трон, а затем и на плаху.

Трагическая смерть сделала популярной юную королеву. В народной памяти она осталась кроткой и милосердной красавицей, преданно любящей своего супруга и превосходящей современников в образованности и уме. Так ли это было на самом деле, выяснить уже невозможно…

Мария Стюарт, королева Шотландии, Франции

Казнь Марии Стюарт стоит особняком в мировой истории потому, что в ее лице к смерти был приговорен не просто монарх, особа по тем временам неприкосновенная, но при этом еще и женщина. И если верить картинам и словам современников, женщина весьма красивая, с драматической судьбой.

Но в первую очередь она была соперницей Елизаветы I в споре за английский трон. Соперницей без шансов на успех, несмотря на формально большие, чем у Елизаветы, права.

Приговорившая к смерти Марию Елизавета I через 16 лет передала свой трон …сыну Марии Якову I.

Стоит вспомнить, что английская королева была рождена во втором браке Генриха VIII с Анной Болейн, спорном с точки зрения католической церкви. Шотландская королева Мария при этом была хоть и непрямой наследницей английского Генриха VII, но, во всяком случае, абсолютно бесспорной.

Поэтому всю свою жизнь она не желала отказаться от призрачных прав на английскую корону. Даже тогда, когда потеряла все права на шотландскую и французскую (несколько лет она состояла в браке с французским Франциском II, но после его смерти была вынуждена снова вернуться в Шотландию).

Тем не менее, в ссоре двух королев победила сильнейшая. Мария сначала потеряла всё, что могла в Шотландии, отказавшись, под давлением дворянской оппозиции, от короны в пользу сына. А потом была вынуждена бежать в Англию, где и попала в руки своей соперницы Елизаветы. Несколько неосторожных писем и против Марии было выдвинуто обвинение в организации заговора против королевы.

8 февраля 1587 года Мария была обезглавлена, но очень быстро — обессмерчена в драматургии. Ее жизнь, любовь и смерть до сих пор волнуют литераторов и кинематографистов.

Исторический курьез: приговорившая к смерти Марию Елизавета I через 16 лет передала свой трон …сыну Марии Якову I. Более близких наследников мужского пола у незамужней и бездетной Елизаветы не нашлось.

Наверное, в таких случаях принято говорить «ничего личного, только бизнес».

Карл I, король Англии, Шотландии и Ирландии

Внук казненной Марии Стюарт Карл повторил трагическую судьбу своей бабки, несмотря на то, что на чужие короны, в отличие от нее, не претендовал. Карл поплатился за абсолютистскую манеру правления (парламент в Англии существовал уже четыре столетия и при каждом удобном случае полномочия монархов урезал) и непоколебимую уверенность в богоизбранности королевской власти.

Причин для конфликта между монархом и оппозицией было множество. Юридические: Карлу с каждым разом все труднее удавалось проводить нужные ему законы и получать от парламента так необходимые ему деньги.

Религиозные: в принадлежавших Карлу королевствах давно назревало противостояние между католическими и протестантскими территориями и партиями и Карл бесцеремонно в эти конфликты вмешивался.

Мировоззренческие: впитавший идеи Просвещения парламент видел фигуру монарха ответственной перед народом за свои поступки, а абсолютистски настроенный Карл не видел необходимости перед кем-либо за что-либо отчитываться.

Отправивших Карла на смерть парламентариев-радикалов через несколько лет, при реставрации династии Стюартов, ждала та же судьба.

Военное столкновение между королем и парламентом было неизбежно и оно случилось. После нескольких локальных успехов, в 1647 году Карл оказался побежден и попал в плен, а два года спустя приговорен к смертной казни как «как тиран, изменник и враг отечества».

30 января 1649 года он был обезглавлен при большом стечении народа. До последней секунды жизни Карл оставался спокоен и верен своим представлениям о неподсудности королевской власти.

Примечательно, что отправивших его на смерть парламентариев-радикалов через несколько лет, при реставрации династии Стюартов, ждала та же судьба.

Тех, кто был жив, сын казненного монарха Карл II отправил на плаху, а тела тех, кто успел умереть, извлекли из могил и повесили.

Людовик XVI, король Франции

Французский монарх, пожалуй, самый известный из череды закончивших жизнь на эшафоте, и, наверное, менее других заслуживавший такой смерти. По отзывам его современников и мнению современных историков, это был мягкий и порядочный человек, но, очевидно, совершенно никудышный глава страны.

Пропитанная кровью Людовика XVI ткань продана за 19 тысяч евро

Находившееся в кризисе государство требовало ясного ума и твердой, до безжалостности, руки государя, но Людовика более привлекала простая работа ремесленника: он часами возился в специально оборудованной мастерской, что-то собирал и разбирал, вытачивал, чинил сломанные дверные замки…

Король мог бы и Великую революцию переждать, возясь в мастерской, но Париж 1789 года уже был в руках радикально настроенной толпы. Нерешительный Людовик бесконечно колебался между аристократами, требовавшими потопить волнения в крови, и революционными парижанами, добивавшимися «свободы, равенства и братства».

Даже бежать из неспокойной столицы король не сумел: на полпути к германской границе Людовика узнали по профилю, отчеканенному на монетах, и вернули в Париж под арест.

Через полтора года, в январе 1793 года, суд признал гражданина Капета (так после лишения королевской власти Людовика стали называть по названию династии) виновным и приговорил к смертной казни.

Позже была гильотинирована и супруга сверженного короля Мария-Антуанетта.

Источник: https://rg.ru/2014/02/01/monarhi-site.html

Читать онлайн Военные противники России страница 190. Большая и бесплатная библиотека

После 3-дневной артиллерийской подготовки, в которой участвовали 45 тяжелых орудий, возглавляемые Дюгомье революционные войска в ночь на 17 декабря 1793 года пошли на штурм Тулона. Одной из 4 штурмовых колонн командовал Бонапарт.

Тем самым командующий армией оказал ему особое доверие, несмотря на его небольшой чин (остальные ко лонны возглавляли генералы). Ожесточенное сражение продолжалось до вечера 18 декабря, когда наконец республиканцы, подавив все очаги сопротивления противника, полностью овладели городом и крепостью.

Остатки вражеского гарнизона спаслись бегством. Тулон стал крупной победой Республики. Конечно, эта победа не решила исход всей войны, но это была знаковая победа революционной армии над объединенными силами внутренней и внешней контрреволюции.

Достигнуть ее удалось благодаря тому, что был принят смелый, замечательный своей простотой и ясностью план операции, предложенный Бонапартом и блестяще реализованный Дюгомье.

Дюгомье первым из французских военачальников оценил выдающиеся военные способности Наполеона Бонапарта и как бы благословил начало его блистательной полководческой карьеры. Только благодаря Дюгомье дотоле безвестный артиллерийский капитан Бонапарт смог проявить себя под Тулоном как подающий большие надежды военачальник.

Именно там, в Тулоне, в дымно-кровавых отблесках ожесточенного сражения взошла удивившая вскоре весь мир звезда Наполеона, мрачно сверкавшая своим неповторимо загадочным светом на европейском небосклоне более 20 лет. Для современников Наполеона слово «Тулон» стало символом резкого и стремительного поворота судьбы.

На острове Святой Елены, когда все было уже позади, Наполеон, возвращаясь к минувшим событиям, чаще и охотнее всего вспоминал именно Тулон — свой первый шаг к славе.

В его долгой полководческой деятельности было много блестящих побед, любая из которых могла увенчать его лаврами выдающегося полководца, но дороже всех этих побед ему был Тулон… Из всех прежних начальников, под командованием которых Наполеону довелось служить в первые годы своей военной карьеры, самым уважаемым для него был генерал Дюгомье.

Кровавый террор, развязанный якобинскими властями в поверженном Тулоне, глубоко возмутил Дюгомье. Но пресечь бесчинства было не в его власти.

Комиссары Конвента, с ведома которых все это творилось, ему не подчинялись, а пойти на прямую конфронтацию с ними он не решался, хорошо зная, чем для многих генералов все это кончилось (только что погиб на гильотине его недавний начальник — командующий Итальянской армией генерал Брюне).

Победа под Тулоном принесла Дюгомье громкую боевую славу и широкую известность. Его имя стало неизменно фигурировать в числе лучших полководцев республики.

В начале 1794 года он был назначен командующим Восточно-Пиренейской армией, сражавшейся против испанцев. Армия эта находилась далеко не в блестящем состоянии и с большим трудом сдерживала натиск вторгшегося в пределы Франции противника. Вступив в командование, Дюгомье энергично взялся за повышение ее боеспособности.

В сравнительно короткий срок поставленная им цель была достигнута. В апреле 1794 года возглавляемая Дюгомье Восточно-Пиренейская армия перешла в наступление. Под ее ударами противник был вынужден очистить территорию Франции. Боевые действия переместились на испанскую территорию.

Развивая достигнутый успех, войска Дюгомье взяли штурмом сильно укрепленные форты Монтескье и Сен-Эльм. При штурме последнего Дюгомье был тяжело ранен, когда лично вел в решительную атаку колонну гренадеров. Но, несмотря на ранение, он не покинул поля боя до конца сражения, которое завершилось полной победой французов.

Испанский генерал Коллиура с остатками своих войск был вынужден положить оружие. По распоряжению Дюгомье, его отпустили под честное слово не сражаться против французов до окончания боевых действий, но испанский генерал нарушил данное им слово. В ответ на это Конвент принял постановление — больше в плен испанцев не брать.

Однако Дюгомье проигнорировал это бесчеловечное решение. Он считал, что подобные методы ведения войны неприемлемы для честного воина и уважающей себя армии.

Едва оправившись от ранения, Дюгомье вернулся в армию и в мае 1794 года нанес в Восточных Пиренеях сокрушительное поражение испанской армии, спешившей на выручку осажденной французами крепости Беллегард. Противник потерял только пленными свыше 2 тыс. человек и всю артиллерию (до 100 орудий).

Сама крепость после длительной осады затем была принуждена к сдаче голодом. Недостаток сил не позволил Дюгомье осуществить вторжение в глубь Испании. Осенью противник попытался перейти в наступление. Собрав свои силы в кулак, Дюгомье нанес встречный удар.

17 ноября 1794 года при Сен-Себастьяне произошло решительное сражение, в котором испанцы были разбиты. Но праздновать радость победы Дюгомье не довелось.

В самый решающий момент сражения, когда левое крыло противника было уже опрокинуто стремительной атакой французов, выдвинувшийся в боевые порядки своих войск командующий армией был сражен осколком вражеской гранаты. Для Восточно-Пиренейской армии триумф победы превратился в скорбную церемонию прощания со своим доблестным командармом.

* * *

Дюгомье был профессиональным военным, отдавшим армейской службе большую часть своей жизни. Проявив себя как отважный офицер в годы Семилетней войны и прослужив затем долгие годы в королевской армии, он был хорошо подготовленным в военном отношении человеком, хотя к началу Великой французской революции уже и не состоял на военной службе.

Читайте также:  Почему православные не могут клясться на кресте

С началом революции Дюгомье решительно встал на сторону восставшего против монархии народа и принял активное участие в борьбе за провозглашенный революцией лозунг «Свобода, Равенство и Братство».

Это было тем более удивительно, что абсолютное большинство его собратьев по классу (богатых плантаторов, использовавших в своих владениях рабский труд) приняло революционные преобразования в штыки и сразу же сделались их непримиримыми противниками.

В развернувшейся на острове острой классовой борьбе, переросшей затем в открытую гражданскую войну, Дюгомье был вынужден с оружием в руках сражаться против представителей своего класса, составлявших на Мартинике основу сил контрреволюции.

Руководство революционными силами на острове требовало от Дюгомье большого личного мужества, самоотверженности и идейной убежденности в правоте своего дела. Все эти качества были им продемонстрированы наилучшим образом.

Вместе с тем Дюгомье проявил себя и как талантливый военачальник, сумевший, несмотря на исключительно с ложные условия обстановки, в течение довольно длительного времени противостоять противнику, располагавшему большим превосходством в силах. Однако неравная борьба, которая велась республиканцами на острове, в конечном счете завершилась их поражением. Немалую роль в этом сыграли и политические просчеты, допущенные Дюгомье и его сподвижниками в ходе гражданской войны на Мартинике. К примеру, они так и не решились пойти на углубление революционных преобразований на острове, в частности, на отмену рабства, чем оттолкнули от себя значительную часть своих сторонников из числа темнокожего населения.

Следующий этап боевой деятельности Дюгомье в годы Великой французской революции связан с его службой во французской революционной армии. В ее рядах за короткий срок он сделал блестящую военную карьеру и быстро выдвинулся в число наиболее прославленных ее военачальников. Дюгомье отличался личной храбростью, большим мужеством и глубоким знанием военного дела.

Несмотря на весьма почтенный возраст (ему было уже под 60), он до конца своих дней сохранил ясность ума и завидную энергию, которой могли бы позавидовать и многие более молодые генералы. Дюгомье пользовался высоким авторитетом в войсках за постоянную заботу о них, повседневное внимание к их нуждам, честность, справедливость, демократичность и доступность.

Он был принципиальным противником террора, развязанного якобинцами в стране, и не одобрял массовых репрессий как по отношению к населению, выступавшему против существующего режима, так и в отношении поверженного противника.

Весной 1794 года Дюгомье отказался подчиниться распоряжению якобинского правительства не брать пленных, считая это варварской акцией, дискредитирующей Республику. Это был поступок большого гражданского мужества с его стороны и вместе с тем очень рискованный шаг, связанный со смертельной угрозой для него лично.

Со строптивыми оппонентами и тем более с генералами якобинцы тогда расправлялись беспощадно. Кровавый террор тогда был в самом разгаре. Однако для Дюгомье такой дерзкий поступок, всем на удивление, завершился благополучно, без последствий. Якобинские правители не решились репрессировать популярного в стране и армии генерала.

А может, они просто временно отложили расправу до более подходящего момента. В их арсенале имелся и такой прием. Кто знает? История на этот вопрос ответа на оставила… Впрочем, не исключено, что вожди якобинцев просто не успели расправиться с Дюгомье, так как вскоре сами взошли на эшафот, и гильотина, как всегда, сработала безотказно.

Отрубленные головы «друзей народа» полетели в ту же корзину, в которой накануне валялись головы «врагов народа». Произошло это 10 термидора II года Республики (28 июля 1794 года) в результате так называемого термидорианского переворота, положившего конец диктатуре якобинцев.

Источник: https://dom-knig.com/read_181733-190

Читать Неизвращенная история Украины-Руси. Том II

Не имея никаких шансов продолжать борьбу с большевиками имеющимися силами, Правительство опять ухватилось за старую идею: соглашение с “левыми товарищами по ту сторону фронта” и организацию с их помощью восстания, чисто национального, для изгнания “московских оккупантов”.

В связи с переговорами, которые велись еще раньше, Правительство было пополнено представителями этих “левых товарищей” (Одрина, Черкасский), прибывшими из Киева.

Вся надежда возлагалась теперь на энтузиазм, который должен был охватить массы, узнавшие, что с Петлюрой сотрудничают и “левые”, которые раньше шли с большевиками.

Бунт Болбачана

Пока же что, сосредоточившись в Каменец-Подольске, Правительство занялось очередной “реорганизацией армии” и политическими разговорами. Антиправительственные настроения росли и привели к открытому бунту полк.

Болбачана, доблестного командира “Запорожского Корпуса”, антисоциалиста, противника политики Петлюры и, кроме того, подозреваемого в симпатиях к Добровольческой Армии Деникина.

Бунт был подавлен и Болбочан расстрелян, но дисциплину в армии бунт расшатал еще больше и привел к такому положению, что наказной атаман – Осецкий и его начальник штаба – В. Тютюнник заявили Правительству, что “если в течении 2–3 дней не придет помощь от Галицкой армии, ликвидация фронта – неизбежна”.

встреча двух Правительств

Счастливое стечение обстоятельств спасло Петлюру и петлюровцев от полной катастрофы. Как раз в эти дни Галицкое правительство и армия вынуждены были оставить Галицию и перейти на территорию, находившуюся под властью Петлюры.

Как уже упомянуто выше, Галицкое правительство стояло на умеренных позициях и к социалистическим экспериментам надднепрянских украинских вождей относилось резко отрицательно. С ним солидаризировались и “правые” надднепрянцы.

Не удивительно поэтому, что между двумя Правительствами и двумя армиями, оказавшимися на одной и той же территории, не только не дошло до полного слияния, что было бы логично, принимая во внимание решение о “Соборной Украине”, но не установились даже благожелательные отношения.

Больше двух месяцев сосуществовали эти два правительства, тщетно пытаясь найти общий язык и выработать общую линию политики. Петлюровцы панацею от всех бед видели в социализме и всю надежду возлагали на “левых товарищей” и силу национальных лозунгов.

Галичане относились к этому скептически и выход из положения видели в вооруженной борьбе с большевиками, для чего нужна дисциплинированная армия, а не петлюровская импровизация.

В случае успеха борьбы, галичане надеялись на помощь Антанты всей Украине, в том числе и Галиции.

После бесчисленных совещаний, конференций, деклараций, которые так любили незадачливые социалистические украинские вожди, они все же должны были капитулировать перед галичанами и принять их условия: отказ от советского уклона и устранения с поста премьера Мартоса, тяготевшего к большевикам.

Но до слияния правительстве и армий, так и не дошло. Слишком уже различны были те элементы, из которых слагались и армии, и правительства двух Украин – Надднепрянской и Западной.

Премьер Мартос был смещен и заменен таким же как и он марксистом, эсдеком Исааком Мазепой, бывшим до революции мелким служащим Екатеринославского земства. Перемена была чисто персональная. Политическое лицо нового правительства не изменилось.

Хотя Петлюра и был провозглашен Главковерхом и при нем был создан особый штаб для руководства обоими армиями, армия по-прежнему оставалась разделенной на Галицкую и Надднепрянскую.

Пока происходили все эти совещания, переговоры и комбинации, обстановка резко изменилась. Армия Деникина быстро наступала и к середине лета 1919 г. была уже в пределах Украины.

Большевики бросили все свои силы на борьбу с Деникиным и все Правобережье оказалось без сколько-нибудь значительных большевистских частей.

Создались исключительно благоприятные условия для наступления украинских вооруженных сил, которые были сосредоточены в районе Каменца.

Наступление

В начале августа началось наступление, которое почти не встречало сопротивления противника. Это было, в сущности, движение по освобожденной противником территории.

Многочисленные украинские мемуаристы приводят разные цифры численности наступавших армий, а потому установить их точно невозможно.

Грубо приблизительно, силы Петлюровского “войска” были около 10,000, а Галицкой армии – около 40.000.

В главном направлении – на Киев двинулись галичане, под командой генерала Кравса, которому был подчинен также “Запорожский Корпус” петлюровской армии, состоявший из добровольцев (численностью меньше полка). Силы петлюровских “атаманов” были поделены между Волынским и Одесским направлениями наступления.

Ген. Кравс быстро продвигался вперед, и уже к концу августа был на подступах к Киеву. Казалось бы естественным, чтобы с ним продвигался и “Головной Атман” Петлюра со своим Правительством и лидерами политических партий. Однако на Киев они не двигались.

Многочисленные сепаратистические историки и мемуаристы вопрос об этом обходят молчанием. Только бывший помощник начальника штаба “Головного Атамана”, ген. Курманович, рассказывает в своих воспоминаниях, что командующий войсками, наступающими на Киев, ген.

Кравс, категорически воспротивился присутствию Петлюры и его окружения. Как бывший офицер австрийского морального штаба и человек правых убеждений, Кравс органически не выносил надднепрянских социалистически лидеров и “атаманов”.

В своем кругу, он называл Петлюру “неудавшимся попом” и “цыганом” (как известно, Петлюра – не окончивший курс семинарист, сын полтавского цыгана), а социалистических лидеров – “полубольшевиками”.

Кроме того, к этому времени определилось резкое расхождение между “петлюровцами” и “галичанами” в вопросе об отношении к Деникину.

Отношение к Доброармии

Несмотря на то, что Галиция до войны была центром и рассадником украинского сепаратизма, Галицкое Правительство и армия были единодушны в желании самого тесного сотрудничества с Деникиным, несмотря на его “единонеделимческое” направление. Факт тяготения галичан к Деникину не только не скрывают, но всячески выпячивают все украинские сепаратистические историки и мемуаристы, считая это их ошибкой и даже изменой идее самостийной Украины.

Для правильного понимания истории этот факт чрезвычайно важен, ибо он свидетельствует, с какой быстротой и легкостью галичане освободились от шовинистического руссоненавистничества, которое десятилетиями культивировалось среди галицкой интеллигенции при активной поддержке Австро-Венгерского правительства.

Отношение руководителей политики надднепрянской Украины в Деникину было резко отрицательным. И вовсе не по причинам национальным, как теперь утверждают сепаратисты.

Не надо забывать, что все они были не только социалисты, но и социалисты левые, с большим уклоном к большевизму, а потому не имели никакой надежды, не только удержаться у власти, но даже и получить возможность свободной деятельности в случае победы Деникина.

Кроме того они знали, что подавляющее большинство культурной части населения Украины настроено за Деникина и против политики Директории, как в национальном, так и в социальном вопросе.

Понимали также студенты и полуинтеллигенты-министры и, нередко, полуграмотные “атаманы”, что при сотрудничестве с Деникиным и неизбежном при этом пересмотре их квалификаций, у них нет надежды задержаться на министерских и высших командных постах.

Все это вместе взятое делало их непримиримыми противниками Деникина и толкало на сотрудничество с большевиками, недавними товарищами по революционным кружкам.

Но, несмотря на все свое желание, они не решались открыто стать на сторону большевиков, как из боязни Галицкой Армии, бывшей неизмеримо сильнее их “войска”, так и из-за настроений этого “войска”, в котором был не малый процент определенных антисоциалистов и проденикиицев, а также и в следствии отсутствия уверенности, что большевики будут с ними считаться. В результате, галичане получили возможность двигаться на Киев, фактически почти отстранивши от участия в этом походе петлюровское “войско”, которое бездействовало на правом фланге, в районе Бирзулы, давши возможность крупному большевистскому отряду (целой дивизии) прорваться на север и соединиться с 12-ой Сов. Армией в районе Киева.

Источник: https://online-knigi.com/page/7040?page=56

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector